Глава 14. Правительство и политина

общества лежит теперь не деревня или город местного значения, а нечто намного более крупное. Массовое образование, основанное на «государственном языке», которое дается в школах, — основное средство, с помощью которого крупномасштабное общество может быть организовано и сохранять свое единство. . Теория Геллнера была раскритикована по нескольким аспектам. Критики говорят, что это функционалистская теория, которая утвер­ждает, что образование работает на социаль­ное единство. Как и при более общем подходе функционалистов, этот взгляд склонен недо­оценивать роль образования в генерировании конфликтов и разногласий. Теория Геллнера, в общем-то, не объясняет тех страстей, кото­рые национализм может пробуждать и часто вызывает. Сила национализма, возможно, свя­зана не просто с образованием, но с его способностью формировать идентичность — нечто, без чего индивидуумы не могут суще­ствовать.

Потребность в идентичности, конечно же, родилась не с появлением современного инду­стриального общества. В связи с этим критики утверждают, что Геллнер не прав, столь сильно отделяя национализм и нацию от досовре-менных времен. В чем-то национализм весьма современен, но он также использует чувства и формы символизма, которые уходят гораздо глубже в прошлое. Согласно одному из наибо­лее известных исследователей национализма, Энтони Смиту, нации обычно имеют прямые линии преемственности от более ранних эт­нических общин, или как он их называет, этни или этнос. Этнос — это группа, которая объединена идеей общего происхождения, об­щими культурными особенностями и связью с определенной родиной.

Многие нации, как отмечает Смит, дей­ствительно возникли в доиндустриальную эпо­ху, и в предыдущие исторические периоды существовали этнические общины, которые напоминают нации. Евреи, к примеру, пред­ставляют собой отчетливый этнос в течение более чем 2000 лет. В определенные периоды евреи объединялись в общины, которые обла­дали рядом характеристик наций. Но только после Второй мировой войны все эти элемен­ты были объединены в форму национального государства Израиль. Как и большинство дру­гих национальных государств, Израиль не был образован из единственного этноса. Палестин­ское меньшинство в Израиле ведет свое про-

исхождение от весьма отличающегося этниче- ■ ского источника и утверждает, что создание израильского государства сместило палестин­цев с их древней родины - отсюда и их постоянный конфликт с евреями в Израиле, а также разногласия между Израилем и боль­шинством сопредельных арабских стран.

Различные страны развивались относи­тельно этноса по-разному. В некоторых, вклю­чая большинство стран Западной Европы, рас­пространялся какой-то один этнос, вытесняя ранее живших на этой территории сопер­ников. Так, в XVII в. во Франции говорили на нескольких других языках (помимо фран­цузского. — Прим. перев.), с которыми связа­ны другие этнические истории. По мере того как французский становился основным язы­ком, большинство его соперников впослед­ствии исчезли. Однако их остатки закрепи­лись в некоторых областях. Одним из таких мест является страна басков, расположенная по обе стороны франко-испанской границы. Баскский язык довольно сильно отличается и от французского, и от испанского, и баски утверждают, что у них отдельная культурная история. И хотя уровень насилия и близко не приближался к тому, который наблюдался в других местах, таких как Восточный Тимор или Чечня на юге России, группы сепарати­стов в стране басков спорадически устраивали серии взрывов, стремясь приблизиться к своей цели — независимости.

Нации без государств

Живучесть строго очерченных этносов внут­ри сложившихся наций приводит к феномену нации без государства. В подобной ситуации налицо многие из основных характеристик нации, но тем, кто составляет такую нацию, недостает независимой политической органи­зации. Сепаратистскими движениями, такими как в Чечне или Басконии, а также во многих других местах мира, таких как Кашмир в се­верной Индии, движет желание организовать автономное государство с самоуправлением.

Можно признать несколько различных типов наций без государств, в зависимости от взаимоотношений этноса с более крупным национальным государством, внутри которого он существует (Guibernau 1999).

1. В некоторых случаях национальное го­сударство может принимать культурные отли­чия своего меньшинства или меньшинств и

Националистические движения

391

позволять им определенную степень активно­го развития. Так, в Великобритании Шотландия и Уэльс признаются как имеющие свою исто­рию и культурные особенности, отличные от остального Соединенного Королевства, и они до некоторой степени имеют свои отдельные институты. К примеру, большинство шотланд­цев являются пресвитерианцами, и Шотландия уже давно имеет отдельную от Англии и Уэль­са систему образования. Шотландия и Уэльс достигли еще большей автономности внутри Соединенного Королевства в целом с органи­зацией Шотландского Парламента и Нацио­нальной Ассамблеи Уэльса в 1999 г.

Подобно им, Баскония и Каталония (об­ласть вокруг Барселоны в северной Испании) признаются «автономными общинами» внутри Испании. У них есть свой собственный парла­мент, который обладает определенным коли­чеством прав и полномочий. Однако и в Ве­ликобритании, и в Испании основная власть по-прежнему остается в руках национальных правительств и парламентов, расположенных, соответственно, в Лондоне и Мадриде.

2. Некоторые нации без государств обла­ дают большей степенью автономности. В Кве­ беке (франкоговорящей провинции Канады) и Фландрии (нидерландскоговорящей области на севере Нидерландов), региональные поли­ тические органы обладают правом принимать важные решения, не будучи при этом полно­ стью независимыми. Как и в случаях, упомя­ нутых в предыдущем пункте, там также есть националистические движения, призывающие к полной независимости.

3. С другой стороны, существуют некото­ рые нации, которые практически совершенно не признаются государством, в состав которо­ го они входят. В таких случаях более круп­ ное национальное государство использует си­ лу для того, чтобы отказать национальному меньшинству в признании. До недавнего раз­ вертывания процесса мирного урегулирования на Ближнем Востоке палестинцы были явным примером такой группы. Другим примером яв­ ляются тибетцы в Китае и курды, чья родина приходится на части Турции, Сирии, Ирана и Ирака.

Тибетцы и курды ведут свою культурную историю из глубины веков. История Тибета тесно связана с определенными формами буд­дизма, которые получили там свое развитие. Тибетский лидер в изгнании — Далай Лама — за пределами Тибета руководит движениями,

которые стремятся достичь отдельного тибет­ского государства ненасильственным путем. В отличие от тибетцев, среди курдов суще­ствует несколько движений за независимость, в основном базирующихся за границей, ко­торые провозглашают насилие способом до­стижения своих целей. У курдов в Брюсселе существует «парламент в изгнании», но у него нет поддержки всех сепаратистских движений. В случае тибетцев и курдов шансы до­стичь даже ограниченной автономии невели­ки, если правительства соответствующих на­циональных государств не решат в какой-то момент изменить свою нынешнюю полити­ку. Но в других случаях возможен сценарий, когда национальные меньшинства могут пред­почесть внутреннюю автономию, нежели пол­ную независимость от тех государств, в ко­торых они проживают. В Басконии, Катало­нии и Шотландии, к примеру, лишь маленькая часть населения сейчас поддерживает идею полной независимости. В Квебеке недавний провинциальный референдум по вопросу не­зависимости от Канады был отменен, когда не было набрано нужного количества голосов избирателей.

Национальные меньшинства и Европейское сообщество

В случае национальных меньшинств в Европе важную роль играет Европейское сообщество. Европейское сообщество бьио организовано в результате заключения договоров о взаим­ной поддержке между основными странами Западной Европы. Однако ключевым момен­том философии ЕС является передача власти областям и регионам. Одной из явных целей ЕС является создание «Европы регионов». Этот момент очень поддерживается большинством баскских, шотландских, каталонских и дру­гих национальных меньшинств. Члены этих меньшинств часто озабочены утерей части их культурного наследия в прошлом и стремятся к его восстановлению. Они рассматривают ЕС как способ сохранения их особой идентично­сти. Их право обращаться напрямую в органи­зации ЕС, такие как Европейский парламент и Европейский суд, может дать им достаточно автономности, чтобы быть уверенными в том, что они — хозяева собственных судеб. Таким образом, представляется как минимум веро­ятным, что существование ЕС будет означать то, что национальные меньшинства откажутся от своего идеала — полной независимости —

392