14. Акты Конституционного Суда рф по вопросам предпринимательства. Понятие и значение.

В обеспечении правовой стабильности при регулировании предпринимательских отношений имеют большую значимость правовые позиции, положенные Конституционным Судом РФ в основу своих решений, и конституционное истолкование им норм федеральных законов, которые, по существу, являются конституционными способами совершенствования правового регулирования предпринимательской деятельности. Следует отметить, что при принятии решений Конституционный Суд РФ исходит из ранее сформулированных им в других решениях правовых позиций.

Значение постановлений и определений, положенных в их основу правовых позиций Конституционного Суда РФ, конституционного истолкования (проверки конституционности) норм законов проявляется в двух аспектах:

а) в их влиянии на совершенствование правоприменительного процесса и законодательства в области предпринимательской деятельности;

б) во влиянии постановлений, содержащих правовые позиции, на развитие права.

1. Решения, принятые в рамках проверки конституционности норм налогового законодательства

Так, в свое время возникли сложности в судебной практике при рассмотрении споров, связанных с бесспорным взиманием органами налоговой полиции с юридических лиц сумм сокрытого или заниженного дохода (прибыли) и штрафов за нарушение налогового законодательства, выявились проблемы в вопросе пределов ограничения права частной собственности при налогообложении.

Закон РФ от 24 июня 1993 г. N 5238-1 "О федеральных органах налоговой полиции" (п. 2, 3 ч. 1 ст. 11) предоставлял федеральным органам налоговой полиции право на основании Закона РСФСР от 21 марта 1991 г. N 943-1 "О государственной налоговой службе РСФСР" (п. 8, 9 ст. 7, ст. 8) и Закона РФ от 27 декабря 1991 г. N 2118-1 "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" (ст. 13) производить взыскание с юридических лиц сумм штрафов, а также всей суммы сокрытого или заниженного дохода (прибыли) в бесспорном порядке без их согласия.

Подобный порядок взыскания штрафных санкций вызывал негативное отношение налогоплательщиков, поскольку отличался от общепризнанных правовых подходов к привлечению к ответственности.

В Постановлении от 17 декабря 1996 г. N 20-П Конституционный Суд РФ признал положения п. 2 и 3 ч. 1 ст. 11 рассматриваемого Закона, предоставляющие федеральным органам налоговой полиции право производить взыскание с юридических лиц сумм штрафов, а также всей суммы сокрытого или заниженного дохода (прибыли) в бесспорном порядке без их согласия, неконституционными и разъяснил, что конституционная обязанность платить законно установленные налоги и сборы имеет публично-правовой, а не частноправовой характер; с публично-правовым характером налога и государственной казны и с фискальным суверенитетом связаны законодательная форма учреждения налога, обязательность и принудительность его изъятия, односторонний характер налоговых обязательств .

Взыскание суммы сокрытого или заниженного дохода (прибыли), а также различного рода штрафов по своему существу выходит за рамки налогового обязательства и носит не восстановительный, а карательный характер и является наказанием за налоговое правонарушение. При производстве по делу о налоговом правонарушении подлежит доказыванию как сам факт такого нарушения, так и степень вины налогоплательщика. Согласно позиции Конституционного Суда РФ бесспорный порядок взыскания штрафов в случае несогласия налогоплательщика с решением органа налоговой полиции является превышением конституционно допустимого ограничения права, закрепленного в Конституции РФ, согласно которому никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда .

Таким образом, суть правовой позиции КС - налог и штраф за нарушение налогового законодательства разные по своей правовой природе категории. Если конституционная обязанность платить законно установленные налоги и сборы дает право государству в лице полномочных органов бесспорно взыскивать с юридических лиц налог (недоимку по налогам) и пени за просрочку уплаты, то взыскание суммы сокрытого или заниженного дохода (прибыли), а также различного рода штрафов по своему существу выходит за рамки налогового обязательства и, являясь наказанием за налоговое правонарушение, происходит в рамках административных отношений.

В Постановлении от 11 ноября 1997 г. N 16-П*(94) "По делу о проверке конституционности статьи 11.1 Закона Российской Федерации от 1 апреля 1993 года "О государственной границе Российской Федерации" в редакции от 19 июля 1997 года" Конституционный Суд РФ, признавая неконституционными положения ч. 2 ст. 11.1 указанного Закона об установлении размеров сбора за пограничное оформление, а также категорий владельцев транспортных средств и грузов, иных лиц, освобождаемых полностью или частично от уплаты указанного сбора, Правительством РФ, указал, что установление федеральных налогов и сборов относится к полномочиям федерального законодательного органа.

Конституционный Суд РФ разъяснил конституционное содержание понятия "законно установленные налоги и сборы", согласно которому установить налог или сбор можно только законом; налоги, взимаемые не на основе закона, не могут считаться законно установленными. Конституционный Суд РФ указал, что налог или сбор может считаться законно установленным только в том случае, если законом зафиксированы существенные элементы налогового обязательства, т.е. установить налог можно только путем прямого перечисления в законе о налоге существенных элементов налогового обязательства. Отнесение к ведению Правительства РФ установления существенных элементов налогового обязательства не соответствует закрепленному действующим законодательством разграничению полномочий между органами законодательной и исполнительной власти.

Таким образом, Конституционный Суд РФ исключил возможность установления налогов и сборов органом исполнительной власти, поскольку это сфера деятельности законодательной власти.

Указанные решения Конституционного Суда РФ по рассмотренным вопросам непосредственно повлияли на совершенствование законодательства. В последующем сформулированные Конституционным Судом РФ в данных постановлениях правовые позиции были учтены в Налоговом кодексе РФ и Федеральном законе от 31 июля 1998 г. N 153-ФЗ (внесены изменения в ст. 11.1 Закона РФ "О государственной границе Российской Федерации"). Принцип исключительно законодательного регулирования налоговых отношений закреплен также в Бюджетном кодексе РФ (ст. 2, 3, 7).

В правоприменительной практике возникли также сложности с определением момента прекращения обязанности налогоплательщика - юридического лица по уплате налога. Налоговые органы и налогоплательщики - юридические лица по-разному определяли момент уплаты налога: налоговые органы - с момента поступления налоговых сумм в бюджет, юридические лица - с момента списания банком соответствующих сумм со счета налогоплательщика при наличии необходимых на счете средств. В связи с этим возникал вопрос об ответственности налогоплательщика - юридического лица при непоступлении налогов в бюджет и данная серьезная проблема стала предметом судебной практики.

Указанные проблемные вопросы были разрешены в Постановлении Конституционного Суда РФ от 12 октября 1998 г. N 24-П*(95) "По делу о проверке конституционности пункта 3 статьи 11 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 года "Об основах налоговой системы в Российской Федерации". В данном Постановлении положение п. 3 ст. 11 проверявшегося Закона с учетом смысла, придаваемого ему сложившейся правоприменительной практикой, поскольку оно предусматривает прекращение обязанности налогоплательщика-юридического лица по уплате налога лишь с момента поступления соответствующих сумм в бюджет и тем самым допускает возможность повторного взыскания с налогоплательщика не поступающих в бюджет налогов, признано неконституционным .

Конституционный Суд РФ в данном Постановлении сформулировал правовую позицию, согласно которой конституционная обязанность каждого налогоплательщика по уплате налогов должна считаться исполненной в тот момент, когда изъятие части его имущества, предназначенной для уплаты в бюджет в качестве налога, фактически произошло. Конституционная обязанность налогоплательщика - юридического лица по уплате налога считается исполненной в день списания с его расчетного счета в кредитном учреждении денежных средств при наличии на этом счете достаточного денежного остатка. После списания с расчетного счета имущество налогоплательщика уже изъято, т.е. налог уплачен. Повторное взыскание с добросовестного налогоплательщика не поступивших в бюджет налогов нарушает конституционные гарантии частной собственности.

Впоследствии в правоприменительной практике возник вопрос о том, может ли налог считаться уплаченным при формальном списании денежных средств со счета налогоплательщика в банке, если эти суммы реально не перечисляются в бюджет из-за фактического отсутствия денежных средств на расчетном счете налогоплательщика - юридического лица, а также из-за отсутствия денежных средств на корреспондентском счете банка при формальном зачислении их банком на счета налогоплательщика, в том числе с использованием так называемых вексельных схем, осуществляемых, как правило, "проблемными" банками.

В Определении от 25 июля 2001 г. N 138-О*(96) Конституционный Суд РФ, разъясняя свое Постановление от 12 октября 1998 г. N 24-П, в п. 1 резолютивной части указал, что выводы, содержащиеся в указанном Постановлении, касаются только добросовестных налогоплательщиков. Конституционный Суд РФ разъяснил, что отношения, возникающие между налогоплательщиками и кредитными учреждениями при исполнении последними платежных поручений на списание налоговых платежей, являются налоговыми правоотношениями. Отношения же банка и его клиента, вытекающие из договора банковского счета, являются гражданскими правоотношениями. По смыслу положения, содержащегося в п. 7 ст. 3 Налогового кодекса РФ, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков. Исходя из этой презумпции в п. 3 мотивировочной части Постановления специально подчеркивается, что конституционные гарантии частной собственности нарушаются повторным списанием налогов в бюджет с расчетного счета только добросовестного налогоплательщика (п. 2 мотивировочной части).

Конституционный Суд РФ также разъяснил, что закрепленный в Постановлении подход, допускающий распространение его правовой позиции только на добросовестных налогоплательщиков, предполагает обязанность налоговых органов доказывать обнаруженную недобросовестность налогоплательщиков и банков в порядке, установленном Налоговым кодексом РФ.

В соответствии со ст. 104 Федерального закона от 8 января 1998 г. N 6-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в целях формирования конкурсной массы осуществлялись определенные имущественные изъятия из нее в виде жилищного фонда социального использования, детских дошкольных учреждений и объектов коммунальной инфраструктуры, жизненно необходимых для региона. Данное имущество передавалось в муниципальную собственность на безвозмездной основе. В дальнейшем такие объекты должны были содержаться за счет соответствующих бюджетов.

В такой ситуации судебная практика Конституционного Суда РФ позволила решить данную правовую проблему и сориентировать законодателя на основные принципы и критерии при установлении справедливого баланса между частными интересами (интересами юридического лица-должника и его кредиторов) и публичными интересами (интересами населения соответствующего региона).

4. Конституционное истолкование норм федеральных законов

Разрешая вопросы права, Конституционный Суд РФ в своей деятельности иногда сталкивается с такими ситуациями, когда при проверке нормы на соответствие Конституции РФ выясняется, что она допускает разные толкования в правоприменительной практике, так как не очень четко и корректно сформулирована, в связи с чем возможно ее применение в различном смысловом значении. Как показывает судебная практика, Конституционный Суд РФ не всегда признает подобную норму неконституционной, поскольку учитывает - признание нормы неконституционной породит отсутствие правового регулирования, что, особенно в предпринимательской сфере деятельности, может создать еще большие трудности. Именно в таких ситуациях, если норма Конституционным Судом РФ будет истолкована в соответствии с конституционными принципами и положениями, она может применяться*(127).

Таким образом, такая норма не объявляется неконституционной, но, по существу, ей придается совершенно новое правовое содержание. Регулятивное воздействие нормы, подвергшейся конституционному истолкованию, в принципе изменяется. Конституционный Суд РФ, не признавая норму недействующей, тем не менее, по существу, воздействует на право. Данный прецедент толкования является обязательным для судов, поскольку в правоприменительной деятельности должно обеспечиваться конституционное истолкование подлежащих применению норм и суды не вправе придавать рассмотренным нормам значение, расходящееся с их конституционно-правовым смыслом.

Механизм такого совершенствования отраслевого законодательства и в целом правового регулирования экономических отношений можно проследить, в частности, на анализе следующих определений Конституционного Суда РФ.

В Определении Конституционного Суда РФ от 20 февраля 2002 г. N 48-О*(128) дано конституционное истолкование норм, содержащихся в п. 1 и 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ и касающихся вопросов применения двусторонней реституции.

Таким образом, Конституционный Суд РФ, не признавая ст. 167 Гражданского кодекса РФ неконституционной, наполнил ее новым конституционно-правовым содержанием, отличающимся от того смыслового содержания, которое придавали ей ранее суды в правоприменительной деятельности. В последующем суды обязаны применять в правоприменительной деятельности п. 1 и 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ при рассмотрении конкретных споров только с учетом осуществленного Конституционным Судом РФ конституционного истолкования.

Таким образом, хотелось бы отметить следующие основные моменты.

Конституционный Суд РФ в процессе осуществления своей деятельности оказывает позитивное влияние на совершенствование правоприменения.

Средствами совершенствования правоприменения в сфере предпринимательской деятельности выступают: ранее сформулированные правовые позиции Конституционного Суда РФ, когда заявление Конституционным Судом РФ не рассматривается по существу в связи с решением аналогичной юридической проблемы ранее и отсутствует необходимость вторично признавать норму неконституционной; конституционное истолкование норм законов, когда правовая норма Конституционным Судом РФ не признается неконституционной, но наполняется новым конституционно-правовым содержанием на основе ее конституционного истолкования, которое непосредственно учитывается и применяется в правоприменительной практике и определяет позицию правоприменителя.