1.2. Соотношение легальности и легитимности политической власти

Как уже говорилось термин «легитимность» происходит от того же латинского корня, что и «легальность», а именно: lex – закон. Однако он имеет другое значение. Если «легальность» означает создание власти и ее деятельность в пределах ею же установленных норм и является тождественной понятию «законность», то легитимность свидетельствует о мере узаконенности власти в сознании людей. Важно отметить, что легальность и легитимность не только не тождественные понятия, но и могут находиться в состоянии конфликта.

В условиях стабильных политических систем, политический процесс в которых развивается исключительно эволюционным способом с относительно незначительным количеством инновационных действий политико-правового и социально-экономического характера, не всегда существует возможность четко разграничить, и даже противопоставить, легальность и легитимность.

Более того, при таких условиях наблюдается совпадение понятий легальности и легитимности. При этом политический процесс происходит в пределах действующего законодательства (когда ни властные структуры, ни общество или отдельные граждане и их организации не совершают действий, которые бы противоречили конституции и основным законам, а также основным правовым принципам, которые определяют характер взаимоотношений между государством и гражданином), и воспринимается справедливым в глазах всех его участников¹.

В отличие от этого, переходные политические системы часто порождают феномен разрыва между легальностью и легитимностью политического процесса, когда формально законные политические действия и политические решения могут восприниматься в глазах общества как несправедливые, и наоборот, – когда явно противозаконные формы политического процесса считаются гражданами единственно возможным способом защиты прав и интересов общества и государства в целом.

Таким образом, в условиях осуществления властью реформирования политической системы, когда идет речь о политических системах переходного типа, далеко не все явления, которые входят в структуру политического процесса, можно однозначно распределить по шкале: легитимные и нелегитимные формы политического процесса¹.

Как субъект политического процесса, государство может применять лишь такие действия, которые обязательно носят легальный характер. То есть действия государства в любом случае должны быть легальными, хотя во многих случаях они могут казаться нелегитимными. Безусловно, в идеале следствием демократизации политического процесса, и постепенного приобретения государством переходного периода признаков правовой государственности, является постепенное снижение части нелегитимных, хотя и легальных, политических действий. Однако, реальная проблема, которая возникает при анализе политических процессов в трансформационных политических системах, заключается в том, что государство начинает действовать нелегально, точнее сказать – само начинает нарушать установленные ем же законы, что порождает жестко выраженное протестное поведение отдельных граждан или гражданского общества в целом.

Причиной возникновения такого феномена, как «нелегальные действия государства» является то, что для политических систем переходного периода такой элемент, как государство, выступает одновременно одним из равноправных игроков на политическом поле, и творцом этого политического поля. В результате государство может оказаться в ситуации доминирования не только над политикой, но и над правом. Реально эти действия могут выражаться в силовом давлении на тех или иных политиков, разные политические партии, средства массовой информации, игнорировании правовых норм, антиконституционных действиях и прочее¹.

Такая нелегальность и нелегитимность в действиях государства в условиях переходных политических систем часто компенсируется тем же со стороны общества. Единственное отличие в оценке заключается в том, что политические процессы, которые происходят в обществе, не могут носить легального, но нелегитимного характера. Но угроза, которая возникает для общества, заключается именно в том, что использования полностью легальных средств, которыми являются забастовки, демонстрации, протесты и прочее, может иметь не столько конструктивные, сколько деструктивные цели. В связи с этим нужно осознавать разницу между мирным протестом, целью которого является получение поддержки широкой общественности, и разрушительным, деструктивным протестом, который приводит к расколу общества и потере поддержки. Очевидно, такие формы политического процесса должны оцениваться из разных позиций².

Существование легитимности только в юридическом пространстве и понимание этого термина только как соответствие закону, с точки зрения признания на территории данной страны и на международном уровне, не дает полной картины понимания ряда проблем, возникающих в реальной жизни. Примером такого несоответствия может быть проблема, описанная Робертом Кингом Мертоном – когда власть легитимна только для некоторых, но не для всех социальных групп. «Купить» легитимность можно только с помощью обеспечения общества нормального и стабильного развития. С легальностью власти проще. Формальное юридическое закрепление в соответствующих государственных документах своих властных полномочий для той или иной политической силы, в руках которой уже находятся основные рычаги власти, не настолько сложная задача по сравнению с получением общественного признания и поддержки. Мнение о том, что в политике нет случайных людей, – целиком и полностью описывает отечественную действительность, да и не только её, зачастую это общемировая тенденция¹.

Таким образом, постепенно, по мере реформирования политической системы и успешной политической модернизации, расхождение между легальностью и легитимностью в политическом процессе должно нивелироваться. Однако в периоды, когда трансформация социальных, политических, правовых, экономических и других отношений имеет высокую интенсивность, немало проявлений политического процесса просто не укладываются в классификационные рамки «легитимности – нелегитимности». Это который предопределяет потребность в использовании более сложных критериев оценки политического процесса.