§4. Закон

Размышляя о тайной гармонии, о скрытом единстве, осуществляющемся в видимой борьбе противоположных стихий и начал, о вечном круговороте вещей, Гераклит силился найти остающийся всегда равным самому себе принцип движения, порядок рядов изменений. И здесь философия Гераклита открывает единый всеобщий закон, в котором заключается разгадка или смысл мироздания. Этот закон определяет собой все движения вселенной; он всемогущ и всем управляет. Он есть в одно и то же время и раздор, и мир, и высшая правда, нормирующая все вещи, и их судьба (είμαρμένη). Это единый божественный закон, который господствует во вселенной, в человеке, в языке и в деятельности людей. Это тот самый закон или строй, никем не созданный, который есть и будет всегда неизменным и обуславливает мировую жизнь в ее течении. Ничто не избежит и не укроется от этого закона, ибо τὸ μὴ δῦνόν ποτε πῶς ἄν τις λάθοι («как можно утаиться от того, что никогда не заходит») [DK 16]. И истинные государственные законы, и законы природы – все они опираются на один закон. Такой закон, благодаря которому они сами есть законы. Только опираясь на него, можно истинно судить, причем опираясь даже сильней, чем на государственные законы, придуманные людьми. Ибо все человеческие законы питаются одним божественным, который простирает свою власть насколько пожелает, всему довлеет и над всем одерживает верх. Следование этому закону, соответствие ему означает и соответствие космическому порядку.

Глава II «не мне, но логосу внимая…»

Другое дело, что не всем это доступно. Большинство людей не внемлет природе вещей и не желает знать Логоса. Мудрых же людей очень мало. Поэтому ἄξιον Ἐφεσίοις ἡϐηδὸν ἀπάγξασθαι (πᾶσι καὶ τοῖς ἀνήϐοις τὴν πόλιν καταλιπεῖν), οἵτινες Ἑρμόδωρον ἄνδρα ἑωυτῶν ὀνήιστον ἐξέϐαλον φάντες· ἡμέων μηδὲ εἷς ὀνήιστος ἔστω, εἰ δὲ μή, ἄλλη τε καὶ μετ΄ ἄλλων («правильно поступили бы эфесцы, – говорит Гераклит – если бы все они, сколько ни есть возмужалых, повесили друг друга и оставили город для несовершеннолетних, – они, изгнавшие Гермодора, мужа наилучшего среди них, со словами: «да не будет среди нас никто наилучшим, если же таковой окажется, то пусть он живет в другом месте и среди других») [DK 121]. «Наилучшие» же для Гераклита – это, прежде всего, граждане, отличающиеся своими достоинствами перед остальными гражданами полиса. αἱρεῦνται γὰρ ἓν ἀντία πάντων οἱ ἄριστοι, κλέος ἀέναον θνητῶν, οἱ δὲ πολλοὶ κεκὸρηνται ὅκωσπερ κτήνεα («Наилучшие одно предпочитают всему: вечную славу (всему) тленному. Толпа же набивает свое брюхо, подобно скоту») [DK 29]. Выбор Гераклита в пользу «наилучших» однозначен: εἷς ἐμοὶ μύριοι, ἐὰν ἄριστος ᾖ («один для меня десять тысяч, если он наилучший») [DK 49]. Деятельность в сфере законодательной, где и выявляются «наилучшие», есть один из путей к осознанию единого порядка вещей. Таким образом, учение Гераклита о Логосе становится не только учением о том всеобщем, которое проявляется на уровне всех мировых превращений, но и учением о познании (понимании) этого всеобщего.