О пятом виде, или образе, начала греха в люцифере и его ангелах

44. Пятый неточный дух в Божественной силе есть блаженная любовь:

она есть истинный облик кротости и смирения и рождается также из

молнии жизни. Когда молния, как испуг, быстро проницает (тело),

отчего возникает радость, то ствол возжженного света продолжает

оставаться в сладкой воде, и весьма кротко проникает вслед за

молнией через огонь в терпкое качество, и укрощает огонь, и делает

терпкое качество нежным и мягким, что есть также порождение воды.

45. Когда же огонь отведает нежного, сладкого и мягкого вкуса, он

укрощается и слагается в кроткую теплоту, совершенно любовную, и в

огне восходит весьма приветная жизнь, и терпкое качество проницает

этим любовным кротким теплом, и утишает холодный огонь, и делает

твердое мягким, и густое жидким, и темное светлым.

46. Когда же горькая молния вместе с терпким и огненным духом

отведает этой кротости, то нет там ничего, кроме одного томительного

устремления, желания и исполнения, кроткого и приятного вкушения,

борения, лобзания и рождения любви: ибо строгие рождения всех

неточных духов становятся в этом проницании совершенно кроткими,

любовными, смиренными и приветными, и в нем истинно пребывает

Божество.

47. Ибо в четырех первых неточных духах состоит Божественное

рождение: потому и должны они быть совершенно строгими, хотя и имеют

под собою свою кроткую матерь -- воду; в пятом же состоит блаженная

любовь, и в шестом -- радость, и в седьмом -- образование или

постижимость.

48. Сюда теперь, Люцифер, с твоею любовью! Как вел ты себя? Любовь

твоя такой же ли родник? Мы хотим ныне рассмотреть и ее: каким стал

ты любовным ангелом.

49. Заметь: если бы Люцифер не восстал и не возжегся, то его родник

любви был бы таким же, как и в Боге: ибо и салиттер в нем был бы

таким же, как в Боге.

50. Но когда он восстал, чтобы душевным духом своим править над всем

Божеством, то ствол, или сердце света, который есть ядро любви в

сладкой воде, стал яростным и пронзительным огненным источником,

отчего во всем теле возникло дрожание, и жгучее правление, и

рождение.

51. Когда же в этом строгом и терпком огненном рождении родился

душевный дух, он весьма яростно устремился из тела в природу, или в

салиттер Божий, и разрушил блаженную любовь в салиттере. Ибо он

проницал все яростно и огненно, как неистовый злодей, и мнил, что

один он -- Бог; он хотел господствовать остротою.

52. Отсюда и возникло великое противление и вечная вражда между

Богом и Люцифером: ибо сила Бо-жия движется совершенно кротко,

любовно и приветно, так что нельзя даже постигнуть ее рождения; а

духи Люциферовы движутся и рвутся совершенно терпко, огненно и буйно.

53. У тебя есть пример тому на возжженном салиттере звезд,

принужденных от этой возжженной ярости так быстро вращаться вместе

со всею тщетою до дня Последнего суда: тогда отлучена будет от них

ярость и дана в вечный дом царю Люциферу.

54. А тому, что это встречает великое противление в Боге, не надо

доказательств; но пусть человек поразмыслит: если бы у него в теле

возник подобный яростный огненный источник, какое противление и

недовольство было бы у него и как весьма часто все тело приходило бы

в ярость.

55. Что и бывает, конечно, с теми, кто дает прибежище диаволу: но

пока он гость, он лежит тихо, как смиренная собачка; когда же

становится хозяином, то разоряет весь дом, как и поступил он с телом

Божиим.

56. Потому и огонь гнева Божия продолжает пребывать в теле Божием до

конца сего мира, и немало тварей бывает поглощено этим огнем гнева,

о чем можно бы написать весьма многое, но на подобающем месте.

57. Далее, сотворил ли Бог их сам такими и сам возжег эту вражду и

яростный огненный источник в Люцифере, на это пусть дадут ответ

сторонники предопределения и предусмотрен™ и докажут на примере

природы; в противном случае пусть будет осужден также и этот

огненный источник, стоящий на месте любви.