Informatsionnaya_voyna_i_geopolitika

ных коалиций, работающих над укреплением региональной стабильности и оказанием гуманитарной помощи.

4 В-четвертых, мы хотели бы видеть в России надежного поставщика энергоресурсов на мировые рынки на коммерческих условиях.

5 В-пятых, нам нужен партнер для реализации президентской концепции освоения космического пространства и раздвижения технологических границ.

6 И в-шестых, мы бы хотели видеть Россию страной с укрепившейся демократией и свободным рынком.

От автора. По сути, России предлагается роль не равноправного, а младшего партнера, который был бы интегрирован в существующие американские модели. По нашему мнению, необходимо равноправное партнерство России и США, основанное на взаимных интересах, а не только на национальных интересах США. России целесообразно выстроить свое видение российско-американских отношений, основанное на обеспечении национальных интересов России.

3. Четыре года назад наш президент обнаружил в президенте Путине надежного партнера в построении таких новых отношений. ...Но я готов утверждать, вопреки большинству текущих комментариев в Америке и России по поводу наших отношений, что общая тенденция за последние 4 года была позитивной. Успех приходил в разных формах. Обе стороны сумели сохранить отношения в условиях, когда многие ожидали серьезных трений, — при выходе США из договора по ПРО, расширении НАТО, развертывании войск США в Центральной Азии.

Реальный прогресс был достигнут при подписании Московского договора по сокращению развернутых стратегических ядерных вооружений. В последние 2—3 года у нас сближается видение подходов к таким вопросам, как военные ядерные программы Ирана и Северной Кореи. Мы вместе работаем в рамках инициативы по безопасности в борьбе с распространением (ИБОР), мы форсируем сотрудничество по усилению защиты российских ядер-

ных объектов, гораздо более широким становится взаимодействие наших служб безопасности и военных в борьбе с терроризмом. Наконец, за последние 2—3 года мы достигли прогресса в становлении Совета Россия — НАТО и теперь ищем пути улучшения оперативной совместимости войск России и НАТО в миротворческих операциях и борьбе с терроризмом по всему миру.

От автора. России необходимо ставить вопрос и об усилении защиты американских ядерных объектов. Меры российского участия на ядерных объектах США должны быть аналогичными американским.

4.При всем том многое еще необходимо сделать для установления того широкого партнерства, которое мы поставили себе в качестве цели 4 года назад. Сотрудничество

âобласти энергетики оставляет еще желать много лучшего, несмотря на энергодиалог, который мы начали 3 года назад. Поддержка Соединенными Штатами демократиче- ских завоеваний на российских границах, на мой взгляд, ошибочно воспринимается многими людьми в России как попытка ослабить Россию. И это мешает такому сотрудни- честву наших стран, которое отвечало бы интересам США, России и, что еще важнее, самих стран на российской периферии.

5.Наконец, ясно также, что внутриполитические события в России, особенно сосредоточение власти в Кремле, ослабление ответственности перед российским народом, вызывают серьезную тревогу в США по поводу приверженности России тем демократическим ценностям, которые, на наш взгляд, необходимы для прочного партнерства между нашими странами. Ясно, что в последний

год развитие событий в самой России и ее поведение на своих границах ухудшили имидж России в США. Одновременно и в самой России внутренние дебаты о Соединенных Штатах сопровождались усилением подозрений и, я бы сказал, недопониманием мотивов и (содержания) политики США по всему миру. Как следствие этого в

настоящий момент общественность в обеих наших странах сфокусирована больше на проблемах, чем на благо-

приятных возможностях в американо-российских отношениях.

6. Как же нам в этих условиях двигаться к тому широкому партнерству, которое остается нашей целью? Три соображения на этот счет.

À. Во-первых, надо помнить, что построение такого партнерства — это долгосрочное обязательство. Эта концепция и реальная политика рассчитаны не только на нынешнее, но и на будущие поколения российских лидеров и граждан. Что касается общественной поддержки, ее необходимо мобилизовать путем демонстрации скептикам в обеих странах, что в американо-российских отношениях присутствует существенное наполнение, субстанция, приносящая реальные выгоды уже сейчас.

От автора. Томас предлагает диалог, и автор согласен с этим. Целесообразна публичная дискуссия российских и американских экспертов по проблемам российскоамериканских отношений с ее одновременной прямой трансляцией по телеканалам России и США.

Отчасти именно этой целью объяснялись инициативы, выдвинутые нашими президентами в Братиславе ранее в нынешнем году. Они касаются безопасности ядерных материалов, борьбы с терроризмом, энергетики, торговли и инвестиций, космоса, гуманитарной помощи, борьбы со СПИДом, программ обменов. Вместе с российскими коллегами мы выбрали эти инициативы, потому что они явно отвечают интересам каждой страны. Еще важнее, на наш взгляд, что каждая из стран может сделать реальный вклад в их реализацию на общее благо — настолько, насколько возможно это равноправное сотрудничество. Нам представлялось также, что эти инициативы достаточно важны для того, чтобы привлечь внимание общественности в обеих странах и начать демонстрировать, что в двусторонних отношениях присутствует реальное наполнение.

После Братиславы мы достигли существенного прогресса в реализации этих инициатив. В сфере ядерной

безопасности согласован перечень российских ядерных

объектов, системы защиты которых будут модернизироваться в ускоренном режиме. Мы многое успели сделать, и, самое главное, мы видим, что и сами россияне теперь уделяют гораздо больше внимания, финансовых ресурсов и энергии для успеха этих усилий.

Мы определили приоритеты в графике возвращения свежего и отработавшего высокообогащенного урана ñ

созданных по американским и российским проектам исследовательских реакторов в третьих странах. Недавний пример — возвращение урана из Чехии в Россию.

В области борьбы с терроризмом мы договорились обмениваться информацией по ПЗРК, обмениваемся конкретной информацией по борьбе с самодельными взрывными устройствами, от которых страдают наши войска в Ираке и российские в Чечне, продолжаем обмениваться данными, помогающими пресекать каналы финансирования террористов по всему миру.

Мы продолжаем работать над двусторонним соглашением об условиях вступления России в ВТО, настаивая при этом на принятии Россией активных мер по обеспечению соблюдения прав интеллектуальной собственности.

Все более многообещающим становится и наше энергетическое сотрудничество. Ряд конкретных сделок близки к реализации. Объявляются новые договоренности. Совсем недавно «Газпром» огласил «короткий список» компаний, которые смогут претендовать на участие в консорциуме по разработке гигантского Штокмановского месторождения в Баренцевом море. Этот проект может привести к поставкам российского сжиженного природного газа в США к концу текущего десятилетия.

Наконец, американо-российские государственные и неправительственные партнеры работают совместно для привлечения внимания к проблеме ВИЧ/СПИД в самой России и выработки рекомендаций, пригодных для использования в третьих странах.

Ясно, что можно сделать и гораздо больше. Но в последние месяцы мы видим новый импульс, позитивный импульс в американо-российских отношениях на ряде ключевых направлений. Такое взаимодействие необходи-

мо для укрепления доверия, без которого не обойтись в подходе к более щекотливым вопросам.

Б. С этим связана моя вторая мысль — о соседях России. Об этом много говорят и пишут и в России, и в США, особенно после «розовой» революции в Грузии два года назад. Наша позиция ясна: мы поддерживаем

территориальную целостность и независимость стран, находящихся на периферии России, как поддерживаем территориальную целостность и независимость стран по всему миру. Мы убеждены, что продвижение демократии и принципов свободного рынка жизненно важно для безопасности этих государств. Как и повсюду, там, по нашему убеждению, это лучшая страховка от экстремистской идеологии и террористических сил.

Мы уверены, что России хорошо иметь демократи- ческие и процветающие страны на своих границах. Это только способствует интеграции России в международные структуры в области безопасности и экономики. Поэтому мы будем продолжать работать вместе со странами Восточной Европы, Кавказа и Центральной Азии для продвижения этих интересов — как на многосторонней, так и на двусторонней основе.

От автора. А мы не уверены в этом. России необходимо самой определять, какие страны должны быть у ее границ: дружественные или недружественные.

Но нам необходимо также давать ясно понять, что

эти усилия не продиктованы стремлением повредить отношениям России с этими странами и не преследуют такой цели. По множеству исторических, культурных, политических и иных причин эти страны будут занимать особое место в российском мировоззрении и приоритетах. России нужны хорошие отношения с этими странами, и всем им будет лучше, если у них будут хорошие отношения с Россией. Собственно говоря, трудно себе представить появление на российской периферии устой- чивых структур в области безопасности и экономики без активного участия России.

Задача для нас в продвижении вперед — постараться скомбинировать интересы стран региона, российские интересы других внешних держав так, чтобы это привело к формированию таких устойчивых структур. При этом необходимо учитывать конкретные характеристики и нарождающиеся тенденции в таких местах, как Восточ- ная Европа, Кавказ и Центральная Азия. Подходы по принципу «игры с нулевым результатом» не отвечают условиям задачи. Необходим более творческий подход. И мы, выстраивая свои отношения со странами на российской периферии, готовы усесться за один стол с нашими коллегами из России и стран региона и продумать, как нам развивать подобные структуры. Последние сигналы со стороны самих россиян говорят о том, что они сами приветствуют такой диалог. Так что начнем это делать.

Еще одно последнее замечание на этот счет. Кое-кто в России, кажется, считает, что продвижение демократии

на границах вашей страны — следствие некоего американского заговора, направленного на ослабление России и вытеснение ее из данных регионов. Мне кажется, это следствие серьезного недопонимания ситуации.

В Грузии, Украине, Киргизии и других местах мы на самом деле наблюдаем медленное выдвижение вперед первого по-настоящему постсоветского поколения. Оно приспособлено к контактам с внешним миром, бывало за рубежом, собственными глазами видело успехи демократии и свободных рынков и хочет повторить эти успехи у себя дома. Так что дело не в американской поддержке, а

в естественной эволюции этих постсоветских государств. Этому не надо противиться, это надо приветст-

вовать.

От автора. К сожалению, экспорт американской демократии у границ нашей страны четко направлен на геополитическое ослабление России. В Грузии, Украине, Молдавии, Киргизии под пропагандистский шум «об успехах демократии и свободы» США пытаются создать антироссийские режимы. Этому надо жестко противодействовать.

В. И вот еще о демократии напоследок. Наш президент дал ясно понять, что для безопасности США жизненно важно продвижение свободы и демократии. Общие

ценности демократии и свободы — непременная основа для прочного американо-российского партнерства. Вопросы демократии и свободы будут неизбежно привлекать все большее внимание в ходе подготовки президента Путина к приему участников саммита лидеров «большой восьмерки» в Санкт-Петербурге летом будущего года и по мере приближения России к избирательному циклу 2007—2008 годов.

По этим причинам мы привлекаем внимание к последним внутриполитическим событиям в России. Сосредоточение власти в Кремле, сужение рамок публичных политических дебатов, уменьшение отчетности властей перед народом — все это лишает Кремль информации, гибкости и творческих возможностей, которые понадобятся ему, чтобы отвечать на вызовы XXI века и оставаться сильным, самостоятельным, уверенным в себе и надежным партнером для США. Эти события подрывают также публичную поддержку и доверие, которые нам необходимы для полной реализации потенциала американороссийского партнерства.

Большой вопрос для нас — как поощрять укрепление демократии в России. Скажу для начала, что мы стремимся к устойчивому прогрессу, а не к моментальному рождению идеала. Мы понимаем, что совершенствование демократии — постоянная задача, которая никогда не бывает полностью выполнена. Мы отдаем себе отчет в том, что со времени распада СССР достигнут большой прогресс. Нас тревожат последние события не потому, что мы опасаемся возврата к советскому прошлому, а потому, что не хотим новых задержек на пути к демократии. Россия ведь двигалась в этом направлении еще в начале XX века, до того, как большевистский переворот пресек это многообещающее движение.

Кроме того, как подчеркивал наш президент, ìû ïîíè-

маем, что хотя принципы демократии, возможно, универсальны, их конкретное воплощение существенно варьируется между разными странами в зависимости от

истории, культуры, традиций и иных факторов. Но в конечном счете все мы стремимся к одним и тем же международным стандартам.

От автора. Сначала надо определиться со стандартами демократии. Например, США сами не выполняют международные стандарты демократии (во всех цивилизованных странах мира выборы президента — прямые, и только в США — не прямые), а пытаются учить демократии другие страны.

Чтобы содействовать укреплению демократии в России, нам, на мой взгляд, необходимо помнить, что из-за нашей собственной прошлой причастности к развитию России в 1990-х годах — в период, который большинство россиян считает временем кризиса и упадка, — у нас есть проблема нехватки доверия со стороны многих россиян, когда мы говорим о демократии, критикуем развитие внутриполитической ситуации в России, особенно теперь, в момент быстрого экономического роста в вашей стране. ×òî-

бы вернуть доверие к себе, мы должны показать, что понимаем, какие сложные вызовы стоят перед россиянами.

Мы должны ясно показывать, что наша поддержка власти закона (эти вопросы поставило «дело ЮКОСа») не означа- ет, что мы поддерживаем те проявления социально-эконо- мической несправедливости, которые стали результатом порочного и зачастую коррумпированного процесса приватизации в 1990-х годах. Не оправдываем мы и зачастую коррумпирующую роль колоссальной аккумуляции капиталов в российской политической системе. Свобода прессы касается независимости редакций и плюрализма мнений, а не поддержки одной группы олигархов против другой.

Что касается Чечни, мы должны ясно показывать, что

наша законная обеспокоенность серьезными нарушениями прав человека со стороны федеральных и промосковских чеченских сил отнюдь не умаляет нашей приверженности сотрудничеству с Россией в борьбе с терроризмом и понимания чудовищных страданий, при- чиняемых террористами российскому народу, в том числе только что в Нальчике.

От автора. Аналогичные претензии мы должны предъявить США по поводу нарушения прав человека внутри США, что так ярко проявилось в ходе устранения последствий урагана «Катрина».

России придется заниматься всеми аспектами установления подлинно демократического общества. Это колоссальная задача. И мы не обязательно будем соглашаться со всеми политическими решениями, которые будут приниматься, и не будем навязывать наше мнение России. Но мы действительно можем предлагать нашим

российским коллегам четко излагать нам их собственную стратегию укрепления демократии. Мы можем их выслушивать, оценивать, а затем смотреть, реализуется ли стратегия на практике.

От автора. Согласен. Мы должны вести диалог. Но Россия также не должна обязательно соглашаться со всеми политическими решениями США (внутренними и внешними), которые будут приниматься, и Россия должна постоянно доводить свое мнение США.

Обсуждая эти вопросы, мы должны и дальше проводить политику, направленную на вступление России в организации, основанные на соблюдении правил и норм, включая ВТО. Поддерживать гражданское общество в России и расширять контакты между нашими обществами, особенно молодежью. Это, наверное, в конечном сче- те лучший и наиболее эффективный способ насаждения ценностей демократии и свободного рынка. Я считаю, таков конструктивный подход к нашим тревогам по поводу демократии в России.

За последние четыре года мы многое сделали, но ясно, что и в следующие четыре надо сделать немало, чтобы реализовать полный потенциал американо-российского партнерства. Каждой стране необходимо подходить к этому процессу без иллюзий, с полным пониманием того, какая упорная работа потребуется, чтобы преодолеть еще сохраняющиеся недоверие и подозрения, неизбежные после многих десятилетий враждебных отношений, разоча-

рований 1990-х годов и неопределенностей последних че- тырех лет.

С нашей стороны мы будем предлагать России сотрудничество там, где наши интересы совпадают, и постараемся свести к минимуму разногласия там, где такого совпадения нет. Мы будем продолжать работать совместно с нашими российскими единомышленниками в правительстве и вне его для продвижения и развития демократии в России. Мы считаем, что это жизненно важно для нашего партнерства. И мы будем давать ясно понять, что в любых обстоятельствах США готовы защищать своих друзей, союзников, свои ценности и интересы. Этого подхода наша администрация придерживалась последние 4 года. Я бы сказал, что он сулит наилучшие шансы на реализацию многообещающего партнерства США и России.

От автора. Томас предложил политической элите России экспертный диалог. И это очень хорошо, так как это умный и профессиональный эксперт, с которым политиче- ская элита России должна вести диалог. Осталось только добавить — диалог равноправный и взаимовыгодный.

* * *

После Т. Грэма хотелось бы высказать и свои тезисы о российско-американском партнерстве.

Высшим этапом российско-американских взаимоотношений было их боевое сотрудничество в годы Второй мировой войны. Во главе наших великих стран были два великих лидера — Ф. Рузвельт и И. Сталин.

В 1942 году президент Ф. Рузвельт в послании конгрессу США писал: «Мужественное сопротивление русского народа является огромной помощью всем народам, сопротивляющимся нацистской военной машине. Это сопротивление полностью нарушило нацистские планы и развеяло миф о непобедимости нацистов».

Под Сталинградом и Курском наступил перелом в великой битве с фашизмом, а в мае 1945 знамя Победы уже реяло над рейхстагом.