36 Общая характеристика русской философии

До XIX века философствование в России было спорадическим явлением: отдельные философствующие умы (например, М. В. Ломоносов, Г. С. Сковорода, А. Н. Радищев), немногие их сочинения, которые не создавали философии как отдельные капли еще не создают дождя.

Собственно русская философия как явление культуры возникла и развилась лишь в XIX веке.

По сравнению с философией других стран Европы русская философия – более позднее явление. Это, в частности, связано с тем, что Россия влилась в мировое русло культуры и цивилизации позже других народов Европы. Лишь в начале XVIII в. Петр I прорубил «окно» в Европу. Потом длительное время Россия переваривала разные влияния со стороны Голландии, Германии, Франции, Англии и лишь в XIX веке она стала освобождаться от иностранного влияния и заговорила своим голосом, стала вполне самостоятельной. Появилась русская поэзия (А. С. Пушкин, М. Ю. Лермонтов), проза (Гоголь, Достоевский, Л. Толстой), музыка (Глинка, Чайковский, Мусоргский, Бородин, Рахманинов, Скрябин), живопись (Репин, Суриков, Васнецов). Появились великие ученые (Н. И. Лобачевский, Д. И. Менделеев), изобретатели (Яблочков, А. С. Попов). И это все появилось в XIX веке. Если взять конкретно философию России, то в этой области не было каких-то выдающихся успехов, как в науке или в искусстве. Почти весь XIX век русские философы говорили не своим голосом, а пытались воспроизвести разные западные философские концепции и учения, в основном, немцев. Было обожание Гегеля, увлечение Шопенгауэром...

В общем и целом русской философии дооктябрьского периода был свойственен человекоцентризм или этикоцентризм. Она обсуждала проблемы человеческого бытия, жизни и человеческих взаимоотношений, по каким нормам стоит человеку жить. В этом ее сила и слабость одновременно. Слабость в том, что ее предмет был ограничен (вспомним: философия состоит из трех частей: учения о мире; учения о человеке и обществе и учения о разных формах-методах человеческой деятельности).

[79]

Сила, ценность русской философии в том, что она строила свои идеи о человеке и обществе на основе литературной критики, анализа художественной культуры, литературы, живописи, музыки, т. е. эмпирической базой русской философии была русская художественная культура. В этом ее главное достоинство. Западная философия ориентировалась главным образом на естественные науки, а русская философия – на русскую литературу, на анализ ситуаций, образов, которые давала русская художественная культура. Достоевский и Толстой – два титана русской культуры – были философствующими писателями, и их литературные творения давали пищу для размышления многим философам.

Основные дискуссии развертывались между материалистами и идеалистами, славянофилами и западниками.

Нужно иметь в виду, что в царской России церковь не была отделена от государства и закон божий преподавался как обязательный во всех гимназиях и школах. Отказ от религии для русского человека был равносилен нравственному подвигу. Поэтому немногие отваживались открыто порвать с религией и церковью. Тем не менее в русской философии XIX века ориентированный на естественные науки материализм стал мощным умственным движением. В. Г. Белинский, А. И. Герцен, Н. А. Добролюбов, Н. Г. Чернышевский, Д. И. Писарев, Г. В. Плеханов — столпы русского материализма.

Все же поддержка государством религии и церкви сделала свое дело. В философии преобладало религиозно-идеалистическое направление, то есть количественно философов-идеалистов было гораздо больше, чем философов-материалистов. Это и П. Я. Чаадаев, и славянофилы, и В. С. Соловьев, и Н. А. Бердяев, и многие другие.

Следует упомянуть еще об одном философском направлении, весьма своеобразном, нетрадиционном. Это космизм (Н. Ф. Федоров, Н. А. Умов, К. Э. Циолковский, В. И. Вернадский, А. Л. Чижевский).

[80]

Таковы общие соображения, касающиеся русской философии XIX- ХХ веков.

37

Чаадаев писал о пустоте русской истории, об отрыве России от других народов: "Мы не принадлежали ни к одному из великих семейств человечества, ни к Западу, ни к Востоку, не имеем преданий ни того, ни другого. Мы существуем как бы вне времени, и всемирное образование человеческого рода не коснулось нас". Опираясь одним локтем на Китай, другим на Германию, Россия должна бы соединить два великих начала разумения - воображение и рассудок, воплотить в своем гражданственном образовании историю всего мира. Вместо этого "мы составляем пробел в порядке разумения".

Причиной отрыва России от величественной истории западных народов Чаадаев считал православие: "Ведомые злою судьбою, мы заимствовали первые семена нравственного и умственного просвещения у растленной, презираемой всеми народами Византии".

Чаадаев - религиозный философ, но его концепция истории пронизана социальными мотивами, поскольку цель христианства он видел в учреждении на земле совершенного порядка. Этой цели отвечает западное (католическое) христианство, которому свойственны "животворный принцип единства", организующее начало и социальность.

Византийская православная церковь, наоборот, исповедует аскетизм, покорность, смирение, отрешение от мира.

В странах Запада, подчеркивал философ, борьба за идеи привела к важным социальным последствиям: "Искали истину и нашли свободу и благосостояние". Чаадаев оговаривает, что на Западе есть не только добродетели, но и пороки. Однако народы Европы, в отличие от России, имеют богатую историю.

Из-за православия, считал Чаадаев, вся история России шла не так, как история западных народов: "В самом начале у нас дикое варварство, потом грубое суеверие, затем жестокое, унизительное владычество завоевателей, (дух которого национальная власть впоследствии унаследовала), владычество, следы которого в нашем образе жизни не изгладились совсем и поныне".

Еще резче, чем самодержавие ("национальную власть"), Чаадаев порицал крепостничество.

Публикацию "Философического письма" Герцен назвал выстрелом, раздавшимся в темную ночь: "Письмо Чаадаева потрясло всю мыслящую Россию". Письмо стало стимулом к обсуждению исторических судеб страны. Главный упрек представителей власти Чаадаеву сводился к тому, что "Философическое письмо" противоречит патриотизму и официальному оптимизму. В доносах утверждалось, что опубликование "Философического письма" доказывает "существование политической секты в Москве; хорошо направленные поиски должны привести к полезным открытиям по этому поводу". Николай I, чтобы сильнее унизить автора, повелел считать его сумасшедшим.

Обсуждение перспектив развития России породило к концу 30-х гг. два идейных направления в среде столичной интеллигенции - западников и славянофилов.

Славянофилы и Западники

Эти две группировки не были однородными и жестко ограниченными в своих социально-политических воззрениях. Основные противоречия между ними сложились по поводу различного понимания пути России в общемировом процессе.

Западники придерживались положения, согласно которому имеет место единый общечеловеческий путь развития, при котором именно западные народности преуспели и опередили своей развитие в сравнении с Россией и другими восточными народами. Поэтому Россия, по их мнению, должна следовать Западу и учиться у него.

Славянофилы считали, что Россия имеет свой собственный путь развития, который связывается с влияния православия на русский народ.

Основные полемические вопросы сводились к следующим положениям.

Западники имели в качестве философских предпосылок идеализм Шеллинга и Гегеля, Славянофилы – православную религию восточного образца.

Западники использовали концепцию мирового развития, выраженную в том, что существует единый для всех общечеловеческий путь развития общий для любых стран и народностей. Славянофилы заявляли о том, что у разных народов свои пути развития в силу его ментальных особенностей.

По мнению западников, Россия продолжает идти по тому же пути, что идет и Запад, однако несколько отстает в своем движении, и потому его бы следовало ускорить. Славянофилы полагали, что у России есть свой особый путь развития отличный от западного пути.

У западников имело место положительное отношение к преобразованиям Петра, которое ускорило развитие России. Славянофилы утверждали, что напротив петровские преобразования столкнули России с ее собственного пути развития на западный путь.

Отношение к религии у западников в целом отличалось равнодушием, в то время как у славянофилов положительным восприятием.

К православию западники относились отрицательно и критически, в то время как славянофилы положительно. В православии они видели основу духовной и социальной жизни народа.

Западники негативно относились к крепостному праву, заявляя, что избавиться от него можно только по пути просвещения и нравственного совершенствования дворян. Славянофилы также негативно относились к крепостному праву, однако считали, что избавиться от него можно и сверху указом императора.

38

Философия Соловьева.

В философии Соловьева, как и в учении Гегеля, онтология и гносеология, бытие

и познание неразделимы и опираются на единую основу.

Идея всеединства является центральной в философии В. Соловьева, поэтому всю

его систему часто называют философией всеединства.

В философии всеединства речь шла о единении Бога и человека; идеальных и

материальных начал; единого и множественного; рационального, эмпирического и

религиозно-мистического знания; нравственности, науки, религии, эстетики.

Создавая новую синтетическую философию, Соловьев обратился к анализу

предшествующей философской.

Философия, по мнению Соловьева, возникает в период напряженного кризиса,

когда религиозная социальная роль не разрывает человеческое общество,

сознание. Идея всеединства есть та цементирующая основа, которая предает

целостность всей философии, несмотря на ее бесконечную вариативность и

разнообразие.

Его философия начинается с понятия не бытия, а сущего. Абсолютном сущем, по

мысли Соловьева, содержаться два центра – абсолютное начало, как таковое, и

первоматерия. Для первоматерии, выражающей начало многообразия, вводится

понятие София (мудрость). В Философии Соловьева человек “совечен” Богу, он

говорит о человеке как идее бытия, которая заложена в самой основе мира в

целом. Софийный идеальный человек принадлежит вечности, а она ему, поэтому он

едино с Богом.

Принципы онтологии, которые лежат в основе философской концепции Владимира

Соловьева неразрывно вязаны с его гносеологическим учением. В своей основе

единство онтологии и гносеологии у Соловьева базируется на платоновской идее

единства истины, добра и красоты. На основе этой идеи Соловье разрабатывает

концепцию целостного знания, которое предполагает постепенный синтез религии,

философии, науки.

Познание у Соловьева связано с этикой, с эстетическими чувствами, но, главным

образом, с реальным “собирательным творчеством”. В реальном творчестве

преобразуются общество, земная природа, универсум. Средством для решения этих

колоссальных проблем Соловьев предлагает единение свободно-нравственного

человечества, развивающегося благодаря нравственному совершенствованию каждой

личности и всего общества.