I Kurbitl w. Die Zeichnungen geisteskranken Personen in ihrer psychologi-

schen Bedeutmig und differentialdiagnostischen Verwertbarkeit П Ztschr. Neuro-

logie und Psychiatric. 1912. N 13. P. 153.

выражается в том, что ребенок в своих рисунках фик-

сирует факты и детали, которые взрослыми художниками

игнорируются соответственно объективно воспринимае-

мой действительности. В детских рисунках среди прочего

часто встречается явление <прозрачности> - изображе-

ние невидимых в действительности элементов. Например,

у человека, изображенного в профиль, рисуются оба

глаза; у человека, сидящего в автомобиле, нарисована

также и нижняя половина тела, хотя в действительности

она закрыта кузовом машины. Этот интеллектуальный

реализм встречается также и в творчестве больных ши-

зофренией, причем они воспроизводят собственную дей-

ствительность, ибо мыслят по-своему логично, рацио-

нально интерпретируя реальные события в соответствии

со своими бредовыми построениями, а не с объективной

действительностью. Е. Минковский назвал этот способ

мышления болезненным рационализмом (rationalisme

morbide^). Соединяя термин В. Кюрбица (интеллектуаль-

ный реализм) с понятием, созданным Е. Минковским,

можно было бы изобразительное творчество больных

шизофренией назвать патологическим реализмом,

Для психиатра неизмеримые и неточные психологи-

ческие и психопатологические определения, которыми он

пользуется в своей работе, являются терминами столь же

реальными, как для физика понятие массы. Мир, несу-

ществующий для здоровых, но существующий в разуме

больного, может быть для врача более реальным, нежели

псевдореальность театральной игры.

В польской психиатрической казуистике известно

интересное творчество больного шизофренией художни-

ка-любителя Э. Монселя, собрание работ которого, со-

стоящее из 553 сохранившихся рисунков и набросков

мессианского содержания, можно рассматривать как аль-

бом, пластически иллюстрирующий картину шизофре-

нии.

Монсель родился в 1897 г. и умер в 1962 г. Имел

начальное образование. До войны владел небольшим

магазином в провинциальном городке. После войны ра-

ботал весовщиком на сахарном заводе. По характеру он

был скрытным, холодным в отношении к окружающим

I Minkowski Е. О. С.

86

и не проявлял каких-либо особых интересов в сфере

изобразительных искусств. Заболел психической бо-

лезнью в 1943 г. Несмотря на то что лично ему ничто

не угрожало, он был убежден, что ему грозит арест, и

скрывался до конца войны на темном, необогреваемом

чердаке. За это время он сильно изменился, стал стран-

ным, избегал даже самых близких ему людей, перестал

заботиться о себе. После войны стал жить отдельно. С

работой справлялся хорошо, но избегал всяких контак-

тов. Стал преувеличенно религиозным. Лишь один раз,

доверившись соседу, он рассказал о том, что видит

необычные вещи, которые удивили бы людей.

После смерти Монселя выяснилось, что в течение

последних двадцати лет жизни все свободное время он

посвящал рисованию, о чем не знал никто из окружаю-

щих. Эти рисунки и подписи к ним' являются столь

представительной иллюстрацией критериев шизофрени-

ческого искусства, что даже без информации о жизни

Монселя можно было бы на их основе поставить диагноз

заболевания художника.

Г. Реннерт относит к формальным критериям пласти-

ческой экспрессии страдающих шизофренией странные,

манерные формы в стиле барокко, нагромождение форм

и фигур, заполненность изображениями до самых границ

композиции (horror vacui)^ включение в рисунок эле-

ментов письма, стереотипии в виде заполняющих всю

поверхность картины повторяющихся форм, символов и

т. п, стереотипное повторение определенных мотивов в

целых сериях картин, геометризацию и схематизацию

формы, декомпозицию фигур людей и животных, орна-

ментальные заполнения фона, умножение частей тела

фигур, странные, неоморфические монстры. К содержа-

тельным критериям Реннерт относит замкнутую, орна-

ментальную композицию формы, например арабески; на-

иболее излюбленными темами являются магические и

аллегорические изображения с их странной символикой,

особенно религиозного и сексуального характера, порт-

реты с явно акцентированными глазами, ушами, руками,

I MUarski J. Psychiatryczne aspekly tworezosci Edmunda Monsiela. W:

Swiat samolnych wizji Edmunda Monsiela z Wozuczana.

2 Боязнь пустоты (лат.).

элементами, выражающими чувство страха, психического

обнажения личности больного.'

Известно достаточно точно, что Монсель до заболе-

вания никогда не рисовал и не интересовался искусством.

Его первые рисунки были выполнены в период около

пасхи 1943 г. В рисунке с подписью <Иисус Христос

явился в Великую Пятницу 1943 г.> можно с большой

вероятностью усмотреть пластическое представление мо-

мента шизофренического озарения. На нем изображены

лица, выступающие из досок какой-то постройки, быть

может чердака, на котором Монсель в то время скры-

вался. На некоторых из этих рисунков как бы украдкой

появляется дьявольская физиономия. Вероятно, на них

представлены изображения первых галлюцинаций Мон-

селя. Поскольку на большинстве рисунков указаны даты,

то можно проследить эволюцию его болезни и творчес-

тва. Уже вскоре трагическое спокойствие и холод, вею-

щие от больших, черных поверхностей портретов Хрис-

та, уступают место драматическому хаосу переплетенных

странной арабеской линий, на фоне которых выступают

отдельно глаза, оскаленные зубы, гротескные, часто жут-

кие лица.

Подобно тому, как бывает при галлюцинациях, воз-

никающих под влиянием ЛСД, эти лица умножаются,

формы переходят одна в другую, становятся все более стран-

ными, дереализованными, иногда переходят в чистую

абстракцию. На рисунке <Композиция с лицом> возни-

кает кульминационный хаос безумного видения, несущий

печать космической катастрофы. Здесь не осталось уже

почти ничего от форм прежнего, реального мира.

Следствием великого и возникшего почти одновремен-

но с началом психоза таланта художника-любителя яви-

лось то, что и это произведение, созданное в крайне

болезненном состоянии, оказывается подчиненным твор-

ческой дисциплине. В этом периоде Монсель не делает

подписей под своими рисунками. Молчит, как если бы

у него не было слов для описания поражающих пережи-

ваний, но от этих образов веет страхом и чувством

грозящей катастрофы. Из этого нагромождения хаотиче-

ских линий и форм, из этого <салата образов> (опреде-

1 Rennert Н. Die Merkmale schizopbrener Bildnerei. Jena; VEB G. Fischer

Verlag, 1962.

ление использовано Г. Реннертом по аналогии с выраже-

нием <словесный салат>) через несколько месяцев фор-

мируется новый, жесткий и почти уже не меняющийся

до конца творческой жизни образ психотического мира,

в котором Монсель находит спасение, становясь послан-

ником Бога. Роли поменялись: мир уже не угрожает ему,

но он грозит миру, обладая моральной властью над ним.

Это ясно вытекает из многочисленных надписей на

рисунках, написанных патетическим стилем по образцу

Священного Писания; они свидетельствуют о бреде мес-

сианства и величия, о двойственности чувств, проявляю-

щейся в доктринерской любви к людям и одновременно

суровом, не ведающем прощения отношении. Монсель

глубоко убежден в своем мессианстве и величии, однако

до конца жизни никого не посвящает в свои бредовые

построения и свое творчество. Для окружающих он

остается скромным, одиноким, всеми покинутым чуда-

ком, но в своем шизофреническом мире Монсель -

избранник Бога, который с гордостью пишет: <Мое

творчество не имеет и не будет иметь конца; кто пойдет

за мной, тот обретет счастье>.

В этом периоде создания <нового мира> на развалинах

мира, разбитого психозом, который можно было бы

назвать теоморфическим' миром, поскольку он весь без

остатка заполнен божеством, наступает успокоение и

конкретизация формы. Исчезают зловещие маски, жутко

оскаленные пасти, а если они и появляются, то как

воспоминание об опасности зла, но уже как бы освоен-

ного, подчиненное идее вездесущего Бога. Появляются и

уже останутся навсегда тесно заполняющие картину бес-

численные усатые лица, проницательно смотрящие глаза

и патетически вытянутые руки, указывающие и повеле-

вающие. Из них строятся монументальные, несмотря на

миниатюрную технику, фигуры святых; ими заполняется

весь без остатка фон; они образуют характерный огра-

ничивающий картину орнамент. Эта жесткость форм

является, по-видимому, выражением стремления к созда-

нию порядка и гармонии, родом адаптации формальной

концепции.