Глава 5. Тендер и сексуальные отношения

Вместо этого они обращают внимание на мно­жество отдельных факторов, вносящих вклад в неравенство между мужчинами и женщина­ми. Например, либеральные феминисты ин­тересуются сексизмом и женской дискрими­нацией на рабочих местах, в системе обра­зования и средствах массовой информации. Они пытаются сосредоточить свою энергию на установлении и защите равных возмож­ностей для женщин через законодательство и другие демократические средства. Либераль­ные феминисты активно поддерживали та­кие законодательные инициативы, как закон о равной оплате труда и закон против дис­криминации по признаку пола, подчеркивая, что для устранения дискриминации женщин важно хранить равенство по закону. Либераль­ные феминисты пытаются работать в рамках существующей системы, постепенно проводя реформы. В этом смысле они более умеренны по своим целям и методам, чем радикальные феминисты, призывающие разрушить суще­ствующую систему.

Хотя в последнее столетие либеральные феминисты внесли существенный вклад в улуч­шение положения женщин, критики отмечают, что им не удалось справиться с причинами тендерного неравенства и распознать систем­ную природу подавления женщин в обществе. Сосредоточившись на отдельных лишениях, от которых страдают женщины, — сексизм, дискриминация, «стеклянный потолок», нерав­ная оплата, — либеральные феминисты нари­совали только часть картины тендерного не­равенства. Радикальные феминисты обвиняют либеральных в том, что те призывают женщин согласиться с обществом неравных возможно­стей и его соревновательным характером.

Радикальный феминизм

В основе радикального феминизма лежит убеждение, что мужчины ответственны за экс­плуатацию женщин и получают от нее при­быль. Анализ патриархата — систематическо­го превосходства мужчин над женщинами — является центральным понятием этой ветви феминизма. Патриархат рассматривается как универсальное явление, существовавшее во все времена и во всех культурах. Радикальные фе­министы часто указывают на семью как на один из главных источников подавления жен­щины в обществе. Они доказывают, что муж­чины эксплуатируют женщин, ссылаясь на сво­бодный домашний труд, которым занята жен-

щина в доме. Как группа, мужчины также пре­пятствуют женщинам в доступе к властным и влиятельным должностям в обществе.

Хотя радикальные феминисты по-разно­му интерпретируют основы патриархата, боль­шинство сходится во мнении, что в той или иной форме они включают присвоение жен­ских тел и сексуальности. Суламифь Файр-стоун, одна из первых писательниц — ради­кальных феминисток, утверждает, что мужчи­ны контролируют женские роли в воспроиз­водстве потомства и уходе за детьми (Fire­stone 1971). Поскольку женщины биологиче­ски способны дать жизнь детям, они стано­вятся материально зависимыми от мужчин, обращаясь к ним за защитой и средствами к существованию. Это «биологическое нера­венство» социально организовано в нуклеар-ной семье. Файрстоун для описания социаль­ного положения женщин говорит о «поло­вом классе» и утверждает, что женщина смо­жет эмансипироваться только через ликвида­цию семьи и характеризующих ее властных отношений.

Другие радикальные феминистки в каче­стве центральной причины мужского превос­ходства указывают на мужское насилие против женщин. Согласно такому взгляду, домашнее насилие, изнасилование и сексуальные домо­гательства являются частями систематического подавления женщин, а не отдельными случая­ми со своими психологическими или крими­нальными корнями. Даже повседневные вза­имодействия, например невербальные связи, манеры слушания и прерывания речи, а также женское чувство комфорта на публике вносят вклад в тендерное неравенство. Кроме того, мужчины навязывают женщинам популярные представления о красоте и сексуальности с це­лью получить определенный тип женствен­ности. Например, социальные и культурные нормы, подчеркивающие стройное тело и за­ботливое ласковое отношение к мужчинам, помогают последним навсегда сохранять под­чинение женщин. «Объектификация» женщин с помощью масс-медиа, моды и рекламы пре­вращает их в сексуальные объекты, главной ролью которых является ублажение и развле­чение мужчин.

См. обсуждение в разделах «Тендер и не­вербальное общение» на с. 83 и «Личное пространство» на с. 91-92.

Перспективы гендерного неравенства

109

Радикальные феминисты не верят, что женщшгу можно освободить от сексуального подавления путем реформ или постепенных изменений. Поскольку патриархат является си­стемным явлением, утверждают они, равенство полов может быть достигнуто только путем разрушения патриархального порядка.

Использование патриархата как концеп­ции для объяснения тендерного неравенства было популярно во многих феминистских тео­риях. Заявляя, что «личное — это политиче­ское», радикальные феминисты привлекли ши­рокое внимание ко многим взаимосвязанным сторонам подавления женщин. Упор радикаль­ных феминистов на мужское насилие и объ-ектификацию женщин сделали эти вопросы центральными в основном направлении спо­ров относительно подчинения женщин.

Между тем можно высказать много возра­жений по поводу радикальных феминистских взглядов. Возможно, главным является то, что концепция патриархата в том виде, как она ис­пользовалась, неадекватна в качестве общего объяснения подавления женщин. Радикальные феминисты пытаются угверждать, что патри­архат существовал во все века и во всех куль­турах, т. е. является универсальным явлением. Однако критики возражают, что подобная кон­цепция патриархата не оставляет места для исторических и культурных изменений. Кро­ме того, она игнорирует то важное влияние, которое могут иметь раса, класс или этнос на природу женской субординации. Иными словами, нельзя рассматривать патриархат как универсальное явление. Люди, делающие это, рискуют впасть в биологический редукционизм, который приписывает все сложности гендер­ного неравенства просто различиям между мужчинами и женщинами.

Недавно Сильвия Вальби предложила важный пересмотр концепций патриархата (см. врезку на с. 110-111). Вальби считает, что понятие патриархата остается ценным и полезным инструментом для объяснений, если только использовать его определенным образом.

«Черный феминизм»

Применимы ли описанные выше версии феми­низма в равной степени к жизненному опыту белых и чернокожих женщин? Многие черно­кожие феминисты, а также феминисты из раз­вивающихся стран заявляют, что нет. Они доказывают, что этнические различия среди

женщин не рассматриваются главными феми­нистскими школами, которые ориентированы на проблемы белых женщин преимуществен­но среднего класса, живущих в промышлеи-но развитых обществах. Они утверждают, что неправильно обобщать теории о женской суб­ординации в целом на основе опыта конкрет­ной группы женщин. Кроме того, сама идея о существовании «единой» формы гендерного подавления, испытываемого в равной степени всеми женщинами, кажется спорной.

К возникновению «черного феминизма», концентрирующего внимание на конкретных проблемах, с которыми сталкиваются черноко­жие женщины, привела неудовлетворенность существующими формами феминизма. В пре­дисловии к собственным мемуарам американ­ская чернокожая феминистка Белл Хуке дока­зывает:

Многие теоретики феминизма, пишущие и рассуждающие в наши дни о девичестве, гото­вы предположить, что у чернокожих девушек чувство собственного достоинства выше, чем у их белокожих сверстниц. Измерение этого различия часто показывает, что чернокожие девушки не страдают застенчивостью, больше говорят, более самоуверенны. В основанной на традициях Юга жизни чернокожих ожида­лось и ожидается сейчас, что девушки способ­ны хорошо излагать свои мысли и держаться с достоинством. Наши родители и учителя всегда заставляли нас стоять прямо и гово­рить ясно. Подразумевалось, что такие черты характера возвышают расу. Эти черты необя­зательно были связаны с созданием женского чувства собственного достоинства. Искренняя девушка может все же чувствовать, что она ни­кудышная особа, так как ее кожа недостаточно светла или волосы имеют не то строение. Это те переменные, которые часто не принима­ются во внимание белыми исследователями, когда они измеряют собственное достоинство чернокожих женщин с помощью мерила, со­зданного па основе ценностей, извлеченных из опыта белых (Hooks, 1997).

Труды чернокожих феминистов стремятся под­черкнуть историю — те стороны прошлого, ко­торые дают информацию о современных про­блемах, с которыми сталкиваются чернокожие женщины. В трудах американских чернокожих феминистов подчеркивается влияние мощно­го наследия рабства, сегрегации и движения за гражданские права на тендерные неравен­ства в чернокожей общине. Они отмечают, что первые чернокожие суффражистки поддержи­вали кампанию за права женщин, но вскоре

110