1860 Год Января 7. N 1

До сведения моего дошло, что народ изъявляет неудовольствие за телесное наказание, употребляемое мною над ворами. А как воры никогда не могут оставаться безнаказанными, то я приказываю Наибам собрать народ и спросить его: согласен ли он будет, взамен телесного наказания, употребляемого над ворами, ссылать их навсегда в Сибирь? И что скажет на это народ – мне донести.

Января 19. N 6

За освобождение из рабства от туземных владельцев бывших в бегах холопов их, при покорении здешнего края вышедших из гор, Его Сиятельство, г-н командующий войсками в отзыве ко мне заведующего штабом войск левого крыла от 14 числа сего января за N 117 приказать изволил учредить нижеследующий выкуп: За малолетнего до 15 л. и старика старее 60 л………35 р. За девушку до 15 лет……………………………………………50 р. За старуху свыше 50 лет……………………………………….35р. За взрослого мужчину от 15 до 60 л. от 75…………….до 100 р. За взрослую девушку и женщину от 15 до 50 л……..100 р. Выкуп этот должны платить только те холопы и холопки, которые действительно бежали, и при том за тех членов семейства, которые были с ними при побеге; прижитые же во время нахождения в бегах освобождаются от платежа выкупа. О чем объявляю по вверенному мне чеченскому округу, предписываю г. г. Наибам объявить это народу вверенных им наибств и принять самим к непременному и неупустительному руководству.

Апреля 9. N 13 Приказ в Шалинский аул

На вашей земле в ущелье Хулхулау убит русский человек. По правилам, объявленным уже вам об ответственности за землю, вы обязаны заплатить штраф 1 т. руб. серебром или поймать и представить ко мне виновного в убийстве. Деньги штрафные начать теперь же взыскивать с аула.

Апреля 9. N 14 В Автуринский аул

Абрек вашего аула Гапи убил русского человека в Хулхулауском ущелье на земле Шалинцев. По правилам, вам уже объявленным об ответственности за абреков, вы обязаны заплатить штраф 500 руб. серебром или поймать абрека Гапи и представить ко мне. Деньги штрафные начать взыскивать с аула теперь же.

Апреля 9. N 15 В Ново-Алдинский аул

Абрек вашего аула Аду убил русского человека в Хулхулауском ущелье на земле Шалинцев. По правилам, вам уже объявленным об ответственности за абреков, вы обязаны заплатить штраф 500 руб. сер. или поймать абрека Аду и представить ко мне; деньги штрафные начать взыскивать с аула теперь же. Подписал: Начальник Чеченского округа, Полковник Беллик.

Глава 8 Что сделано?

36. От приказов Беллика

От приказов Беллика обратимся к тому, что сделано.

37. Администрация

Приходится только удивляться наивности тех, кто винит в нынешних разбоях администрацию. В самом деле, что представляет у нас сейчас эта грозная сила? Может ли она взмахнуть дланью, как Беллик, с силой и властью? Может ли притопнуть, как он, грозный правитель народа? Он был только полковник, но, сколько в его гордых словах престижа власти! Я всегда исполняю то, что говорю… Я всегда держу мои обещания! Как должно было действовать это на умы младенцев! А ведь что, в сущности, был "злой чеченский народ", в момент водворения среди него русской власти, как не младенец? И этого, не умевшего владеть собой, младенца взяли сразу из теплых пеленок Беллика и выбросили на улицу, вырвали нужную соску, которую тот ему совал, и дали грубую пищу "культурной гражданственности". И бедный народ страдает сам, и распространяем заразу вокруг, с которой никто не умеет справиться. Что как не грубую насмешку над бессилием чеченского народа, могут представлять эти шумливые последние съезды, где к связанному по рукам и ногам народу (вора не смей убить без разрешения власти!) правители обращались с вопросом: какие бы меры посоветовал он сам, чтобы излечить его от болезни. Что это, как не издевательство? Руки рубить – вы запретили, клеймить – находите постыдным, ссылать в Сибирь со всем поколением – жестоким, за убийство – судите. Что же может вам сказать народ, лишь вчера вышедший из колыбели, и который никаких других мер не знает, а своих вы к нему не применяете. Есть две системы мер к искоренению зла, именуемого разбоем: жестокая и гуманная. Жестокую привык употреблять сам народ и ею пользовался Беллик. Как люди просвещенные, вы ее отвергли. Но того, что называется гуманным воспитанием народа, вы не дали. Где у народа сеть школ, приют невинной молодежи? Где суровые блюстители порядка, – опора честных против злых? Где близкий суд, как скал гранит нелицеприятный? Где полномочное начальство, к которому благонамеренный передовой чеченец обратился бы за сильной поддержкой? Ведь всего этого нет, – нужно прямо и откровенно сказать – нет, и не было со времен Беллика и его школы7.