3.3 Оценка эффективности системы экономических прав в свете особенностей процессов в российской экономике

Эффективна ли такая система экономических прав? В последние годы оценка экономической ситуации в России с точки зрения теории прав собственности приобрела определенную популярность. Остановимся на некоторых из них.

Например, И.Н. Макаров считает, что в настоящее время характер отношений собственности весьма далек от идеального состояния. Причины этого он видит в следующем:

• низкий уровень легитимности крупной и средней частной собственности;

• отсутствие четкой государственной политики в отношении собственности;

• отсутствие четкого разделения собственности, полномочий и компетенций различных уровней государственной власти и муниципалитетов;

• низкий уровень спецификации прав собственников;

• недостаточный уровень эффективности использования государственной собственности и контроля за ней;

• фактическое отсутствие в России эффективного частного собственника крупных активов;

• необходимость развития новых эффективных форм собственности адекватных реалиям сегодняшней действительности, включая возможное введение права ответственности вместо права собственности»¹⁸.

И.Н. Макаров подчеркивает низкий уровень легитимности частной собственности в России, что зачастую порождает проблемы, особенно когда дело доходит до судебного разбирательства. Кроме того, это значительно снижает возможности собственника эффективно использовать свои активы. Именно поэтому, как считает автор, «собственники … не уверены в гарантиях сохранности собственности и поэтому вместо инвестирования капиталов в производственные активы внутри страны нередко пытаются различными путями вывести их из страны и легализовать за границей»¹⁹. Т.е. налицо недостаточная защищенность прав собственности и, соответственно, низкий уровень спецификации. Иначе говоря, мы можем наблюдать высокий уровень «размывания» прав собственности, что и становится «камнем преткновения» развития экономики в целом.

Одним из порождений такой ситуации стало появления феномена «теневой» экономики. Как считает В.А. Гамза, к теневой экономике (теневым секторам экономики) следует относить «всю ту часть финансово-хозяйственной деятельности юридических и физических лиц, которая осуществляется вне сферы официального бухгалтерского учета»²⁰. В соответствии с методикой ООН к теневой экономике относятся следующие виды деятельности:

• скрытая, которая включает законодательно разрешенную, но не учитываемую официально деятельность (полностью или частично) в рамках формализованных структур и процедур;

• неформальная, которая включает законодательно разрешеннуюя, но не учитываемую деятельность неформальных структур;

• нелегальная, которая включает законодательно запрещенную деятельность (криминальную и иную противоправную).

По данным Росстата, за 2009-2010 гг. число занятых в неформальном секторе экономики выросло на 12% (правда, нужно отметить, что число преступлений в сфере экономики снизилось за эти же два года на 4%). Как отмечает директор Центра исследований региональной экономики Юрий Корчагин, основными факторами существования и роста неформального сектора теневой экономики, сужающего налогооблагаемую базу регионов, являются правовой нигилизм, высокое налоговое бремя на экономику (35% ВВП) вкупе с неформальными поборами с бизнеса чиновниками и криминалом, неэффективность правоохранительных органов и особенно коррупция²¹. Т.е. можно констатировать явное «размывание» прав собственности, незащищенность и подверженность государственному администрированию, значительно уменьшающих «пучок» прав субъектов экономических отношений.

Как отмечает Е.А.Тюгашев, «теневую» природу экономического явления пора раскрыть с позиции специфики экономических взаимодействий, а не в формате внешней определенности экономических процессов, т.е. «их правомерности или нравственности, эстетичности или властного потенциала». По его мнению, «факт нелегальности или легальности конкретного экономического действия … не раскрывает его собственно экономическую природу»²². В этом контексте «размывание» прав собственности вполне можно отнести к источнику теневизации экономики. Следовательно, спецификация прав собственности может стать одним из решающих факторов, способствующих преодолению теневизации экономики.

Однако можно видеть, что предложения специалистов носят прямо противоположный характер. Например, И.Н. Макаров считает, что неразумно предоставлять частному капиталу полный «пучок прав собственности» на общественно-значимые и стратегические активы. Он считает возможным в рамках государственно-частного партнерства передавать представителям частного капитала ограниченные права собственности, из которых будут исключены право владения, право суверенного распоряжения, право бессрочности обладания объектом и право передачи объекта в наследство²³. Очевидно, что такой путь приведет к еще большей размытости прав собственности, что еще в большей степени неизбежно снизит привлекательность и эффективность экономической деятельности.

Поэтому можно согласиться с мнением Н.М. Розановой: «Там, где нет выбора, не имеет смысла говорить об оптимальном распределении ресурсов. Там, где выбор не приобретает денежную форму, нельзя адекватно сопоставить затраты и результаты, выгоды и издержки»²⁴.

А вот Е.В. Моргунов и А.Д. Калинин видят другой путь к повышению эффективности общественного производства. В частности, считают необходимым сосредоточить в руках государства не менее 50% собственного капитала на все виды ресурсов, в том числе и природные. По их мнению, это позволит не только получать стабильные доходы от государственной собственности, но и самое главное — оказывать влияние на предприятия других форм собственности, осуществлять контроль над ними, не вмешиваясь в их оперативно-хозяйственную деятельность. Для этого они предлагают следующую спецификацию прав собственности:

• природные ресурсы находятся в государственной собственности, но в частном или корпоративном пользовании и распоряжении (например, на основе концессии). При этом они должны платить государству, как собственнику, ренту;

• имущественные комплексы системообразующих отраслей (например, газовая отрасль, электроэнергетика) должны также находиться полностью или частично (не менее 50%) в государственной собственности с безусловным правом государства нанимать и увольнять высших управляющих;

• прочие имущественные комплексы (предприятия) могут находиться в любой форме собственности (частной, государственной, смешанной) при условии, что собственники способны осуществлять хозяйственный процесс без финансовой помощи и особых льгот государства²⁵.

Отчасти такой подход может иметь место. Однако, если смотреть шире, то авторы затрагивают одну из ключевых характеристик собственности, а именно — проблему идентичности доминирующих собственников и, соответственно, увеличение вероятности конфликтов, связанных с этой проблемой.

Р. Капелюшников и Н. Демина акцентируют внимание на том, что с общетеоретической точки зрения нельзя утверждать, будто существуют какие-либо структуры собственности, обладающие абсолютным преимуществом перед всеми остальными. Поэтому в зависимости от конкретных обстоятельств любая из них может оказаться предпочтительнее других. И если рыночный механизм отбора действует активно, то можно ожидать, что для каждой из них будет отыскиваться ниша, где ее плюсы максимально перевешивают минусы и где она обладает наибольшими преимуществами по сравнению с альтернативными организационными формами или конфигурациями собственности. Именно с этим связан тот факт, что в любой реальной экономике наблюдается огромное разнообразие форм экономической жизни²⁶. Интересно, что такой подход во главу угла ставит не столько поиск наиболее приемлемой конструкции и сочетания прав собственности, сколько подразумевает наиболее полную сертификацию прав собственности, а возможность выбрать наиболее эффективное их сочетание предоставляется рынку.

Исследуя структуру постприватизационной экономики России,Р. Капелюшников и Н. Демина видят главный источник проблем в том, что структуры собственности, которые сформировались на начальном этапе процесса приватизации, не были результатом рыночного отбора и длительной эволюции, а фактически имплантировались сверху, в рамках тех или иных приватизационных схем. Поэтому в одних и тех же нишах, в одних и тех же сегментах рынка будут встречаться и существовать бок о бок как эффективные, так и неэффективные организационные формы, как эффективные, так и неэффективные типы отношений собственности.²⁷ Следовательно, нормальное рыночное развитие в дальнейшем должно привести к отбору наиболее рациональной экономической структуры.

В соответствии с теорией прав собственности чем больший «пучок» прав сосредоточен в руках одного индивидуума, тем более эффективным должно быть экономическое использование собственности. Однако исследования выявили обратный эффект: при прочих равных условиях чем большая доля акций находится в руках самого крупного акционера, тем хуже загрузка производственных мощностей, меньше заработная плата, ниже рентабельность и выше риск убыточности. Кроме того, исследование ряда предприятий выявило интересный факт — там, где имеется несколько крупных собственников, предприятие работает эффективнее, чем предприятия, принадлежащие одному крупному владельцу. Т.е. при определенных условиях коалиция из нескольких крупных собственников может стать оптимальной, что позволяет минимизировать совокупные издержки, связанные как с оппортунизмом наемных менеджеров, так и мажоритарных собственников. Она оказывается способна обеспечить эффективный мониторинг за поведением, с одной стороны, менеджеров и, с другой стороны, собственных членов. В результате такая более сбалансированная, менее асимметричная конфигурация собственности способствует максимизации рыночной стоимости компании²⁸.

Таким образом, особенности экономических процессов в России говорят о преобладающих процессах «размывания» прав собственности, низком уровне их защищенности, что настоятельно требует проведения сертификации прав собственности. Как видим, даже такой беглый подход к оценке организационно-правовой формы бизнеса с позиции экономической теории собственности, дает больше информации к размышлению, чем готовые выводы. Однако, как представляется, все-таки именно данная теория, выводя проблему собственности из русла чисто вещных или производственных отношений, гораздо более рельефно показывает истоки проблем в экономике и пути их решения через совершенствование прав собственности.