Сознание и самосознание.

Самосознание, по мнению И. М. Сеченова, это отражение акта собственного сознания. Самосознание позволяет человеку не только отражать внешний мир, но, выделив себя в этом мире, познавать свой внутренний мир, переживать его и определенным образом относиться к себе.

Осознание себя в качестве некоего устойчивого объекта предполагает внутреннюю целостность, постоянство личности, которая независимо от меняющихся ситуаций способна оставаться сама собой.

Самосознание формируется в процессе взаимодействия с другими людьми и связано с оцениванием себя, зависящим от успешности деятельности человека.

Главная функция самосознания – сделать доступными для человека мотивы и результаты его поступков и дать возможность понять, каков он есть на самом деле, оценить себя. Если оценка окажется неудовлетворительной, человек может заняться либо самосовершенствованием, либо при помощи защитных механизмов устранить из сознания эти неприятные сведения.

Сознание и бессознательное.

В зоне ясного сознания находят свое отражение лишь очень немногие сигналы из внутренней и внешней среды.Осознаются в данный момент времени те объекты, которые создают препятствия для нормального продолжения регулирования поведения или в силу других причин являются значимыми для человека. Возникшие затруднения или значимые раздражители привлекают внимание и, таким образом, осознаются. После нахождения нового способа регулирования или решения затруднительной ситуации управление снова передается подсознанию.

Таким образом, к сфере подсознания относятся так называемые вторичные автоматизмы (ходьба, бег, профессиональные навыки и т.д.). В сферу подсознания входят также психические явления, имеющие субъективный компонент, еще не ставший сознанием (психика младенцев, просоночное состояние взрослого, послеобморочное состояние и т.д.). Наиболее интересна та часть сферы подсознания, которая разработана в учении З. Фрейда. Фрейд считает, что бессознательное – это не столько те процессы, на которые не направляется внимание, сколько переживания, подавляемые сознанием, такие, против которых сознание воздвигает мощные барьеры.

Сознание – это фундаментальная философская категория, представления о которой появились еще в античности. Психология как наука началась с проблемы изучения сознания ( психология сознания как направление психологической науки) и базировалась на методе интроспекции (В. Вундт, 1879)

На сегодняшний день существует несколько определений сознания. Вот два основных, которые дополняют друг друга:

Сознание – это высшая интегрирующая форма психики; результат общественно-исторических условий формирования человека в трудовой деятельности при постоянном общении с другими людьми.

Сознание – это высший уровень психического отражения объективной реальности, а также высший уровень саморегуляции, присущий только человеку как социальному существу.

Эмпирически сознание выступает как непрерывно меняющаяся совокупность чувственных и умственных образов, непосредственно предстающих перед субъектом в его «внутреннем» опыте и предвосхищающих его практическую деятельность.

Сознание изучается многими науками : философией, логикой, лингвистикой, нейрофизиологией, антропологией, социологией, этнографией.

Философия решает главным образом вопрос об отношении сознания к бытию

( гносеология). Признаны следующие положения:

- сознание - высшая форма отражения действительности,

- сознание присуще только человеку,

- бытие определяет сознание,

- сознание – общественный продукт.

В психологии сознание понимается как высшая из всех ( по иерархии) система организации всех форм отражения. Понятие психики является более широким и включает в себя понятие сознания. Сознание - это не самостоятельная форма, а система организации психических процессов нового уровня. Она обладает определенными характеристиками.

Общую психологию интересуют законы развития индивидуального сознания человека.

Сознание как высшая ступень организации психики.

Таблица 1. Структура сознания (по В.П. Зинченко)

СОЗНАНИЕ
Бытийно-действенный уровень		Рефлексивно-созерцательный уровень
Биодинамическая тень действия - внешняя форма движений, поступки, поведение, волевой контроль.	Чувственная ткань образа - пространство, звуки, свет, фантазии, грезы: эмоции, восприятие, воображение, ощущение.	Значения - человек – существо культурное: мир понятий, знаков, символов, речь, язык.	Смыслы - мир для человека не безразличен, он его оценивает: ценности, мотивы, потребности, переживания.

Основные характеристик сознания.

1. Активность. Происходит дифференциация психических образов для субъекта по степени их значимости (мышление, эмоции).

2. Интенциональность. Сознание всегда направлено на какой-то объект, предмет или образ, т.е. оно обладает интенцией.

(интенция – направленность сознания на предмет, усмотрение смысла этого предмета для сознания).

Функции сознания.

1. Интеграционная

Сознание обеспечивает единство и целостность мира психических явлений человека. Следовательно, мир становится качественно определенным.

2. Целеполагающая

Позволяет формулировать цели, программы теоретической и практической деятельности, а также способы достижения этих целей.

3. Познавательная

Истинные знания о явлениях и процессах действительности.

4. Оценочная

5. Прогностическая

6. Практическая

Человек способен преобразовать действительность, исходя из своих целей.

7. Коммуникативная

8. Рефлексивная

Рефлексия – это способность человека направлять свое сознание на самого себя, отделять себя от внешнего мира и исследовать свой внутренний мир, таким образом вырабатывая отношение к нему.

9. Креативная

Творчество через озарение.

10. Регуляционная

Регулирование человеком своего поведения.

Сознательная регуляция подключается при следующих условиях:

а) перед человеком возникают неожиданные интеллектуально сложные проблемы, не имеющие очевидного решения;

б) человеку требуется преодолеть физическое или психологическое сопротивление на пути движения собственных мыслей и телесных органов;

в) необходимо осознать или найти выход из какой-либо конфликтной ситуации, подключить волю к разрешению конфликта;

г) человек оказывается в ситуации, которая содержит потенциальную угрозу для него в случае непринятия немедленных действий.

Активность сознания зависит от А) уровня ясности сознания

Б) степени критичности человека

Выделяют восемь уровней сознания (по Платонову К.К.):

1. творческое озарение

2. вдохновение

3. повышенная ясность сознания

4. обыденное сознание

5. сниженная ясность сознания

6. сумеречное сознание

7. спутанное сознание

8. потеря сознания

Критичность выступает в качестве основного механизма контроля за своим поведением. Человек, оценив себя, способен поместить полученную информацию в определенную систему координат – ценности и идеалы.

Таким образом, сознание, как интегратор, объединяет следующие психические процессы: ощущение, восприятие, перцепцию, представление, речь, действие, мотив, эмоции, чувства, волю, мышление, аффекты, произвольную и непроизвольную память, внимание.

Общая характеристика проблемы неосознаваемых психических процессов

В предыдущих разделах была рассмотрена проблема возникновения и развития сознания как высшей формы психического отражения объективной реальности. Человек, наделенный сознанием, в состоянии совершать мотивированные дей­ствия, добиваться поставленной цели или выполнять определенную работу, пото­му что он осознает и контролирует свое поведение или состояние. Однако для пси­хики человека характерно наличие двух больших групп психических процессов и явлений, которые различаются степенью их осознания самим субъектом. Часть психических процессов и явлений человеком осознаются, но существует большое количество психических процессов и явлений, течение или проявление которых не отражается в сознании человека. Эти процессы относятся к группе так называ­емых неосознаваемых процессов, или к бессознательному.

Неосознаваемые психические процессы особенно активно стали изучаться в начале XX в. Этой проблемой занимались различные ученые, но уже результаты первых исследований показали, что проблема бессознательного настолько обшир­на, что вся осознаваемая человеком информация — это лишь верхушка айсберга, большая часть которого не видна глазу наблюдателя. Цель этой главы заключает­ся в ознакомлении с понятием бессознательного и с фактами неосознаваемых пси­хических процессов, а также в знакомстве с существующей классификацией про­явлений бессознательного и результатами исследований ряда ученых.

По нашему мнению, наиболее удачно необходимый учебный материал по про­блеме неосознаваемых процессов изложен в лекциях Ю. Б. Гиппенрейтер в книге «Введение в общую психологию». Именно они послужили основой для подготов­ки данной главы и рассмотрения изучаемой нами проблемы.

Все неосознаваемые психические процессы принято разделять на три класса: неосознаваемые механизмы сознательных действий, неосознаваемые побудители сознательных действий, «надсознательные» процессы.

В свою очередь, в первый класс — неосознаваемых механизмов сознательных действий — входят три подкласса: неосознаваемые автоматизмы; явления неосо­знаваемой установки; неосознаваемые сопровождения сознательных действий.

Под неосознаваемыми автоматизмами подразумевают обычно действия или акты, которые совершаются без участия сознания, как бы «сами собой». В этих случаях часто говорят о «механической работе», о работе, «при которой голова остается свободной». Вот это состояние — состояние «свободной головы» — и озна­чает отсутствие сознательного контроля. Следует отметить, что процессы, входя­щие в подкласс неосознаваемых автоматизмов, имеют двоякую природу.

Рисунок 2. Классификация неосознаваемых процессов

Одни процессы никогда не осознавались, а другие сначала были осознаваемыми, но затем перестали фиксироваться в сознании. Первые процессы составляют группу первичных автоматизмов. Эту группу процессов еще иногда называют автома­тическими действиями. В данную группу входят действия, которые являются врожденными или были сформированы в первый год жизни ребенка. К их числу относятся: сосательные движения, мигание и конвергенция глаз, схватывание предметов, ходьба и многое другое.

Вторая группа явлений, входящих в подкласс неосознаваемых автоматизмов, называется автоматизированными действиями, или навыками. К этой группе дей­ствий относятся те, которые вначале были осознаваемыми, т. е. осуществлялись при участии сознания, но затем в результате многократного повторения и совер­шенствования их выполнение перестало требовать участия сознания, они стали исполняться автоматически. Процесс формирования навыков имеет фундамен­тальное значение для каждого индивида, поскольку он лежит в основе развития всех наших умений, знаний и способностей.

Например, обучение игре на музыкальных инструментах. (Этот пример при­водят многие исследователи проблемы неосознаваемых процессов.) Все начина­ется с простого — с обучения правильной посадке, правильному положению рук. Затем отрабатывается аппликатура пальцев и формируется техника исполнения. Постоянные тренировки со временем позволяют перейти на более высокий уро­вень исполнения музыкального произведения, которое начинает звучать вырази­тельно и чувственно. Так, путем продвижения от простых движений к сложным, благодаря передаче на неосознаваемые уровни уже освоенных действий, человек приобретает мастерство исполнения.

Конечно, не надо думать, что в процессе освобождения действий от сознатель­ного контроля человек совсем не знает, что он делает, — контроль за деятельно­стью остается. Дело в том, что поле сознания (поле — эта та область информации, которая осознается в определенный момент времени) не однородно. Можно выде­лить фокус сознания, периферию, а также границу, за которой начинается область бессознательного. При выполнении какой-либо деятельности часть действии, яв­ляющихся наиболее сложными и требующих постоянного контроля, находятся в фокусе нашего сознания. Более отработанные или более простые действия от­тесняются на периферию нашего сознания, а наиболее освоенные или наиболее простые действия уходят за границу нашего сознания в область бессознательного. Таким образом, контроль сознания за деятельностью человека в целом сохраня­ется.

Соотношение отдельных компонентов деятельности и сознания не стабильно. Это происходит потому, что действия, находящиеся в фокусе нашего сознания, постоянно меняются. При достижении уровня навыков отдельные выполняемые человеком действия оттесняются на периферию, а затем и в область бессознатель­ного, но когда человек начинает совершать много ошибок, например при усталости или плохом самочувствии, то вновь начинает контролировать свои простейшие действия. Подобное явление можно наблюдать и после длительного перерыва в вы­полнении какой-либо деятельности.

Следует отметить, что именно в изменении степени представленности дей­ствий в сознании состоит отличие навыков от автоматических действий, которые при любых обстоятельствах не могут быть осознанными. Необходимо также под­черкнуть, что, рассматривая неосознаваемые механизмы сознательных действий, мы соприкасаемся с проблемой формирования навыка. В психологии проблема формирования навыка всегда привлекала пристальное внимание ввиду ее высо­кой практической значимости. Этой проблеме большое внимание уделяли пред­ставители бихевиоризма, утверждавшие, что навык вырабатывается за счет «проторения» путей в мозговых центрах в результате механического заучивания, или «зазубривания», одного и того же действия. В советской психологии этой пробле­ме также уделяли самое пристальное внимание. Большой вклад в ее разработку внес известный отечественный ученый Н. А. Бернштейн, полагавший, что выра­ботка навыков — это процесс, идущий как бы с двух противоположных сторон: со стороны сознания и со стороны организма. Если говорить в обобщенной форме о соотношении субъекта и сознания в рамках проблемы механизмов формирова­ния навыков, необходимо отметить следующее: прежде чем совершить какое-либо действие, его исполнение должно быть отработано на уровне сознания. Поэтому мы произвольно и сознательно вычленяем из сложных движений отдельные эле­менты и отрабатываем правильное их выполнение. Одновременно, уже без учас­тия нашей воли и сознания, идет процесс автоматизации действия.

Рассматривая проблему автоматизмов, мы должны поставить перед собой во­прос: существуют ли автоматизмы в других, не связанных с движением тела, сфе­рах психической жизни и деятельности человека? Да, существуют, и с многими из них вы хорошо знакомы. Например, бегло читая какой-либо текст, мы, не задумы­ваясь над значением отдельных букв, сразу воспринимаем смысл прочитанного. Трансформация графических символов (в данном случае — букв) в логические понятия проходит для нас совершенно незаметно. Аналогичным образом радист, работающий с азбукой Морзе, воспринимая звучание коротких и длинных сигна­лов, совершенно свободно переводит их в логическое сочетание букв и слов. Од­нако все это становится возможным лишь в результате длительной тренировки.

Теперь мы перейдем ко второму подклассу неосознаваемых механизмов созна­тельных действий — явлениям неосознаваемой установки. Понятие «установка» занимает в психологии очень важное место, потому что стоящие за ним явления пронизывают практически все сферы психологической жизни человека. В отече­ственной психологии существовало целое направление, разрабатывающее пробле­му установки в очень широких масштабах. Данное направление было создано ос­нователем грузинской школы психологов Дмитрием Николаевичем Узнадзе (1886-1950), который многие годы разрабатывал его со своими учениками.

По мнению Д. Н. Узнадзе, установка — это готовность организма или субъекта к совершению определенного действия или реагирования в определенном направ­лении. В этом определении делается упор на готовность к действию или реагиро­ванию. Можно предположить, что скорость и точность реагирования человека на какой-то раздражитель зависит от навыка совершать определенные действия, по­этому навык и установка — это одно и то же. Однако следует подчеркнуть, что понятия «навык» и «установка» абсолютно не тождественны. Если навык прояв­ляется во время осуществления действия, то готовность относится к периоду, предшествующему осуществлению действия.

Существуют различные виды установки: моторная установка — готовность к выполнению конкретного действия; умственная установка, заключающаяся в го­товности решать интеллектуальные задачи с помощью известных и доступных вам способов; перцептивная установка — готовность воспринимать то, что вы ожидае­те увидеть, и т. д.

Установка очень важна для человека, поскольку обеспечивает в случае внезап­ной необходимости выполнение заранее спланированного действия. Такая готов­ность даже при воздействии другого, не ожидаемого раздражителя может вызвать выполнение заранее предполагаемого действия, что, конечно, очень часто являет­ся ошибкой. Такое явление получило название «ошибки установки».

Например, широко известен проводимый среди детей дошкольного возраста опыт по определению вкуса каши. Сладкая каша с одной стороны тарелки обиль­но посыпается солью. Детям дают ее пробовать, причем, первым шести-семи ис­пытуемым предлагают сладкую кашу, а последнему — соленую. Под воздействи­ем мнения первых испытуемых о том, что каша сладкая, последний уверен, что каша будет сладкой, и даже почувствовав во рту соль, все равно говорит, что каша сладкая. Чем это объяснить? С одной стороны, боязнью выглядеть не так, как все, а с другой — тем, что в процессе проведения эксперимента, пока испытуемый ждал своей очереди попробовать кашу, в его сознании сформировалась установка, что каша сладкая (поскольку все это говорят), и когда его спросят о том, какая каша, он должен будет ответить, что каша сладкая. Поэтому, даже попробовав соленую кашу, он, следуя групповой установке, все равно говорит, что каша сладкая. В этом примере мы сталкиваемся с явлением осознаваемой установки. Испытуемый, в определенной степени осознанно, дает неверный ответ.

Но бывают явления другого рода, когда установка оказывается неосознавае­мой, что для нас представляет сейчас наибольший интерес в контексте рассматри­ваемой проблемы. Например, при проведении одного эксперимента испытуемому предлагалось оценить объемы шаров. Шары разных объемов испытуемому дава­ли одновременно — один шар в правую руку, другой — в левую. Предположим, что 15 раз подряд в левую руку испытуемому давали шар большего объема, а в правую меньшего. Затем в шестнадцатый раз ему предлагают оценить шары одинакового объема, но он не может этого заметить и по-прежнему утверждает, что объем у ша­ров различен. При этом разные испытуемые давали один из двух вариантов отве­тов: а) в левой руке шар меньше, а в правой больше; б) продолжали утверждать, что в левой руке шар больше. Здесь мы сталкиваемся с явлением иллюзии уста­новки. В первом случае — это контрастная иллюзия установки, заключающаяся в том, что испытуемый ожидал, что рано или поздно в левую руку будет предло­жено взять шар меньшего объема. Поэтому, ощутив изменение объема шара, он, не задумываясь, начинал утверждать, что в левой руке оказался шар меньших раз­меров. Во втором случае мы сталкиваемся с ассимилятивной иллюзией установ­ки, которая заключается в том, что испытуемый после пятнадцати одинаковых эк­спериментов ожидает повторения опыта.

В результате целой серии подобных экспериментов Д. Н. Узнадзе и его сотруд­ники пришли к выводу о том, что установка действительно неосознаваема. Под­тверждением этого является один из вариантов эксперимента по оцениванию объемов шаров. Этот эксперимент проводился с использованием гипноза. Предва­рительно испытуемого вводили в гипнотическое состояние и в этом состоянии ему предлагали проделать первые пятнадцать установочных проб. Затем ему внуша­лось, что необходимо забыть все, что он делал. После выхода из гипнотического состояния испытуемый не помнил, что он делал, но когда ему предложили оце­нить объем шаров уже в состоянии бодрствования, он совершал ошибку, утверж­дая, что шары разные по объему, хотя на самом деле их объем был одинаковым.

Таким образом, неосознаваемые установки действительно существуют и име­ют огромное значение для формирования осознаваемых действий. Теперь перей­дем к третьему классу неосознаваемых механизмов — неосознаваемым сопровож­дениям сознательных действий. Существует большое количество неосознаваемых процессов, которые просто сопровождают действие. Например, вы могли видеть, как человек, слушающий музыку, в такт покачивает ногой. Или человек, орудую­щий ножницами, одновременно с этим двигает челюстями. Лицо человека, кото­рый смотрит на другого, порезавшего руку, часто приобретает сочувствующее вы­ражение, при этом сам человек этого не замечает. И таких примеров очень много. Все эти явления и есть неосознаваемое сопровождение сознательных действий. Следовательно, к неосознаваемым сопровождениям сознательных действий мы относим непроизвольные движения, тоническое напряжение, мимику и пантомимику, а также большой класс вегетативных движений, сопровождающих действия и состояния человека.

Многие из этих процессов, особенно вегетативные компоненты, являются клас­сическим объектом изучения физиологии. Однако все они чрезвычайно важны и для психологии. Во-первых, эти неосознаваемые процессы могут рассматривать­ся как дополнительные средства коммуникации между людьми. В некоторых слу­чаях такие средства не только придают речи эмоциональную окраску, но и заменяют саму речь. Во-вторых, они могут быть использованы как объективные показа­тели различных психологических характеристик человека.

Приведем пример, взятый из книги Ю. Б. Гиппенрейтер «Введение в общую психологию». В нем описывается выступление известного эстрадного артиста В. Мессинга, который был способен «читать мысли». Артист предлагал любому присутствующему в зале человеку спрятать куда-нибудь какой-либо предмет или задумать какое-либо действие, которое необходимо совершить артисту. После чего В. Мессинг брал человека за руку и предлагал мысленно приказывать ему дви­гаться в направлении спрятанного предмета или совершать задуманное действие. В большинстве случаев В. Мессинг безошибочно выполнял все задуманные зри­телем действия или находил спрятанный предмет, что всегда приводило публику в восторг. В реальности его номер основывался на хорошо развитой способности улавливать различные идеомоторные акты, т. е. тончайшие мышечные напряже­ния и микродвижения, которые сопровождают усиленное представление какого-либо действия. Данную информацию артист получал при контакте своей руки с рукой «индуктора» — зрителя, который мысленно давал ему команды.

В качестве иллюстрации значения неосознаваемого сопровождения сознатель­ных действий для изучения психологических характеристик человека воспользу­емся еще одним примером из той же книги. А. Р. Лурия в 1920-х гг. проводил опы­ты, в которых изучались феномены, сходные с теми, которые проявляются при использовании современных «детекторов лжи». Для этого он использовал при­менявшийся для выявления скрытых аффективных комплексов ассоциативный эксперимент К. Юнга. Этот эксперимент основывался на предъявлении испытуе­мому перечня слов, на каждое из которых испытуемый должен был ответить пер­вым пришедшим в голову словом. А. Р. Лурия внес изменение в данную методику, предложив испытуемому вместе с называнием ответного слова нажимать на очень чувствительный датчик — мембрану пневматического барабанчика. В результате словесный ответ сочетался, или сопрягался, с моторной ручной реакцией, что по­зволяло учитывать не только произнесенное слово, но и то, как оно было произ­несено. Этот эксперимент показал, что человеку легче контролировать внешние действия (слова, движения) и гораздо труднее — мышечный тонус (позу, мимику, интонацию). Так, на различные по значимости для испытуемого слова, произно­симые исследователем в качестве стимула, фиксировалась разная моторная реак­ция при сохранении нейтральной внешней реакции. Подобную методику А. Р. Лу­рия назвал сопряженной моторной методикой. Ее валидность и надежность была успешно подтверждена при работе с лицами, находящимися под следствием и по­дозреваемыми в совершении преступлений.

Современная техника позволяет проводить подобные эксперименты на еще более высоком уровне, с учетом объективных индикаторов, практически не под­дающихся контролю со стороны сознания. К таким индикаторам относятся пульс, частота дыхания, артериальное давление, электрическая активность мозга, микродвижения глаз, зрачковая реакция и др. Таким образом, малоосознаваемые ре­акции могут быть весьма информативными и наиболее действенными как при об­щении и передаче информации, так и при изучении человека.

Неосознаваемые побудители сознательных действий

Следующий большой класс неосознаваемых процессов — неосознаваемые по­будители сознательных действий. Исследования процессов, входящих в этот класс, прежде всего связаны с именем одного из самых известных психологов XX в., современником В. Вундта, У. Джемса, Э. Титчепера, — Зигмундом Фрей­дом.

После окончания медицинского факультета Венского университета Фрейд не­которое время работал в клинике известного парижского психиатра Ж. Шарко, а затем вернулся в Вену и стал работать в качестве практикующего врача. Специ­ализируясь на лечении неврозов, Фрейд увлекся теоретическими проблемами личности, в результате чего разработал особый метод лечения психических забо­леваний, названный им психоаналитическим. Следует отметить, что, несмотря на популярность, которую приобрел психоанализ, отношение к этому методу всегда было и остается двойственным. Это вызвано тем, что Фрейд, предлагая детально изучать и анализировать любые факты, связанные с жизнью пациента, многие свои теоретические положения ничем не обосновывает. Подобное отношение к фактам со стороны Фрейда, по мнению людей достаточно хорошо знавших его, объясняется тем, что многие рассматриваемые им проблемы были свойственны лично ему. Между тем Фрейд внес большой вклад в изучение неосознаваемых причин некоторых действий человека и психических явлений.

Толчком к глубокому изучению бессознательного явилось для Фрейда присут­ствие на одном из сеансов гипноза, когда пациентке, находящейся в гипнотиче­ском состоянии, было произведено внушение, в соответствии с которым она после пробуждения должна была встать и взять зонтик, стоящий в углу и принадлежа­щий одному из присутствующих. Причем перед пробуждением ей была дана уста­новка на то, чтобы она забыла о том, что это внушение было проведено. После побуждения пациентка встала, подошла и взяла зонтик, а затем раскрыла его. На вопрос, зачем она это сделала, она ответила, что хотела проверить, исправен зон­тик или нет. Когда ей заметили, что зонтик не ее, она крайне смутилась.

Этот эксперимент привлек внимание Фрейда, которого заинтересовал ряд фе­номенов. Во-первых, неосознаваемость причин совершаемых действий. Во-вто­рых, абсолютная действенность этих причин: человек выполняет задание, несмот­ря на то, что сам не знает, почему он это делает. В-третьих, стремление подыскать объяснение своему действию. В-четвертых, возможность иногда путем длитель­ных расспросов привести человека к воспоминанию об истинной причине его дей­ствия. Благодаря этому случаю и опираясь на ряд других фактов, Фрейд создал свою теорию бессознательного.

Согласно теории Фрейда, в психике человека существует три сферы, или обла­сти: сознание, предсознание и бессознательное. К категории сознания он относил все, что осознается и контролируется человеком. К области предсознания Фрейд относил скрытые, или латентные, знания. Это те знания, которыми человек рас­полагает, но которые в данный момент отсутствуют в сознании. Они иницииру­ются при возникновении соответствующего стимула. Например, все вы прекрас­но знаете теорему Пифагора. Но до того момента, пока я не упомянул ее, она не присутствовала в вашем сознании. Таким образом, можно сделать вывод о том, что психика значительно шире сознания. Сознание — это лишь видимая часть айс­берга, а его большая часть скрыта от осознанного контроля человеком.

Область бессознательного, по Фрейду, обладает совершенно другими свой­ствами. Первое свойство заключается в том, что содержание этой области не со­знается, но оказывает чрезвычайно существенное влияние на наше поведение. Область бессознательного действенна. Второе свойство заключается в том, что ин­формация, находящаяся в области бессознательного, с трудом переходит в созна­ние. Объясняется это работой двух механизмов: вытеснения и сопротивления. Что же за знания, или феномены, находятся в области бессознательного и при этом оказывают огромное влияние на поведение человека?

По мнению Фрейда, психическая жизнь человека определяется его влечения­ми, главное из которых — сексуальное (либидо). Оно есть уже у младенца, но из-за существования множества социальных запретов сексуальные переживания вытес­няются из сознания и живут в сфере бессознательного. Они (влечения) имеют большой энергетический заряд, однако в сознание не пропускаются, поскольку сознание оказывает им сопротивление. Тем не менее они периодически прорыва­ются в сознательную жизнь человека, принимая искаженную или символическую форму.

Фрейд Зигмунд (1856-1939) — австрийский психолог, психиатр и невропатолог, создатель психоанализа. С 80-х гг. XIX в. работал в области практической медицины. Начав свои исследования как физиолог и врач-невропатолог, пришел к -выводу, что источником многих заболеваний являются не осознаваемые больными комплексы. Одна из первых серь­езных научных работ им была опубликована совместно с И. Брейером в 1895 г. Эта работа была посвящена про­блеме происхождения истерии и возможности ее лечения гипнозом. В дальнейшем Фрейд отказался от применения гипноза и создал свой способ лечения больных при помощи психоанализа, основанного на толковании ассоциаций, сно­видений, ошибочных действий больного. На полученном ма­териале создал концепцию о структуре личности, выделив в ней три уровня: сознание, предсознательное и бессозна­тельное. Учение Фрейда приобрело широкую известность в начале XX в. У него появилось много учеников и последователей, которые впоследствии сами создали целый ряд известных в наше время концепций и теорий.

Однако некоторые моменты в теории Фрейда вызывали отрицание даже у его учеников. В том числе чрезмерное увлечение Фрейда проблемой сексуальности в жизни человека вызывало очень много нареканий и служило поводом для критики.

В своей теории Фрейд выделял три основные формы проявления бессознатель­ного: сновидения, ошибочные действия, невротические симптомы. Для исследо­вания проявлений бессознательного в рамках теории психоанализа были разрабо­таны методы их изучения — метод свободных ассоциаций и метод анализа снови­дений. Метод свободных ассоциаций предполагает толкование психоаналитиком непрерывно продуцируемых пациентом слов. Психоаналитик должен найти законо­мерность в продуцируемых пациентом словах и сделать соответствующее заклю­чение о причинах состояния, возникшего у обратившегося за помощью человека. В качестве одного из вариантов данного метода в психоанализе используется ас­социативный эксперимент, когда пациенту предлагают быстро и не задумываясь называть слова в ответ на слово, произнесенное психоаналитиком. Как правило, через несколько десятков проб в ответах испытуемого начинают проявляться сло­ва, связанные с его скрытыми переживаниями.

Аналогично осуществляется анализ снов. Необходимость анализа снов, по мне­нию Фрейда, связана с тем, что во время сна снижается уровень контроля созна­ния и перед человеком предстают сновидения, обусловленные частичным проры­вом в сферу сознания его влечений, которые блокируются сознанием в состоянии бодрствования.

Особое внимание Фрейд уделял невротическим симптомам. Согласно его пред­ставлениям, невротические симптомы — это следы вытесненных травмирующих обстоятельств, которые образуют в сфере бессознательного сильно заряженный очаг и оттуда производят разрушительную работу по дестабилизации психиче­ского состояния человека. Для того чтобы избавиться от невротических симпто­мов, Фрейд считал необходимым вскрыть этот очаг, т. е. сделать так, чтобы боль­ной осознал причины, обусловливающие его состояние, и тогда невроз будет из­лечен.

Основой возникновения невротических симптомов Фрейд считал важнейшую биологическую потребность всех живых организмов — потребность в продолже­нии рода, которая проявляется у человека в форме сексуального влечения. Подав­ленное сексуальное влечение и является причиной невротических расстройств. Однако подобные расстройства могут быть вызваны и другими причинами, не свя­занными с сексуальностью человека. Это разнообразные неприятные пережива­ния, сопровождающие обыденную жизнь. В результате вытеснения в сферу бес­сознательного они также образуют сильные энергетические очаги, которые про­являются в так называемых «ошибочных действиях». К ошибочным действиям Фрейд относил забывание определенных фактов, намерений, имен, а также описки, оговорки и т. п. Эти явления объяснялись им как следствие тяжелых или неприят­ных переживаний, связанных с тем или иным предметом, словом, именем и др. В свою очередь, оговорки или случайные описки Фрейд объяснял тем, что в них содержатся истинные намерения человека, тщательно скрываемые от других.

Заканчивая разговор о неосознаваемых побудителях действий, следует отме­тить, что теория Фрейда, несмотря на свою противоречивость, все же позволяет понять многие механизмы неосознаваемых действий человека.

«Надсознательные» процессы

Третий класс неосознаваемых процессов образуют «надсознательные» процессы. К этой категории относятся процессы образования некоего интегрального про­дукта в результате большой сознательной (как правило, интеллектуальной) рабо­ты. С этим явлением мы сталкиваемся, когда, пытаемся решить какую-то сложную и значимую для нас проблему. Мы долго перебираем всевозможные варианты, анализируем имеющуюся информацию, но четкого решения проблемы еще нет. И вдруг, неожиданно, как-то само собой, а иногда используя какой-то незначи­тельный повод, мы приходим к решению данной проблемы. Нам становится все ясно, мы четко представляем себе суть этой проблемы и знаем, как ее решить. Это уже не просто взгляд на решение какой-то проблемы, это качественно новый взгляд, который может изменить всю нашу жизнь.

Таким образом, то, что вошло в наше сознание, является действительно инте­гральным продуктом, хотя у нас не осталось четкого представления, почему мы пришли к такому решению проблемы. Мы знаем только то, о чем мы думали или переживали в каждый конкретный момент или определенный промежуток време­ни. Сам же процесс выработки решения для нас самих остался неосознаваемым. В повседневной жизни подобные явления часто называют интуицией, т. е. спосо­бом принятия решения путем анализа на уровне, находящемся вне контроля со­знания.

Каковы основные характеристики данного процесса? Во-первых, субъект не знает того конечного решения или итога, к которому приведет надсознательпый процесс. В отличие от надсознательных процессов сознательные, или контроли­руемые субъектом, процессы характеризуются наличием четкой цели, к которой должны привести выполняемые нами действия. Во-вторых, мы не знаем, в какой момент надсознательные процессы прекращаются, потому что они, как правило, завершаются внезапно, неожиданно для нас. Сознательные действия, наоборот, предполагают контроль за приближением к конечной цели и знание момента, в ко­торый они должны быть прекращены.

Сознательные и надсознательные процессы постоянно соседствуют друг с дру­гом. Например, хорошо известное всем человеческое чувство — любовь. Вы знае­те, что любите этого человека, но почему вы его любите? Что побуждает вас лю­бить именно этого человека, а не другого? Тем более что весьма часто ваш избран­ник не является лучшим из числа ваших знакомых. Это можно объяснить лишь работой определенных механизмов, которые мы назвали падсознательными про­цессами. Другой пример — выбор профессии. Априори считается, что выбор про­фессии есть осознанный шаг. Это так, но как четко в вашем сознании отражаются причины сделанного вами выбора? Очень часто на вопрос о причинах выбора той или иной профессии мы отвечаем, что она нам нравится, или более всего подхо­дит, или позволяет заработать на жизнь, но при этом мы часто имеем лишь смут­ное представление о профессии. Мы не знаем (или не стремимся узнать) условия и особенности труда. Очень часто мы действуем под давлением мнения своих ро­дителей, друзей, жизненных условий и т. п., по не отдаем себе в этом отчета. Таким образом, наш выбор, или, точнее, процесс, определивший наше решение, не всегда осознается нами. Поэтому надсознательные процессы играют весьма значимую роль в жизни людей. К рассматриваемому классу процессов в полной мере следу­ет отнести процессы творческого мышления, процессы переживания значимых жизненных событий, кризисы чувств, личностные кризисы и др.

Кроме рассмотрения проблемы надсознательных процессов необходимо оста­новиться на пояснении самого термина «надсознательные процессы». Почему именно надсознательные?

Одним из первых психологов, обративших внимание на эти процессы, был У. Джемс. Собранные им факты были изложены в книге «Многообразие религиоз­ного опыта». Позднее на эту темы были опубликованы работы 3. Фрейда, Э. Лин-демана и др. Наблюдаемые процессы У. Джеме называл бессознательными. Одна­ко позднее, после появления теории психоанализа, этот термин приобрел слиш­ком специальный смысл, и те процессы, которые мы рассматриваем в качестве надсознательных, имеют качественное отличие от процессов, рассматриваемых в рамках теории Фрейда. Термин «надсознательные процессы», который мы используем в данной главе, широко использует в своих работах профессор Мос­ковского университета Ю. Б. Гиппенрейтер. По ее мнению, этот термин наиболее полно отражает смысл процессов, входящих в третий из рассматриваемых нами классов, поскольку процессы, входящие в этот класс, по своему содержанию и мас­штабам крупнее всего того, что может вместить сознание. Эти процессы лишь ча­стично представлены в сознании, тогда как основное действие разворачивается за пределами сознания.

Е сли схематично представить соотношение рассматриваемых нами процессов и сознания, в центре мы должны поместить сознание, остальные процес­сы будут располагаться вокруг него.

Рисунок 3.

Соотношение сознания и

неосознаваемых психических процессов

Внизу будут располагаться неосознаваемые механизмы сознательных действий (I). По своей сути это технические исполните­ли сознательных актов. Большинство из них образовалось в результате передачи функций сознания на неосознаваемые уровни.

На уровне сознания можно поместить неосо­знаваемые побудители сознательных дейст­вий (II). Они, вероятно, имеют для человека та­кое же значение, как и сознательные побудите­ли, но в отличие от последних неосознаваемые побудители сознательных действий вытеснены из сознания, эмоционально заряжены и периоди­чески прорываются в сознание в особой симво­лической форме.

Процессы «надсознания» (III) по праву долж­ны занимать вершину иерархической пирамиды соотношения психических процессов. Они раз­вертываются в форме работы сознания, длитель­ной и напряженной. Результатом ее является не­кий интегральный итог, который возвращается в сознание в виде новой творческой идеи, нового отношения или чувства.

Существует еще одна проблема, на которой мы должны остановиться. Эта про­блема заключается в процедурах познания неосознаваемых психических процес­сов. Вполне правомочен вопрос о том, как изучить неосознаваемые процессы, если они не осознаются.

Прежде всего следует отметить, что неосознаваемое в различных формах про­является в сознании: иллюзии восприятия, ошибки установки, фрейдовские фе­номены, интегральный результат надсознательных процессов. Сведения о неосо­знаваемых процессах можно получить при анализе динамики формирования на­выков, а также при изучении информации, получаемой исследователем от разнообразных физиологических индикаторов, как это было проиллюстрировано на примере экспериментов А. Р. Лурии.

Следовательно, при изучении неосознаваемых процессов мы оперируем теми же исходными данными: фактами сознания, поведения и физиологическими про­цессами. Их комплексное использование позволяет психологу изучать явления, которые относятся к сфере «бессознательного».

Таким образом, психика человека чрезвычайно сложна и включает в себя не только сознание, но и процессы, которые не контролируются субъектом. Однако нельзя описать психику простым делением процессов на «сознательное» и «бес­сознательное». Сфера бессознательного имеет свою сложную и, вероятно, иерар­хическую структуру.

Материалы для изучения темы:

• Аллахвердов В.М. Методологическое путешествие по океану бессознательного к таинственному острову сознания. СПб., 2003

• Никандров В.В. Психология: учебник –М.: Волтерс Клаувер,2009 –с.678-692

Вопросы для самопроверки

1.Специфика психического отражение.

2.Общее представление о сознании. Сознание и психика.

3.Соотношение сознательного и бессознательного

4.Классы неосознаваемых явлений

ЛЕКЦИЯ 5. ( тема 1.5)

ОСНОВАНЫЕ ШКОЛЫ И НАПРАВЛЕНИЯ ПСИХОЛОГИИ.

Каждое направление психологической науки можно охарактеризовать по следующим пунктам: формулирование предмета исследования, основная парадигма (как система основных положений), методы исследования, применяемые авторами, прикладное значение направления и имена авторов, разрабатывающих данное направление. Направления психологии различаются, прежде всего, по тому, как они трактуют психические явления. Все направления психологии имеют право на существование и в чем-то истинны, но ни одно из направлений полностью не исчерпывает глубины психических феноменов. Практически во всех учебниках выделяю три ведущих направления – психоанализ, бихевиоризм и гуманистическую психологию. В науке утвердили свой статус также психология сознания, гештальт психология, когнитивная психология, психология деятельности. Однако появляются и новые направления экзистенциальная психология (отделившаяся от гуманистической), трансперсональная психология и др. Они еще только набирают силу. Направление предлагает систему теоретических взглядов на психические явления, и потому направление следует различать от технологий (например, НЛП – нейролингвистическая программирование).

Психология сознания: предмет исследования – сознание, метод – интроспекция, парадигма – сознание состоит из ощущений и чувствований и при изучении этих составляющих может быть раскрыта сущность сознания (структуралистский подход), важно также описывать функции сознания (функциональных подход).

Исследователи, разрабатывающие психологию сознания:

Вильгельм Вундт (1832 - 1920). Немецкий психолог, физиолог, философ, языковед, «отец научной психологии», один из ведущих представителей классической психологии сознания. Создатель первой в мире психологической лаборатории, ставшей международным экспериментальным центром. Изучал медицину в Тюбингене, затем перевелся в Гейдельбергский университет, где провел свое первое экспериментальное исследование под руководством химика Роберта Бунзена. Публикация результатов этого исследования положила начало одному из наиболее выдающихся рекордов в области печатных работ: в течение последующих 67 лет Вундт опубликовал еще около пятисот статей и книг, всего примерно 60 000 печатных страниц.

В 1858 г. стал ассистентом Германа Гельмгольца в Гейдельберге, преподавал физиологию, но все больше тяготел к психологии и к 1867 г. разработал курс «Физиологической психологии».

В 1874 г. был приглашен в Цюрих, а в 1875 г. получил должность профессора философии в Лейпциге, где основал психологическую лабораторию, превращенную в 1879 г. в отдельный институт, где Вундт много преподавал, проводил научные исследования и ушел в отставку только в 1917 г.

Создатель ряда первых экспериментально-психологических методов, в основу которых было положено организованное самонаблюдение. Автор экспериментальных работ в области психологии сознания, внимания, восприятия, простейших чувств, а также теоретических исследований высших психических процессов (в частности, языка), нашедших отражение в десятитомнике «Психология народов».

Уильям Джеймс (1842 - 1910) Американский философ и психолог, один из основателей прагматизма. Изучал медицину и естественные науки в Гарвардском университете США и в Германии С 1882 г.— ассистент, с 1885 г.— профессор философии, а с 1889 по 1907 г.— профессор психологии в Гарвардском университете.

С 1878 по 1890 г. Джеймс пишет свои «Основания психологии», в которых отвергает атомизм немецкой психологии и выдвигает задачу изучения конкретных фактов и состояний сознания, а не данных, находящихся «в» сознании. Джеймс рассматривал сознание как индивидуальный поток, в котором никогда не появляются дважды одни и те же ощущения или мысли. Одной из важных характеристик сознания Джеймс считал его избирательность. С точки зрения Джеймса, сознание является функцией, которая «по всей вероятности, как и другие биологические функции, развивалась потому, что она полезна». Исходя из такого приспособительного характера сознания он отводил важную роль инстинктам и эмоциям, а также индивидуальным физиологическим особенностям человека. Широкое распространение получила выдвинутая в 1884 г. теория эмоций Джеймса .

В 1892 г. Джеймс основал первую в США лабораторию прикладной психологии при Гарвардском университете.

ПСИХОАНАЛИЗ. Предметом исследования является бессознательное. Психоанализ (фрейдизм) - психологическая система, предложенная Зигмундом Фрейдом (1856-1939). Возникший вначале как способ лечения неврозов, психоанализ постепенно стал общей теорией психологии. Открытия, сделанные на основании лечения отдельных пациентов, привели к более глубокому пониманию психологических составляющих религии, искусства, мифологии, социальной организации, детского развития и педагогики. Более того, раскрывая влияние бессознательных желаний на физиологию, психоанализ внес значительный вклад в понимание природы психосоматических болезней. Психоанализ рассматривает человеческую природу с точки зрения конфликта: функционирование человеческой психики отражает борьбу противоположных сил и тенденций. При этом особо подчеркивается влияние бессознательных конфликтов, взаимодействие в психике сил, которые сам индивид не осознает. Психоанализ показывает, как бессознательный конфликт действует на эмоциональную жизнь и самооценку индивида, на его взаимоотношения с другими людьми и социальными институтами. Источник конфликта кроется в самих условиях человеческого опыта. Человек одновременно и биологическое, и социальное существо. В соответствии со своими биологическими наклонностями он стремится к поиску удовольствия и избегает боль. Это очевидное наблюдение известно как "принцип удовольствия", характеризующий фундаментальную тенденцию человеческой психологии В организме поддерживается состояние психического возбуждения, заставляющее функционировать таким образом, чтобы получить желаемое удовольствие. Возбуждение, которое побуждает к действию, носит название влечения. У младенца влечения властные и категорические; ребенок хочет делать то, что доставляет удовольствие, брать то, что хочется, и устранять все, что препятствует достижению цели. Фрустрация, разочарование, гнев и конфликт возникают немедленно, особенно когда человеческая среда пытается за несколько коротких лет цивилизовать и окультурить нового члена общества. Ребенок должен принять запреты, нравы, идеалы и табу того особого мира, в котором он родился. Он должен выучить, что разрешено, а что запрещено, что одобряется, а что наказывается. Импульсы детства уступают давлению взрослого мира неохотно и в лучшем случае неполно. Хотя бóльшая часть подобных ранних конфликтов "забывается" (в действительности — вытесняется), многие из этих импульсов и связанных с ними страхов остаются в бессознательной части психики и продолжают оказывать значительное влияние на жизнь человека. Многочисленные психоаналитические наблюдения показали, что детский опыт удовлетворения и фрустрации играет важную роль в формировании личности.

Основные принципы психоанализа: психоанализ основан на нескольких фундаментальных принципах. Первый из них — принцип детерминизма. Психоанализ предполагает, что ни одно событие в психической жизни не является случайным, произвольным, ни с чем не связанным феноменом. Мысли, чувства и импульсы, которые осознаются, рассматриваются как события в цепи причинно-следственных отношений, определяемых ранним детским опытом индивида. С помощью специальных методов исследования, в основном через свободные ассоциации и анализ сновидений, можно выявить связь между текущим психическим опытом и событиями прошлого.

Второй принцип носит название топографического подхода. Каждый психический элемент оценивается по критерию его доступности для сознания. Процесс вытеснения, при котором определенные психические элементы удаляются из сознания, свидетельствует о постоянных усилиях той части психики, которая не позволяет их осознать.

Психология установки (школа Д.Н.Узнадзе).

Особое направление в психологии представляет система взглядов грузинского психолога Д. Н. Узнадзе, его учеников и сотрудников. Это направление известно под именем теории установки.

Сам факт установки (предуготовленности субъекта к восприятию или определенной направленности действия) отмечался психологами еще до Узнадзе. Однако в теории Узнадзе установка представляет собой не частное явление, возникающее в процессе восприятия или деятельности, а общепсихологическое явление. Установка понимается как всеобщее явление в жизни людей, играющее в ней основную определяющую роль. Установка в теории Узнадзе превращается в центральное объяснительное психологическое понятие.

Исходный пункт психологии, согласно Узнадзе, составляют не психические явления, а сами личности. Поэтому психология должна исследовать в первую очередь субъекта, личность как целое. Явления же сознания, изучавшиеся традиционной психологией независимо от личности, должны рассматриваться лишь как дальнейшие определения личности. Фундаментальную роль при изучении жизнедеятельности личности играют, по Узнадзе, потребности. Для удовлетворения потребности необходима соответствующая ситуация. В окружающей среде должно быть средство, позволяющее удовлетворять имеющуюся потребность. При наличии потребности и средства ее удовлетворения у субъекта возникает особое состояние, которое можно характеризовать как склонность, направленность, готовность совершить акт, ведущий к удовлетворению потребности. Это и есть установка – готовность к совершению определенного действия. Установка, таким образом, является необходимым определяющим звеном между действием внешней среды и психической деятельностью человека.

По мнению Узнадзе, установка не отражается в сознании субъекта в виде какого-либо самостоятельного переживания, не является отдельным актом сознания и вообще феноменом сознания. Вместе с тем Узнадзе считает ненужным понятие бессознательного, так как внутренняя структура и сущность его остается нераскрытой и толкуется по аналогии с сознательными процессами. Узнадзе признает заслуги Фрейда в разработке проблем, связанных с бессознательным психическим. Однако учение Фрейда не содержит в себе общей теории бессознательного и теории отношения последнего к поведению. Фрейду были ясны функции бессознательного, но форма существования бессознательного оставалась неясной.

Узнадзе считал, что, зная функции, выполняемые бессознательным психическим, мы можем определить и форму его существования.

Согласно учению Узнадзе, сфера действия бессознательного психического настолько широка, что она лежит в основе всей активности человека, как внутренней, так и внешней. Концепция Узнадзе служит выяснению путей формирования структуры и функций этого бессознательного. В субъекте перед каждым актом его поведения возникает своеобразное динамическое состояние – установка, которая, оставаясь бессознательной, целесообразно, в соответствии и со структурой, и с предметным содержанием данной ситуации, направляет развертывание процессов сознания и актов практического поведения. После своей реализации в поведении и удовлетворения потребности данная установка перестает существовать, уступая место иной установке.

Таким образом, согласно взглядам Узнадзе и его учеников, бессознательное, лежащее в основе протекания всей психической жизни и определяющее своеобразие процессов сознания, существует и действует в форме установок.

БИХЕВИОРИЗМ - направление в американской психологии XX в., начало коему было положено публикацией в 1913 г. статьи американского психолога Дж. Уотсона «Психология с точки зрения бихевиориста». Он провозгласил, что психологию можно будет считать наукой, лишь когда она выработает объективный подход к исследуемым явлениям. Поэтому психология должна ограничиться описанием и количественной оценкой форм поведения, возникающих в определенных ситуациях. Появление бихевиоризма совпало с быстрым развитием промышленности в США. Существовавший социально-экономический контекст мог лишь приветствовать такое представление о человеке, согласно коему поведение принимает те или иные формы соответственно возникающей ситуации; практическое приложение этой теории - введение конвейеров и развитие рекламы - не заставили себя ждать. Одна из причин, на кою не без оснований ссылался бихевиоризм, отказываясь изучать сознание, - недостаток сведений о соответственных нервных механизмах; в самом деле, тогдашнее состояние науки не позволяло объективно подойти к изучению роли мозга головного в феноменах сознания. Бихевиоризм складывался как направление с явным естественнонаучным уклоном, и его основатели пытались найти формы объективного подхода к психической жизни. Согласно бихевиористам, такие понятия, как осознание, переживание, страдание и прочее не могут считаться научными, ибо они как продукт самонаблюдения субъективны и не поддаются фиксации объективными, научными средствами. Предметом изучения может быть поведение, активность. Активность, внешняя и внутренняя, описывается через понятие реакции, к коей относятся те изменения в организме, что могли быть зафиксированы объективно. Экспериментальная программа Уотсона предполагала, что психолог должен уметь проследить жизнь человека от колыбели до смерти. Бихевиоризм, исходя из того, что сознание будто бы недоступно для объективного изучения, отвергает его роль как реального регулятора человеческой деятельности. Все психические явления сводятся к реакциям организма, преимущественно двигательным: мышление отождествляется с речедвигательными актами, эмоции - с изменениями внутри организма и пр. За единицу поведения принимается связь стимула и реакции. Законы поведения фиксируют отношения между тем, что происходит на «входе» (стимул) и «выходе» (двигательный ответ) системы организма. Процессы внутри этой системы - как психические, так и физиологические -. согласно позитивистской методологии, считаются не поддающимися научному анализу как недоступные прямому наблюдению. Провозглашалось, что предметом науки может быть лишь то, что доступно внешнему наблюдению - факты поведения. Конечно, существование сознания не отрицалось и не подвергалось сомнению, но утверждалось, что оно не может выступать как предмет психологии. Основной метод бихевиоризма - наблюдение и экспериментальное изучение реакций организма в ответ на воздействия среды, с целью выявления доступных математическому описанию корреляций между этими переменными. В качестве предмета психологии в бихевиоризме фигурирует не субъективный мир человека, а объективно фиксируемые характеристики поведения, вызываемого внешними воздействиями. Поведение определяется как система реакций, причем в качестве единицы анализа поведения постулируется связь стимула S и ответной реакции R: в качестве описательной и объяснительной предлагалась схему S - R, согласно коей воздействие (стимул) S порождает некое поведение (реакцию) R, причем характер реакции определяется только стимулом. Все ответные реакции можно разделить на наследственные (рефлексы, физиологические реакции и элементарные эмоции) и приобретенные (привычки, мышление, речь, сложные эмоции, социальное поведение), кои образуются при связывании (обусловливании) наследственных реакций, запускаемых безусловными стимулами, с новыми (условными) стимулами. С этими представлениями была связана и научная программа - научиться управлять поведением. Предполагалось провести эксперименты, направленные на выявление закономерностей, формирующим стимул-реактивные связи. Эта схема распространялась и на животных, и на человека. А поскольку законы научения - формирования реакции на определенные стимулы - провозглашались универсальными, данные экспериментов с животными распространялись и на человеческое поведение. Бихевиористы считали, что с помощью этой схемы можно объяснить любую деятельность, а все понятия, связанные с сознанием и прочими проявлениями «духовного начала», не наблюдаемого непосредственно, следует изгнать из сфер научной психологии. «Осознание» субъектом своих ощущений и впечатлений слишком субъективно и совершенно бесполезно для исследователей. Напротив, объективные внешние появления тех же ощущений и впечатлений - например, в виде изменения размеров зрачка, частоты пульса и прочего, - позволяют количественно оценить эти формы поведения и «измерить» чувства. Перед психологией ставились такие задачи:

1) выявить и описать типы реакций;

2) исследовать процесс их образования;

3) изучить законы их комбинаций - образования сложного поведения. Как общие окончательные задачи психологии намечались две: прийти к тому, чтобы по ситуации (стимулу) предсказывать поведение (реакцию), и наоборот - по реакции судить о вызвавшем ее стимуле. Как естественнонаучная база психологической теории принималась концепция рефлексов условных. Считалось, что все новые реакции приобретаются путем обусловливания. Все действия - это сложные цепи, или комплексы реакций. Работы И. П. Павлова позволили Уотсону дать объективное объяснение развитию навыков или появлению новых форм поведения как результата обусловливания - образования рефлексов условных. Но из схемы S - R невозможно понять, как появляются новые действия, - ведь изначально организм располагает лишь ограниченным набором безусловных реакций врожденных. Так, по схеме реакций условных никакие раздражители и их сочетания не могли бы привести, например, к тому, чтобы собака научилась ходить на задних лапах. Поэтому довольно скоро обнаружилась чрезвычайная ограниченность этой схемы для объяснения поведения. Как правило, S и R находятся в столь сложных и многообразных отношениях, что непосредственную связь между ними проследить не удается. Экспериментальная практика не подтвердила универсальность предлагаемой схемы, и встал вопрос о том, что имеется нечто, определяющее реакцию помимо стимула - во взаимодействии с ним. В частности, было показано, что само обусловливание являет собой достаточно сложный процесс, имеющий психологическое содержание. Постепенно возникли изменения в концептуальном аппарате бихевиоризма, что заставило говорить о преобразовании его в необихевиоризм. Один из представителей позднего бихевиоризма Э. Толмен ввел в эту схему существенную поправку, поместив среднее звено - переменные промежуточные, так что схема приобрела вид S - V - R. Под переменными промежуточными понимались внутренние процессы, опосредующие действие стимула, то есть влияющие на внешнее поведение. К ним относятся такие образования, как цели, намерения, потребности, гипотезы, карты когнитивные (образы ситуаций) и пр. Хотя эти переменные промежуточные были функциональными эквивалентами сознания, вводились они как «конструкты», о коих следовало судить только по свойствам поведения. Другим вариантом ревизии классического бихевиоризма стала концепция бихевиоризма оперантного Б. Скиннера, разработанная в 30-х гг. XX в., где было модифицировано понятие реакции.

Скиннер, один из самых авторитетных бихевиористов, предположил, что поведение может строиться по иному принципу - определяться не стимулом, предшествующим реакции, а вероятными последствиями поведения. Имеется в виду, что животное или человек будут стремиться воспроизводить свой опыт, если он имел приятные последствия, и избегать его в случае неприятных последствий. То есть не субъект выбирает поведение, но вероятные последствия поведения управляют субъектом. И можно управлять поведением, положительно подкрепляя его определенные способы; на этом основана идея обучения программированного, предусматривающая пошаговое овладение деятельностью с подкреплением каждого шага. Исследования показали, что научение во многих случаях может быть результатом проб и ошибок при попытках решить стоящую проблему. Это выяснение взаимодействий между организмом и средой позволило Скиннеру развить концепции бихевиоризма, опирающиеся на учение о рефлексах условных, и прийти к выводу, что любое поведение определяется своими последствиями. В зависимости оттого, приятны ли эти последствия, безразличны или неприятны, проявляется тенденция повторять данный поведенческий акт, не придавать ему значения или избегать его повторения в дальнейшем. Так получается, что индивидуум полностью зависит от своей среды, и всякая свобода действия - чистая иллюзия. Новый шаг в развитии бихевиоризма составили исследования особого типа реакций условных (наряду с «классическими» Павловскими), получивших название реакций инструментальных, или оперантных. В 70-е годы бихевиоризм представил свои концепции в новом освещении - в виде теории научения социального. Особое направление в рамках бихевиоризма - социобихевиоризм. Бихевиоризм существует поныне, хотя по сравнению с психоанализом и психологией гуманистической находится на втором плане. Но его несомненной заслугой признается показ возможности объективного подхода к психологическим явлениям и разработка методологии и техники экспериментальных исследований. Итак, бихевиоризм предметом изучения сделал поведение, и его приложения - педагогика и психотерапия (в обоих случаях предполагается формирование нужных реакций и исправление ошибочных). Идеи бихевиоризма оказали влияние на лингвистику, антропологию, социологию, семиотику и стали одним из истоков кибернетики. Бихевиористы внесли существенный вклад в разработку эмпирических и математических методов изучения поведения, в постановку ряда психологических проблем, в особенности касающихся научения - приобретения организмом новых форы поведения. Основное значение бихевиоризма для развития категориального аппарата психологии (-> категоризация) заключается в разработке категории действия, кое в прежних концепциях рассматривалось только как внутренний акт или процесс, тогда как бихевиоризм расширил область психологии, включив в нее внешние, телесные реакции. Но ввиду методологических изъянов исходной концепции бихевиоризма уже в 20-х гг. XX в. начался ее распад на ряд направлений, сочетающих основную доктрину с элементами других теорий - в частности, гештальт-психологии, а затем психоанализа. Возник необихевиоризм. Важные заслуги бихевиоризма следующие:

1) он внес в психологию сильный крен в естественнонаучную сторону;

2) он ввел объективный метод, основывающийся на регистрации и анализе внешне наблюдаемых фактов, процессов и событий, благодаря чему получили бурное развитие инструментальные приемы исследования процессов психических;

3) был чрезвычайно расширен класс исследуемых объектов, стало интенсивно изучаться поведение животных, младенцев и пр.;

4) были значительно продвинуты отдельные разделы психологии, в том числе проблемы научения, образования навыков и пр. Основной недостаток бихевиоризма состоит в недоучете сложности психической деятельности, излишнем сближении психики животных и человека, игнорировании процессов сознания, высших форм научения, творчества, самоопределения личности и пр. Бихевиоризм прошел путь от сугубо механистических концепций до теорий, выдвигаемых современными необихевиористами. Хотя некоторые аспекты этого направления выглядят упрощенными и неспособными объяснить поведение во всей его полноте, главная заслуга его - в том, что оно внесло в изучение человеческой деятельности научную строгость и показало, как ею можно управлять. Эволюция бихевиоризма показала, что его исходные принципы не могут стимулировать прогресс научного знания о поведении. Даже психологи, воспитанные на этих принципах, приходят к выводу об их недостаточности, о необходимости включить в состав главных объяснительных понятий психологии понятия образа, внутреннего, «ментального» плана поведения и прочие, а также обращаться к физиологическим механизмам поведения. Ныне лишь немногие из американских психологов (особенно школа Скиннера) продолжают защищать постулаты ортодоксального бихевиоризма.

ГЕШТАЛЬТПСИХОЛОГИЯ – психологическое направление, получившее распространение в Германии в 1910-1930 гг. Именно Берлинской школой, как ещё её называют, был разработан наиболее удачный вариант целостного подхода к анализу определённых психических явлений и процессов. Философская база гештальтпсихологии – критический реализм Г.Геринга, Э.Маха, В.Мюллера. Сводя психологические законы к законам физиологии мозга, гештальтпсихология не отказывалась от методики самонаблюдения. Гештальтисты проводили аналогию между сознанием, понимаемым как динамическое целое, и электромагнитными полями в физике. Единицей анализа гештальтполя выступают соответственно гештальтно целостные структуры, не сводимые лишь к сумме ощущений, из которых они образованы. Гештальтпсихология подвергла резкой критике структурализм и бихевиоризм и предложила новые понятия, такие как проблемная ситуация, инсайт и т.д. В 1920-е гг. М.Левин пытался усовершенствовать слишком уж физические схемы гештальтистов, введя личностное измерение. С началом Второй мировой войны большинство последователей школы перебралось в США. Здесь идеи М.Вергеймера, Д.Келлера, К.Коффки оказали значительное влияние на необихевиоризм, когнитивную психологию, развитие системного подхода к науке.

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ - направление, возникшее в начале 60-х гг. XX века в США и позиционируемое его основоположниками в качестве "третьей силы" в психологии, альтернативной психоанализу и бихевиоризму. В его основе лежит философия экзистенциализма, противопоставлявшая себя внеличностному "объективному" методу научного познания. На ее базе А. Маслоу сформулировал ряд базовых принципов гуманистической психологии.

Первый из них — принцип становления — предполагает, что потенциал развития остается неисчерпанным на протяжении всей человеческой жизни — всякий раз по достижении определенной цели открываются новые возможности, имплицитно заложенные в самой личности. В силу этого человек по большому счету независим от внешних условий и свободен в выборе этих возможностей, одновременно неся всю полноту ответственности за их реализацию.

Второй принцип — принцип уникальности каждого индивида и человеческой природы — подчеркивает первостепенное значения изучения субъективного опыта конкретной личности как альтернативы поиску общих закономерностей и теоретическим обобщениям аналитических подходов в психологии. В данном аспекте гуманистическая психология смыкается с идеями Г. Олпорта. Кроме того, в этой же логике человек представляет собой совершенно особый вид живых существ, кардинально отличающийся от животных. Следовательно, использование данных, полученных в экспериментах с животными, для объяснения человеческого поведения, как это имеет место в бихевиоризме, совершенно неправомерно.

Третий принцип — принцип холизма — провозглашает подход к человеку как к единому целому. С этой точки зрения дифференциация человеческого организма и психики и изучение отдельных компонентов последней (психических процессов, поведенческих актов и т. д.) являются неоправданными и искажающими реальность.

Согласно четвертому принципу — принципу позитивного отношения к человеческой природе — все люди по природе своей предрасположены к добродетели и каждому человеку присуще творческое начало. Именно оно, с точки зрения гуманистической психологии, является главной движущей силой личности, а не бессознательные и разрушительные импульсы, как полагал З. Фрейд.

Пятый принцип — психологии психического здоровья — обосновывает необходимость концентрации внимания психологов на изучении здорового человека, поскольку, по мнению А. Маслоу, исследование исключительно психической патологии, которым ограничивались представители других школ, может дать только однобокую, "увечную" психологию. Более того, без четких и ясных представлений о психическом здоровье невозможна по-настоящему эффективная терапия психических расстройств.

При том, что изложенные принципы, безусловно, отвечают идее гуманизма и действительно позволяют преодолеть механистичность, присущую бихевиоризму, и чрезмерную центрацию на бессознательных процессах ортодоксального фрейдизма, в чистом виде они представляются чересчур идеалистичными и абстрактными. Не случайно, декларируя свою приверженность данным принципам, А. Маслоу сконцентрировался на исследованиях мотивации, в результате которых им была разработана концепция иерархии потребностей.

Согласно этой концепции, все потребности человека являются врожденными и могут быть объединены в пять классов, которые, в свою очередь, образуют единую иерархическую систему. Данная структура может быть представлена в виде пирамиды (пирамида Маслоу), в основании которой лежат физиологические потребности (в пище, сне, сексе и т. п.). Вторую ступень пирамиды образуют потребности в безопасности. К ним обычно относятся потребность в стабильности, ясности и предсказуемости ситуации, в защите от болезней, преступных посягательств и т. п. На третьей ступени пирамиды находятся потребности в принадлежности и любви, которые отражают стремление к установлению близких, доверительных и долгосрочных отношений со значимыми другими. Четвертый уровень пирамиды образуют потребности в самоуважении, включающие в себя как собственно самоуважение, так и уважение со стороны других людей. Наконец, на вершине пирамиды располагается потребность в самоактуализации. Под самоактуализацией А. Маслоу понимал стремление индивида к максимальной реализации своего человеческого потенциала в процессе становления.

Согласно концепции А. Маслоу, потребности, расположенные "выше", могут быть осознаны и реально стать мотивирующими только при условии удовлетворенности потребностей, расположенных "ниже" (именно эту идею отражает пирамидальная структура — невозможно начать строительство верхних ступеней пирамиды при отсутствии нижних). При этом потребности первых четырех уровней А. Маслоу обозначал как дефицитарную мотивацию (или D-мотивы), т. е. мотивацию, направленную на устранение дефицита, ощущения недостатка чего-либо: пищи, безопасности, внимания и т. д. Потребности пятого уровня он характеризовал как бытийную (B-мотивы, от англ. becoming — становление) или метамотивацию. Она призвана максимально расширить и обогатить жизненный опыт индивида. В отличие от D — мотивации, предполагающей избавление от напряжения за счет устранения дефицита, B — мотивация способствует возникновению напряжений через увеличение числа объектов, вызывающих интерес. Тем самым генерируется энергия, необходимая для самореализации индивида.

Концепция иерархии потребностей и разработанные на ее основе психодиагностические методики, в частности "Опросник личностной ориентации (Personal Orientation Inventory — POI) Э. Шострома, нашли широкое применение в социальной психологии, в первую очередь, в таких ее областях, как организационная психология и психология менеджмента. Несмотря на то, что идеи А. Маслоу неоднократно подвергались критике как утопичные и не отвечающие строгим критериям научного познания, они остаются востребованными благодаря их простоте, внутренней логичности и удобству в практическом применении.

Наиболее полное отражение принципы гуманистической психологии нашли в творчестве американского психолога К. Роджерса. В отличие от А. Маслоу, он считал, что универсальным мотивом, движущим людьми, является тенденция актуализации. Под ней он понимал стремление максимально развить и реализовать лучшие качества личности, присущие ей с момента рождения, что содержательно близко к потребности в самоактуализации в пирамиде А. Маслоу. Под влиянием тенденции актуализации люди воспринимают переживания, способствующие их личностному развитию (Я-интенсифицирующие) как позитивные и стремятся к ним, одновременно избегая переживаний, субъективно воспринимаемых как препятствие для развития (Я-отрицающие). Такого рода "сортировку" К. Роджерс обозначал как организмический оценочный процесс.

В своих работах К. Роджерс жестко постулировал, что единственной подлинной реальностью для индивида, определяющей его поведение, является субъективная интерпретация объектов внешнего мира и предшествующего опыта, а следовательно, исключительно внутренний мир или, иными словами, психическая реальность конкретного человека заслуживает внимания психолога.

Исходя из этих соображений, К. Роджерс разработал систему клиент-центрированной терапии, целью которой провозглашалось понимание самовосприятия клиента и помощь ему в воссоединении со своим организмическим оценочным процессом.

С точки зрения социальной психологии особый интерес представляет вклад К. Роджерса в разработку Я-концепции. Он также разработал оригинальную концепцию воспитания, основанную на безусловном позитивном внимании, т. е. принятии индивида таким, как он есть, без критики и оговорок как единственном способе не препятствовать актуализации ребенка и не разрушать организмический оценочный процесс.

Хотя взгляды К. Роджерса одно время были крайне популярны, его максимализм и идеализм вызывали критику даже у представителей гуманистической психологии. В частности, Р. Мэй отмечал, что ортодоксальные роджерианские психотерапевты оказывались неэффективными в случае проявления клиентами интенсивных негативных эмоций и агрессии. Попытки использования роджерианских идей и подходов в организационном контексте не получили сколько-нибудь широкого распространения, хотя сам К. Роджерс заявлял об успешности шагов, предпринятых им в данном направлении.

Если попытаться в целом оценить вклад гуманистического направления в психологическую науку, то безусловного внимания заслуживает попытка его представителей, образно говоря, развернуть психологию лицом к человеку. В этой связи особо следует отметить отказ от психопатологической направленности традиционной психологии и акцент на изучении здоровой личности. Неизменно привлекательными остаются присущий гуманистической психологии оптимизм и относительная простота ее технологий. Это особенно важно в педагогической практике. Вместе с тем гуманистический подход представляется ограниченным с практической точки зрения в силу того, что, будучи эффективным как инструмент развития и самоактуализации здоровых людей, он не дает психологу-практику действенных средств коррекции дисфункциональных процессов как внутриличностного, так и социально-психологического порядка. Он может служить скорее позитивной общефилософской базой и хорошим практическим дополнением к другим направлениям практической психологии.

Когнитивная психология: предмет исследования – познавательные процессы, человек познающий, метод – эксперимент и моделирование, парадигма – познавательные процессы играют ведущую роль в функционировании психики. Практический результат – технологии обучения и развитие информационных технологий. Исследователи, разрабатывающие когнитивную психологию:

Ульрик Найссер. Американский психолог. Один из создателей современной когнитивной психологии. Занимался исследованиями внимания, организации знаний и воображения. Известен также как критик когнитивной психологии с позиций экологического подхода.

Брунер Джером Сеймур (Bruner) (1.10.1915) - американский психолог и педагог, крупнейший специалист в области исследования когнитивных процессов. Образование получил в университете Дьюка (бакалавр искусств, 1937) и в Гарвардском университете (магистр, 1939, доктор философии, 1941). Проходил службу в армии во Франции (1941-1944). С 1944 по 1952 г. работал в качестве лектора, затем - ассоциативного профессора по психологии в области восприятия, когниций, развития и установок в Гарвардском университете, в 1952 г. он стал здесь профессором и директором Центра когнитивных исследований (1951-1952, 1961-1972), с 1972 он - профессор Оксфордского университета (Великобритания).

В его ранних исследованиях, посвященных оценке психологического состояния беженцев из фашистской Германии, было выявлено снижение у них уровня притязаний, профессиональных стремлений и склонности к общению.

Одним из первых поставил исследовательскую проблему, каким образом потребности и ценностные ориентации влияют на процесс восприятия, и пришел к выводу, что восприятие селективно и может искажаться под действием мотивов, целей, установок или защитных механизмов.

На основе этих исследований Брунер предложил выделять „аутохтонные" факторы восприятия, зависящие от биологически значимых признаков, и „директивные", зависящие от личного прошлого опыта и сформированных на его основе гипотез. Для обозначения зависимости перцептивных процессов от прошлого опыта ввел термин „социальное восприятие". Целостный процесс восприятия рассматривал как основанный на трех формах репрезентации окружающего мира: в форме действий, в образной и языковой форме.

Обосновал теорию перцептивных гипотез, в которой все познавательные процессы трактуются как накладывание категорий, представляющих собой правила объединения, на объекты или события. Процесс категоризации состоит из ряда решений относительно того, есть ли в объекте „критические", т.е. наиболее важные для его существования, атрибуты, какой объект проверить следующим на наличие этих атрибутов и какую гипотезу о важности атрибутов выбрать следующей. Овладение понятием происходит как обучение тому, какие свойства среды являются релевантными для группировки объектов в определенные классы.

На основе проведенных им кросс-культурных исследований, дал определение интеллекта как результата усвоения ребенком выработанных в данной культуре „усилителей" (как технических, так и символических) его двигательных, сенсорных и мыслительных возможностей: разные культуры дают разные „усилители". Предложил трактовать феномены Пиаже и переход от конкретных операций к формальным как процесс усвоения ребенком тех требований, которые предъявляются ему обществом, в соответствии с тем, на какой стадии развития он находится.

Разработал исследовательскую методику формирования искусственных понятий. Решительно высказывался в пользу того, что каждый ребенок при адекватном подходе к его обучению может овладеть любым предметом, так как все дети обладают любопытством и желанием научиться решать учебные задачи, но из-за столкновения со слишком сложными задачами очень скоро возникает неуспех и появляется чувство скуки. В целом, Брунер оказал очень существенное влияние на всю систему американского образования

Проблема социокультурной детерминации психического развития. Культурно-историческая психология (Л.С.Выготский).

В книге «История развития высших психических функций» Л.С.Выготский изложил культурно-историческую теорию развития психики. Следует различать два плана поведения - натуральный (результат биологической эволюции животного мира) и культурный (результат исторического развития общества). Культурное поведение опосредовано орудиями и знаками, причём первые направлены «во вне», на преобразование действительности, а вторые «во внутрь»- в онтогенезе - сначала на преобразование поведения других людей, а затем - на управление собственным поведением. Главное различие между низшими (элементарными) и высшими психическими функциями состоит в уровне произвольности. Натуральные психические процессы не поддаются регуляции со стороны человека, а высшими психическими процессами человек может сознательно управлять. Сознательная регуляция связана с опосредованным характером высших психических функций. Между воздействующим стимулом и реакцией человека (как поведенческой, так и мыслительной) возникает дополнительная связь через опосредующее звено – орудие или  знак. Отличие знаков от орудий состоит в том, что орудия направлены «вовне», на преобразование действительности, а знаки «вовнутрь». Слово — средство произвольного направления внимания, формирования понятий, а также произвольного контроля собственных психических операций. В ситуации неопределенности (выбор между двумя одинаково привлекательными объектами) человек преобразовывает и решает возникшую ситуацию, бросая жребий. Жребий, первоначально не связанный с ситуацией становится средством ее разрешения.Личность - понятие социальное. В личности представлено все надприродное и историческое в человеке. Понятие личности уже понятия индивидуальности. Личность «не врожденна, но возникает в результате культурного развития» и «в этом смысле коррелятом личности будет отношение примитивных и высших реакций». Развиваясь, человек осваивает собственное поведение. Необходимой предпосылкой этого процесса является образование личности, ибо «развитие той, или иной функции всегда производно от развития личности в целом и обусловлено им».           Формирование личности, по Л.С. Выготскому, представляет собой процесс культурного развития. Он писал, что можно поставить знак равенства между личностью ребенка и его культурным развитием. Личность формируется в результате такого исторического развития, и сама по себе исторична. Показателем личности является соотношение натуральных и высших психических функций. Чем больше в человеке представлено культурное, тем сильнее выражен процесс овладения миром и собственным поведением, тем значительнее личность.Следуя идее общественно-исторической природы психики, Л.С. Выготский совершает переход к трактовке социальной среды не как «фактора», а как «источника» развития личности. Развитие, согласно Л.С. Выготскому, идет по двум линиям. «В развитии ребенка представлены (не повторены) оба типа психического развития, которое мы в изолированном виде находим в филогенезе: биологическое и историческое, или натуральное и культурное, развитие поведения. В онтогенезе оба процесса имеют свои аналоги (не параллели). Это основной и центральный факт, исходный пункт нашего исследования: различение двух линий психического развития ребенка, соответствующих двум линиям филогенетического развития поведения" (Выготский Л.С. История развития высших психических функций.). «Оба плана развития - естественный и культурный - совпадают и сливаются один с другим. Оба ряда изменений взаимопроникают один в другой и образуют в сущности единый ряд социально-биологического формирования личности ребенка» (Там же.). Натуральные функции - механическая память, непроизвольное внимание, воспроизводящее воображение, образное мышление являются феноменами органического развития, которое совершается в культурной среде и превращается в исторически обусловленный биологический процесс. «В то же время культурное развитие приобретает совершенно своеобразный и ни с чем не сравнимый характер, поскольку оно совершается одновременно и слитно с органическим созреванием, поскольку носителем его является растущий, изменяющийся, созревающий организм ребенка" (Там же.). К высшим психическим функциям относятся - логическая память, произвольное внимание, творческое воображение, мышление в понятиях. Первые - натуральные - развиваются по принципу стимул-реакция, вторые опосредствуются знаком.           Л.С. Выготский формулирует две гипотезы: 1) об опосредствованности высших психических функций, и 2) о происхождении внутренней деятельности из внешней путем интериоризации. Поведение человека принципиально отличается от поведения животных использованием речи и применением орудий труда. Использование речи (овладение знаком и значением) знаменует возникновение новых психологических функций, систем, лежащих в основе высших психических процессов. Операция «употребления знака» ребенком первоначально имеет форму внешней деятельности, затем происходит ее превращение из интерпсихической в интрапсихическую. Это превращение проходит несколько стадий. Начальная стадия связана с тем, что другой человек (взрослый) с помощью определенного средства управляет поведением ребенка, направляя реализацию его какой-либо «натуральной», непроизвольной функции. На второй стадии ребенок сам уже становится субъектом и, используя данное «психологическое орудие», направляет поведение другого (полагая его объектом). На следующей стадии ребенок начинает применять к самому себе (как объекту) те способы управления поведением, которые другие применяли к нему, и он – к ним. Таким образом, пишет Л.С. Выготский, каждая психическая функция появляется на сцене дважды – сперва как коллективная, социальная деятельность, а затем как внутренняя - способ мышления ребенка. Между этими двумя "выходами" лежит процесс интериоризации, "вращивания" функции вовнутрь. Интериоризуясь, "натуральные" психические функции трансформируются и "сворачиваются", приобретают автоматизированность, осознанность и произвольность. Затем, благодаря наработанным алгоритмам внутренних преобразований, становится возможным и обратный интериоризации процесс – процесс экстериоризации – вынесения вовне результатов умственной деятельности, осуществляемых сначала как замысел во внутреннем плане. В различных видах активности ведущая роль принадлежит субъекту (здесь справедлив принцип :внешнее всегда действует через внутреннее). Процесс обучения трактуется как коллективная деятельность, а развитие внутренних индивидуальных свойств личности ребенка имеет ближайшим источником его сотрудничество (в самом широком смысле) с другими людьми. Гениальная догадка Л.С. Выготского о значении зоны ближайшего развития в жизни ребенка позволила завершить спор о приоритетах обучения или развития: хорошее обучение всегда упреждает развитие. Диалогичность является основной характеристикой сознания. Даже превращаясь во внутренние психические процессы, высшие психические функции сохраняют свою социальную природу – «человек и наедине с собой сохраняет функции общения». Слово относится к сознанию так же , «как малый мир к большому, как живая клетка к организму, как атом к космосу». Л.С. Выготский приходит к выводу, что структура сознания - это динамическая смысловая система находящихся в единстве аффективных волевых и интеллектуальных процессов.В своем развитии личность проходит ряд изменений, имеющих стадиальную природу. Более или менее стабильные процессы развития вследствие накопления новых потенций, разрушения одной социальной ситуации развития и возникновения других сменяются критическими периодами в жизни личности, во время которых идет бурное формирование психологических новообразований. Кризисы характеризуются единством негативной (деструктивной) и позитивной (конструктивной) сторон и играют роль ступеней в поступательном движении по пути дальнейшего развития ребенка. Видимое поведенческое неблагополучие ребенка в критическом возрастном периоде не закономерность, а скорее свидетельство неблагоприятного течения кризиса, отсутствия изменений в негибкой педагогической системе, которая не поспевает за быстрым изменением личности ребенка. Основными условиями самоорганизации личности являются: наследственность, окружающая среда и рефлексия. Личностные новообразования возникают тот или иной период, и качественно меняют ее психологическое функционирование. Например, появление рефлексии у подростка совершенно перестраивает его психическая деятельность. Это новообразование является третьим уровнем самоорганизации: «Наряду с первичными условиями индивидуального склада личности (задатки, наследственность) и вторичными условиями ее образования (окружающая среда, приобретенные признаки) здесь (в пору полового созревания) выступают третичные условия (рефлексия, самооформление)». Третичные функции составляют основу самосознания. В конечном счете, они тоже представляют собой перенесенные в личность психологические отношения, некогда бывшие отношениями между людьми. Однако связь между социально-культурной средой и самосознанием сложнее и состоит не только во влиянии среды на темпы развития самосознания, но и в обусловливании самого типа самосознания, характера его развития.

Психология деятельности: предмет исследования – деятельность, единство психики им деятельности, метод – формирующий эксперимент, парадигма – психическое развитие обеспечивается включением в деятельность. Практический результат – технологии обучения и воспитания и обеспечение труда.

Исследователи, разрабатывающие направление психологии деятельности:

Сергей Леонидович Рубинштейн (18 июня 1889 — 11 января 1960)

1. Начало пути и самоопределение (одесский и марбургский периоды жизни и деятельности)

Сергей Леонидович Рубинштейн родился 18 июня 1889 г. в Одессе. Отец его, имевший крупную адвокатскую практику, был человеком глубоко интеллигентным, всесторонне образованным. Сергей имел еще трех братьев. Мать — утонченная, умная, обаятельная женщина дала детям прекрасное воспитание. В семье царила обстановка сердечности, духовности, нравственности.

Страдая с детства болезнью сердца, Сергей практически не посещал гимназию и потому избежал духа казенщины, лицемерия и принуждения, которым было проникнуто тогдашнее образование. Путем самообразования — чтения лишь на самых первых этапах направлялось матерью — он не только достиг высшего уровня образованности, но и постепенно перешел к духовным, нравственным и чуть позже научным исканиям.

Внезапная болезнь отца лишает семью прочной материальной основы, уверенности в завтрашнем дне. Сергей становится старшим, берет на себя ответственность за семью, поддерживает растерявшуюся и сломленную несчастьем мать. Этот переворот в судьбе семьи не только чрезвычайно рано поставил Рубинштейна перед проблемами жизни, но и сформировал его нравственно-этическую позицию.

Он пытается осмыслить проблемы добра и зла, поставленные Горьким и Достоевским. Многочисленные этические учения, с которыми он был в то время уже знаком, в том числе и христианские, толкали на признание неизбежности добра и зла, извечности, а потому неразрешимости их противоречия. Это подтверждала и привлекшая его внимание в молодую пору идея Толстого о непротивлении злу насилием (даже сама смерть Толстого необыкновенно поразила его воображение своей философской осмысленностью и этической завершенностью). Но его самостоятельное решение — необходимость борьбы со злом, и не просто злом, но именно с насилием. Такое — антитолстовское — решение определило его встречу с Марксом. Сергей изучает марксизм сначала в легальном, позднее в подпольном марксистском кружке Хмельницкого. Его юность — это изучение «Капитала» К. Маркса, истории философии, различных этических концепций, формирование мировоззрения, активно направленного на борьбу со всяческим социальным, нравственным злом, за отстаивание свободы, достоинства и высших человеческих ценностей. Этот период жизни уже не просто чтение, но очень раннее обращение к вопросам социального бытия людей, осознание несправедливости существующего общественного устройства.

Его не пленили ни идеи нарождавшегося русского экзистенциализма, ни обаяние личности Плеханова, с которым в ту пору встречался его отец. Он ненавидел окружающую его действительность. Этим, в числе других причин, было вызвано решение о поездке в Западную Европу для получения высшего образования. В 1908 г., закончив экстерном гимназию, Сергей Леонидович уезжает сначала во Фрейбург — в Германию, а затем вскоре поступает в Марбургский университет. Марбургская школа неокантианцев, возглавляемая Когеном и Наторпом, представляла собой типичное для начала века философское направление. Особые методологические задачи, которые ставило перед собой это направление, — найти метод, интегрирующий естественные и гуманитарные науки, требовали досконального знания этих наук, поэтому (и в силу старых немецких традиций) образование, даваемое на философском факультете, отличалось особой фундаментальностью.

Но не этими причинами, а особенностью таланта и личности самого Рубинштейна можно объяснить тот факт, что сразу по окончании факультета вместо обычной студенческой работы, он защищает докторскую диссертацию. Другим, столь же поразительным оказывается то обстоятельство, что Рубинштейн вместо того, чтобы стать правоверным учеником Когена и Наторпа, на что его толкало их в высшей степени заинтересованное к нему отношение, уже в своей первой работе выступает их критиком.

Возможность принципиального вскрытия методологических недостатков марбургской школы, доказательство того, что провозглашенный ею синтез наук о природе и обществе остается внешним, носит идеалистический характер, могла быть по плечу только ученому, знакомому с марксистским учением. Знание марксизма, с которым он продолжал знакомиться в Германии уже и в широком философском плане, сказалось на поисках выхода из тупика марбургской школы, на поисках не абстрактного, а конкретного метода (в духе гегелевского и марксового принципа восхождения от абстрактного к конкретному), содержательно интегрирующего качественно различные области знания. В Марбурге в своей блестящей диссертации С. Л. Рубинштейн определяет основное направление научного исследования всей своей жизни — проблему философского метода как методологии конкретных наук.

Широта эрудиции, отраженная в его докторской диссертации, написанной на немецком языке, блестящее знание социологии, истории, психологии, математики, физики, не говоря об истории философии, сначала просто необходимая для решения самой задачи, поставленной марбургской школой, затем с этого момента становится составляющей способа его мышления, его научной деятельности, характеризует его как ученого возрожденческого типа. Становление Рубинштейна философом-марксистом имело свои этапы, свою внутреннюю логику. И первым из них было формирование способности марксистски мыслить, которая, в свою очередь, определила основы его мировоззрения и дальнейшую направленность его личности, а потому и его будущую судьбу.

В 1913 г. С. Л. Рубинштейн возвращается на родину в Одессу и становится. . . преподавателем психологии в гимназии.

Поправившееся на короткое время здоровье отца позволило ему вернуться к своей практике и дать высшее образование братьям Сергея Леонидовича. Каждый из них стал впоследствии известным ученым в своей области.

После марбургского периода — периода духовной теоретической научной жизни, после столь блистательной открывавшейся перед ним возможности — стать профессором кафедры философии европейских университетов, к чему склоняли его и Коген и Наторп, вопреки произошедшему между ними теоретическому разрыву, жизненная ситуация по возвращении в Одессу оказывается для Рубинштейна глубоко противоречивой. Впервые потребность целиком отдать себя занятию наукой пришла в противоречие с насущной необходимостью содержать семью, зарабатывая средства к существованию.

Однако именно в этот период формируется та особенность его личности, которая впоследствии определила и его склад как ученого, — не замыкаться на свои личные ситуации, выходить за пределы обыденности, спокойно относясь к «превратностям судьбы». Эта особенность позволила ему спокойно переходить от обеспеченности к бедности, переселяться из особняка в скромные комнаты, в которых он с семьей неоднократно оказывался и в ленинградский и в московский периоды своей жизни, а главное, спокойно переживать взлеты и падения того, что он обобщенно и пренебрежительно называл карьерой.

Период напряженных философских поисков, величайшего внутреннего напряжения, ожидания перемен и их активного принятия завершается революцией, открывающей новые перспективы и раздвигающей горизонты.

В 1919г. Сергей Леонидович Рубинштейн — доцент Одесского университета, в 1920 г. с приходом Добровольческой армии он был отстранен от работы в высшей школе, затем, после утверждения Советской власти, снова восстановлен в должности. После смерти Николая Николаевича Ланге, заведующего кафедрой философии и психологии, он становится ее руководителем.

Уже в самые первые месяцы окончательной победы революции в Одессе и России в целом в обстановке нестабильности, голода, ожесточенной идеологической борьбы начинается перестройка высшего образования. Сергей Леонидович Рубинштейн участвует в построении новой системы советского образования, в преобразовании университетов на Украине в институты народного образования.

Этот период огромного социального подъема, открывший перед ним возможности сознательного, на определенных принципах основанного построения системы науки и образования, сформировал в нем организатора науки, заложил понимание ценности высокопрофессиональных кадров, представление о единстве образования и развития науки. Именно в этот период он бесповоротно сформировался не как кабинетный ученый-теоретик, а как ученый, стремящийся в соответствии с новыми социальными, гражданскими и научными задачами организованно строить науку.

Этот период — одновременно и расцвет научных творческих идей и пора создания собственной семьи — Сергей Леонидович женится на своей троюродной сестре Вере Марковне, усыновляя ее сына, — период вхождения в его жизнь нового плана этических нравственных проблем. По-прежнему он нравственная и жизненная опора родительской семьи, опора своих младших братьев. Может быть, раньше, может быть, именно в эту пору складывается его способность брать на себя ответственность в жизни за все более расширяющийся круг людей, — не только родных, нуждающихся в непосредственной помощи, не только близких, нуждавшихся в его опеке и нравственной силе, но и учеников, и друзей, и знакомых.

Судьба его, однако, совершает резкий поворот. Войдя в революционный период в среду одесской университетской профессуры, отдавая высокую дань уважения и личлого восхищения личностью Н. Н. Ланге, на смерть которого он отзывается исполненным человеческим пафосом и научной глубиной некрологом, Сергей Леонидович не сразу осознает, но начинает практически чувствовать ограниченность, чванство и негативизм оставшейся в основном прежней по своему складу профессуры. Чувство вершины жизни было кратковременным. Его научная и преподавательская деятельность наталкивается на полное неприятие в научных философских кругах. Часть университетской профессуры, лишенная права преподавания буржуазной философии, обращает свой гнев на всех тех, кто близок марксизму и диалектике.

Взрыв, как это и понятно, произошел не в «зоне» непосредственно связанных с марксизмом проблем. Он совершился в связи с чтением курса философско-методологических проблем теории относительности Эйнштейна, которые Сергей Леонидович считал наиболее близкими духу и сути диалектики. В. И. Ленин показал, какой накал приобрела борьба идеализма и материализма в период кризиса в физике, вызванного именно неспособностью применить диалектику при углублении научного познания и получении новых открытий. Борьба среди философов и физиков в связи с теорией относительности Эйнштейна завязалась именно по философским причинам. Можно предположить, что тонкости теории относительности мало интересовали одесскую профессуру. Однако это был повод направить свои копья против философа-марксиста. Таким образом, при поддержке направленных против него сил и сверху, оказалось невозможным продолжение преподавательской деятельности.

Так, в самом расцвете своих жизненных, творческих сил С. Л. Рубинштейн становится заведующим библиотекой бывшего Одесского университета, оставив за собой лишь второстепенный курс на дополнительном факультете. Однако, как вспоминал С. Л. Рубинштейн в своих дневниках, это первое жизненное по ражение позволило ему выработать определенную стратегию, которая и впоследствии помогала ему сохранять свою научную позицию в жестких жизненных условиях. Эта стратегия состояла в том, чтобы отступая, не уступать. Отступлением Сергей Леонидович в данной ситуации считал переход, «уход» из философии в психологию как «более нейтральную науку».

Будучи философом по образованию и призванию, С. Л. Рубинштейн через несколько лет официально становится психологом. Однако вся его научная деятельность, особенно — последнего десятилетия, свидетельствует о том, что логика его творчества оставалась всегда внутренне единой и непрерывной. Разрабатывая принципиальные проблемы теории познания, идеального, сознания, проблемы онтологии и философской антропологии, он до конца дней оставался ученым-философом.

В данной монографии особенно детально представлен первый, практически неизвестный период его научного творчества.

В этот период, во-первых, им был написан огромный философский труд (опубликованный лишь в своей незначительной части в форме статьи «Принцип творческой самодеятельности» 1922 г. и оставшейся в рукописях). Во-вторых, временное затишье дало возможность Сергею Леонидовичу посвятить себя дальнейшему углубленному изучению проблем психологии, мирового состояния ее разработки, уровня ее развития. Когда в 30-х годах С. Л. Рубинштейн входит в психологическую науку, он оказывается уже подготовленным к решению ее сложнейших методологических проблем.