Глава 3. Понятие права

39

щего понятия такого позитивного права (правового закона) должна включать в себя, как минимум, два определения, первое из кото­рых содержало бы одну из характеристик права в его различении с законом, а второе — характеристику права в его совпадении с за­коном. С учетом этого можно сформулировать ряд соответствую­щих дефиниций. Так, позитивное право, соответствующее объек­тивным требованиям права (закон в его совпадении с правом), мож­но определить (т. е. дать краткую дефиницию его общего понятия) как общеобязательное формальное равенство; как равную меру (или масштаб, форму, норму, принцип) свободы, обладающую законной силой; как справедливость, имеющую силу закона. В более развер­нутом виде (с учетом всех субстанциальных характеристик права) общее понятие такого позитивного права (правового закона) можно определить как общеобязательную форму равенства, свободы и справедливости. То же самое юридическое правопонимание на бо­лее привычном для легизма языке можно выразить как общеобя­зательную систему норм равенства, свободы и справедливости.

Все эти (и возможные в этом ряду другие) дефиниции по сво­ему смыслу равноценны, поскольку определяют одно и то же поня­тие позитивного права, соответствующего объективной природе и требованиям права. Различия этих дефиниций (акцент на тех или иных субстанциальных определениях права), зачастую диктуемые актуальными целями и конкретным контекстом их формулирова­ния, не затрагивают существа дела, тем более что одни субстанци­альные определения права (и соответствующие дефиниции) подра­зумевают и все остальные, прямо не упомянутые.

Не следует забывать, что речь идет лишь о кратких дефини­циях, а не о полном и всестороннем выражении понятия права, на что может претендовать лишь вся наука о праве.

Важно, что эти дефиниции выполняют свое основное назначе­ние, включая в общее понятие позитивного права субстанциальные характеристики права и в его различении с законом, и в его совпа­дении с законом.

Приведенные дефиниции носят общий характер и распростра­няются на все типы и системы позитивного права (прошлые и со­временные, внутригосударственное и международное), правда, лишь в той мере и постольку, в какой и поскольку последние соответст­вуют объективной природе и требованиям права и действительно позитивируют право, а не произвол. Поэтому данные дефиниции выступают также как масштаб и критерий для проверки и оценки правового качества различных практически действующих систем и типов позитивного права, для определения того, действительно ли в них речь идет о позитивации права или формы права и закона Используются в антиправовых целях, для прикрытия произвола и насильственных установлений тирании, деспотизма и тоталитаризма.

40

Раздел I. Общие проблемы философии права

Глава 4. Правовая онтология

1. Человек как правовое существо

Рассмотренные определения сущности и понятия права в его различении и совпадении с законом позволяют охарактеризовать право под углом зрения онтологии (учения о бытии), гносеологии (учения о познании) и аксиологии (учения о ценностях).

В контексте развиваемого нами юридического правопонима-ния в общем виде можно сказать, что учение (концепция) о праве в его различении с законом это и есть онтология права.

Бытие права (его объективная природа и собственная сущ­ность) представлено в принципе формального равенства, включает в себя и выражает всю совокупность внутренне взаимосвязанных и предполагающих друг друга объективных свойств и сущностных характеристик права как всеобщей и необходимой формы равенст­ва, свободы и справедливости в общественной жизни людей.

Право исторично. Этот историзм относится как к бытию права, так и формам его проявлений. Право опосредовано социально-исто­рическим опытом, и в этом смысле оно апостериорно, а не априорно.

Поэтому природу права (социально-исторический смысл и со­держание бытия права, его сущности и существования) не следует смешивать ни с правом природы (с природной данностью права), ни с природой разума (с априорной данностью права из чистого разу­ма), хотя и разум, и природа играют существенную роль в истори­ческом процессе генезиса и развития права.

Конечно, по аналогии с аристотелевским положением о том, что "человек, по природе своей, — существо политическое" (Ари­стотель. Политика. I, 1, 9, 1253а 16), можно сказать, что человек, по природе своей, — существо правовое. Но подобные суждения вовсе не означают априорности, природной данности, прирожденности человеку политической или правовой сущности, политических или правовых свойств и качеств.

Если бы человек, как считал Руссо, рождался уже свободным¹ (и уже от природы люди были бы свободными и равными), то он нигде не был бы в оковах, и со свободой, равенством, правом, спра­ведливостью у человечества вообще не было бы никаких проблем.

В том-то и дело, что вектор движения прямо противополож­ный: человек и человечество развиваются к свободе, праву, равен­ству, справедливости из ситуации их отсутствия. И речь должна идти лишь о том, что человек (и целые народы) по своей природе (интеллектуальной и волевой), в отличие от других живых существ, может, потенциально способен путем своего совершенствования и