Прошлое и настоящее письма

В русском языке есть два разных слова письмо. Эти слова – омонимы: их внешняя форма совпадает (пишутся и произносятся они одинаково), а значения разные. Если перевести их на другие языки, омонимия нередко исчезает. Английское letter, французское lettre или немецкое Brief – это почтовое письмо, а слова writing, ecriture и Schrift в тех же языках – это письменность.

Что вообще значит слово писать? Попробую дать ответ, опираясь на словари:

«Письмо – знаковая система фикса­ции речи, позволяющая с помощью начертательных (графич.) элементов передавать речевую информацию на расстоянии и закреплять её во времени.

Письменность – совокупность письменных средств общения, вклю­чающих понятия графики, алфавита и орфографии к.-л. языка или группы языков, объединённых одной системой письма или одним алфавитом. В этом смысле можно говорить о рус., англ., араб, и т. п. письменности. Каждая из них обладает определённой специфи­кой системы графем в графич. сочета­ниях, орфограммах и в сфере исполь­зования этих элементов для стилистич. целей, логич. выделения частей выска­зывания и т. д. От П. следует отличать письм. форму речи, к-рая является не просто речью, закреплённой в П., но имеет обычно специфич. лексико-семантич. и грамматич. признаки, от­личающие её от устной речи» (3, с. 403).

Первоначально для передачи информа­ции применялись другие способы – пиктографическое, рисуночное «пись­мо», бирки, зарубки, вампумы, кипу и т. п. Система письма характеризуется постоян­ным составом знаков, причём каждый знак передаёт либо целое слово, либо последовательность звуков, либо отдельный звук речи. Для классификации ее видов важна не форма знаков (изобрази­тельно-рисуночная, условно-геометри­ческая и т. п.), а характер передачи знаками элементов речи. Большинство исследователей придерживаются следующей классификации письменности. Они выделяют четыре её основных вида: идеографический, словесно-слоговый (логографически-силлабический), собственно силлабический и буквенно-звуковой (алфавитный). В конкретных системах письма эти типы обычно существуют в не вполне чистом виде.

В идеографическом письме каждый знак (изобразительный элемент) может обозначать любое слово в любой грамматической форме в пределе круга понятийных ассоциаций, либо прямо вызываемых изображением, составляю­щим данный знак, либо условных. Вместо изображения можно употреблять и произвольные графические символы. Возможность передачи ин­формации с помощью чистой идеографии очень ограничена; этот тип письма сущест­вовал лишь как переходный от пикто­графии к словесно-слоговому письму, при­меняясь либо в хозяйственных записях, где число понятий, о которых может идти речь, ограничено самим содержанием текста (ранний Шумер, нач. 3-го тыс. до н. э.), либо в ритуальных записях как мне-моническое вспомогательное средство. И. Е. Гельб называет идеографический тип письма «предписьменностью» и все приемы данного типа объединяет термином «семасиография» (1, с. 184)

Гораздо более «живучим» оказался словесно-слоговый тип письма. Основой системы и здесь остаётся прежняя многозначная идеограмма, но конкретная привязка знака каждый раз к определённому слову обеспечи­вается добавлением знаков (фонетические комплементы, или фонетики), выражающих чисто звуковые элементы слова либо в целом, либо его части, и знаками — де­терминативами, уточняющими круг понятий, к которому относится данное слово. Идеографический знак, прикреплённый к определенному слову, называется логограммой. Для знаков, выражающих последователь­ности звуков, используются те же логограммы, но в «ребусном» употреб­лении. Такие последовательности — не обя­зательно слоги. Словесно-слоговым письмом могли переда­ваться тексты любого содержания, т. к. такое письмо обеспечивало достаточно адекватную фиксацию речи и надёжное воспроизведение текста при чтении. Отсутствие обязательной непосредственной связи первоначальных идеограмм с фонетической стороной речи позволяло использовать одни и те же знаки в качестве логографических элементов для разных диалек­тов (в Китае) и для разных языков (на древнем Ближнем Востоке). В древнейших видах письма этого типа знаки монументаль­ных надписей долго сохраняли форму рисунков — иероглифов; наряду с ни­ми существовала скоропись (на папи­русах, черепках — в Египте, на гли­няных плитках — в Передней Азии, на бамбуковых палках — на Дальнем Восто­ке, и т. п.). Наиболее известны: др.-егип. (с кон. 4-го тыс. до н. э.), шумерское письмо (с нач. 3-го тыс. до н. э.) и развившиеся из него виды клинописи, эламская иероглифика (3-е тыс. до н. э.), протоиндское письмо (тогда же), критское письмо (с нач. 2-го тыс. до н. э.), китайское письмо (со 2-го тыс. до н. э.), письмо народов майя (1-е тыс. до н. э.; другие центральноамериканские системы были, видимо, идеографи­ческими и пиктографическими). М. Арапов указывает в статье «Дешифровка исторических письменностей», что не все древние системы этого типа расшифрованы; наиболее изучена письменность Египта, Двуречья (клинопись) и Китая. «В основе аккадской клинописи лежит слоговое письмо, но любой словесный знак или группа знаков шумерского письма могли быть введены в текст как обозначение для аккадского слова» (6, с. 98-99). Единственная существующая ныне древняя система письма словесно-слогового типа — китайская. Сохранение её объясняется «аморф­ным» характером китайского слова и потому малой необходимостью в передаче грамматических показателей, а также удобством для общения между носителя­ми фонетически различающихся диа­лектов. Эти знаки восходят к ри­сункам, подвергшимся скорописному упрощению (окончательно — с введе­нием бумаги во 2 в.); имеются различ­ные виды скорописи. Знаки обычно являются составными, т. е. соедине­нием детерминатива и фонетика. Это письмо распространилось в Корее, Японии и др., но оказалось неудобным ввиду иного грамматического строя соответст­вующих языков. Поэтому наряду с китайскими иероглифами в этих странах рано на­чали употреблять местные фонетические системы. В Японии иероглифами обычно обозначают основы слов, а силлабическими знаками — изменяе­мые части слова; в Корее иероглифы сохранили лишь более узкое примене­ние (для омо­нимов). Преимущества словесно-сло­гового письма: международный характер лого­грамм, меньшее число знаков на оди­наковый отрезок текста по сравнению с буквенным письмом. Недостатки: многочисленность знаков в системе, труд­ность при освоении чтения.

Системы письма, где каждый знак пере­даёт только последовательность звуков как таковую, а не слово, на­зываются силлабическими. Эти системы — часто результат упрощения словесно-слоговых систем. Наиболее широко распространены силлабические сис­темы письма в Индии и Юго-Восточной Азии. Древнейшим индийским силлабическим письмом, по-видимому, было брахми, проис­хождение которого неясно. Важна и система кхароштхи (с З в. до н. э.), видимо, образовавшая­ся из арамейского алфавита путём создания вариантных знаков для оди­наковых согласных с различными гласными по принципам, выработанным в брахми. Т. к. знаки не закреп­лялись в типографской форме, в Южной и Юго-Восточной Азии выработались де­сятки видов скорописей, внешне уже несхожих, но основанных на тех же принципах; лишь в 19—20 вв. многие из них получили и типограф­ское оформление. Важнейшая система этой группы — деванагари, применяемая для санскрита, хинди и др. Преимущество силлабического письма — в меньшем числе знаков (100 — 300), недостаток — некоторая громоздкость и трудность в выборе правильного чтения, особенно при отсутствии слово­разделов.

В алфавитных системах письма отдельный знак (буква) передаёт, как пра­вило, один звук; это может быть либо фонема, либо аллофон, либо любая фонема в пределах некоторой группы акус­тически сходных звуков; иногда же буквы соединяются по 2, 3 и 4 для обо­значения одной фонемы. В словаре «Книговедение» я нашел следующие сведения об истории алфавитной письменности: «Историческим родоначальником всех видов алфавит­ного письма явилось древнесемитское (финикийское) письмо. Проис­хождение древнесемитского протоалфавита (2-я пол. 2-го тыс. до н. э.) до сих пор не установлено; наиболее вероятно его происхождение из фини­кийского же («протобиблского») сил­лабического письма, число знаков доходило до 100. В классическом финикийском алфа­вите имелось 22 знака. В основе извест­ных нам 3 древнесемитских протоалфавитных систем — финикийской ли­нейной, угаритской клинописной и южно­-аравийской линейной — лежит общий слоговой или словесно-слоговой про­тотип» (3, с. 405). Новая система дала возможность фиксировать речь по звуковому способу с помощью минимального числа легко и быстро запоминающихся знаков (букв). Одна­ко текст, записанный без гласных и обычно без словоразделов, был малопо­нятен, кроме тех случаев, когда со­держание его было заранее приблизи­тельно известно. «Такое письмо скорее было применимо как тайнопись купцов-море­плавателей, чем как всеобщее средство передачи речи, поэтому в течение бо­лее тысячи лет с ним вполне успешно конкурировали системы словесно-сло­гового письма» (6, с. 100). Клинописный (угаритский) вариант протоалфавита вымер ещё во 2-м тыс. до н. э.; один из вариантов линейного алфавита просуществовал в Южной Аравии до 7 в. н. э., а в Африке дал начало существующему поныне эфиопскому алфавиту. Собст­венно финикийский линейный протоалфавит в своей первичной форме был воспринят в Малой Азии (малоазийски алфавиты вымерли к нач. н. э.), Гре­ции и Италии, дав начало западным алфавитам, а в скоро­писной (курсивной) форме, выработан­ной для родственного финикийскому древнесемитского языка — арамейско­го, распространился по всему Ближнему и Среднему Востоку, дав начало вос­точным алфавитам.

Восточные алфавиты. Распростране­ние алфавита вместе с канцелярским арамейским языком в пределах Пер­сидской державы Ахеменидов 6—4 вв. до н. э. от Малой Азии до Индии привело к созданию множества местных разно­видностей письма (важнейшие: арамейское «сирийское»; квадратное письмо, принятое евреями первоначально для религиозных книг; особая разновидность ара­мейской скорописи с добавлениями надстрочных и подстрочных, диакритических знаков была положена в основу арабского письма). В словаре «Книговедение» говорится о характерных особенностях развития восточных алфавитов: «В неустойчивых государственных образованиях, возникавших на Востоке после маке­донского завоевания (4 в. до н. э.), появилось обыкновение в деловой пе­реписке писать лишь общеизвестные канцелярские формулы, слова и выражения по-арамейски, а остальной текст — арамейскими буквами на мест­ном языке. Так создалась вторичная система арамейских псевдологограмм; текст в целом читался на мест­ном языке. Так арамейский алфавит в его ранней канцелярской форме, видимо, не позже 4 в. до н. э. был применён к древнеперсидскому языку (ранее имевшему собственное клинописное силлабическое письмо), а затем в различных разновидностях скорописи использо­вался для древних иранских языков (парфян­ского, среднеперсидского, согдийского, хорезмийского)» (3, с. 406).

В условиях средневековья грамот­ность была привилегией ду­ховенства. Поэтому распространение каждого алфавита связывалось с оп­ределённой религией: квадратный шрифт распространялся вместе с иудаизмом (ныне употребляется для бытовых язы­ков евреев — идиш, ладино, татский и др.— и официально в Израиле для языка иврит), арабское письмо — с исламом и употреблялось для языков всех му­сульманских народов независимо oт происхождения (ныне — для араб., перс., афганского, урду и др.). Раз­личные виды арамейской скорописи также распространялись с различными христианскими сектами (несторианское, яковитское), а также с манихейст­вом. Письменность с арамейскими гетерограммами распространялась с зороастризмом. Для священных книг зороастризма был позже на той же основе изобретен усовершенствован­ный алфавит с гласными буквами (авестский; принцип обозначения глас­ных был здесь, видимо, воспринят из греческого). На основе согдийского и несторианского письма создались разные виды письменностей тюрков Центральной Азии (важнейшие — уйгурское и тюркское орхонское, или «руническое»). Позже уйгурское письмо было приспособлено для монгольских маньчжурских языков. Распространение хрис­тианства потребовало создания письменности на местных языках Закав­казья; для этих языков с их сложной фонетической системой были созданы ок. 400 года н. э. особые алфавиты — армянский (Месропом Маштоцем), грузинский и албанский (агванский) пу­тём использования видоизменённых арамейских начертаний и греческих орфографических и филологических принципов.

Западные алфавиты. Исходным для развития всех западных алфавитов явля­ется греческое письмо; К. Куманецкий указывает: «оно возникло, видимо, в 8 в. до н. э. (памятники известны с кон. 8—7 вв.; первоначаль­но имелись две разновидности — вос­точное, непосредственно заимствован­ное из финикийского, и западное, возможно, заимствованное из того же источника через фригийское)» (5, с. 30). «Арха­ическое» греческое письмо по форме букв почти полностью совпадает с финикийским; лишь позднее были введены дополнительные буквы. В «архаиче­ских» малоазийских и, вероятно, в греческих письменах сначала ещё отсутствовали буквы для кратких гласных; направление письма было, как и в семитских языках, справа налево, затем бустрофедон, затем сле­ва направо. Очень близки названия греческих и древнесемитских букв, совпадает порядок их расположения в алфавите. И. Е. Гельб совершенно справедливо, на мой взгляд, делает вывод о том, что «важнейшим культурным достижением явился переход к обозна­чению на письме не только согласных, но и некоторых гласных» (1, с. 190).

Из восточно-греческого варианта в 5—4 вв. до н. э. развилось классическое, а затем византийское письмо; в свою очередь, из него возникли коптское (христианско-египетское), древнеготское и ки­рилловское письмо.

На основе западно-греческого возникли италийские алфавиты, в т. ч. этрусский (в 7 в. до н. э.), из него древне-германский, руны (с 3 в. н. э.); из этрусского же, видимо, развилось латинское письмо (с 6 в. до н. э.). В эпоху Римской империи оно приобрело международный характер, сохранявшийся в связи с распространением католической церкви и в эпоху феодализма. Латинское письмо исполь­зуется и для национальных языков западноевропейских народов.

Славянское письмо (кириллица). Вопрос о появлении первых письменных памятников Древней Руси непосредственно связан с проблемой возникновения письменности у восточных славян. Однако до сих пор эта проблема остается дискуссионной, и в настоящее время существует несколько различных точек зрения на сей счет: 1) Одни историки и филологи (Ф. Буслаев, А. Востоков, А. Шахматов, Р. Скрынников, А. Кузьмин) утверждали, что письменность у восточных славян появилась одновременно или параллельно с процессом официального крещения Руси, т.е. в конце X - начале XI вв. 2) А их оппоненты, в частности, академики В. Истрин и Д. Лихачев, профессора А. Рогов и П. Черных и многие другие ученые указывали на то обстоятельство, что в настоящее время в распоряжении историков имеются неоспоримые свидетельства о существовании восточнославянской письменности задолго до крещения Руси. Именно оследняя версия, на мой взгляд, кажется правильной. Первое указание на это содержится в известном произведении Черноризца Храбра «О письменах» (IX-X вв.), который утверждал, что у древних славян были самобытные «черты» и «резы». Подтверждают эту точку зрения и многие открытия советских археологов, в частности, медные бляхи Черниговских (X в.) и Тверских (XI в.) дружинных курганов и амфоры знаменитого Гнездовского могильника (первая четверть X века). Как и письменность других древнейших народов и государств, русское письмо в своем развитии прошло довольно долгий и сложный путь от простейшего рисунка, изобразительного образа или понятия, т.е. пиктографии, к слоговому, а затем к звуковому, т.е. фонетическому, письму. Вопрос о времени создания полноценного древнеславянского алфавита до сих пор вызывает немало споров у историков и лингвистов. Этот вопрос подробно рассматривает в своей книге «История культуры России XI–XIX вв.» В. Жириновский. Он пишет следующее: «Появление алфавита связывают с именами знаменитых «солунских братьев» Кирилла – Константина (827-869 гг.) и Мефодия (815-885 гг.), которые в 863 г. были посланы византийским императором Михаилом III (842-867 гг.) для проповеди христианского вероучения в Моравию. Вероятнее всего, перед своим отъездом или в ходе своего путешествия великие миссионеры и создали две знаменитых азбуки - глаголицу и кириллицу, а также перевели на славянский язык несколько богослужебных книг» (2, с. 16-17).

Все древнерусские рукописи вплоть до середины XIV в. писались на пергаменте, который на Руси вплоть до начала XVII в. называли кожей, телятиной или харатьей. Первоначально пергамент привозили из Византийской империи и ряда европейских государств, а в начале XIII в. на Руси было налажено собственное производство пергамента. Все древнерусские рукописи писались только уставным письмом, для которого были характерны геометрическая графика букв, отсутствие их наклона и расстояний между отдельными словами в строке. Кроме того, буквы, как правило, не выходили за линию строки, а сам лист разлиновывался и имел ровные и довольно большие поля как слева, так и справа. При написании древнерусских рукописных книг и официальных документов использовали очень плотные и густые чернила, как правило, красно-коричневого или бурого оттенка. В качестве основных орудий письма использовали птичьи, как правило, гусиные перья. Согласно «Предварительному списку славяно-русских рукописей XI-XIV вв.» (1965) из 1493 учтенных рукописных книг того периода к эпохе Киевской Руси относятся 192 бесценных раритета. В первой трети XII в. было создано довольно много литературных, религиозно-церковных и нарративных (повествовательных, характерных для эпических произведений) памятников, большинство из которых, к сожалению, не сохранилось до наших дней. В. Жириновский затрагивает вопрос о распространенности славянского письма: «Долгое время в русской, зарубежной и советской исторической науке господствовало предвзятое убеждение, что письменность в Древней Руси была уделом только церковных иерархов и представителей высшей феодальной знати. Однако в 1951 г. одна из сотрудниц знаменитой новгородской экспедиции профессора А. Арциховского нашла первую берестяную грамоту, которая блестяще опровергла это ложное убеждение. В настоящее время в Новгороде, Старой Руссе, Пскове, Ладоге, Смоленске, Витебске и других русских городах найдено более 900 берестяных грамот, которые красноречиво свидетельствуют о достаточно широком распространении грамотности и письменности среди самых широких слоев посадского населения Древней Руси» (2, с. 21). О широком распространении письменности в Древней Руси говорят и многие эпиграфические памятники, т.е. надписи, сделанные на камнях, металле, деревьях и других твердых материалах.