37. Этапы геополитического развития сша.

Меридиональная экспансия США была первым этапом становления мировой державы. Внешняя политика Вашингтона, по признанию американского социолога В. Вильямса, носила сугубо прикладной характер. Она решала практические задачи — расширение жизненного пространства.

В 1824—1826 гг. лидеры США, прикрываясь миролюбивой фразеологией, пре­дотвратили освобождение Кубы и Пуэрто-Рико силами Колум­бии и Мексики. Более того, используя это факт, президент Д. Полк в середине 40-х годов обосновал «права» США на при­соединение мексиканских территорий: Техаса, Орегона и Кали­форнии. Американцы инспирировали «желание» населения этих земель присоединиться к США. В захватнической войне 1846— 1848 гг., под флагом доктрины Монро, провозгласившей прин­цип невмешательства, северный сосед, защищая права «суверенного Техаса» на самоопределение, отторг более полови­ны территории Мексики.

Второй этап становления США как мировой державы связан с широтной экспансией, где талассократический им­периализм проявился в классической форме. Экспансия Вашингтона, исповедующего теорию и практику «анаконды», охва­тила большинство стран Западной Европы, Африки, Ближнего и Среднего Востока, Юго-Восточной Азии, Океании, включая Ав­стралию, Индонезию, Филиппины и т.д. Стратегию «анаконды» (блокирование вражеских территорий с моря и по береговым линиям, что постепенно приводит к стратегическому истоще­нию противника) впервые разработал Мак-Келлан. США следо­вали советам Мак-Келлана и адмирала Мэхена, рекомендовав­шего правительству выполнить следующие условия: Соединен­ным Штатам, пока есть необходимость, тесно сотрудничать с британской морской державой; препятствовать германским мор­ским претензиям; противодействовать экспансии Японии в Ти­хом океане; объединяться с европейцами против народов Азии.

39. Геостратегия сша для Евразии.

Нынешние США откровенно претендуют на роль новой сверх­державы Евразии. Как полагает один из ведущих политологов США, 3. Бжезинский:

Роль Америки как единственной сверхдержавы мирового масшта­ба диктует сейчас необходимость выработать целостную и ясную стратегию в отношении Евразии⁸.

3. Бжезинский прекрасно понимает, что Евразия — супер-континент земного шара, играющий, по словам Макиндера, роль оси. Та держава, что станет доминировать на суперконти­ненте, будет оказывать решающее влияние в двух из трех наибо­лее развитых в экономическом отношении регионов планеты: Западной Европе и Восточной Азии, а также на Ближнем Вос­токе и в Африке.

Сначала США, по мысли 3. Бжезинского, должны закрепить в Евразии геополитический плюрализм. Для этого приоритет должен быть отдан политическому маневрированию и диплома­тическим манипуляциям, которые должны исключить возмож­ность образования коалиций, враждебных США. На втором этапе аме­риканизации Евразии должны появиться стратегически прием­лемые партнеры, которые могут создать (под американским ру­ководством) трансевразийскую систему безопасности. А в долго­срочном плане все это может стать основой системы подлинной Политической ответственности в глобальном масштабе⁹.

На западном фланге Евразии решающую роль в решении по­ставленной 3. Бжезинским задачи будут играть Франция и Гер­мания. Америка же продолжит расширение европейского демократического плацдарма. На Дальнем Востоке, небезосновательно полагает политолог из США, ключевая роль Китая будет возрастать, и у американцев не будет стратегии в Евразии до тех пор, пока не будет достиг­нут политический консенсус между Вашингтоном и Пекином Россия должна заявить о себе как о постимперском государстве, т.е. как о государстве, имеющем региональное значение, но не имеющем решающего влияния в Евразии. В ее подбрюшье, на Юге, в Средней Азии возникают очаги этнических конфликтов. Гасить их призваны великие державы. Решающая роль отводится ав­тором США:

... так как вряд ли какое-либо государство может сравниться с Соеди­ненными Штатами в четырех ключевых областях — военной, экономи­ческой, технической и культурной, — придающих стране глобальный политический вес⁹.

Европу американцы намерены усиленно подталкивать к ис­полнению отведенной ей роли. Но тем не менее у политолога есть опасения, что в силу ряда причин (роста безработицы, национализма и т.д.) французские и германские политики могут склониться в сторону экстремизма.