Д.С. Лихачёв. Зарождение и развитие жанров древнерус. Лит-ры. 1973

Жанры средневековой русской литературы были тесно связаны с их употреблением в быту — светском и церковном. В этом их отличие от жанров новой литературы, образующихся и развивающихся не столько из потребностей обихода, сколько под влиянием внутренних законов литературы и литературных требований. Действительность в новое время воздействовала шире и глубже.

Богослужение требовало собственных жанров, предназначенных для определенных моментов церковной службы. Отсюда несколько типов житий, несколько типов церковных песнопений, несколько типов книг, регламентирующих богослужение, церковный и монастырский быт, и такие жанрово не повторяющиеся типы, как служебные евангелия, несколько типов палей и паремийников, апостольские послания и пр.

Но формальные признаки жанров были строго регламентированы особенностями их употребления и внешними традиционными признаками.

Несколько менее стеснены внешними формальными и традиционными требованиями были «светские» жанры (по существу они были тоже церковными по содержанию, а «светскими» они были только по их назначению) не связывались с определенным употреблением в быту и поэтому были более свободными в своих внешних, формальных признаках: хроники, апокрифические рассказы и большие исторические повествования типа «Александрии», «Повести о разорении Иерусалима» Иосифа Флавия.

Обслуживая регламентированный средневековый быт, жанровая система литературы не удовлетворяла всех человеческих потребностей в художественном слове - недостаточность развития лирики и лирических жанров.

Этот недостаток отчасти объясняется тем, что потребности в лирике и развлекательных жанрах удовлетворялись жанровой системой фольклора. Система книжных жанров и система устных жанров как бы дополняли друг друга. При этом система устных жанров, не охватывая потребностей церкви, была более или менее цельной, могла иметь самостоятельный и всеобщий характер, заключала лирические и эпические жанры.

Книжность была доступна народным массам через богослужение, а во всем остальном они были исполнителями и слушателями фольклорных произведений.

Жанровая система фольклора в средние века была, как и литературная система жанров, тесно связана с обслуживанием быта. По существу весь средневековый фольклор был обрядовым. Лирические жанры (свадебные песни, церемониальные похоронные, праздничные песни) и эпические. Былины и исторические песни выросли из прославлений умерших или героев при определенных обрядах, оплакиваний и др. общественных бедствий. Сказки произносились в определенные бытовые моменты и могли иметь магические функции. Только в XVIII и XIX вв. часть эпических жанров освободились от обязательности их исполнения в определенной бытовой обстановке (былины, исторические песни, сказки).

Чем более литературно-фольклорная жанровая система была жесткой, тем настоятельнее она подвергалась изменению в связи с изменениями быта, обряда, требований применения. Все перемены общественных потребностей и быта должны были отражаться в жанровой системе.

В системе фольклорных жанров не было еще жанров, в которых могли бы отражаться потребности христианской религии (а не языческой). В ней не было также жанров, которые отражали бы потребности феодализирующейся страны. Однако русским светским потребностям не могли полностью соответствовать и жанры церковной византийской литературы.

Чтобы удержать единство при возрастающей опасности феодального разобщения княжеств, требовались высокая общественная мораль, чувство чести, верности, патриотическое самосознание и высокое развитие словесного искусства — жанров политической публицистики, жанров, развивающих любовь к родной стране, жанров лиро-эпических. Нужны были произведения, которые ясно свидетельствовали бы об историческом и политическом единстве русского народа.

Несмотря на наличие двух взаимодополняющих систем жанров — литературных и фольклорных, русская литература XI—XIII вв. находилась в процессе жанрообразования.

Для XI—XIII вв. характерно, что многие талантливые произведения выходят за традиционные жанровые рамки. «Повесть временных лет», «Моление» Даниила Заточника, «Слово о погибели Русской земли» (полулитературные-полуфольклорные. Новые жанры образуются по большей части на стыке фольклора и литературы. Возможно даже, что зарождение новых жанров происходило в устной форме, а потом уже закреплялось в литературе.

В «Слове о полку Игореве» два фольклорных жанра: «слава» и «плач» — прославление князей с оплакиванием печальных событий. «Слово» - книжное произведение, возникшее на основе устного. В «Слове» органически слиты фольклорные элементы с книжными.

В наиболее тяжелый период татаро-монгольского ига — от середины XIII в. и до середины XIV в. — новые произведения создаются по преимуществу в жанрах исторической повести, отражающих коллективно-эмоциональное отношение народа к событиям татаро-монгольского нашествия. Летописное повествование «сжимается» до информации чисто делового назначения: преобладают записи об исторических событиях. Исключение составляют по преимуществу рассказы о Батыевом нашествии, а в дальнейшем — о событиях борьбы с татарами.

Решительный перелом наступает в последней четверти XIV в. Широко развивается, наряду с обрядовым и «деловым», чтение индивидуальное. Создаются сборники для индивидуального чтения, отражающие индивидуальные интересы составителя. Переводная литература XIV—XV вв. принесла с собой волну новых жанров, широко раздвинувших границы жанровой системы Руси.

Национальный подъем последней четверти XIV в. вызвал появление многих исторических произведений: военно-исторические повести с публицистическими идеями (повести о битвах на Пьяне и на Воже) или идеями национально-патриотического характера (цикл повестей о Куликовской битве).

Индивидуальное чтение поддерживало интерес к новым произведениям, развивало познавательные жанры, развивало жанры, в которых главную роль начинали играть занимательность, сюжетность, воображаемые события.

Потребность в новых жанрах отчасти удовлетворялась в конце XV и в XVI вв. внесением в литературу жанров деловой письменности. Эти же деловые жанры «оправдывали» появление фантастических сюжетов, с которыми долго и упорно боролось средневековое литературное сознание, но которого настойчиво требовало индивидуальное чтение. Вступая в свои права, фантастика долго маскируется изображением бывшего, действительно существовавшего или существующего. Вот почему в XVI в. жанры различного рода «документов» как формы литературного произведения входят в литературу одновременно с вымыслом.

Темы публицистики — темы живой, конкретной политической борьбы. Формы деловой письменности становятся также и формами публицистики. В литературных целях используется и дипломатическая переписка. Дипломатические послания, постановления собора, челобитные, статейные списки, даже деяния собора становятся формами литературных произведений.

Новым в жанровом отношении явлением следует признать и политическую легенду, получившую интенсивное развитие в XV и в XVI вв. : «Сказание о князьях владимирских» - на нем основывались государственные акты и чин венчания на царство.

Для XVI в. вмешательство государства в литературные дела создает официальный стиль «второго монументализма», который в жанровом отношении выражается в создании огромных компилятивных памятников, соединяющих в своем составе разнородные жанровые произведения. Это не было полной новинкой XVI в., но в связи с образованием русского централизованного государства компилятивность развивается до возможных пределов официальной пышности. Создается свод всех книг на Руси, рекомендуемых для частного чтения, — многотомные «Великие четьи минеи» митрополита Макария.

XVII век — век подготовки радикальных перемен в русской литературе и, прежде всего, в ее жанровой структуре, которая с середины будущего столетия начинает совпадать с жанровой структурой западно-европейских литератур.

Средневековая жанровая структура литературы крайне усложняется, количество жанров возрастает, их функции дифференцируются, и происходит консолидация и выделение литературных признаков как таковых.

Количество жанров увеличивается за счет документальной письменности, фольклора и за счет переводной литературы. Происходит трансформация старых средневековых жанров в результате усиления сюжетности, развлекательности, изобразительности и расширения тематического охвата литературы. Существенное значение в изменении жанровых признаков имеет усиление личностного начала.

Деление литературы на официальную и неофициальную, появившееся в XVI в. в результате «обобщающих предприятий» государства, в XVII в. теряет свою остроту. Государство продолжает выступать инициатором некоторых официальных исторических сочинений, однако последние не имеют уже того значения, что раньше.

Во второй полов. XVII в. появляется уже жанр автобиографии, вобравший в себя элементы житийного жанра и исторического повествования — «Житие» протопопа Аввакума.

Типичный пример образования в XVII в. нового жанра — появление жанра «видений» в период Смуты. Жанр видений – это остро политические произведения, рассчитанные на то, чтобы заставить читателей безотлагательно действовать, принять участие в событиях на той или иной стороне. Видение возникает в устной молве и только после этого предается письму.

Огромное значение для образования новой структуры литературных жанров имело разделение научной литературы и художественной. В XVII в. такие переводные сочинения, как «Физика» Аристотеля, «Космография» Меркатора многие другие, стоят обособленно от художественной литературы и никак с нею не смешиваются.

Одной из причин начавшегося более строгого различения между научной и художественной литературой и соответственного «самоопределения» жанров была профессионализация авторов и профессионализация читателя. Профессиональный читатель (врач, аптекарь, военный) требует литературы по своей профессии, и эта литература становится настолько специфичной и сложной, что ее автором может стать только ученый или техник-специалист.

На Руси в XVII в. усваивается ряд переводных жанров: рыцарский роман, роман авантюрный, нравоучительная новелла, веселые анекдоты (в первоначальном смысле анекдот — это историческое происшествие).

В XVII в. происходит новое, очень значительное социальное расширение литературы. Наряду с литературой господствующего класса появляется «литература посада», литература народная – близка фольклору, близка разговорному и деловому языку. Она часто антиправительственна и антицерковна, принадлежит «смеховой культуре» народа.

Поэзия, лирика, требующая полного самовыражения автора, сразу пришла в стихотворство. Именно от народного стиха с его лирическими жанрами ведет свое начало русская поэзия. Жанры проникшего в письменность народного стиха строже согласуются с поэтичностью задания.

Основные линии в изменении жанровой системы Древней Руси (функциональный подход)

Развитие жанровой системы русской литературы Х—XVII вв. демонстрирует процесс постепенного освобождения жанров от их деловых и обрядовых функций и приобретения ими функций чисто литературных. Углубление литературных функций каждого из жанров увеличивает значение этих жанров в общественной жизни страны. Литературные произведения начинают оказывать разностороннее воздействие на действительность, вместо того, чтобы быть частью обряда, частью политики государства, княжества или церкви.

Освобождаясь от узкой предназначенности, литературные жанры приобретают широкое общественное значение. Этот процесс изменения самого существа жанровой системы связан с двумя явлениями в развитии литературы как таковой: социальным расширением литературы и постепенной индивидуализацией чтения.

Социальное расширение литературы — это расширение социального контингента ее авторов и читателей, расширение социальной тематики и социальной (общественной) предназначенности жанров. Именно в этих условиях своего социального расширения литературные жанры не только теряют связь с обрядом и с узко деловыми функциями, но и приобретают индивидуального читателя, читающего «для себя» и «про себя». Читатель остается с литературным произведением один на один.

Развитие системы литературных жанров Древней Руси представляет собой также систему, но только динамическую, действующую и функционально связанную с развитием общественной жизни.

Появление новой системы жанров — основной признак перехода русской литературы от средневекового типа к типу нового времени.

Чем в общих чертах различаются эти два типа?

Средневековая литература выполняет свое общественное назначение непосредственно и прямо. Жанры средневековой литературы несут определенные практические функции в устоявшемся быте, в укладе церковном, юридическом. Жанры различаются по своей предназначенности для выполнения тех или иных жизненно необходимых узких функций. Они практически необходимы в разных сторонах общественной жизни. Художественность как бы дополняет и вооружает литературные жанры, способствуя осуществлению ими своих непосредственно жизненных задач.

Литература нового времени выполняет свое общественное назначение прежде всего через свое художественное начало. Литература отвоевывает свое независимое место в культурной жизни общества. Она получает свободу от обряда, уклада, от деловых функций и тем самым становится способной выполнять свое общественное призвание не дробно, не в связи с тем или иным конкретным предназначением произведения, а тоже непосредственно, но непосредственно художественно и на более свободном от деловых функций уровне. Она поднялась высоко и стала царить в жизни общества, не только выражая уже сформировавшиеся за ее пределами взгляды и идеи, но и формируя их.

Весь историко-литературный процесс предшествующего времени есть процесс формирования литературы как литературы, но литературы, существующей не для себя, а для общества. 

11. «Вечные» темы и сюжеты в истории мировой литературы.

Природа романа как эпического жанра

Роман имеет долгую историческую жизнь. Корни его - в эпической природе события -бытие, т.е. индивидуальное человеческое бытие, соотнесенное с общей человеческой жизны существованием и движением в мире. Эта природа полнее всего была выражена в дре* героической поэме («Махапхарата», «Ригведа», «Одиссея», «Илиада»). Второй жанр - дре! новелла (рассказ о происшествии из жизни человека). М.М. Бахтин (философ-эстетик сер. XX в разработавший проблематику романов Достоевского, теорию романа, речевые жанры) в своем тр «Эстетика словесного творчества» ставил роман в центр новой литературы. Бахтин пис «классификация романов по принципу построения образа главного героя позволяет выделить типь

- роман-странствование;

- роман-испытание героя;

- биографический (автобиографический) роман;

- роман-воспитание».

1. Роман-странствование.

Герой - точка, движущаяся в пространстве, она лишена существенных характеристик раскрыта как живущая в приключении, авантюре (роман-опулея «Золотой осел»). Временш категории разработаны слабо: в то же мгновение, на след. День, утро, ночь, секундой раньше натуралистический характер романа. Он как будто списан с реальности.

2. Роман-испытание героя.

Повествует о том, как происходит событие. Главная тема - любовная верность, чисто! идеальных отношений в любви.

Роман-барокко - разновидность романа-испытания (I половина XVII в.) - роман героизаци человека, который особенно богато раскрытым оказался в просветительский VIII в. - ромаш Ричардсона и Руссо. Сюда относится и средневековый авантюрный (куртуазный) рыцарски] роман(«Тристан и Изольда»). Сюжет строится на отступлении от нормального течения жизни героя.

Время здесь авантюрное, которое сродни сказочному времени, отсюда и множестве отступлений в романе. Последовательный путь героя все время прерывается, герой как будто все время должен подтверждать свое звание, т.е. он все время психологически готов участвовать е экстремальном событии. Сама идея испытания наполняется разнообразным идеологическим содержанием на признанность, гениальность человека, его здоровье, приспособленность к жизни, преданность, долг, честь, совесть, т.е. самые деятельные, созидательные качества человека.

В эту бахтинскую типологию можно включить всю историю романа всех культурных веков. Но в чистом виде ни одну разновидность романа невозможно встретить в живом процессе литературы - типология романа относительна, жанры романа проникают один в другой.

Возрожденческий роман - и роман испытание и воспитание («Дон Кихот») и биография.

В XIX в. Роман, пройдя через средние века, Возрождение, Просвещение, как культурные эпохи, приходит к реалистической типологии:

социального романа («Евгений Онегин»),

социально-психологическому роману («Красное и черное» Стендаль),

философско-психологическому роману («Герой нашего времени»),

роману диалектики души (Толстой)

и вершинному типу романа - полифоническим романам Достоевского (термин Бахтина), т.е. роман диалога суверенных сознаний героев, в ряду которых находится суверенное сознание автора. «Герой нашего времени», «Война и мир», «Красное и черное».

Т.о. роман - это жанр, глубоко разрабатывающий личную жизнь человека, вписанную в картину мира соответствующей культурной эпохи.

Роман изображает путь человека к идеалу, раскрывает индивидуальную судьбу героя, поэтому глубоко разрабатывается его внутренний мир, т.е. все формы психологизма, все приемы выражения психологического анализа (внутренний монолог, поток сознания, психологический портрет, пейзажи), поступки и действия человека изображаются как его непрерывный путь в бытии. Язык романа - открытый диалог всех речевых жанров, их смешение. Некоторые литературоведы склонны отказывать роману в его эпичности из-за слишком большой открытости потока речи в романе, большой свободы воли, стилистической несовершенности. Наверное, ярче всего это проявляется в романе «Гаргантюа и Пантагрюэль» Рабле, созданного на основе народной смеховой культуры, амбивалентности, смех и трагедия.

Это позволило в XX в. Говорит о безбрежности романа (Роже Гароди). Но романизация художественного сознания, начавшаяся в древности, прошла через все культурные эпохи словесности, восторжествовала в XIX в., разнообразно изменилась в XX в. В новых типажах романа: 1. интеллектуальный роман Англии (Хаксли, Олдингтон «Желтый кром», Моэм «Театр», «Луна и грош», Мердок «Море, море»), 2. роман потока сознания (Джойс «Улис»), 3. экзистенциальный роман (Сартр «Тошнота», романы Ф. Кафки «Превращение», Гессе «Игра в бисер», Маркеса «100 лет одиночества», Фолкнер «Деревня» - эпоха «сильный» модерн.

Постмодерн не дал хорошнго романа. Он дал романы-хиты, приспособленные к читательскому спросу, беллетристика, создается интертекст (заимствование текста) Ден Браун «Код Давинчи».

Топос дома и мотив возвращения, война как фатальное событие жизни людей.

К вечным темам относятся: мир и война. Мир - целостностьость, космос, порядок; война -разрушение, непрерывное бытийное событие, в промежутках войны - мир. Мир преодолевает разрушение, его природу.

Примеры: «Война и мир» Толстого, «Тихий Дон» Шолохова, «И вечный бой! Покой нам только снится...» (из Блока)

Следующая вечная тема - тема дома, с нею связана тема возвращения домой, восстановление космоса дома. Поэтому человеку необходимо быть героем настоящего времени. Человек не может быть богом, но ему можно и необходимо быть носителем этих вечных истин, реализовывать их в жизни.

Булгаков «Мастер и Маргарита»

Страдает от одиночества до той поры, пока не встречается с Маргаритой, Мастер в своем подвальчике. А другой герой того же романа носит многозначительную фамилию Бездомный.

«Квартирный вопрос испортил москвичей»,- ставит пессимистический диагноз, понаблюдав за поведением жителей столицы, всеведущий Воланд. И лучший способ мести, какой знает таинственная шайка, посетившая Москву, это предать силе огня недостойные или покидаемые героями жилища. Огонь бушует в романе столь часто, что книга, пожалуй, могла бы служить пособием по пожарному делу. Огнем охвачена квартира Степы Лиходеева на Садовой, горит ресторан «Грибоедов», жарко вспыхивает Торгсин на Смоленской, и, наконец, пылает очистительным пожаром подвальчик Мастера. А сама Маргарита, овладевшая ведьмовскими чарами, лучший вид мести критику Латунскому - гонителю Мастера - находит в уничтожении его дома: бьет молотком по окнам и люстрам и затопляет водой квартиру.

А для булгаковского Мастера желанным становится не только покой, но и уют «вечного дома», где звучит музыка Шуберта, а под окнами зацветают вишни - то ли скользящая тень воспоминания о чеховском «Вишневом саде», проданном под дачи прибежище дворянской культуры, то ли близкая память о вишнях, засыпающих по весне белыми лепестками могилы артистов МХА Та на Новодевичьем, где - Булгаков, наверное, знал это о себе - придется лежать и ему.

ДОДЕЛАТЬ

12. Типология изданий по характеру работы над текстом.

1. Документальные издания - текст воспроизводится с какого-либо источника без изменений. Два способа воспроизведения текста: фотомеханический, наборный.

Факсимильные изд - позволяет более или менее точно передать внешние особенности источника

(печатного или рукописного), а именно графика букв, размещение текста на стр, опечатки.

Строжайшее требование - абсолютно точная передача особенностей оригинала. Как правило

факсимильно воспроизводят только рукописи или очень редкие книги. Сопровождаются справкой, по

какому изданию (экземпляру, местонахождение) воспроизводится.

Условно-факсимильное изд - точно воспроизводят подлинник, но с некоторыми, заранее

обусловленными отличиями от него (отклонения во внешнем оформлении, отказ от воспроизведения

внешнего вида бумаги).

Репринтное изд. - безнаборное издание, полосы которого репродуцируют со страниц к.-л. издания,

служащего в качестве репродуцируемого оригинала-макета.

Дипломатические изд - документальное изд, в котором тексты документов воспроизводятся набором,

но оп возможности с передачей всех особенностей орфографии, графики, пунктуации. Иногда имеют

раздел вариантов или варианты печатаются под строкой.

Научно-справ. аппарат дипл. сложнее факсимильных: предисловие, палеографический,

текстологический, историко-литературный комментарий.

2. Критические (научное) изд - научно подготовленное издание произведений автора, являющееся результатом текстологической работы. Цель - удовлетворить научные потребности читателей-спец-тов.

Канонический текст - научно установленный правильный текст, свободный от всякого рода искажений и подлежащий публикации во всех изданиях

Основной текст — текст в последней авторской редакции, который кладется текстологом в основу работы по установлению текста для публикации. Основной текст не иожет быть признан каноническим, т. к. он требует критического рассмотрения. Он д/б свободным от авторской воли. Критическое изд в зависимости от назначения и адресата:

- академическое - высший тип критического изд. Требования: дать исчерпывающие тексты писателя (все), установить подлинно авторский текст произведения, разносторонний глубоко научный аппарат( осн. место - текстолог, комментарий, небольшое - реальный, историко-лит., лингвистич.), более полные указатели. Напр., «Юбилейное» собр. соч. Толстого в 90 т.

- научное — не претендует на исчерпывающую полноту, поэтому издаваться может как собрание сочинений так и отдельное произведение.

- научно-массовое — изд выпускается для неспециалистов и имеет особенности (научная подготовка текста к изданию, отсутствие других редакций и вариантов, краткий и популярный по содержанию аппарат). Обычно содержит критико-биогр. очерк о писателе, историко-лит, реальный комментарий. Указатели более упрощенные.

3. Массовые изд - текст специально не готовится, а перепечатывается с ранее подготовленных научных изданий и рассчитаны на широкий круг читателей; решают проблему популяризации классического наследия.

Цель - удовлетворение пот-ти в чтении. Текст может быть исправлен т. к.: 1. в критич. изд ошибки,

2.обнаружены новые источники, уточняющие текст, З.необходимоть сокращ. и адаптации. Аппарат:

критико-биогр. очерк или критич. статья и кр. биогр. Подробные реальные комментарии, лингвистич.

Комментарии:

Текстологич. - отражает работу по установлению канонич. текста произведения^^

Историко-лит. ком - представляет творч. историю произведения.

Реальный - ставит читателя в условия того идеального слушателя, к кот. обращается поэт: раскрывает

реалии и расшифровывает авторские намеки.

Лингвистич. - объясняет те слова и обороты, кот. кот. отступают от нормативного словоупотребления

совр. рус. лит. яз.

Разновидности изд. по составу

1. полное собрание сочинений - собрание всего или почти всего написанного автором, итог всей творческой деятельности.

2. собрание сочинений - однотомное или многотомное издание, содержащее все или значительную часть произведений одного или нескольких авторов, дающее представление о его творчестве в целом.

3. избранные произведения - однотомное или многотомное издание, содержащее все или значительную часть произведений одного или нескольких авторов, отобранных по определенному принципу

4. сборник произведений - издание, в котором собрано несколько или много произведений одного автора или коллектива соавторов (авт. С.) либо разных авторов (коллективный С, альманах, антология). Важна последовательность произведений. Альманах - непериодич. или продолжающийся сборник произведений и отрывков из них разных авторов одного или различных родов и жанров, публикуемых, как правило, впервые. Антология - непериодич. сборник избр. произведений разных авторов, представляющий образцы одного жанра (сказка, элегия, баллада, ода и т. д.), рода (поэзия) в одной или многих лит. разных стран и народов, в лит. к.-л. эпохи, произведений разных жанров писателей одного направления и т. д.

1. 5. «отдельное» изд-е произведения - моноиздание произведения, в отличие от публикации произведения или цикла наряду с другими в журнале, сборнике, собрании сочинений. Д. б. ориентировано на определенного читателя.

13. Атрибуция.

Причины появления анонимных и псевдонимных произведений (по С.А. Рейсеру):

■ Автор не хотел печатать произв-е, считая его недоработан или предназнач для публикации.

■ Цензурные причины, обусловившие устное «полуподпольное» бытование произведения.

■ Автоцензура: в произведении затронуты какие-то интимные стороны жизни писателя или же оно обращено к лицам, имена которых ему не хотелось видеть в печати.

■ Выдвинутое автором требование печататься только под псевдонимом или анонимно.

■ Характерные для данного исторического этапа представление об авторстве, авторской собственности, а также специфика литературного труда (исследования русской средневековой лит-ры выявили иное, по сравнению с литературой нового времени, авторское самосознание: «категория автора лишена статуса персональной ответственности за поэтическое высказывание» (В.В. Прозоров), а значит, нет необходимости подписывать свой труд).

Псевдоним (от гр. pseudos - ложь) - вымышленное имя, которым писатель заменяет подлинное. Нередко именно литературный псевдоним заслоняет в памяти потомков подлинное авторское имя (Козьма прутков - бр. Жемчужниковы и А.К. Толстой {койоним); Стендаль - Анри Мари Бейль).

Криптоним (от гр. kryptos - тайный) - псевдоним, обозначенный инициалом или инициалами.

Астроним (от гр. astron - звезда) - заменяющие подлинное имя и фамилию автора звездочки, тире, цифры (цифра, как правило, указывает на номер начальной буквы фамилии автора в алфавите).

Цифроним - заменяющие подлинное имя и фамилию автора цифры.

Койоним - коллективный псевдсним.

Мистификации литературные - литературные произведения, авторство которых нарочито приписано их сочинителями другому лицу (реальному, иногда вымышленному) или народному творчеству; мистификация предполагает создание стилистической манеры и творческого образа мнимого автора. М. л. чаще имели место в переломные для литературы и общественной мысли эпохи. Один из видов М. л. - выдача оригинального сочинения за перевод - часто служил средством политической конспирации и притупления бдительности цензуры (псевдопереводы Н. А. Некрасова "Из Ларры", "Из Барбье"). Раскрытие М. л. производится средствами текстологической критики текста.

«Вопрос об авторстве того или иного произведения древнерус лит-ры гораздо сложнее, чем в лит­ре нового времени. Здесь много неясного в самой своей основе: что называть автором в древнерус литературе и что называть его произведением, как отличить автора от компилятора, компилятора от переписчика...» (Лихачев). Многие произведения древнерус лит-ры представляют собой коллективные, многослойные произведения, компиляции и литературные обработки предшествующих произведений. медиавистам хорошо известно, что, например, летописи представляют собой своды предшествующего летописного материала (работа летописцев представлена в них не крупными кусками, по большей части отдельными статьями под каждым годом отдельно. Дело осложняется еще тем, что весьма непросто отделить работу автора от работы редактора. «Одно и то же лицо часто выступало как автор - для тех частей произведений, которые писались самостоятельно, и как редактор - для тех частей, где им только обрабатывались предшествующие источники». Кстати с подобной трудностью при определении корпуса произведений конкретного автора сталкивались и текстологи литературы Нового времени.

Многие писатели одновременно являлись редакторами: достаточно вспомнить имена Пушкина. Белинского, Некрасова. «В этом качестве они неизбежно осуществляли свое редакторское право, внося более или менее значительные исправления в рукописи печатаемых ими произведений авторов. Эта часть так значительна по существу и так велика по объему, что возникает необходимость организации в собраниях сочинений разделов «Проредактированное» или «Коллективное» (Рейсер. 1978. С. 83).

Во всех случаях, когда произведения анонимны или псевдонимны, когда они традицией приписываются данному писателю, текстолог занимается вопросами атрибуции (от лат. attributio -назначение, определение) - установлением авторства того или иного произведения. Эта работа неразрывно связана с атетезой (о гр. athetesis - отрицание принадлежности произведения данному лицу) - поиском доказательств того, что произведение приписывалось автору безосновательно.

Используют три метода атрибуции - документальный, идеологический и стилистический.

1. Документальное обоснование авторства произведения - наиболее убедительным, т.к. опирается на документы.

Источники разнообразны: автобиографические намеки произведения; бухгалтерские книги издательств, гонорарные ведомости, архивы редакций, цензурный архив; эпистолярно-мемуарные свидетельства современников писателя, свидетельства самого автора; авторские пометы на полях (маргиналии). Каждый источник требует критического к себе отношения, не исключение и свидетельства самого автора.

Известны случаи, когда авторы с большей или меньшей степенью категоричности отрицали свое авторство:

■ по политическим причинам (актуально для публицистики революционеров-демократов);

■ «из деликатности» (Некрасов не захотел признать своею при жизни Добролюбова «Дружескую переписку Москвы с Петербургом», поскольку какие- то немногие строки 1-й редакции принадлежали критику);

■ в случае, если в написании произведения принимал участие другой человек (Катаев долго не мог с уверенностью сказать, кому - ему или Булгакову - принадлежит фельетон «Главполитбогослужение»).

Все документальные материалы нуждаются в тщательном изучении, не исключение и автограф. Он вполне может оказаться записью по памяти высказывания другого лица (примечания В.А. Жуковского к стихотворению Пушкина «Лалла Рук», записанные поэтом для себя), списком чужого текста (сделанная рукою Пушкина копия стихотворения Жуковского «Скрижаль»).

2. Идеологический (идейный) анализ текста позволяет сделать результаты атрибуции более достоверными. Отношение к этому типу анализа в филологии неоднозначно.

Причины недоверия результатам идеологического анализа (по С.А. Рейсеру):

■ Идеи, высказанные в произведении, характерны не только для одного автора, но и для большого круга литераторов, принадлежащих к одной группе, обществу.

■ Идеи выражаются писателем не в строгой научной, а в специфической, художественной форме, образной форме и потому лишены четкости, свойственной научным произведениям.

■ У критических произведений, напечатанных в журнале, есть одна особенность: выделить инкорпорированные в статью редакционные вставки (отражающие идейные установки печатного органа) достаточно сложно.

■ Всегда есть соблазн во что бы то ни стало доказать авторство лица наиболее значительного: при колебании между Пушкиными Сомовым исследователь обязательно будет стремиться доказать авторство первого. Пушкин писал: «Всякое слово вольное, всякое сочинение противузаконное приписывают мне так, как всякие остроумные вымыслы князю Цицанову».

3. Анализ стилистический предполагает обращение к языку произведения. Неповторимость и индивидуальность языка каждого писателя дает основания привлекать именно стилистические средства изучения для атрибуции текста. В отечествен филологии получены прекрасные результаты в изучении идиостилей многих писателе и поэтов: Толстого, Тургенева, Пушкина, Достоевского и др.

Сложности возникают в тех случаях, когда исследователь сталкивается с таким явлением, как стилистическая мимикрия, которая связана с влиянием крупных писателей, критиков, журналистов на их окружение, невольным или осознанным подражанием первым. В.В. Виноградов писал об этом явлении в связи с именем Пушкина: «Огромное влияние Пушкина сказывалось в том, что его языку, его манере письма подражали, старались писать, как Пушкин. Наконец, лица, знавшие Пушкина лично, даже бессознательно, повторяли эти суждения в своих статьях».

Как показала практика, наилучшие результаты в области атрибуции были достигнуты именно при сочетании идейного анализа, биографических фактов, историко-литературных разысканий и стилистического анализа. К сожалению, не всегда даже такая большая атрибуционная работа позволяет исследователю с полной уверенности судить об авторстве произведений, тогда их помещают в специальный отдел изданий, носящий название Dubia (от лат. dubitare - сомневаться).

14. Книга в книжном деле.

Книга является древнейшим и эффективным до сих пор средством коммуникации, закрепления и передачи информации. В дефинициях книги, которые давались разными авторами на протяжении многих веков ее существования, использовались самые разные подходы. К примеру, ГОСТ 7.60-2003 «Издания. Основные виды, термины и определения» определяет как один из видов изданий, выделяемых по признаку объема (свыше 48 стр.). Кроме того, книгу можно понимать как синоним литературного произведения (письменного); рукописный или печатный кодекс; законченное (в отличие от журнала или газеты) издание; достаточно большое количество сброшюрованных печатных страниц (меньшее содержит брошюра); определенное число бумажных листов, предназначенных для записи. Существуют и такие определения: Книга - огромная сила (В.И. Ленин). Книга - мир, видимый через человека (И. Бабель). Книга - памятник ушедшим в вечность умам (Девенат)

Е.Л. Немировский разделил все многообразие определений книги на три класса. К первому классу относятся исключительно описательные характеристики ее внешней формы. Энциклопедия «Книговедение» определяет книгу как «блок скрепленных в корешке страниц с текстом и иллюстрациями и внешних защитных элементов», а также «произведение печати в форме кодекса с определенным количеством страниц» (в соответствии с рекомендациями ЮНЕСКО - не меньше 48 стр.). В определениях второго класса делается попытка отразить содержание книги, а точнее сущность этого содержания. Определения третьего класса пытаются соединить характеристики внешних признаков и содержания. Характеристика содержания, с которой связаны определения второго и третьего класса, подразумевала выяснение сущности книги, а значит ее функционального характера. Так И.Е. Баренбаум называет книгой «произведение письменности или печати, имеющее любую читаемую знаковую форму (идеографическую, алфавитную, нотную, цифровую), зафиксированную на любом материале (камень, глина, кожа, папирус, шелк, доска, бумага, синтетические материалы), выполняющее одновременно ряд функций (информационно-коммуникативную, идеологическую, познавательную, эстетическую, этическую и иные) и адресованное реальному или абстрактному читателю». Таким образом, очевидно, что книгу правильнее всего рассматривать как с точки зрения ее внешней формы, так и с точки зрения ее содержания. Характеристика же содержания подразумевает «выяснение сущности книги, а значит ее функционального характера».

Место книги в социальном коммуникационно-информационном  процессе  Отличия  книги   от   других   документов   мояшо   понять ,  если  представить себе структуру социального коммуникационно-информационного процесса и место в нем книги. Документаль­ный коммуникационно-информационный процесс состоит из  трех  главных элементов: коммуниканта, реципиента и доку­мента как  канала  информационной  связи  (коммуникации) между ними. Каждый из этих  элементов  имеет разные синони­мичные  названия , используемые в разных случаях. Последо­вательность движения информации в простой документальной коммуникации можно показать таким образом: 1. Коммуникант -> 2. Документ -> 3. Реципиент. Для того, чтобы "документ" превратился в "книгу", на пути от коммуниканта к реципиенту нужна деятельность коммуни­кационных посредников (КП), которые превращают документ исходный, созданный автором, в книгу и способствуют ее по­ступлению к получателю информации. Следовательно,  место  книги в социальном коммуникационно-информационном процессе можно показать таким образом: 1. Автор —> 2.  Документ  исходный —> 3. Коммуникационный посредник-1 (КП-1) —> 4. Документ производный (книга) -» —> 5. Коммуникационный посредник-2 (КП-2) —> 6. Получатель (потребитель) информации. Движение  информации  в процессе создания и использова­ния книги показано также на рис. 9.3. Основные элементы этой схемы можно прокомментировать таким образом: 1. Автор — это коммуникант или создатель информации, го­товящий документ исходный, в котором фиксируется первона­чальная информация. 2. Документ исходный — рукопись или первоначальный  ва­риант   сообщения   на   единичном   носителе . 3. Коммуникационный посредник-1 (КП-1) — издательство или редакция сериального (периодического или продолжаю­щегося) издания, центр депонирования документов, фирма грамзаписи, видеозаписи и т. п. 4. Документ производный (книга) — это издание или публи­кация, депонированный документ, опубликованный доку­мент. 5. Коммуникационный посредник-2 (КП-2) — учреждения системы книгораспространения и книгоиспользования, кото­рые доводят опубликованный документ до его пользователя, делают его известным и доступным для многих (то есть для не определенного конкретно круга лиц). Это — сферы книжной торговли и подписки на периодические издания, библиотечно­го дела и научно-информационной деятельности.  6 . Получатель информации — читатель, слушатель, зри­тель; вообще — потребитель информации. Исходя из приведенной схемы и понимания места книги в со­циальном коммуникационно-информационном процессе, мож­но дать такое определение: книга — это документ, создавае­мый в результате деятельности коммуникационного посредпика-1 (книгоиздательской или редакциопно-изда телъской организации) и попадающий к получателю инфор­мации в результате деятельности коммуникационного по-средника-2 (учреждений системы книгораспространения и книгоисполъзования).

В свою очередь из функций книги вытекает ряд ее свойств, дополняющих и уточняющих эти функции. Функции книги:

Социально-коммуникационно-информационная - определяет место книги в системе социальных коммуникаций, где она является каналом передачи информации (носит фундаментальный, сущностный характер). В.Н. Ляхов, подчеркивал «самые общие и существенные стороны ее природы, порожденные ее назначением в жизни: служить средством для хранения и передачи информации, для общения между людьми». Отсюда «главная - коммуникативная функция книги как формы организации сообщения».

Функции фиксирования информации и ее сохранения, обусловленны материальной формой книги. В качестве материального инструмента хранения и передачи культурного содержания книга сохраняет, «консервирует» духовное наследие человечества, распространяет его во времени и пространстве, служит развитию науки, техники, литературы, является опорой для религиозной, политической и общественной деятельности, используется в эстетическом, этическом, патриотическом воспитании, в профессиональном образовании, заполняет досуг.

Также книге присущи, такие функции, как познавательная, культурная, мемориальная, управленческая, свидетельствования. Познавательную функцию книги можно, в конечном счете, определить как «получение и передачу знаний в человеческом обществе», культурная функция: книги в этой функции фиксируют и закрепляют научные знания, традиции, эстетические нормы, системы ценностей, поведения и деятельности, навыки, ритуалы, выработанные и сохранившиеся в обществе. Суть же мемориальной функции сводится к тому, чтобы «служить «внешней памятью» человека и человечества в целом. Известно, что знания, опыт, накопленные человечеством в процессе своего исторического развития, передаются от одного поколения к другому в форме сведений в процессе обучения и воспитания и хранятся в человеческой памяти. Но память человека несовершенна: она не может сохранять достаточно большой объем знаний, она подвержена процессам забывания. Книги позволяют нейтрализовать эти недостатки». Можно добавить, что первые три из них часто подчеркивались в различных эмоциональных, образных определениях книги, таких как: книга источник знаний, продукт и памятник духовной и материальной культуры, память поколений и т. п. Эстетическую, гедонистическую, рекреативную (содействие отдыху) функции книги можно рассматривать как подфункции, или разновидности проявления культурной функции, причем в большей мере они присущи определенным видам книги, а не всем книгам. Воспитательная, популяризаторская, учебнообразовательная функции книги представляют собой проявление культурной, познавательной, управленческой функций, то есть усиление этих функций при одновременном выполнении всех прочих.

Управленческая функция, призванная оказать некоторое воздействие на потребителя информации, запланированное создателем книги присуща любой книге постольку, поскольку последняя выполняет социально-коммуникационно-информационную функцию. Вместе с тем, существуют определенные виды книги, в которых управленческая функция выдвигается на первый план: публикации управленческих документов, нормативно-производственных, регламентирующих и т. п. Управленческие документы отличаются не тематикой, а особой выраженностью управленческих функций. Формой проявления управленческой функции является и так называемая идеологическая функция книги. Много внимания данной функции в своих трудах уделяли идеологи марксизма-ленинизма: «как объективное явление социальной действительности, как явление общественное, книга, с одной стороны, - средство формирования общественного сознания и инструмент управления общественным сознанием ... Книга в обществе функционирует как способ социального общения людей ... как орудие идеологии, просвещения, воспитания, научно-технического и социального прогресса».

Следующая функция - функция свидетельствования, функция «доказательства, подтверждения каких-либо фактов (сведений), их реального существования в действительности. Книга свидетельствует о деятельности не только ее авторов, но и всех лиц и учреждений, принимавших участие в издании.

Помимо вышеперечисленных, следует выделить еще несколько важных функций книги. Прежде всего это функция распространения информации. Процесс подготовки книги к опубликованию рассчитан на то, что получателем информации будет не какой-то определенный человек, а некая аудитория, массовая или спе­циальная, представляющая определенные социально-демографические или профессиональные группы. Для существования книги в обществе необходимы не только издатели и полиграфисты, но и распространители, организаторы ее использования и потребители информации (читатели). Без любого из этих элементов коммуникативного процесса книга не является книгой.

Кроме того книга играет активную роль в формировании общественной идеологии, науки, искусства, морали, общественного мнения и т. д. Можно назвать ее «функцией преобразования общественного сознания», «гуманистической функцией», поскольку это - «функция воздействия книги на наше сознание, функция, активи­зирующая участие

Книга выполняет эстетическую функцию. Практически любая книга-издание (в том числе издание аудиальное или машиночитаемое) должна быть выполнена по законам эстетики, законам искусства книги. Эстетика книги - понятие историческое. Искусство книги менялось в зависимости от художественных вкусов и нравов эпохи, от эстетических запросов общества.

Особым аспектом культурной и управленческой функции, присущих книге, является ее этическая функция (подфункция). Книга воздействует не только на ум, но и на чувства читателя, определенным образом дисциплинирует личность, влияет на ее поведение. Роль книги в моральном воспитании человеческой личности необычайно велика. Вспомним горьковское - «всем хорошим во мне я обязан книгам»; или - «не только он собрал книги, но и книги собрали его».

Важнейшей специфической функцией книги является товарная (в данном случае рассматриваются особенности книги как товара). В связи с этим разрабатывалась даже специальная книговедческая дисциплина -экономика книги. Некоторые специалисты отрицают наличие данной функции, другие считают, что книга является товаром, несмотря на социально-коммуникативно-информационную функцию. В последнее время активно пишут об информации как о товаре. Свойства книги:

Знаковость - книга «вместилище всякой мысли и слова, облеченных в видимый знак» (Куфаев). Интерес к этому свойству усилился с активизацией семиотических исследований. Книгу стали рассматривать в целом как знаковую систему.

Семантичность - связана с первым свойством, т.к. передаваемая книгой информация является семантичной.

Суть следующего свойства книги в том, что она является продуктом общественного сознания. Также книга - отражение объективной действительности, но не непосредственное, а опосредованное через сознание.

Дискретность - книга это дискретная форма фиксации сведений о фрагментах объективной реальности, полученных в процессе избирательного отражения объекта познающим субъектом и/или информационным посредником.

Непрерывность - проявляется в материальной форме книги.

Сохранение как содержания, так и материальной формы книги при ее потреблении.

Книга, как и любой документ, может быть охарактеризована через формулу характеристики коммуни­кационного сообщения.

Деятельностный характер - книга это результат деятельности ее творцов (автор, редактор, издатель).

Конкретно-исторический характер книги - книга не только создается автором в ответ на потребность общества на том или ином историческом этапе его развития; она вообще становится возможной только в результате общественного признания ее ценности.

Доступность с точки зрения материальной формы: портативность, легкая перемещаемость.

Включенность в духовное и материальное производство - через посредство читателя, потребителя информации.