"Повесть временных лет".

Отразила становление древнерусского государства, его политический и культурный расцвет, а также начавшийся процесс феодального дробления. Созданная в первые десятилетия 12 в., она дошла до нас в составе летописных сводов более позднего времени. Самые старшие из них - Лаврентьевская летопись 1377 г., Ипатьевская, относящиеся к 20-м годам 15 в. и Первая Новгородская летопись 30-х годов 14 в.

Основные идеи начальной летописи.

Уже в самом названии "Се повести времяньных лет, откуду есть пошла Руская земля, кто в Киеве нача первее княжити, и откуду Руская земля стала есть" содержится указание на идейно-тематическое содержание летописи. Русская земля, ее исторические судьбы, начиная с момента возникновения и кончая первым десятилетием 12 в., стоят в центре внимания летописи. Высокая патриотическая идея могущества Русской земли, ее политической самостоятельности, религиозной независимости от Византии постоянно руководят летописцем.

Летописные сказания необычайно злободневны, публицистичны, исполнены резкого осуждения княжеских усобиц и распрей, ослабляющих могущество Русской земли, призыва блюсти Русскую землю, не посрамить земли Русской в борьбе с внешними врагами (печенеги и половцы).

Тема родины является определяющей в летописи.

"Повесть временных лет" открывается библейской легендой о разделении земли после потопа между сыновьями Ноя - Симом, Хамом - Яфетом.

Летописцам удается "установить" первую дату - 6360 г. (852 г.). А когда они не могут прикрепить к той или иной дате никакого события, то ограничиваются простой фиксацией самой даты ("в лето 6368"). В результате применения погодного хронологического принципа изложения материала постепенно складывалось представление об истории как о непрерывной последовательной цепи событий. Эта хронологическая связь подкрепилась генеалогической связью.

Исторические повести и сказания в составе летописи.

События частной жизни, окружающая бытовая обстановка вовсе не интересует летописца.

В летописи вырабатывается определенный и четкий идеал князя-правителя, доброго страдальца за Русскую землю. Идеальный правитель выступает живым воплощением любви к родной земле, ее чести и славы, олицетворением ее могущества и достоинства. Поэтому князь в представлении летописца не может принадлежать самому себе. В первую очередь, он – исторический деятель. Если деятельность князя идет вразрез с интересами государства, летописец не жалеет черной краски и приписывает отрицательному персонажу все смертные грехи: гордость, зависть, честолюбие, корыстолюбие и т.п.

Принципы средневекового историзма получают яркое воплощение в исторических повестях и сказаниях, входящих в состав «Повести временных лет»: историческом сказании 1015 г. об убийстве Святополком братьев Бориса и Глеба и мести Ярослава, сказании о киевском городком восстании 1068 г. и в «Повести об ослеплении Василька Теребовльского» 1097 г.

Устанавливаемый новый феодальный порядок своих взаимоотношений князья скрепляют клятвой – крестоцелованием. Они берут на себя обязательства: не допускать возникновения распрей, усобиц. Однако достигнутое единодушие оказалось временным и непрочным.

Мотивировка завязки сюжета повести традиционная, провиденциалистская: опечаленный «любовью», согласием князей дьявол влез в сердце «некоторым мужем»; они говорят «лживые словеса». Давиду о том, что Владимир Мономах якобы сговорился с Васильком о совместных действиях против Святополка Киевского и Давыда. Затем провиденциалистская мотивировка перерастает в чисто психологическую. Поверив «мужам», Давыд сеет сомнения в душе Святополка. В конце концов Святополк соглашается с Давыдом в необходимости захватить Василька.

Когда 4 ноября Василько пришел в Выдубицкий монастырь, Святополк посылает к нему и просит остаться до своих именин. Василько принимает решение поехать к брату только после третьего приглашения. О коварном замысле братьев Василька предупреждает дружинник, но Василько не допускает мысли о возможности нарушения князьями взятых на себя обязательств.

Введя гостя в горницу, Святополк еще пытается завязать с ним разговор, просит его остаться до святок, Давыд все это время молчит. Натянутой атмосферы не выдерживает Святополк и уходит из горницы под предлогом необходимости распорядиться о завтраке для гостя. Василько остается наедине с Давыдом, он пытается начать с ним разговор, но Давыд не отвечает. Давыд уходит, и Василько запирают в горнице.

Подчеркивая нерешительность, колебания Святополка, автор рассказывает о том, что тот не желает, точнее, не решается сам принять окончательного решения о судьбе Василька. Святополк созывает наутро бояр, но они не берут на себя моральной ответственности. Святополк уже хочет отпустить Василька, но чашу весов перевешивают слова Давыда. Решение князем принято, и Василько перевозят на повозке из Киева в Белгород, где сажают в «истобку малу». Развитие сюжета достигает своей кульминации, и она дана с большим художественным мастерством. Основная художественная функция этой сцены принадлежит глаголу. Обращает на себя внимание то, что вся сцена выдержана в четком ритмическом строе, который создается анафорическим повтором соединительного союза «и», передающим временную последовательность действия, а также глагольными рифмами. Перед нами неторопливый рассказ о событии, в нем нет никакой внешней эмоциональной окраски. Но перед читателем предстает полная драматизма сцена.

Потерявшего сознание, бездыханного Василька везут на повозке, и у Здвиженья моста, на торгу, сняв с него окровавленную рубашку, отдают ее помыть попадье. Теперь внешне бесстрастный сказ уступает место лирическому эпизоду. Попадья глубоко сострадает несчастному, она оплакивает его, как мертвеца.

От повествования о судьбе Василька автор переходит к рассказу о том, как это преступление отражается на судьбах Русской земли, и теперь главное место отводится фигуре Владимира Мономаха. Именно в нем воплощается идеал князя. Гиперболически передаются чувства князя, узнавшего об ослеплении Василька. Он стремится мирно поправить это зло, чтобы не допустить гибели земли Русской. Однако затем характеристика Мономаха начинает приобретать агиографический характер. Подчеркивается его послушание отцу и своей мачехе, а также почитание им митрополита, сана святительского и особенно «чернеческого».

Следует обратить внимание, что художественным лейтмотивом повести являются противопоставленные друг другу символические образы – «крест» и «нож». «Крест» - «крестное целование» - символ княжеского братолюбия и единомыслия, скрепленных клятвой. «Нож» не только оружие конкретного преступления – ослепление Василька, но и символ княжеских распрей, усобиц.

Таким образом, «Повесть об ослеплении Василька Теребовльского» резко осуждает нарушение князьями своих договорных обязательств, приводящих к страшным кровавым преступлениям, приносящим зло всей Русской земле.

Включая в летопись сообщения о военных походах князей, летописцы или ограничиваются простой констатацией факта, или дают описание отдельных сражений, используя для этого ряд характерных стилистических формул. Битва обычно происходила утром, на рассвете, начиналась она со сближения войсков. Далее сразу же давалась характеристика самого сражения. Затем изображался звон оружия, треск ломающихся копий. Решающее значение имела рукопашная схватка. В гиперболических размерах изображались потоки крови, горы трупов. Наконец, сражение оканчивалось победой, бегущих преследовали.

Элементы агиографического стиля.

Составители «Повести временных лет» включали в ее состав также произведения агиографические: христианскую легенду, мученическое жилье, сказание об основании Киево-Печерского монастыря в 1051 г., о кончине его игумена Феодосия Печерского в 1074 г. и ряд сказаний о черноризцах печерских.

Рассказ о Матвее прозорливом в сказочной форме показывает, что длинная церковная служба утомляет многих монахов, и они под разными предлогами покидают церковь и идут спать, а некоторые, как Михаль Тольбекович, даже убегают из монастыря.

Составители летописи используют элементы агиографического стиля и для характеристики князей. Особенно ярко элементы этого стиля проявляются в княжеских некрологах. Смерть князя обычно сопровождается всенародным плачем и краткой похвалой – панегириком, в котором прославляются религиозно-нравственные добродетели покойного. Такова, например, похвала княгине Ольге.

Из христианской литературы летописец черпал нравоучительные сентенции, образные сравнения. Свои рассуждения он подкреплял цитатами из текста «священного писания». Довольно часто летописец прибегает к сравнению событий и исторических деятелей с библейскими событиями и персонажами. Функция библейских сопоставлений и реминисценций в летописи различна. Эти сопоставления подчеркивают значимость и величие Русской земли, ее князей, они выполняют художественную функцию символического обобщения. Кроме того, эти сопоставления являются средством моральной оценки событий, поступков исторических лиц.

Общая характеристика стиля летописи.

Разнородный в жанровом и стилистическом отношении материал объединен единой патриотической мыслью, последовательным хронологическим принципом изложения, единством общей историко-философской концепции. Эта концепция носит религиозно-провиденциалистский характер и почерпнута летописцами из христианской литературы.

История имеет свое начало и конец во времени. Ее движение направляется волею бога к своему концу – «страшному суду». Однако судьбы человека зависят не только от божьего изволения, но и от самих людей. Каждый человек свободен в выборе добра и зла.

Бог – источник добра и красоты – допускает существование зла – дьявола в качестве средства испытания стойкости человека, его твердости в вере. Летописец глубоко убежден в конечном торжестве добра и справедливости.

Летописцы не только фиксируют в памяти достойные события, но и многим из них выносят свой приговор, стремясь морально воздействовать на своих современников. История, по их мнению, дает важный моральный урок настоящему и будущему.

Все это придает летописному стилю в целом публицистический характер. Основные усилия летописцев направлены на то, чтобы передать факты с большой точностью и выразительностью. Прошлое предстает в летописи в виде непрерывной цепи событий – «деяний» князей и кратких погодных записей, фиксирующих факты. При этом подчеркиваются родственные связи князей. Изображение князей в летописи условны и схематичны. Их образы строятся на контрастном сопоставлении христианских добродетелей и пороков, закрепленных постоянными оценочными эпитетами, иногда превращающимися в имя собственное (например, Святополк Окаянный). Летопись прославляет воинскую доблесть и христианские добродетели князей. Слава князя понимается летописцами как слава всей Русской земли. Использование фольклора для воссоздания истории древнейшего времени придает летописным рассказам героический характер, высокий патриотический пафос. Опираясь на конкретные факты и книжные традиции, летописцы вырабатывают жанр исторической повести и создают все необходимые предпосылки появления жанра воинской повести.

Язык «Повести временных лет» широко отражает устную разговорную речь своего времени. В летописи широко представлена терминология, часто используются народные пословицы, поговорки.

Значение «Повести временных лет».

В «Повести временных лет» были прочно заложены основные особенности русского летописания: патриотический пафос, публицистичность трактовки исторического материала, образность, лаконизм и выразительность изложения.

Вопрос № 8. Источники и редакции "Повести временных лет"