Глава 7. Семья

Карол Смарт и Брен Неал: Осколки семьи?

С 1994 по 1996 гг. Карол Смарт и Брен Неал провели два этапа интервью с группой из шести­десяти родителей Западного Йоркшира, которые либо разошлись, либо развелись после принятия Закона о детях 1989 г. Этот закон изменил ситуа­цию, с которой сталкиваются родители и дети при разводе, отменив старые понятия «опеки» и «до­ступа». Таким образом, родители уже не чувству­ют, что им приходится сражаться за своих детей. Закон разъяснил, что законные связи между ро­дителями и их детьми не нарушаются при разво­де, а также призвал родителей разделить между собой воспитание детей и потребовал от судей и других лиц больше прислушиваться к мнению детей. Смарт и Неал заинтересовались тем, ка­ким образом изначально формируется характер воспитания детей после развода и как он меня­ется с течением времени. При исследовании они сравнивали ожидания родителей относительно воспитания детей после развода с той «реально­стью», с которой они столкнулись через один год. Смарт и Неал обнаружили, что воспитание детей после развода включает процесс непре­рывного урегулирования, которого многие роди­тели не ожидали и к которому не были подго­товлены. Методы воспитания, работавшие у ко­манды из двух родителей, не обязательно ока­зывались успешными в неполных семьях. Роди­тели были вынуждены постоянно переоценивать свои подходы к воспитанию, причем не только

в отношении «больших решений», касающихся своих детей, но и в отношении повседневных аспектов ухода за детьми, которые теперь рас­пределились на два дома вместо одного. После развода родители сталкиваются с двумя проти­воположными требованиями — их собственной потребности жить отдельно и на расстоянии от бывшего супруга и необходимости оставаться связанными при исполнении общих родитель­ских обязанностей.

Смарт и Неал обнаружили, что жизненный опыт воспитания после развода необычайно не­устойчив и со временем меняется. При опросе через год после развода многие родители могли оглянуться назад на начальные стадии воспи­тания в одиночку и оценить принятые тогда воспитательные решения. Часто родители пере­оценивают свое поведение с учетом своих изме­нившихся взглядов. Например, многие родители беспокоились о том вреде, который будет нане­сен их детям в результате развода, но не знали, как трансформировать свои страхи и чувство вины в конкретные действия. Это привело не­которых родителей к тому, что они слишком крепко держали детей около себя или рассмат­ривали их как «взрослых» наперсников. В дру­гих случаях это приводило к враждебности, от­чуждению и потере содержательных контактов. Согласно авторам, в средствах массовой инфор­мации и среди политиков бытует неявное, а ино-

как это делают настоящие родители? Как ве­сти себя сводному родителю по отношению к новому супругу своего бывшего партнера, на время забирая детей к себе?

Тип родственных отношений, вызванный появлением восстановленных семей, достаточ­но новый для современных западных обществ, как новы трудности, возникающие в повтор­ном браке, следующем за разводом. Члены таких семей разрабатывают собственные спо­собы адаптации к своим сравнительно новым обстоятельствам. Некоторые ученые говорят сейчас о бинуклеарных семьях, имея в виду, что два дома, образовавшихся после развода, продолжают составлять одну семейную систе­му, в которую вовлечены дети.

Перед лицом столь глубоких и запутан­ных преобразований, может быть, наиболее подходящий вывод таков: в то время как раз­воды разрушают браки, семьи тем не менее сохраняются. Особенно там, где вовлечены де-

ти, множество уз, существовавших до развода, сохраняется, несмотря на то, что после по­вторных браков возникают новые связи в вос­становленных семьях.

«Отсутствующий отец»

Период с конца 1930-х до 1970-х гг. иногда на­зывают периодом «безотцовщины». В течение Второй мировой войны многие отцы, нахо­дившиеся на военной службе, редко видели своих детей. В послевоенный период женщи­ны в значительной части семей не имели оплачиваемой работы и сидели дома, воспи­тывая детей. Отец был главным кормильцем и поэтому весь день был на работе. Он имел возможность общаться с детьми только по ве­черам или в выходные дни.

Позднее, с ростом числа разводов и чис­ла неполных семей, термин отсутствующий отец стал означать нечто другое. Так стали

Брак и развод в Великобритании

165

гда и явное предположение, что после разво­да взрослые забывают про мораль и начинают действовать эгоистично и в собственных инте­ресах. В один миг исчезают мягкость, щедрость, компромисс и чуткость; моральные устои, в рам­ках которых ранее принимались решения отно­сительно семьи и благополучия, отбрасываются. Беседы Смарт и Неала с разведенными родителя­ми заставили их опровергнуть такое мнение. Они утверждают, что родители действуют при воспи­тании детей в рамках морали, но, возможно, ее лучше понимать как мораль заботы, а не как мо­раль в полном смысле этого слова, основанную на наборе определенных принципов и верова­ний. Смарт и Неал говорят, что когда родители заботятся о своих детях, появляются решения о том, «как сделать лучше». Эти решения очень сильно привязаны к ситуации; родители долж­ны взвесить большое число проблем, включая то, как решение повлияет на детей, подходя­щее ли выбрано время для его принятия и какие опасные последствия оно может иметь для взаи­моотношений со вторым родителем. Рассмотрим письмо, полученное от одинокой матери, быв­ший муж которой предложил взять их детей под опеку.

«Я сказала: „Ладно, если ты действительно чув­ствуешь, что можешь присматривать за детьми все время, не лучше ли попробовать сначала провести с ними уик-энд и посмотреть, что по­лучилось. А затем, может быть, после уик-энда можно попробовать дать их тебе на всю неделю

и посмотреть, как ты справишься с ними". Он пришел в совершенную ярость, так как вбил се­бе в голову, что должен сидеть с детьми, поэтому он сказал: „Нет". Я ответила: „В таком случае я не готова даже обсуждать это, так как я чув­ствую, что ты просто не понимаешь, насколько это тяжело, ты уже три года не был с детьми пол­ный день, мне кажется, что ты не готов к этому. Я чувствую, тебе надо взять их на полный день и попробовать отводить их в школу, забирать их из школы, готовить еду, чистить одежду, стирать и гладить белье, мыть их, помогать с домашними заданиями, ухаживать за ними, если они больны. А затем мы заново обсудим и оценим ситуацию"» [Smart and Neal 1999).

В данном случае мать пытается определить, «как следует поступить», взвешивая множество факторов. С учетом сложных взаимоотношений с бывшим супругом и необходимостью защи­тить успехи в собственном саморазвитии, она все же пытается конструктивно действовать вме­сте с ним в интересах детей.

Смарт и Неал заключают, что развод вле­чет за собой изменение обстоятельств, которые редко когда удается «наладить» раз и навсегда. Успешное воспитание детей после развода тре­бует постоянного сотрудничества и обсуждения. Хотя Закон о детях 1989 г. добавил необходи­мую гибкость в оформление воспитания детей после развода, акцент на благополучие ребенка может привести к пересмотру критической ро­ли, которую играет качество отношений между разведенными родителями.

называть отцов, которые в результате раз­рыва или развода сохранили лишь случай­ные контакты со своими детьми или вообще потеряли с ними связь. Как в Великобрита­нии, так и в Соединенных Штатах, где уро­вень разводов один из самых высоких в ми­ре, такая ситуация вызвала напряженные де­баты. Некоторые ученые заявили о «смерти отца».

Придерживающиеся самых разных точек зрения социологи и комментаторы указали на растущую долю семей без отцов как на ключ к пониманию совокупности социальных про­блем от растущей преступности до растущих, как грибы, социальных пособий для поддерж­ки детей. Некоторые утверждали, что дети ни­когда не станут полезными членами социаль­ной группы, пока они не столкнутся в своем непосредственном окружении с постоянны­ми примерами переговоров, сотрудничества и компромисса между взрослыми (Dennis and

Erdos 1992). Согласно этим рассуждениями, мальчики, выросшие без отцов, будут бороться за то, чтобы самим стать успешными родите­лями.

Несколько иной подход к спорам о «кри­зисе родителей-мужчин» высказал Френсис Фукуяма. В книге «Конец порядка» (Fukuyama 1997) Фукуяма показывает, что корни «боль­шого раскола» семьи — в растущем уровне женской занятости. Он не утверждает, что работающие женщины пренебрегают своими обязанностями по воспитанию детей, а гово­рит о том, что мужчины теперь воспринимают женщин как более независимых и способных позаботиться обо всех детях, которых они породили. Если молодые мужчины в какой-то момент чувствуют себя обязанными взять ответственность за свои действия, то эман­сипация женщин, как это не смешно, может привести к тому, что мужчины будут вести себя свободнее, чем раньше.

166