Глава 11. Бедность, социальная помощь и социальное отчуждение

щением резерва мужчин — «потенциальных мужей» (т. е. имеющих работу).

В своей более поздней работе Уилсон ис­следовал роль подобных социальных процес­сов в возникновении очагов концентрации го­родской нищеты, населенных так называемы­ми «бедняками из гетто». Представители бед­няков из гетто — преимущественно афроаме-риканцы и латиноамериканцы — испытывают многочисленные лишения — от низкого уров­ня образования и стандартов здравоохранения до разгула преступности. Они страдают также от неблагоприятных условий, порождаемых слабо развитой городской инфраструктурой, включая неадекватный общественный транс­порт, сферу обслуживания и образовательные учреждения — что еще больше уменьшает шан­сы этих людей на интеграцию в социальную, политическую и экономическую жизнь обще­ства (Wilson 1999).

Низший класс, Европейский Союз и миграция

В центре дискуссии о низшем классе в Соеди­ненных Штатах была проблема его корреля­ции с таким признаком, как этническая при­надлежность. Все отчетливее эта связь обнару­живается и в Европе; тенденции экономиче­ского неравенства и социального отчуждения, типичные в наши дни для Америки, укрепля­ются, по-видимому, как в Великобритании, так и в других странах Западной Европы. Низший класс тесно связан с проблемами расы, этни­ческой принадлежности и миграции. В таких городах, как Лондон, Манчестер, Роттердам, Франкфурт, Париж и Неаполь, существуют зо­ны крайней нищеты. Гамбург, например, яв­ляется богатейшим городом в Европе, если судить по среднему индивидуальному доходу; здесь проживает самое большое количество миллионеров, чем где-либо еще в Германии, и вместе с тем на Гамбург приходится самый высокий процент людей, получающих соци­альную помощь и пособия по безработице — на 40 % больше, чем в среднем по стране.

Большинство бедных и безработных в странах Западной Европы — это исконные жи­тели данных стран, но среди них также много иммигрантов первого и второго поколения, живущих в бедности в запущенных городских районах. Так, например, в Германии, Франции и Италии сложились значительные по вели­чине иммигрантские общины турок, алжирцев

и албанцев. Мигранты, приехавшие в Европу в поисках более высоких стандартов жизни, часто вынуждены выполнять случайную низко­оплачиваемую работу, дающую мало перспек­тив на продвижение. Более того, мигранты нередко отсылают заработанные ими деньги домой для помощи оставшимся там членам семьи. Уровень жизни недавних иммигрантов иногда бывает ужасающе низким.

Особенно высока вероятность отчужден­ности и маргинализации в тех случаях, когда члены семьи мигранта с целью воссоедине­ния семьи присоединяются к нему нелегаль­но. Из-за отсутствия какого-либо официаль­ного статуса они не имеют права обращаться за государственным пособием и поэтому ли­шены возможности рассчитывать на помощь государства для поддержания минимального стандарта жизни; такие люди крайне уязви­мы и, попав в бедственные условия в случае кризиса или несчастья, имеют мало надежды на какую-либо помощь и поддержку.

Существует ли низший класс в Великобритании?

После своих ранних работ, посвященных Со­единенным Штатам, Чарлз Марри обратился к Соединенному Королевству. По его мнению, в Соединенном Королевстве пока еще нет четко выделяющегося низшего класса, но он быстро формируется. В него, как полагал Мар­ри, войдут не только члены этнических мень­шинств, но и белые из обедневших регионов, где быстрыми темпами идет социальная дез­интеграция (Murray 1990). Однако работа Мар­ри была подвергнута резкой критике другими социологами, работающими в этой стране.

Одним из социологов, считающих, что мысль о низшем классе, имеющем свою осо­бую культуру, мало обоснована, является Дан-кен Голли. Анализируя материалы исследо­вания «Инициатива социального изменения и экономической жизни», Голли высказывает мнение об отсутствии существенных различий между представителями рабочего класса и лю­дьми, давно потерявшими работу, в том, что касается их политических взглядов или тру­довой биографии. С его точки зрения, впол­не возможно, что люди, давно не имеющие работы, испытывают более глубокое чувство отчужденности и обездоленности, но они про­должают отождествлять себя в более широком смысле с рабочим классом. Он обнаружил так­же, что для людей, долгие периоды времени

Социальное отчуждение

287

остающихся безработными, понятие работы представляет большую ценность, чем для дру­гих (Gallie 1994).

Лидия Моррис обследовала распростра­нение бедности в Хартлпуле на северо-востоке Англии. Именно в таких регионах, как Хартл-пул, где наблюдался упадок обрабатывающей промышленности и значительный рост безра­ботицы, существует возможность возникнове­ния низшего класса. Тем не менее исследова­ние Моррис не подтверждает факта появления четко выделенного низшего класса. По ее мне­нию, понятие низшего класса создает слишком упрощенную (и политизированную) картину, не отражающую всей сложности явления, кото­рое представляет собой в современном обще­стве бедность и социальное неблагополучие.

Моррис изучала три группы безработных рабочих: первую группу составляли супруже­ские пары, в которых муж был без работы по меньшей мере 12 месяцев; вторая группа включала супружеские пары, в которых муж работал на одной и той же работе по край­ней мере последние 12 месяцев, и наконец, третью группу составляли супружеские пары, в которых муж в последние 12 месяцев начал работать на новом месте.

Эти три обследованные группы отдель­ных людей и семей, по свидетельству Моррис, имели примерно одинаковую степень под­держки извне, на которую они могли опе­реться. Те, кто был безработным больше года, всё еще занимались поисками работы, у них не возникало отрицательного настроя в отно­шении работы. Ситуация, в которой оказались эти мужчины, явилась результатом длитель­ного экономического спада в этом регионе, отсутствия у них необходимой квалифика­ции и достаточного количества неформальных контактов, которые могли бы помочь им найти работу в том же регионе. В то же время Моррис установила, что у большинства тех, кто был долгое время безработным, супруги тоже ока­зались безработными, и что среди их друзей также был очень высок процент безработных. Однако заключение, к которому она пришла, гласило: «Мое исследование не обнаружило прямых доказательств существования особой культуры „низшего класса"» (Morris 1993, 410).

Выводы, сделанные Моррис в ее исследо­вании, отнюдь не являются окончательными. Оно охватило только одну часть страны, при­чем ту, в которой этнические меньшинства не были представлены сколько-нибудь значи-

тельно. Вместе с тем не является тайной, что мужчины-иммигранты из Вест-Индии и Азии в большей степени, чем белые мужчины, за­няты полуквалифицированным трудом и уро­вень безработицы среди них в среднем более высок.

Оценка

Как следует понимать эти противоположные подходы к низшему классу? Подтверждают ли социологические исследования мысль о суще­ствовании низшего класса как особого клас­са обездоленных людей, объединенных сход­ством жизненных возможностей?

Понятие низшего класса пришло из Со­единенных Штатов, и там оно по-прежнему имеет смысл. В Соединенных Штатах полюса богатства и бедности более заметно марки­рованы, чем в Западной Европе. В особен­ности там, где экономическая и социальная обездоленность соединяется с расовым нера­венством, группы обездоленных действитель­но часто оказываются отрезанными от более широкого общества в целом. При таких об­стоятельствах понятие низшего класса име­ет четкую направленность. В европейских же странах этого, судя по всему, не наблюдается. Хотя сходные неблагоприятные условия суще­ствуют и в Европе, они, как представляется, не столь заметно выражены, как в Соединен­ных Штатах. Нет или пока еще нет такого, как в Америке, уровня разделения между теми, кто живет в условиях крайней нужды, и остальной частью общества.

Социальное отчуждение

В Европе большинство исследователей предпо­читает использовать не понятие низшего клас­са, а понятие социального отчуждения. Это понятие подхватили политики, но впервые оно было введено социологами для обозначения новых источников неравенства. Термин «соци­альное отчуждение» указывает, каким образом отдельные люди могут оказаться отрезанными от полноценного участия в жизни общества в целом. Таким образом, это более широкое понятие, чем низший класс, и оно имеет еще и то преимущество, что подчеркивает процес­сы — механизмы отчуждения. Например, люди, живущие в обветшалых трущобных микрорай­онах, где плохие школы и мало надежды найти хоть какую-нибудь работу, вполне возможно,

288