Глава 4. Проявления элитарных

ОРИЕНТАЦИИ В РАЗЛИЧНЫХ СФЕРАХ

ОБЩЕСТВЕННОЙ ЖИЗНИ

4Л. Элитарность в преступной и «дедовской» среде

И в преступной среде, и в близкой к ней армейской («дедовской») среде имеются некоторые общие момен­ты:

1. Цель существования многих людей, оказавшихся в местах лишения свободы, — уйти от рутины казармен­ного (барачного) однообразия, что свидетельствует о чисто человеческом стремлении к сохранению своей сущности и что в психологическом смысле не так уж и плохо... Проблема для тюрьмы (зоны) и для армии (сраз­витой системой «дедовщины») в том, какой путь избира­ется для такого «ухода» от единообразия...

2. К сожалению, многие избирают для сохранения своего лица явно недостойный путь. Поэтому другая цель существования для многих — это унизить другого и через это самоутвердиться самому: унижение другого — это главное средство самоутверждения и ухода от рути­ны, но одновременно это и путь самоунижения, поско­льку человек поддается общему бесчеловечному поряд­ку или ритуалу, и получается, что этот порядок букваль­но манипулирует данным человеком...

3. Непременная демонстрация своего превосходства (можно было бы назвать это атрибутикой элитарности): «особые» мелочи одежды, жаргон, приколы и испытания по отношению к новичкам, наколки, ритуальное пове­дение (своеобразные обязанности и права для каждого иерархического уровня).

Интересно, что если на более ранних и примитивных уровнях (например, у животных, в криминально-«дедов-ской» среде, а также в эпоху господства дворянства и буржуа эпохи «начального накопления капитала») пре­восходство одной особи над другой всячески подчерки­валось через особую систему поведения и поз, через

54

пышные наряды и холуйствующее окружение (челядь), то в более благополучных и «демократичных» сообщест­вах такое превосходство все чаще начинает маскирова­ться.

Например, современного представителя элиты не­редко представляют (с его же согласия и за его же деньги) через средства массовой информации как «своего пар­ня», в кругу семьи, имеющего такие же «слабости», как и у остальных людей, и т.п., что, видимо, должно способ­ствовать не только формированию чувства зависти со стороны окружающих, но и своеобразной любви к нему, особенно в случаях избрания такого представителя эли­ты на руководящие государственные должности... (Ашин, 1966. С. 108).

4. Нередко и в уголовном мире, и в условиях армей­ской «дедовщины» авторитеты вынуждены все чаще «нравиться» людям, которые хотя и зависят от этого ав­торитета, но могут перестать воспринимать его как авто­ритета. Очень часто при этом главным критерием явля­ется, как это ни парадоксально, соблюдение самим авто­ритетом основных тюремных правил, что и делает его «авторитетом» в глазах зависимых людей...

В.Ф.Пирожков выделил следующие основные факто­ры, влияющие на статус и положение личности в кримина­льной молодежной среде:

1) индивидуально-личностные особенности («быва-лость», характерологические качества, физическая си­ла);

2) психолого-поведенческие особенности (поведе­ние в адаптационный период, отношение к властям, к нормам общежития, отношение к «низам» и др.);

3) криминологические особенности (категория пре­ступной группы, преступный стаж, срок осуждения);

4) социально-групповые особенности (возраст, со­циальная принадлежность, национальность и соучастие в прошлых преступлениях) (Пирожков, 1994. С. 27).

Если в мире животных элитарность определяется биологическими врожденными программами, то в пре­ступной среде и в условиях «дедовщины» стремление к. элитарности реализуется уже в виде неформальных за­конов, основанных на грубой силе и примитивном пре­восходстве... Причем само соблюдение этих законов и ритуалов нередко контролируется более строго, чем да­же соблюдение Конституции и различных Кодексов в

55

иных государствах, поэтому в данном случае правомер­но говорить о «неформальном праве» как о вполне реа­льном. Как известно, «вор в законе» (элита преступного мира) — это хотя и авторитетный человек, но одновре­менно достаточно ограниченный в самовыражении.