Вариант 5

Тысячи фильмов, сотни тысяч книг, милли­оны часов телеэфира показывают современно­му человеку то, как он должен выглядеть. На­стоящий человек (объясняют ему) - это тот, кто живет сам по себе. Тот, кто полностью не­зависим от окружающих.

На этом построен весь Голливуд. Герои кра­сивых киношек живут сами по себе, ни в ком не нуждаются, выглядят полностью счастливыми и советуют так же выглядеть всем остальным.

Однако стоит нам посмотреть не на кино, а на жизнь, и идиллия рушится. Как известно, самые независимые существа на свете - это бездомные собаки. Вот только почему у них такие несчастные глаза?

В реальности для нормальной жизни другие люди нужны человеку сильнее, чем воздух и ви­тамины. Самое ужасное, что происходит с че­ловеком, попавшим в тюрьму, это не ограниче­ние свободы и не жесткая кровать, а то, что во­круг него - враждебно настроенные люди. Те, кто никогда его не полюбит. Именно от этого заключенные сходят с ума.

Человек, который стремится к деньгам, вла­сти, славе или успеху у женщин, ищет одного: быть любимым.

Человеку нужно, чтобы его любили. Челове­ку жизненно необходимо быть единственным возлюбленным. Быть тем, кого ценят дороже жизни. Ради этого миллионеры наживают со­стояния, а маньяки совершают преступления. Ради этого делается вообще все на свете. Посмотрите на свою собственную жизнь и убедитесь: что бы вы ни делали, вы делаете это лишь из желания быть любимым. Только, что­бы увидеть это, на свою жизнь нужно посмо­треть честно.

Вот отсюда и можно начинать разговор о христианстве. Великая тайна моей веры в том и состоит, что каждый из нас УЖЕ любим. Каж­дый из нас - единственный ребенок самого прекрасного из отцов. Христиане знают ответ на самый главный вопрос. Христиане знают, что они любимы Богом.

Именно вокруг этого все в христианстве и вертится. Можно сказать, что ничего кроме этой тайны в христианстве и нет

(И. Стогов. Страсти Христовы).

Вариант 6

Принято считать, что русского интеллигента отличает полное небрежение своим внешним видом. Будто бы он равнодушен к одежде, и ему все равно что носить.

Неверно! Нет более внимательного и требовательного к внешнему виду социального типа, чем русский интеллигент.

Видоизменяясь вместе с властью, ми­ровоззрение интеллигента сохраняло глав­ный стержень: отрицание и протест. Так, если дореволюционный интеллигент «ве­рил в Божие небытие» и был материали­стом, то интеллигент конца XX века уже вовсю молился, крестился и с вызовом пек куличи - ведь церковь подвергалась гонениям. Как только церковь возродилась и двинулась в сторону официоза с акциза­ми, интеллигент перебежал к меневцам. До начала 90-х интеллигент люто ненави­дел коммунистов и даже обычных безвред­ных членов компартии, но стоило к власти придти капиталистам - готово, интелли­гент уже за большевиков, оправдываясь тем, что советская власть «хотя бы о людях заботилась», и ностальгирует по рубри­ке «газета выступила - что сделано». Глав­ное - протестовать против тирана, в ка­ком бы обличье тот ни предстал, и если сейчас классического интеллигента слов­но бы не видно, а некоторые даже отрица­ют его существование, то это верный пока­затель того, что власть мало лютует и сла­бо душит.

Как же мог этот стойкий духовный протест не сказаться в костюме! Ведь одежда есть условный знак, пароль, по одеж­ке встречают, по ней же и провожают. Одежда есть книга, текст, послание, не слишком-то и зашифрованное: каждый должен суметь его прочесть. Что надеть, например, на голову? Ясно, что терновый венец, но какой? А это зависит от сезона, но не климатического, а политического: когда власть носила фуражку, интелли­генция ходила в шляпе, за что и была би­та пролетариатом, опознавшим чужака и ясно услышавшим беззвучное «наоборот». Когда власть надела шляпу (зимой - ка­ракулевый пирожок), интеллигенция сбро­сила свою, заменив беретом и ушанкой из кошачьего меха. Власть демократизиро­валась и сшила себе аккуратненькую се­ренькую ушанку жесткой формы - усе­ченную деголлевку. Интеллигенция отве­тила бесформенной вязаной шапочкой. Вот вам, сатрапы! Интеллигенту никак не может быть «все равно», его мотто — «люди, бойтесь равнодушных!»

(Т. Толстая. Наоборот).

Т.В. Гончарова, Л.П. Плеханова

Речевая культура личности.

Нормативный, этический, коммуникативный аспекты.

Гуманитарная составляющая культуры языковой личности

Учебное пособие

Подписано в печать

Формат 60 × 84 1/19. Бумага офсетная.

Усл.-печ. л. – 18. Тираж экземпляров.

Заказ №

Государственное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Липецкий государственный педагогический университет»

г. Липецк, ул. Ленина, 42

231