Гоголь-историк.

Отмеченные еще в «Вечерах…» признаки гоголевского историзма получают дальнейшее развитие в сборнике «Миргород». И это не случайно. Работа над ним совпала с серьезным увлечением писателя исторической наукой. Это увлечение, как мы помним, началось еще в Нежинской гимназии, потом оно окрепло в процессе преподавания истории в Патриотическом институте, где Гоголь прослужил более четырех лет. В этот период ставший близким другом Гоголя украинский историк и собиратель народных песен, бывший член кружка «любомудров» М. А. Максимович становится ректором вновь открытого в Киеве университета св. Владимира. В конце 1833 года, под его влиянием, у Гоголя возникает мысль о профессорской кафедре в «древнем и прекрасном» Киеве, в котором «деялись дела старины нашей». Гоголь задумывает многотомную историю Украины, делает наброски, собирает материалы к этому труду и одновременно начинает хлопоты о своем назначении в Киев, подключив к ним Пушкина, Жуковского и других влиятельных людей. Но кандидатура Гоголя не встретила одобрения в Министерстве народного просвещения, и назначения не состоялось. Тогда Гоголь, при поддержке Плетнева и Жуковского, получает должность адъюнкт-профессора по кафедре всеобщей истории Петербургского университета. В 1834-1835 годах писатель читает лекции по средневековой истории, среди его слушателей-студентов оказывается И. С. Тургенев. Одновременно возникают замыслы многотомного труда по истории европейского Средневековья, пишутся отдельные статьи, собираются материалы.

Вскоре Гоголь убеждается, что его художественный талант не вполне укладывается в рационалистический мир науки. Он воспринимает историю не в отвлеченных формулах, а в живых картинах. Первые лекции, прочитанные им в университете, покоряют слушателей колоритностью передачи исторического материала. Но потом писатель к академической науке охладевает. Его призвание – быть художником, что он блестяще продемонстрировал в повести «Тарас Бульба», которую еще и доработал теперь, усилив в ней общерусский эпический элемент. Гоголь далеко ушел в ней от исторической повести декабристов за счет углубления историзма, раскрытия связи центрального героя с народом. Следуя традиции историзма Пушкина в «Борисе Годунове», Гоголь создает живые характеры, связанные с определенными историческими обстоятельствами, реалистически передает в повести сам дух народа отдаленной во времени эпохи. Интерес к фактам борьбы народа за свою независимость сближает Гоголя с Пушкиным, который работает над «Историей Пугачевского бунта» и повестью «Капитанская дочка», с Лермонтовым, который пишет роман «Вадим». Но в жанровом отношении «Тарас Бульба» отличается от этих произведений: Гоголь пишет героическую поэму в прозе, опираясь не только на летописи, но более на фольклор, на украинские народные песни. «Каждый звук песни мне говорит живее о протекшем, чем наши вялые и короткие летописи», – пишет он И. И. Срезневскому. А в статье «О малороссийских песнях», помещенной в сборнике «Арабески», Гоголь говорит: «Это народная история, живая, яркая, исполненная красок, истины, обнажающая всю жизнь народа». Это – «живая, говорящая, звучащая о прошедшем летопись». Песни хранят «дух минувшего века». «Везде в них дышит эта широкая воля козацкой жизни. Везде видна та сила, радость, могущество, с какою козак бросает тишину и беспечность жизни домовитой, чтобы вдаться во всю поэзию битв, опасностей и разгульного пиршества с товарищами».

Конечно, черты исторической повести или романа включались в тот жанр, который создавал Гоголь в «Тарасе Бульбе». Не случайно Пушкин начало его признал достойным Вальтера Скотта. Но основной сюжет «Тараса Бульбы» – народная война за освобождение – связывает повесть Гоголя с жанром эпопеи. По точным словам В. Г. Белинского, «„Тарас Бульба“ есть отрывок, эпизод, из великой эпопеи жизни целого народа. Если в наше время возможна гомерическая эпопея, то вот вам ее высочайший образец, идеал и прототип!»

«Тарас Бульба» – первая в истории русской литературы национальная эпопея, предвосхищающая вместе с «Капитанской дочкой» будущие эпические картины «Войны и мира» Л. Н. Толстого, «Тихого Дона» М. А. Шолохова. Вероятно, Гоголь не достиг бы в литературе столь впечатляющего результата, если бы его художественное мышление не опиралось на фундамент глубокого знания и понимания философии истории, а также на изучение богатейшего фактического материала европейского и украинского Средневековья.

В основе гоголевской философии истории лежала вера в Божественное руководительство, в глубокую связь национальной истории с религией народа, вероисповедными его святынями. Гоголь разделял мысли немецкого историка и философа Гердера о великом историческом призвании славян Восточной Европы, о грядущем расцвете России. Залогом этого расцвета Гоголь считал героический средневековый период ее истории, юности молодого народа, в котором посеяно зерно грядущего. Гоголь-историк мыслил диалектически: современное состояние русской жизни – отрицание героического Средневековья – по закону «отрицания отрицания» и «снятия» возникшего противоречия приведет в будущем к возрождению более прочного и одухотворенного национального единства на православно-христианской основе. При этом Гоголь не разделял братских украинского и русского народов: он видел у них общий и единый исторический корень.