Тема 10. «Органическая критика а.А. Григорьева

(1822 – 1864)

Общая характеристика метода «органической критики»

Г. – создатель и единственный представитель «органической критики».

Человек стихийного образа мыслей и стихийных («метеорных») поступков, Г. всякую теоретическую систему взглядов воспринимал как догматическую, насильственную, разрушающую естественный ход событий. «Теоретиками он называл и «гегелистов», и славянофилов, и защитников «чистого искусства», и революционных демократов. Исключения составляли учения Шеллинга и Карлейля: их идея вечной, неизменной жизни, преклонение перед стихийностью, стремление к «синтезу» бытия, их мысли о таинственной сложности души человеческой, постигаемой искусством интуитивно и целостно, о превосходстве искусства над наукой. «Искусство – синтетическое, цельное, непосредственное, пожалуй, интуитивное разумение жизни в отличие от знания, т.е. разумения аналитического, почастного, собирательного, проверяемого данными».

Свой метод Г. подробно охарактеризовал в программных статьях «Критический взгляд на основы, значение и приемы современной критики искусства» (1858) и «Несколько слов о законах и терминах органической критики» (1859). Основной пафос статей – защита «мысли сердечной» и борьба с «мыслью головной». Г. считал художественными те произведения, которые охватывают жизнь во всей глубине и целости («живорожденные» в отличие от «сделанных», т.е. созданных по заранее заданной схеме).

Каким путем постигается эта целостность? Художественное произведение может быть воспринято через со-переживание, со-чувствие, в «терминах собственной души», тем самым преодолевается «заданность, внешнее целеполагание, тирания <…> точки зрения». Г. понимал критику как сотворчество, испытание художественного образа собственным духовным опытом, «исповедь чужим текстом». С. Вайман назвал критику Г. «автобиографической»³⁵.

Подобный самоанализ с помощью воспринимаемого художественного явления должен осуществлять и читатель.

Г. выступал против тенденциозности в искусстве. «Утилитаристы» (представители «реальной критики») «искусство обращают в орудие готовой теории». Однако он не соглашался и с пониманием искусства как бессознательного творчества («искусство для искусства»). У художника должен быть идеал, но не рационалистически сконструированная схема (как того требует «реальная критика»). По Г., идеал – абсолютная и вечная истина, к которой движется человечество. Как определить этот идеал? Вечный идеал присутствует в прошлом и настоящем как набросок, зерно, предчувствие. Органическая критика и призвана отыскать этот прообраз идеала и руководствоваться им в суждениях о литературе. Искусство указует народу путь к идеалу. Г. писал о пророческом значении искусства: «Искусство обладает предугадывающими, предопределяющими жизнь силами» («Искусство и нравственность»).

Изучение формы художественного произведения казалось Г. искусственным разъятием целостного текста: «Художественность есть дело общее, жизненное. Как же мы отнесемся к нему с равнодушною техникой. Этого нельзя!». Анализ формы не нужен ни художникам, которые сами достаточно грамотны технически, ни читателям, которые ждут от критика объяснения смысла произведения. Поэтому Г. утверждал, что современная критика «перестала быть чисто художественною, что с произведениями искусства связываются для нее общественные, психологические, исторические интересы, - одним словом, интересы самой жизни» («Критический взгляд на основы, значение и приемы современной критики искусства»).

Может показаться, что взгляд на критику как на разъяснение жизни («по поводу произведения») сближает Г. с Добролюбовым, Однако сущность метода Г. резко отличается от принципов Добролюбова. Для Г. на первом плане – человеческая душа, а не социально-политические процессы, как у Добролюбова. Поэтому он назвал свой метод не «историческим воззрением», а «историческим чувством» - «Чувством органической связи между явлениями жизни, чувством цельности и единства жизни».

Отличие «органической критики» от «реальной» заключается и в самом анализе художественных образов. Добролюбов рассматривал литературных героев как типические, объективные явления общественной жизни. Г. больше всего интересовали поведение, переживания героев. Он переводил разговор об искусстве в этическую сферу.

Добролюбов мало внимания уделял авторской оценке персонажей. Для Г. же чрезвычайно важно отношение писателя (а также себя, критика) к художественным образам.

Г. был против «вынесения приговора жизни» (Чернышевский), против попыток изменить жизнь. Они ведут к втискиванию органических явлений в прокрустово ложе теории.

Эволюция Г.

В каждый период деятельности у Г. был свой идеал писателя, с которым он соизмерял других авторов.

1период – втор. пол 1840-х гг. Сотрудничество в журналах «Репертуар и Пантеон», «Финский вестник», газете «Московский городской листок». Проблема «Гоголь и натуральная школа». Первоначальная положительная оценка н.ш. (2 рец. на «Петербургский сборник») сменилась отрицательной. Н.ш. проникнута фатализмом и аморализмом, т.к. изображает ничтожные личности, совершенно заеденные средой. Если признать, как это делают представители н.ш., что личность всецело обусловлена средой, то она лишается внутренней активности, свободы выбора, ответственности за свои поступки.

«Школа эта <…> увидела в Гоголе только оправдателя и восстановителя всякой мелочной личности, всякого микроскопического существования». Г. противопоставляет н.ш. творчество Гололя. Гоголь всю жизнь боролся за цельного, гармоничного человека. Призывал к самосовершенствованию личности, «сосредоточению, собиранию себя всего в самого себя». (о «Выбранных местах из переписки с друзьями» - «Гоголь и его последняя книга» 1847.). Г. придавал большое значение моральному идеалу. Этот идеал – «свободная личность, с напряженной, интенсивной духовной жизнью, с высокими моральными качествами и сознанием ответственности за свои поступки, с христианской любовью к людям»³⁶.

2 период – неославянофильский – перв. пол. 1850-х гг. Г. член «молодой редакции» журнала «Москвитянин». Кумир - А.Н. Островский. Любовь к русскому народному быту и творчеству, симпатии к патриархальности (в купеческой среде), враждебное отношение к западничеству и к натуральной школе (синоним натурализма).

Обзоры: «Русская литература в 1851 году», «Русская изящная литература в 1852 году». Высокая оценка пьесы Островского «Бедная невеста». У О. «коренное русское миросозерцание, здоровое и спокойное» (См. также: «О комедиях Островского и их значении в литературе и на сцене» 1855). Отрицательное отношение к произведениям Писемского и Гончарова. Писемский стремится устранить свою личность из произведения. Гончаров в «Обыкновенной истории» проповедует ложный идеал – утверждение «практичности».

Здесь обнаружилась характерная черта метода Г.: он стремится сразу охватить два аспекта художественного творчества – отражение объективной действительности и отражение субъективного идеала. «Деятельность всякого истинного художника слагается из двух элементов – субъективного, или стремления к идеалу, и объективного, или способности воспроизводить явления внешнего мира в типических образах».

3 период – втор. пол 1850-х гг. После закрытия «Москвитянина» (1857) Г. сменил несколько журналов: «Русская беседа», «Библиотека для чтения», «Русское слово» (с 1858), «Светоч». Сблизился с демократами, пересмотрел свое отношение к славянофилам. Г. признал в русском национальном характере две силы: «стремительную» (т.е. бунтарскую) и «осаживающую» (смиренную). Первая представлена в образе Чацкого, вторая – Белкина. Смиренное начало может перейти в застой, в мертвящую лень. Стремительное начало необходимо, чтобы не допустить этого. Мятежный герой русской литературы получил оправдание в статье «Взгляд на русскую литературу со смерти Пушкина» (1859). Идеал – синтез смиренного и активного, гармония, равновесие всех жизненных свойств в единой целостности. Таким идеалом для Г. стал Пушкин («наше все»). Пушкинскую гармоничность Г. противопоставляет последующей «разорванности» в литературе.

«И.С. Тургенев и его деятельность, по поводу романа «Дворянское гнездо» (1859). В 1 ст. рассмотрены общие проблемы: личность и общество, «смирный» и «гордый» человек, фатализм и борьба. Во 2 ст. подняты теоретические проблемы: художественная истина, искренность, романтизм. Даны характеристики творчества Ж.Санд, Гоголя, Писемского, Пушкина, Крестовского. В 3и 4 ст. дан разбор романа «Дворянское гнездо». Выражена особая симпатия к образу Лаврецкого, в котором воплощено единение образованной личности и патриархального народа. «Фигура Лаврецкого и психологические задачи, представителем которых он является, имеют важное значение в нравственном, душевном процессе поэта (Тургенева) и нашей эпохи. <…> Лаврецкий – полнейшее выражение протеста за доброе, простое, смиренное, против хищного, сложно-страстного, напряженно-развитого».

Лаврецкий – «живорожденный образ» в отличие от Обломова. Обломов – отвлеченный математический итог недостатков Обломовки.

«После «Грозы» Островского» (1860). Полемика с теорией «искусства для искусства». Превосходство «реальной критики». Но Г. оспорил утверждение Добролюбова, что Катерина – образ «протестующий». Г. чужд пафос Добролюбова – подчеркивание в творчестве Островского борьбы с темным царством. В след. ст. «Искусство и нравственность» Г. признал, что нельзя оставаться в «тине» патриархального мира, что в «тине» поднимается «протест за новое начало народной жизни, за свободу ума, воли и чувства».

«Реализм и идеализм в нашей литературе. По поводу нового издания соч. Писемского и Тургенева» (1861). Г. вкладывает в эти термины свое содержание. Реализм – это изображение подробностей жизни вне идеала (Писемский). Идеализм – широкое, синтетическое изображение действительности (Байрон, Пушкин, Лермонтов). В современной литературе должно быть сочетание реализма формы (правдивого изображения быта) с идеализмом (пр. Тургенев). Позднее Г. использовал другие термины – «голый реализм» и «истинный реализм».

4 период – 1860-е гг. - почвеннический. Необходимо соединить культуру европейски образованных интеллигентов с основами народной жизни. Сотрудничество в журналах «Время», «Эпоха». «Народность и литература», «Граф Л. Толстой и его сочинения», «Стихотворения Н. Некрасова», «Лермонтов и его направление», «Парадоксы органической критики» и др.

«По поводу издания старой вещи. «Горе от ума» (1862). «Горе…» - единственное произведение русской литературы, где во всей наготе показаны «сфера нашего так называемого светского быта». Этому быту противостоит Чацкий – «единственное героическое лицо нашей литературы». Чацкий – «сын и наследник Новиковых и Радищевых, товарищ людей вечной памяти 12 года». Критик обращает внимание на декабристские черты Чацкого (элементы социального анализа).

Оригинальной была трактовка образа Софьи. Г. вообще отличался весьма оригинальными оценками женских персонажей. Ольга Ильинская – сухая и расчетливая личность. Вдова Пшеницына – ограниченная, но настоящая женщина. Софья относится к типу «женщин кошачьей гибкости». Ей свойственны прихотливость, грациозность, любование своей слабостью. По воспитанию и по мировоззрению она относится к фамусовскому обществу, но и отличается от него.

Своеобразие стиля Г.

Жанры: годовые обозрения, содержащие проблемные экскурсы и монографические анализы; проблемные статьи со включением обзора («Критический взгляд на основы, значение и приемы современной критики искусства»); циклы, в которых есть и обозрение, и проблемность, и литературные портреты («Взгляд на русскую литератур со смерти Пушкина»); монографические рецензии, превращающиеся в цикл, обзор, проблемную статью («И.С. Тургенев и его деятельность. По поводу романа «Дворянское гнездо»).

Эпистолярная форма: «О правде и искренности в искусстве. По поводу эстетического вопроса. Письмо к А.С. Хомякову», «И.С. Тургенев и его деятельность. Письмо к Г.Г.А.К.Б.», «После «Грозы» Островского. Письмо к И.С. Тургеневу», «Парадоксы органической критики. Письма к Ф.М. Достоевскому».

Раскованная манера письма. Нарушение причинно-следственных связей. Отсутствие плана. Хаотичность, несоразмерность частей, неожиданный обрыв. Художественное творчество совершается в состоянии, близком к ясновидению, И критик постигает художественное произведение интуитивно. Необычные термины («цветная истина», «растительная поэзия», «веяние», «допотопный»).