3. Правовой режим космонавтов.

Если же подходить к определению понятия «космонавт» с точки зрения права, то необходимо отметить, что ни в международных соглашениях, ни в законодательных актах такого определения нет. Кроме того, для обозначения лиц, находящихся в космическом полете, в разных странах на разных языках и в разных международных договорах употребляются различные термины, например, в СНГ – космонавт, в США – астронавт.

Большая Советская энциклопедия отмечает, что космонавт – это человек, проводящий испытание и эксплуатацию космической техники в космическом полете. В специальной литературе по космонавтике под этим термином понимается человек, прошедший специальную медико-биологическую и техническую подготовку и принявший участие в космическом полете в качестве командира космического корабля или члена космического экипажа. Попытки дать определение понятию астронавта были предприняты представителем Аргентины на VI сессии Юридического подкомитета Комитета ООН по космосу в 1967 году. Под астронавтом было предложено считать «гражданского исследователя, осуществляющего в качестве представителя человечества деятельность по исследованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, исключительно в мирных целях». Это определение не соответствует современному понятию термина «космонавт», т.е. ограничивает круг лиц, принимающих непосредственное участие в космическом полете, гражданскими лицами. Но ведь первые кандидаты в космонавты отбирались из числа военных летчиков в СССР и летчиков-испытателей в США (учитывая их всестороннюю подготовку). Позднее, в экипажи пилотируемых космических объектов стали включаться специалисты и ученые, а в современных условиях – меценаты космических исследований. Таким образом, согласно ст. IV Договора по космосу, сделанный выше вывод о понятии «космонавт» наиболее точный.

В свою очередь, экипаж орбитальной космической станции можно было бы определить как находящийся на ней коллектив космонавтов, включающий командира, других лиц командного состава и членов экипажа (летный состав, ученые, технические специалисты, обслуживающий персонал), который, являясь управляющим звеном станции, обеспечивает ее эффективное использование в соответствии с полетным заданием и с учетом основных принципов и норм международного космического права.⁰ Определяющее значение для правового статуса экипажей и других пилотируемых космических объектов имеет положение ст. VIII Договора по космосу относительно сохранения прав по юрисдикции и контролю над объектами и любыми их экипажами на весь период их нахождения в космосе за государствами регистрации таких объектов. Употребление в ст. VIII Договора по космосу выражения «любой экипаж» дает также основание для вывода о том, что права государства регистрации космического объекта по юрисдикции и контролю распространяются, по общему правилу, на всех лиц, находящихся на станции, независимо от технических характеристик, круга решаемых задач, категории должностного положения этих лиц, их национальности, а также других факторов. В числе находящихся на станции лиц могут быть государственные служащие (гражданские или военные), граждане государств регистрации и граждане других государств, космонавты, входящие в состав основного экипажа станции, предусмотренного программой полета, и пассажиры, доставленные на нее, в случае использования станции в качестве транзитного пункта, а также потерпевшие аварию космонавты других государств, получившие укрытие на станции.

Таким образом, правовое положение экипажей орбитальных станций и других пилотируемых космических объектов нуждается не только в международном, но и в государственно-правовом регулировании. В литературе по космическому праву постоянно подчеркивается необходимость решения таких вопросов, как правовой статус персонала и пассажиров космических объектов, нормы по охране труда, здоровья и социального обеспечения космонавтов, ответственность за совершение незаконных действий во время пребывания в космосе и т.п.

У государств, запускающих такие объекты, имеются отдельные положения, регулирующие деятельность экипажей (например, определение распорядка повседневных работ и всей жизни на станции или корабле, должностных прав и обязанностей, взаимоотношений между членами экипажей в процессе выполнения полетного задания, полномочия командира и т.п. Осуществление длительных пилотируемых полетов ставит вопрос о принятии в национальном законодательстве специальных нормативных актов, определяющих правовое положение экипажей орбитальных станций, как это установлено в отношении экипажей воздушных и морских судов.

Управление экипажем и контроль за его работой, а также за всеми событиями, происходящими на орбитальной станции, осуществляется с помощью средств космической связи и через командира, который выступает высшим должностным лицом на станции, осуществляющим властные полномочия в отношении членов экипажа и любых других лиц, находящихся на станции. Поэтому дисциплинарная власть командира станции или космического корабля в том же объеме, как у капитана морского судна и командира экипажа самолета. Командир каждой станции, как полномочный орган государства регистрации, как и капитан морского судна, наделяется правом непосредственно разрешать ряд вопросов на станции (разрешение споров, составление и удостоверение юридических документов и т.п.) в пределах своей компетенции. В тех же случаях, если на орбитальной станции или космическом корабле произойдет нарушение порядка, представляющее угрозу для станции и находящихся на ней лиц, командир имеет право принять все необходимые меры для пресечения таких нарушений, а в необходимых случаях – применить санкции вплоть до принудительной изоляции или ареста нарушителей. Так, в США в связи с подготовкой к полетам космического корабля многоразового использования «Спейс Шаттл» в 1980 году была опубликована инструкция Национального управления по аэронавтике и исследованию космического пространства (НАСА), в соответствии с которой на командира космической транспортной системы возлагалась ответственность за поддержание порядка и дисциплины, обеспечение безопасности всего персонала на борту «Спейс Шаттл», а также за сохранность самого корабля и всех его элементов. С этой целью командиру было разрешено использовать все необходимые средства, включая применение физической силы, в отношении как граждан США, так и граждан других государств, находящихся на борту корабля. Инструкция устанавливает также подчиненность командира руководителю полета в центре управления полетами, определяет состав экипажа, порядок замещения должности командира при чрезвычайных обстоятельствах, а также этапы полета, во время которых командир осуществляет свои функции. В инструкции имеется ссылка на уголовное законодательство США, согласно которому нарушение положений этой инструкции или невыполнение приказов командира влечет за собой штраф до 5 тыс. долларов или тюремное заключение сроком до одного года.

Необходимость предоставления командиру орбитальной станции широких полномочий возникла из стремления государств обеспечить эффективное и безопасное ее функционирование, правопорядок на борту, а также гарантировать безопасность находящихся на ней людей и имущества. Ведь именно командир несет персональную ответственность за выполнение полетного задания в целом, за обеспечение безопасного функционирования станции, своевременное и эффективное проведение на ней работ, выполнение установленного распорядка, за действия находящихся на станции лиц и т.д.

Что касается прав и обязанностей каждого из членов экипажа в отношении управления станцией, работы ее аппаратуры и оборудования, проводимых за пределами станции операций, то объем и специфика их зависят от назначения и особенностей функционирования станции. Экипаж корабля может включать от двух до семи человек: командира, пилота, специалистов по операциям на орбите и по полезной нагрузке. Обязанности их распределяются следующим образом. Командир несет ответственность за выполнение полетного задания в соответствии с установленными инструкциями и указаниями центра управления полетом, а также за безопасность всего экипажа. Он наделен полномочиями вносить изменения в программу полета, проводимые операции и обязанности отдельных членов экипажа, если это необходимо для обеспечения безопасности экипажа и нормального функционирования корабля. В то же время при полете на околоземной орбите командир, за исключением тех случаев, когда это может угрожать безопасности экипажа и корабля, выполняет указания специалиста по операциям на орбите в отношении расходуемых ресурсов, использования бортовых систем и изменений программ полета.

На пилота возлагается обязанность помогать командиру в полете, а в некоторых случаях, например при двухсменной работе, заменять его.

Специалист по операциям на орбите должен контролировать полезную нагрузку с точки зрения ее соответствия требованиям летных характеристик корабля и его бортовых систем, а также безопасности экипажа и корабля. На все время проведения операций на орбите этот член экипажа распоряжается бортовыми ресурсами и руководит действиями экипажа. Важный элемент его правового положения – ответственность перед владельцами за полезную нагрузку (научные приборы, оборудование и т.п.), и если те предоставят ему такое право, принятие компромиссных решений в случае «конфликта» между различными полезными нагрузками и внесение изменений в полетное задание при возникновении неисправности или других обстоятельств. Такое право владельцы могут предоставить и специалисту по полезной нагрузке. Эффективное использование орбитальных станций, равно как и других объектов с экипажами на борту, зависит от добросовестного исполнения членами экипажа своих обязанностей.

Необходимо отметить, что космонавты не являются субъектами международного космического права, то его нормы не могут непосредственно регулировать поведение человека в космическом пространстве. Права и обязанности, зафиксированные в международных соглашениях по космосу, возлагаются на субъектов космического права, т.е. в первую очередь на государства. Государства же несут ответственность за деятельность по исследованию и использованию космического пространства независимо от того, кем она осуществляется – самим государством, его неправительственными юридическими лицами или гражданами. Одновременно государство должно обеспечивать, чтобы деятельность космонавта соответствовала его правам и обязанностям по международным соглашениям по космосу. Какими мерами и средствами государство добивается такого соответствия – это его внутреннее дело.⁰

Широкое развитие международного сотрудничества в области исследования и использования космического пространства в мирных целях сделало реальностью международные космические полеты. Первый опыт совместной работы на орбите космонавтов разных стран был приобретен в июле 1975 г. в ходе выполнения советско-американского проекта «Союз-Аполлон». Стороны договорились, что при переходе космонавтов из одного корабля в другой, в соответствии с заранее установленным расписанием работ, руководить действиями экипажа на борту соответствующего корабля будет командир и наземный центр управления той страны, которой принадлежит данный корабль. Технические директора проекта и руководители центров управления подробно согласовали и утвердили полетную документацию, предусматривающую действия кораблей и экипажа во всех штатных и нештатных ситуациях.

Ответственность за принятие решений при нештатных ситуациях была возложена на центр управления и командира «принимающей стороны», т.е. корабля, в котором возникла подобная ситуация во время нахождения в нем космонавтов другой стороны. Право принятия немедленного решения при отсутствии связи с наземным персоналом было предоставлено командиру принимающего корабля.

С точки зрения прогрессивного развития международного космического права особый интерес представляет Межправительственное соглашение по Международной космической станции (МКС). Его подписание состоялось 29 января 1998 г. в Вашингтоне. Участники – Россия, США, государства – члены Европейского космического агентства (ЕКА), Япония и Канада. На его подготовку ушло почти пять лет.⁰ В результате длительных переговоров делегаций государств-партнеров по МКС сложилась следующая, не имеющая в настоящее время аналогов, система правовых норм, регулирующих деятельность по созданию и обслуживанию станции как в космосе, так и на Земле. Данная система образована как бы тремя уровнями правовых норм, вошедших в соглашения межгосударственного и межведомственного характера.

Третьим уровнем правового регулирования деятельности на МКС является так называемый «Кодекс поведения космонавтов», призванный регламентировать права и обязанности международного экипажа станции. Данный вопрос является одним из наиболее сложных и противоречивых, поскольку международный характер станции исключает возможность распространения на нее в целом юрисдикции какого-либо одного государства. Отсюда – необходимость в регламентации правоотношений на МКС многонационального характера. Особые условия космического полета требуют, с одной стороны, жесткого единоначалия и беспрекословного подчинения приказам командира, особенно в чрезвычайных ситуациях. С другой стороны, встает вопрос о пределах властных полномочий командира экипажа, степени его ответственности за принятие решения и даже о возможных мерах принуждения, которые командир может применить к членам экипажа, отказавшимся выполнять его приказы.

Так как деятельность в космическом пространстве существенно отличается от деятельности в любой другой сфере, то в обязательном порядке должны иметь место правовые аспекты обеспечения безопасности космических экипажей. Данному обеспечению безопасности полетов космических пилотируемых объектов способствует решение ряда важных вопросов. К таковым относятся: загрязнения и заражения космического пространства и небесных тел, что при определенных условиях может реально угрожать жизни и здоровью космических экипажей; обеспечение нормального функционирования связи с космическими экипажами, в особенности в аварийных ситуациях; выделение специальных зон безопасности в космическом пространстве; запрещение вмешательства в деятельность космических объектов иностранных государств; взаимопомощь и спасание космонавтов в аварийных ситуациях.

Рассмотрение вопросов, связанных с обеспечением безопасности пилотируемых полетов в космос, показывает, что проблема имеет два аспекта – национальный и международный.

Порядок подготовки полета на всех его этапах, несомненно, относится к внутренней компетенции государства, даже если в полете принимают участие космонавты – граждане других стран. Соответствующие вопросы регулируются национальными законами и другими правовыми актами этого государства. В случае необходимости эти страны могут заключать между собой двусторонние соглашения, регулирующие их взаимоотношения, связанные с полетами, в которых принимают участие иностранные граждане.

В силу глобального характера космической деятельности весьма важен и международный аспект рассматриваемой проблемы. Если говорить о безопасности космических экипажей, то возникающие в ходе осуществления полета отношения между государствами (передача информации, поиск, оказание помощи и спасание экипажей в космическом пространстве и т.д.) должны регламентироваться международно-правовыми средствами. Международный аспект проблемы выдвигает на первое место вопросы создания благоприятных условий и максимально безопасной обстановки, в которых действуют космические объекты и их экипажи. Особая роль в выполнении этой задачи принадлежит международному сотрудничеству «как в научных, так и в юридических аспектах исследования и использования космического пространства в мирных целях» (преамбула Договора по космосу).

Особое значение для пилотируемых полетов имеет нормальное устойчивое функционирование радиосвязи. В случаях бедствия или любых аварийных ситуациях значение связи с Землей, а также непосредственно между космическими экипажами еще больше возрастает. О значении радиосвязи для космоса говорит и тот факт, что в принятую в 1982 г. Международную конвенцию электросвязи включена ст. 25, в соответствии с которой «международные службы электросвязи должны предоставлять абсолютный приоритет всем сообщениям электросвязи, касающимся безопасности человеческой жизни на море, на Земле, в воздухе и в космическом пространстве».

Наиболее конкретно проблема безопасности космонавтов решается в Соглашении о спасании космонавтов 1968 года. Большинство членов Комитета ООН по космосу были заинтересованы в принятии как можно скорее Конвенции о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами. Завершение работы над Соглашением о спасении космонавтов позволяло ускорить принятие Конвенции об ответственности. Важным положением Соглашения о спасении является то, что экипаж космического корабля во время нахождения в космическом пространстве, в том числе и на небесном теле, остается под юрисдикцией и контролем государства, в регистр которого занесен этот корабль. Следует отметить, что это положение учитывалось и при разработке межправительственного Соглашения по Международной космической станции.

Однако в годы, когда вырабатывались Договор по космосу и Соглашение о спасании, интенсивность полетов в космос, особенно пилотируемых объектов, не была такой высокой. Не было и длительных полетов космических объектов с человеком на борту. Поэтому положения Договора по космосу носят общий характер, а Соглашение 1968 г. в основном решает проблемы оказания помощи экипажам космических кораблей в аварийных ситуациях уже после возвращения на Землю. Смысл и содержание статей названных соглашений дают достаточные основания считать, что обеспечение безопасности полетов космических экипажей и оказание им всей возможной помощи на всех этапах космического полета – от старта до приземления – является обязанностью государств - участников этих соглашений. Об этом свидетельствую ст. V, VII и IX Договора по космосу, ст. 1-4 Соглашения о спасании космонавтов 1968 г. Наличие такой обязанности косвенно подтверждают и отдельные положения других международных соглашений, например ст. 5, 7, 10 и 13 Соглашения о деятельности государств на Луне и других небесных телах 1979 года. Например, в ст.V Договора по космосу речь идет об обязанности всех государств – участников «незамедлительно» информировать другие государства или Генерального Секретаря ООН «об установленных ими явлениях в космическом пространстве, включая Луну и другие небесные тела, которые могли бы представить опасность для жизни и здоровья космонавтов». К таким явлениям следует отнести, к примеру, солнечные вспышки и в результате резкое изменение радиационной обстановки в космосе. Своевременно переданная информация о подобного рода явлениях может обеспечить принятие необходимых мер безопасности.

В монографической литературе отмечается, что обязанность по оказанию взаимопомощи в космосе сходна с возлагаемой международными соглашениями на капитана морского судна и пилота самолета обязанностью участвовать в операциях по спасанию людей на море и в воздухе. Однако оказание помощи терпящим бедствие космическим кораблям и их экипажам, подчеркивает, например Г.П.Жуков, неизмеримо сложнее и рискованнее ввиду большей ограниченности передвижения и маневрирования в космосе. Именно поэтому в ст. V Договора по космосу говорится об оказании космонавтами лишь возможной помощи друг другу.⁰

Одним из важных принципов международного космического права является принцип возвращения космонавтов и космических объектов запустившему их государству (либо государству регистрации). Этот принцип, впервые сформулированный в резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН, был затем зафиксирован в Договоре по космосу. Статья V этого Договора, рассматривающей космонавтов как «посланцев человечества в космос», которым будет оказываться «всемерная помощь в случае аварии, бедствия или вынужденной посадки» на территории другого государства – участника Договора или в открытом море, предусмотрено, что «космонавты, которые совершат такую вынужденную посадку, должны быть в безопасности и незамедлительно возвращены государству, в регистр которого занесен их космический корабль». Указанные положения Договора по космосу были развиты и конкретизированы в Соглашении о спасании космонавтов, возвращении космонавтов и возвращении объектов, запущенных в космическое пространство, 1968 года. Именно в Соглашении 1968 года подробно регламентируются вопросы спасания и возвращения пилотируемых космических объектов, совершивших посадку на иностранной территории. При этом, главное внимание в обоих документах уделено оказанию всемерной помощи космонавтам, оказавшимся в бедственном положении, и их незамедлительному возвращению.

Статья 1 Соглашения содержит перечень аварийных ситуаций, которые могут угрожать экипажу корабля: авария, состояние бедствия, совершение вынужденной или непреднамеренной посадки на территории другого государства, в открытом море или любом другом месте, не находящемся под юрисдикцией какого-либо государства. Эта же статья устанавливает обязанность участника соглашения информировать власти, осуществившие запуск, о том, что экипаж космического корабля приземлился на его территории. При этом, формулировки «немедленно», «с помощью всех имеющихся в его распоряжении средств связи» повторяются в этой статье несколько раз. В случае если договаривающееся государство не может опознать космический экипаж и информировать власти, осуществившие запуск, оно обязано немедленно сообщить о случившемся «для всеобщего сведения». Эти положения направлены на обеспечение принятия самых срочных мер в случаях аварийного приземления космонавтов. По-особому в Соглашении решается вопрос об оказании помощи экипажу космического корабля, если он «опустился в открытом море или в другом месте, не находящемся под юрисдикцией какого-либо государства…» (ст. 3). В такой ситуации соглашением предусматривается помощь государств, «которые в состоянии сделать это…». Власти, осуществившие запуск, и Генеральный секретарь ООН должны информироваться о принимаемых мерах и о достигнутых результатах.

Конечно, обнаружение, поиск и оказание помощи пилотируемому космическому объекту, опустившемуся в открытом море или в каких-то отдаленных районах (например, в Антарктиде), не находящихся под юрисдикцией определенного государства, несравненно сложнее, чем на территории государства. Поэтому требования, предъявляемые к государствам в этих случаях, менее категоричны по сравнению с теми, которые установлены в случаях приземления объектов на их территории.

Вопрос о возвращении экипажа космического объекта возникает немедленно после завершения операций по поиску и оказанию помощи приземлившемуся на чужой территории космическому кораблю и его экипажу.

Статья 4 Соглашения устанавливает юридическое обязательство возвращать персонал космического объекта властям, осуществившим запуск, независимо от того, где произошла авария, бедствие, вынужденная или непреднамеренная посадка. Таким образом, даже если космонавт – член международного экипажа совершил аварийную посадку на территории своей страны, он при отсутствии договоренности об ином, должен быть возвращен в составе всего экипажа государству регистрации космического объекта.

Для эффективного выполнения операций по возвращению аварийно приземлившихся космонавтов необходима их быстрая идентификация. В этой связи желательно, чтобы государство, осуществившее запуск корабля, снабжало космонавтов свидетельствами, удостоверяющими на нескольких языках их личность и государственную принадлежность корабля. Определенное значение в этом смысле имеют также опознавательные знаки и надписи на скафандрах и полетных костюмах космонавтов. Государство, на территории которого произошла вынужденная посадка и которое обнаружило и спасло экипаж, не вправе задерживать космонавтов на своей территории или каким-либо другим образом препятствовать их возвращению на родину. Единственной причиной, которая может воспрепятствовать немедленному возвращению космонавтов, могут быть случаи совершения космонавтами преступлений или нанесения серьезного вреда государству приземления.