Лекция 14. «Предыстория» микологии

В основном, в этой лекции речь пойдет не о каких-то вехах, а о тенденциях. Микология – наука очень странная. Когда она возникла? – это вопрос. Когда возникала зоология и ботаника, то было уже понятно, в чем состоят эти науки. Они начали свое существование еще со времени Великой неолитической революции, когда стали использоваться домашние животные и сельскохозяйственные растения.

А с грибами ситуация иная. Знали их достаточно давно. Первая цивилизация на Земле – Микенская – получила свое название от города Микены. «Mύκης» - гриб, шампиньон. В этом месте либо просто было много грибов, либо – и это наиболее вероятно – грибы там почитались как нечто сакральное. Таким образом, грибы знали достаточно давно, но природа их долгое время оставалась неизвестной. Грибы разделили участи многих других групп живых организмов, долго считалось, что для них существует «абиогенез». Т.е., например, сгущенная влажность земли – это и есть грибы. Mucor означает и «сырость», «влажность» и «плесень». Т.е., данные понятия очень смешивались. Это в особенности касалось патогенов растений. Считалось, что грибы – это сыпи, т.е., порождения больных растений.

Так продолжалось аж до 19-го века. К любой исторической науке можно всегда подходить с двух сторон. Первый подход – это с наших позиций, с нашей точки зрения. Что они делали так-то, вот де какие они глупые. Этот метод у нас в науке очень популярен, но Константин Львович считает, что это неправильный подход, и что достижения надо оценивать с позиций соответствующего времени (второй подход). В то время природу рассматривали по аналогии с человеком. С другой стороны, де Бари доказал разнохозяйственность грибов исходя из того, что если, к примеру, печеночный сосальщик, будучи паразитом человека, может менять хозяев, то почему этого не могут делать паразитические грибы?..

Теория сыпей оказалась очень стойкой, и долго сохранялась. Истинная микология начинается, пожалуй, только с Дебари, когда он сказал, что грибы – это не следствие, а причина болезней растений. Только поняв, что такое грибы, их можно изучать. Все, что было до Де Бари, пожалуй, являлось предысторией микологии.

Курсанов, который считается основателем нашей кафедры, хотя это конечно тема для отдельного разговора, (в течение 50 лет он возглавлял лабораторию Низших растений, еще до основания кафедры) говорил, полемизируя с Ячевским, что история науки – это не онтогенез. На него, как бы влияет окружающая среда, она определяет общее направление развития науки. Так, например, влияет техника. (Вот изобрели микроскоп, а в микологии его не использовали. Не в моде было…) Только во второй половине 19-ого века появились запросы на микологию. Тогда уже появились и микологи. Запросы были связаны с паразитами растений, потом они сменились на антибиотики, сейчас есть и масса других отраслей. При этом микология интенсивно развивалась, дробилась, и сейчас некоторые ученые говорят, что сегодня как таковой микологии нет. Есть генетика грибов, есть физиология грибов, есть медицинская микология, фитопатология и так далее. Т.е., разветвились они очень сильно. В результате этого, трудно понять, существует ли сейчас именно общая микология.

Очевидно, существует. Что к ней относится?

1. В первую очередь, к Общей микологии относится систематика. Одно время она была не очень популярна, однако сейчас снова развивается. Это истинная микология. Рисовать огромные филогенетические деревья, как у Шадефо, сейчас не популярно, однако, развитие идет в других направлениях.

2. Экология грибов. Подсчет численности, разнообразие – то, чем занимался Лев Лукич Великанов. Он делал акцент на исключительно важную роль грибов в видообразовании растений.

3. Генетика грибов. В генетике и в микологии это две разные науки. В генетике грибы рассматриваются как модельные объекты. Там изучаются генетические процессы. В микологии, наоборот, интересны особенности той или иной группы грибов, и мы обращаемся к генетику. Т.е., в первом случае, генетика изучается при помощи грибов, а во втором – грибы при помощи генетики.

Теперь рассмотрим историю микологии поэтапно. Сам термин «Микология» ввел Беркли в 1836 году. Некоторые почитают этот год годом рождения микологии. Затем он ввел термин «Фунгология», но это неграмотно, так как сочетает два корня из различных языков. С другой стороны, Персон, который жил раньше, почитался «монархом микологов».

Рассмотрим еще более ранние времена. Отец биологии – Аристотель, учитель Александра Македонского, всё-таки был, прежде всего, не философом, как обычно считается, а зоологом. Он понял, что на растения его уже не хватит, поэтому он взял себе в ученики Теофраста, и тот изучал растения. В нашей европейской цивилизации он был первым ботаником. Что происходило с ботаниками на Востоке, мы знаем плохо. Теофраст также описывал грибы, и он указал, что грибы сходны с деревьями. Он ввел термин erisphae, т.е., сыпи. То, что сейчас обозначает Мучнисторосяные и Ржавчинные грибы. Данный термин до сих пор сохранился. Затем был римский период, на ученых не богатый. Там были из крупных ученых только Диоскорид и Плиний Старший (23-79). Что они знали? В первую очередь, свойства грибов (что бывают грибы съедобные и несъедобные). Таким образом, например, было даже некоторое практическое применение в виде отравления императора Клавдия его женой при помощи бледной поганки. На биологическом факультете был снят фильм под названием «Грибы», который начинался как раз с отравления Клавдия. Кроме того, появились первые биотехнологические процессы, а именно использование дрожжей.

Затем в течение полутора тысяч лет в биологии практически ничего не делали. Только в 16-м веке появились первые травники. В них в основном собирались сведения о растениях с точки зрения фармакологии. В этих травниках порой упоминались и грибы. Так, одной из крупнейших подобных книг был травник, изданный в 1595 году, автором его был Бок. Чезальпино, который открыл кровь (1519-1603), написал книгу «De plantis», где описал 16 родов грибов. Затем следующей знаменательной личностью в микологии был Клузиус (1526-1609). В честь него названы род и семейство растений. Он написал «Fungi pannоnici», т.е. «Грибы Венгрии». И там он описал 221 вид растений, в том числе на 78 страницах там были красивые акварельные рисунки. Его атлас, получивший название Кодекса Клузиуса, и вышедший в 1601 году некоторые авторы предлагают считать началом микологии, а его считать Отцом Микологии.

Затем был следующий автор – Боэн. По латыни он транскрибируется как Bаuhinius. Он написал «Historia plantarum ….» Это многотомный труд, из 6 томов. Там рассматривается 128 видов грибов. Это конец 17-го века, т.е., уже был микроскоп. В библиотеке имеется уже посмертная перепечатка этой книги (как минимум, шестой том).

Затем, как одного из отцов микологии – возможно, сыгравшего более важную роль, чем многие другие, его, как правило, недооценивают, - Микели (1679-1737). В 1729 году он написал «Nova plantarum genera», где описал ряд грибов. Но опять же его можно рассматривать с двух точек зрения. Так как он пытался связать грибы с высшими растениями, он говорил не «споры», а «семена», не «цистиды», «тычинки», используя эти термины безо всяких кавычек и, подразумевая, что так оно и есть.

Гук прекрасно зарисовал поражения, вызываемые ржавчинными грибами. Он увидел спору, но дальше этого не пошел. А здесь на поверхность дыни наносились споры, и проводился первый – надо сказать, весьма неплохой – эксперимент. Но его работы замечены не были, и резонанса не было. Он рассматривал в этом эксперименте то, как образуется глеба и формируются споры, хотя как споры они были обозначены уже позднее, Хедвигом.

После Микели, достаточно крупным ботаником был Вайлланд. Он скорее был ботаником, нежели микологом, связывал грибы с потусторонними силами, и полагал их группой, созданной нечистым, дабы смущать ученых. Надо сказать, что в то время это была распространенная точка зрения на грибы (хотя впрочем, в некоторых мифологиях грибы считались детьми богов…)

Интересной фигурой был Турнефор. Не было бы его, как говорят некоторые ученые, не было бы и Линнея. Хотя когда Турнефор умер, Линнею был всего один год. К сожалению, Турнефор мало занимался грибами.

Потом уже была «Система натуры» Линнея (1707-1778), которая вышла в 1735. Она упоминала всего 10 родов и 95 видов грибов. Это даже меньше, чем у Клузиуса, который составлял региональную сводку, в то время как Линней претендовал на нечто большее, прямо таки на мировую флору. Линней вообще грибы не любил, говорил, что порядок де у них сплошной хаос, и окончательно отнес грибы к растениям (было неясно, к животным их относить, или к растениям, или вообще к минералам…) Таким образом, именно ему мы обязаны тем, что достаточно долгое время грибы рассматривались как растения. Также колебался Линней относительно полипов. И тоже отнес их к растениям… (к слову о вреде авторитета) .

Был у Линнея современник – Гледич (1714-1778). И он сделал куда больше, чем Линней. Он опубликовал книгу «Methodus fungorum»

Кроме того, был такой исследователь, как Крашенинников, который ездил на Камчатку и изучал там грибы. Еще были такие первооткрыватели, как Гумбольт, Гмелин – также занимались, в том числе и грибами.

Следующей видной фигурой являлся Каспар Генрих Персон, которого как раз и звали «Princeps micologorum», Монарх Микологии. Он родился в 1761 году в Кейптауне. Родом его семья была из Голландии. Через какое-то время семья его переселилась из Кейптауна в Париж, где он учился по медицинской части, и в 1781 году он написал «Synapsis methodic fungorum», и вот все хотят его тут же назвать отцом микологии. Он ввел много микроскопических форм, например, описал Puccinia graminis в 1801 году, он ввел основное деление на ангио - и гимнокарпические споры (на данный момент деление устаревшее, но на тот момент это имело смысл Сейчас в микологии, правда, опять появляются наряду с Плектомицетами и Дискомицетами группа Гимномицетов. Он, правда, объединял в эту группу дождевики и Lycogala, трюфели и мукоры тоже казались ему очень похожими.

Следующей видной фигурой был Эллиус Магнус Фриз (1794-1878). Порой ему поют дифирамбы, но как уже говорилось выше, Константин Львович не склонен этим заниматься, хотя конечно Фриз, безусловно, много сделал, не только для микологии, но и для высших растений. Его считают первым профессиональным микологом. Он первым заговорил о Царстве Грибов, и в грибах он выделял к 1821-1832 году четыре класса: Кониомицеты, Гифомицеты (эта группа ныне понимается практически так же), Гастеромицеты и Гименомицеты (последние сейчас снова возвращаются в качестве таксонов).

Чем дальше в прошлое, тем ниже ранг грибов. Agaricus до Фриза понимался как род. Фриз разбил его на серию родов, а сейчас эти рода являются порядками.

Описания у Фриза, правда, были беглые, плохие и без микроскопа. Этот пробел восполнил современник Фриза Карл Йозеф Корда (1809-1849) Он жил в Праге, не вполне ясно, кем он был – чехом, австрийцем или итальянцем. Зато он был прекрасным микроскопистом. Написал книгу «Icones fungorum», где помещены очень точные картинки, и там же его описания, которые также очень точны. Судьба его трагична. Он был в составе интересной экспедиции на Карибских островах, они там собрали очень интересные данные, вышли из Нового Орлеана, и после этого в Европе их больше никто никогда не видел, что случилось с ними, непонятно. Видимо, что-то вроде кораблекрушения. По некоторым точкам зрения, отцом современной микологии следует считать именно Корда.

В Европе сразу в нескольких странах открыли базидии, причем независимо. Первым был Эмерсон в 1836 году, вторым был Левейе, третьим Корда, оба в 1837 году, а затем Беркли и Клоц в 1838 году. Потом был еще Фебус в 1842 году. Т.е. сразу 6 исследователей описали базидии, но никто не придал этому значения, кроме Левейе (1837), который сделал вывод, что надо грибы делить на две крупные группы: Текоспории (теки – то же самое, что сейчас сумки) и базидиоспории. Т.е., данная классификация сохранилась до сих пор! Это было действительно гениальным открытием.