Заключение

Фейерверочное искусство в культуре российского государства и Западной Европы обладало национальными особенностями. Создатели «театров фейерверков» в России использовали нововведения, которые применялись в Западной Европе, в первую очередь, в Германии и Италии. Если в конце XVII в. технологии фейерверков заимствовались у европейских специалистов, то установлено, что в 1730 – 1760 – е годы — расцвет самостоятельного развития русского фейерверочного искусства. Появились сложные деревянные и железные приспособления для «театрумов» на воде, на их основе выстраивались уникальные отечественные «машины» фейерверков — артефакты материальной культуры.

Впервые поставлен вопрос о соотношениях культурного пространства, культурной и исторической памяти. Для его решения проанализированы символы войны и мира,п оказано, как Россия возвратилась к тихой жизни , храня память о Петре Великом. Доказано, что материальные и духовные ресурсы Российской империи «работали» на создание свидетельств культурной и исторической памяти (гравюр, речей, эмблем, «театрумов» к фейервекам). Эти артефакты культуры способствовали созданию памяти о Петре Великом, формированию человека просвященного по западноевропейскому образцу, то есть имеют огромное антропологическое значение.

Если Д.Д. Зелов собрал коллекцию из множества фейерверков и триумфальных сооружений, то нам удвлось очертить культурное пространство, в котром показывались «огненные представления»: площади, памятники архитектуры (Васильевский остров, барельефы, акватория и площадка перед Зимним дворцом), а также ценностные смыслы, символы, композиции эмблем. Изучена иколонология и множество значений показов придворных Романовых, особенную научную ценность представляют эмблематика Шуваловых, Разумовских. Выявлены новые «зрелища» и проанализированы многоплановые сюжеты показов.

В настоящей работе исследованы итальянские религиозные и немецкие этические символы дымящихся алтарей в фейерверках. Впервые показаны идейные причины популярности символики — в них интерпретировалось единство мирной и «викториальной» символики в свою пользу, как это делали западноевропейские князья, монархи. В фейерверках 1730 – 1760 – х годов отразились основные этические идеи влиятельных государственных деятелей, их обращения к императрице, которые стали важным социальным этикетом.

В работе установлено, что фейерверки являлись государственным «наследием» Петра Великого. Раскрыты материальные и духовные составляющие показов. Политика использования важнейших доступных ресурсов и развития научных технологий для показов и регулярной модернизации этих культурных «действ» являлась нововведением первого российского императора. Петр I внедрил в России «новую культуру» с более светской и технической направленностью, чем эстетика «тиши» Московии XVII века. Эмблематические фейерверки со сложной многоплановой символикой, содержательной семантикой, стали приоритетным направлением в культурном пространстве с начала XVIII века.

Раскрыты ценностные смыслы символики фейерверков и их связь с семантикой триумфальных мероприятий. Образ Петра I являлся центральным во многих эмблемах фейерверков времени царствования Анны Иоанновны и Елизаветы Петровны. Однако уже в 1730 – е годы он — основополагающий, но не главенствующий. Признавалась исключительная роль монарха в истории, необходимость продолжать его политику, но уже Анна Иоанновна называлась преемницей Петра Великого и более прогрессивной императрицей в культурной жизни России. Елизавета Петровна вновь вернула этические ценности «новой» светской культуры императорской власти первой четверти XVIII века, обогатив ее, но отдавая дань уважения великому отцу, она поставила себя во главе фейерверочных сюжетов.

Установлено, что императорский двор играл организующую роль в общекультурном пространстве России и даже являлся примером для устройства фейерверочных «зрелищ» в странах Европы. Государственная власть заказывала многие иные пиротехнические «действа». Выявлено, что иллюминациями назывались не только подсветка и «описания» фейерверков, но и празднования, кульминацией которых являлись «огненные зрелища».

Во время царствования Елизаветы Петровны самыми воздействующими на зрителей стали этическими принципы щедрости и «золотого века» (справедливого, легитимного царствования). Многоуровневая символика фейерверков 1740–1760 х годов наполнилась художественными знаками (аллегориями ликующей императрицы, развлечения которой на каруселях символизировали процветание и гармоничность Императорского Двора). Эти изображения являлись культурной «данью» эпохе барокко, рококо с непременными причудливыми, изящными декорами и восхвалением успешной личности.

Символика фейерверочных представлений рассмотрена в широком контексте культурной жизни России начала–середины XVIII века. В эмблемах фейерверков, созданных М.В. Ломоносовым, ярко выразилась внутренняя полемичность риторики надписей к фейерверкам. Он впервые разработал национальные эмблемы природы, обозначавшие стремление к покою, послушанию. Прогрессивные взгляды ученого (упоминание торговли) сочетались с возвращением к традициям русской размеренной жизни, поэтому в фейерверках М.В. Ломоносова скрытая несогласие с французским рационализмом (идеями Вольтера).

Фейерверки впервые включены в культурное пространство. Идеи, которые зарождались в этике первой половины XVIII века, использовались в фейерверочных представлениях. Они излагались в «описаниях», «изъяснениях» к «огненным зрелищам», сентенциях и комментариях к эмблемам; девизах, которые высвечивались на высоте нескольких десятков метров в городском небе. Пиротехнические представления являлись уникальными праздниками, на которых в изящной форме показывались очень сложные по семантическому содержанию эмблемы с обобщающей символикой добра, знаками мифологических олицетворений русских императоров и императриц и системой архетипов главнейших стихий мира. Символика фейерверков глубоко символична. Ее корни генетически восходят к декоративному искусству барокко России конца XVII века, к народной росписи, стилю «узорочья» в росписи.

На семантику фейерверков влияла не только общая культурная обстановка, описанная выше, но и политические интересы императорского двора. Монархи заказывали изображать себя следующим образом: Петр Великий выступал в образа громовержцев, воинственных рыцарей, античных богов из главного пантеона, Екатерину I олицетворяли цветущие розы, сердца (фамильный знак Меншиковых), Петр II изображался романтическим рыцарем, Анна Иоанновна олицетворяла мудрое величие, спокойствие, показывалась в виде самой себя, Елизавета Петровна представала перед зрителями в символической интерпретации Астреи, Минервы, игривой, роскошной, щедрой императрице—законодательницы церемониала двора. При комплексном анализе фейерверков царствования Елизаветы Петровны, в частности, «огненного действа» на новый год 1753 года выявлены ключевые символы мировых стихий: воздуха, огня, воды, земли. Семантика эмблем прошла сложную эволюцию от традиционных батальных зрелищ начала XVIII века — символов победоносности России до многоплановых изображений природы 1750-х гг., а также эмблем с изображением храмов, у подножий которых летели колесницы, кружили карусели—знаки стремительности и цикличности главнейшего архетипа—времени.

Проблемы «маленького человека» не затрагивались ни психологически, ни метафорически. Из народных символов исключительно красивым дополнением к основным картинам, изображавшим царский двор, являлось «узорочье». Уникальной находкой являлось то, что в фейерверочной риторике использовался стиль прямолинейной упрощенной речи — в частности, «петровых дел расширительница» (1730-е гг.). В западноевропейских фейерверках символами, полезными для здоровья народа являлась природа, в Российской традиции ей уделялось внимание с более сеьезной ценностной направленностью, чем в зарубежных фейерверках. В частности, пальмы и апельсиновые кущи символизировали рай.

Выявлена одна сложная группа фейерверочных показов — династические фейерверки. Они прославляли победы императорского двора в военном и гражданском деле.

Эмблематические фейерверки играли значимую роль в культурной жизни России начале–60 х годах XVIII века. В них показывалось, что может считаться идеальными качествами монарха и подданных: смирение, готовность служить на благосостояние отечества.

Академики, инжеренры, авторы элоквенций, народные исполнители «умолчали» о более комфортной жизни, о которой мечтали. Факт намеренного игнорирования ряда прогрессивных вопросов не удивителен — фейерверки показывались по заказу Императорского двора. Однако они способствовали приобщению нового европеизированного человека к зарубежной культуре, что имеет, как было показано выше, огромное антропологическое значение.

При большой роли субъектного анализа в работе сделаны важные обобщения и оформлена концепция. В 1730-1740-е годы была поставлена цель во что бы то ни стало вернуться к спокойной, гармоничной внутренней политике в России, наследие Петра Великого с тяжелыми годами Северной войны, получившими блестящее образное выражение в античной символике фейерверков, стало оцениваться все прохладнее и прохладнее.

Вместо послесловия. Диалог с читателем про историографию

Эта работа о наследии Петра Великого

***

Главное в науке — истина

***

Преследования всегда делают умного человека сильнее, а вот мудрее и добрее— реже.

***

Петр Великий оказался неготовым освободить российский народ, а народ был не готов выразить свои идеи в официальном искусстве власти