Возвышение и падение духа

‘Аллама Маджлиси ¹ в своей книге Бихар ал-анвар фи-ахбар ал-аййимат ал-атхар приводит предание, согласно которому сподвижники досточтимого Пророка (да благословит его Аллах и приветствует!) почувствовали удивительное состояние. Им казалось, что они, сами того не осознавая, могут быть лицемерами (мунафик). Они обратились к Пророку (да благословит его Аллах и приветствует!) со слова­ми: «О Посланник Аллаха! Мы боимся, что принадлежим к лицеме­рам». Пророк (да благословит его Аллах и приветствует!) спросил о причине подобного состояния. Они ответили: «Когда мы пользуемся благами присутствия на ваших беседах, когда вы читаете проповеди, говорите о Боге, о Судном Дне, о пороках, воздаяниях и покаянии, мы находимся в приятном, одухотворенном состоянии. Но едва мы покинем ваши собрания и побываем с нашими женами и детьми, начинаем себя чувствовать иными, то есть такими, какими были до ваших бесед. О Посланник Аллаха! Разве это не лицемерие?» Пророк (да благословит его Аллах и приветствует!) сказал: «Нет, это не лицемерие. Лицемерие — это двуличие. Человек порою одухотворен, а в иное время чувствует упадок духа. В моем присутствии вы невольно чувствуете одухотворенность, состояние духовного подъема. Если вам удастся сохранить подобное состояние надолго, то вы увидите ангелов, которые обменяются с вами рукопожатиями, и вы сможете, не утонув, ходить по поверхности воды! Но это не такое состояние, которое вы можете иметь постоянно. При сохранении подобного состояния вы можете достичь больших высот».

На мой взгляд, Саади передает смысл именно этого хадиса ¹, но уже посредством Йа‘куба, отца Йусуфа, когда рассказывает, как некий муж спросил у того, кто сына своего потерял:

О, мудрый и благородный старец прозорливый,

Ты же слышал благоухание рубахи,

Доносившееся из Египта,

Но почему ты не видел его брошенным в яме Ханаана?

Йусуф отдал в Мисре (совр. Египет) братьям свою рубаху — с прось­бой передать ее отцу. Они еще не прибыли в Ханаан, когда Йа‘куб воскликнул: «Воистину, чувствую я благоухание Йусуфа, хотя, быть может, покажется вам, что я из ума выжил» ².

И здесь Са‘ди передает ответ Йа‘куба:

Сказал: «Наше состояние молнии подобно,

Иногда оно явное, а порою бывает сокрыто,

Иногда мы все в мире зрим, а порою

Не замечаем то, что у ног наших лежит».

По словам Хафиза:

Блеснула молния внезапно из покоя Лайлы,

Что будет со стогом сена в сердце Маджнуна?

А Са‘ди, подытоживая свои мысли относительно состояния Йа‘ку­ба, говорит:

Если сохранится это состояние у дарвиша постоянно,

То с радостью расстанется он с обоими мирами ¹.

Другими словами, если данное состояние у дарвиша будет постоянным, то он будет возвышаться над обоими мирами.

Поведение совершенного человека

В подтверждение всего сказанного прочту вам некоторые места из Нахдж ал-балага. Я в ходе моих лекций неоднократно отмечал, что Нахдж ал-балага во многом напоминает самого ‘Али (мир ему!). Ибо слово есть проявление человеческого духа. У человека с низким духовным миром слова также бывают малозначимыми, и наоборот, слова человека с высокими духовными качествами, как правило, бывают высокими и ценными. Бледный и однотонный дух порождает бледные и примитивные мысли, а многогранному и богатому духу свойственны красочные, высокие слова с богатым содержанием.

‘Али (мир ему!) — многогранная личность, поэтому его слова так­же многогранны и многозначны. В его словах содержится кульминация ‘ирфана, философской мысли, кульминация свободолюбия, героизма, нравственности. Книге Нахдж ал-балага, как и самому ‘Али (мир ему!) свойственна универсальность. Повелитель верующих в описании человека, следующего по пути Аллаха, отмечает: «Он разум свой оживил, себялюбие свое умертвил, пока тело его не истончилось, покуда тучность его не утончилась, и вспышка, сверкающая пред взором его засветилась, и дорога его прояснилась, и по стезе он устремился, и разными путями он направился к вратам успокоения, к месту постоянного пребывания, и укрепились ноги его уверенностью тела в твердом, безопасном пребывании, за то, как использовал он свое сердце, принося довольство своему Господу» ².

Таким образом, ислам признает тот факт, что совершенный человек должен быть праведником и подвижником на пути к Богу, он должен заниматься очищением своего духа, улучшением своего внутреннего мира. Но здесь вопрос формулируется более конкретно — разве совершенный человек, согласно точке зрения ислама, есть человек, идущий по пути ирфанского познания Бога? Разве это человек, который шаг за шагом и поэтапно преодолевает путь постижения Божественной Истины? Верно! Ибо, по утверждению ‘Али (мир ему!), «по стезе он устремился, и разными путями он направился к вратам успокоения, к месту постоянного пребывания, и укрепились ноги его уверенностью тела в твердом, безопасном пребывании». Это место, которое является конечной целью праведника.

Верно ли утверждение о «близости с Богом»? Несомненно. Если человек достигнет такого положения, то завеса, отделяющая его от Истины, устранится, после чего он сможет созерцать Бога глазами сердца. В этом плане он более не нуждается в каких-либо аргументациях и доказательствах. Ему не надобно устремлять взоры в небо, на землю, на листья деревьев, чтобы найти доказательство Истины. Бог для него более явно созерцаем, чем небо, земля, листья и т. п. В этом отношении известно высказывание имама ал-Хусайна (мир ему!): «Есть ли в мире важнее доказательства, кроме Тебя Самого?» ¹

Один из сподвижников спросил у ‘Али: «Видел ли ты Господа свое­го, о Повелитель верующих?» ‘Али (мир ему!) ответил: «Ужели стану поклоняться тому, чего не вижу!» И тот спросил: «Как же ты видишь Его?» Последовал ответ: «Не постигнет его око глазным видением, но постигнет его сердце истинной верой» ².