1. Проблема универсалий в средневековой философии и ее античные истоки

В период ранней схоластики вновь вспыхнул спор: существуют ли реально универсалии или нет. Проблема универсалий уходит корнями в философию Платона и Аристотеля.

Философской основой спора между реализмом и универсализмом был вопрос об отношении общего и единичного, индивидуального.

• Реализм приписывал существование лишь общему. Признает самостоятельное существование универсалий: Ансельм Кентерберийский, Гильберт Порретанский, Фома Аквинский, Бонавентура и др.

• Крайние реалисты придерживались платоновского учения об идеях; общее - это идеи, которые существуют до единичных вещей и вне их.

Гильом. Лишь общим понятиям, выражающим виды, соответствует реальная субстанция. Это значит, что в предложении "Сократ есть человек" лишь "человечность" является реальностью, но ни в коем случае не индивид (Сократ). "Сократность", т. е. существование Сократа как частной, индивидуальной формы всеобщей субстанции "человек в этом лице", является лишь чем-то случайным, неопределенным. "Человечество" или "человечность" как всеобщая субстанция существовали бы даже и тогда, когда не было бы ни одного человека.

• Сторонники умеренного реализма исходили из аристотелевского учения об общих родах, согласно которому общее реально существует в вещах, но ни в коем случае не вне их.

Ансельм Кентерберийский:общие понятия имеют собственное, независимое от единичных вещей существование, но связаны с ними. Единичное участвует в существовании абсолютного, независимую реальность которого Ансельм выводит путем обобщения общих черт единичных вещей.

• Номиналисты не допускали реального существования универсалий, общее существует лишь после вещей. В реальности нет ничего, кроме индивидов. Общие понятия возникают в процессе познания и вне человеческого ума, т.е. реально не существуют

• Приверженцы крайнего крыла номинализма считали общее лишь пустым, ничего не содержащим "выдохом голоса", звуковой стороной слова.

Иоанн Росцеллин: вне единичных вещей не существует ничего, нет цвета вне конкретного цвета, нет мудрости вне мудрой души. Общее не имеет никакой собственной реальности, реально могут существовать только "единичные вещи". Общие понятия (идеи или универсалии) являются лишь звуками, голосом, речью.

Номинализм Росцеллина угрожал церковной догматике; он, между прочим, предложил тритеистическую доктрину: если существуют три божественные особы, то существует не один, а три самостоятельных бога. Эти и другие выводы вызвали сопротивление ортодоксии, и учение Росцеллина синодом в Суассоне в 1092 г. было отвергнуто как еретическое. Поражение Росцеллина лишило представителей номинализма возможности выступать публично, что ограничило их влияние.

• Концептуализм (или более умеренные номиналисты) также отрицал реальность общего в вещах, но признавал его как мысли, понятия, имена, играющие важную роль в познании. Общие понятия имеют место в человеческом уме, но им соответствует нечто в самих вещах: в трудах Абеляра и Дунса Скота

Пьер Абеляр - стремился преодолеть односторонность обоих учений (реализма и номинализма). Реалисты: универсалии существуют до вещей (до единичных вещей), у номиналистов - после единичных вещей. Абеляр же полагал, то универсалии суть в вещах. Нельзя недооценивать общее в единичном, но и индивидуальные различия также существенны. Было бы ошибкой также говорить, что лишь единичное является реальным и существенным и что вообще понятия суть лишь имена, ибо общим понятиям соответствует реальное существование сущности в единичных видах; люди именуются людьми не только на основе общих признаков, но понятию "человек" тоже соответствует реальность общечеловеческого, существующего во всех людях. Это общее есть лишь в отдельных людях, но ни в коем случае не вне их, отсюда universalia sunt in rebus.

В споре средневекового номинализма и реализма намечаются элементы борьбы материализма и идеализма. Однако в этот период не было "чистого" материализма и "чистого" идеализма. Номинализм был идеализмом, но содержал материалистические тенденции, ибо исходил из реальности чувственного мира.

2. Ницше: учение о жизни.

Философия Ницше не организована в систему. Волю к системе Ницше считал недобросовестной.^[5] Его изыскания охватывают всевозможные вопросы философии, религии, этики, психологии, социологии и так далее. Ницше противопоставляет свою философию классической, тем самым провоцируя переоценку ценностей современного ему общества, подвергая сомнению и вопрошанию все завуалированные религией предрассудки разума. Наибольший интерес у Ницше вызывают вопросы морали, постановки ценностей через себя, а не через религию и общественное мнение. Ницше одним из первых подверг сомнению единство субъекта, причинность воли, истину как единое основание мира, возможность рационального обоснования поступков. Его метафорическое, афористическое изложение своих взглядов снискало ему славу великого стилиста. Однако, афоризм для Ницше не просто стиль, но философская установка — не давать окончательных ответов, а создавать напряжение мысли, давать возможность самому читателю «разрешать» возникающие парадоксы мысли.

Ницше первым заявил, что «нет никаких моральных феноменов, есть только моральное истолкование феноменов»^[6], тем самым подвергнув все моральные положения релятивизму. Согласно Ницше,здоровая мораль должна прославлять и укреплять жизнь, её волю к власти. Всякая иная мораль — упадочна, есть симптом болезни и разложения. Человечество инстинктивно использует мораль для того, чтобы добиваться своей цели — цели расширения своей власти. Вопрос не в том, истинна ли мораль, а в том, служит ли она своей цели. Такую «прагматическую» постановку вопроса мы наблюдаем у Ницше в отношении к философии и культуре вообще. Ницше ратует за приход таких «свободных умов», которые поставят себе сознательные цели «улучшения» человечества, мысли которых уже не будут «задурманены» никакой моралью, никакими ограничениями. Такого «сверхнравственного», «по ту сторону добра и зла» человека Ницше и называет «сверхчеловеком».

В отношении познания, «воли к истине» Ницше опять же придерживается своего «прагматического» подхода, спрашивая «для чего нам нужна истина?» Для целей жизни истина не нужна, скорее иллюзия, самообман ведут человечество к его цели — самосовершенствованию в смысле расширения воли к власти. Но «свободные умы», избранные должны знать правду, чтобы быть способными управлять этим движением. Эти избранные, имморалисты человечества, созидатели ценностей должны знать основания своих поступков, отдавать отчёт о своих целях и средствах. Этой «школе» свободных умов Ницше посвящает многие свои произведения.