Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Философия хозяйства Булгакова РЕФЕРАТ

.docx
Скачиваний:
83
Добавлен:
27.03.2016
Размер:
28.03 Кб
Скачать

Введение

Творчество выдающегося русского религиозного философа и богослова Сергея Николаевича Булгакова очень непросто для понимания. Это был мыслитель, руководствовавшийся прежде всего религиозной интуицией, зачастую не доводя своих идей до полной ясности. Его взгляды и направление творческого поиска не раз претерпевали изменение. В наш политизированный век Булгакова обычно «раздергивают на цитаты», стараясь заполучить его в свой лагерь, забывая, что, тем не менее, его напряженные духовные искания имели свою внутреннюю логику. Мы попытаемся, пусть пунктиром, обозначить основную траекторию булгаковской мысли и показать, что все его «периоды» объединяет одна постоянно владевшая им идея.

По отношению к социальным проблемам христиане обычно занимают две противоположные позиции. Одни считают, что дело нашего спасения совершается в глубинах души, и устроение общества к этому вовсе непричастно. Спастись можно при любом социальном строе, ибо всегда есть возможность и углубленной молитвы и проявления актов милосердия. Разговоры же о влиянии социального строя, лишь обличая земной характер помышлений, являются соблазном, который следует всячески избегать. Другие, наоборот, считают, что социальная сфера совсем небезразлична для нашего спасения. Бог сотворил человека существом социальным, и потому духовное возрастание человека требует преображения социального строя. Церковь не может замкнуться в себе, она должна активно работать над созиданием новых общественных отношений, отвечающих заповеди христианской любви.

Булгаков, без сомнения, исповедывал вторую позицию. Более того, можно утверждать, что он постоянно боролся с первым образом мыслей. Правда, он не бросался на своих оппонентов с обличающими филиппиками. Скорее он старался противопоставить им более продуманную концепцию, глубже осмыслить основы христианской социальности. Но весь его непростой путь свидетельствует, что он никогда не уходил в духовный затвор личного спасения, но будучи и социологом-экономистом, и философом, и богословом всегда исповедывал убеждение, что социальная человеческая деятельность есть богоугодная и благословенная, а потому необходимая сфера жизни человека. Эта мысль – как бы лейтмотив всей булгаковской социологии.

В 1912 г. выходит книга «Философия хозяйства» С.Н. Булгакова. В предисловии к ней философ пишет: «Для автора настоящая работа имеет еще и совершенно особое значение, ибо в ней подводится внутренний итог целой полосы жизни, окрашенной экономическим материализмом».Это очень точное замечание. Действительно, в этой книге Булгаков и подводит итог своему чисто социально-экономическому творчеству и одновременно начинает череду богословских работ.

По сути дела работа Булгакова посвящена критике существующей политической экономии. Многое из этой критики повторяет уже высказанное в «Двух градах», хотя и в более солидном освещении. Автор как бы говорит: все это не то, все это безнадежно материалистично и слишком научно. Нужен новый взгляд на хозяйство, взгляд метафизический, взгляд от Бога. И Булгаков такой взгляд предлагает. Причем речь идет не о философии хозяйства, а скорее о богословии хозяйства. Основной вопрос, на который хочет ответить Булгаков – это вопрос о смысле хозяйства с точки зрения Бога-Демиурга. «Каково место хозяйства в Божьем замысле о мире?» – вот на что претендует «Философия хозяйства» по крайней мере в смысле постановки вопроса.

«Изюминой», самой интересной концепцией «Философии хозяйства» является София. Это «Мировая Душа», которую Булгаков ставит в качестве «единого субъекта хозяйства». Идея Софии стала впоследствии главной темой булгаковского богословия. Но впервые появилась она именно в «Философии хозяйства». Конечно, о Софии говорили и В. Соловьев и П. Флоренский, но идея освятить ею хозяйственную деятельность людей принадлежит Булгакову. Отметим, что в этой концепции Бог предстает перед нами в основном в роли Творца. Нравственный аспект хозяйства в работе нарочито не рассматривается, Бог как нравственная Истина тут затушеван. Этим Булгаков как бы неявно говорит, что рассматривать экономику как прикладную этику – это пройденный этап. Богатство и бедность, справедливость и равенство, и вообще все, вокруг чего всегда кипела социальная борьба, – все это «человеческое, слишком человеческое». Подлинный богослов должен быть не моралистом, а метафизиком, он призван наблюдать грандиозную гармонию сфер в небесном космосе. Сам Булгаков несомненно считал свой поворот с этических позиций на онтологические большим достижением. Но думается, что в дальнейшем эта смена курса сыграла на его мыслительном пути злую шутку.

Симптоматично, что Булгаков обещал написать вторую часть «Философии хозяйства», посвященную разбору этических вопросов. И в своей следующей книге «Свет невечерний» он делает примечание, что этой работой он выполняет указанное обещание. Но на самом деле это не так – нравственных вопросов Булгаков не касается. Наоборот, он замечает: «нравственность имеет силу только для человека в его греховной ограниченности и не имеет абсолютного значения», уже явно выражая «смену вех» с этики на онтологию. Его полностью захватывает богословское творчество. Булгаков увлеченно пишет «Свет невечерний» – «собранье пестрых глав», где главное место занимает осмысление Софии. Хозяйству же посвящена лищь маленькая главка, в которой упоминается, что хозяйство «не имеет эсхатологической перспективы», что оно «принадлежит плоскости этого мира» и потому является «серой магией».

Цель нашего исследования состоит в том, чтобы подвергнуть анализу духовные основания капитализма в их исторической трансформации, выявив соотношение процесса трансформации ценностных основ капитализма с принципами христианской этики. При этом в качестве методологической базы анализа выбрана философия хозяйства Сергея Булгакова - выдающегося русского мыслителя XX столетия. Именно его экономическая теория легла в основу размышлений о путях развития капитализма и трансформации его ценностного ядра, задала проблемное поле исследования. Важно отметить, что веберовская концепция генезиса капитализма рассматривается нами как принципиально верная, что не означает солидарности со всеми концептуализациями Макса Вебера. Веберовская модель происхождения и развития капитализма «прочитывается» через философию хозяйства Сергея Булгакова.

Следуя Максу Веберу, генезис капиталистического духа связан с формированием религиозных норм протестантского мирского аскетизма. Христианская трудовая этика определила появление капитализма. Развивающееся капиталистическое общество оказывается во власти формальной рациональности. В нем целерациональное действие превалирует над всеми остальными типами социального действия. При целерациональном действии критерием рациональности является успех. Однако речь идет не о роскошном потреблении как цели жизни, а о восприятии хозяйственной деятельности как Божественного призвания, вдохновении хозяйственной деятельности религиозной энергией. Развитие формальной рациональности для Макса Вебера является движением всего исторического процесса. Мировая экспансия целерационального действия означает триумф капитализма. В качестве последствий развитие рационализации оборачивается развитием бюрократии. Согласно Максу Веберу, рационализация предполагает, в конечном итоге, распространение бюрократического контроля. Человеческая жизнь подчиняется бюрократической регуляции. Макс Вебер видел угрозу демократии со стороны бюрократии, связывая её с процессом "деперсонализации" индивидов в бюрократических организациях. Он также усматривал угрозу декультурации при тотальном доминировании целерационального действии в общественной жизни. С его точки зрения, последовательная рационализация жизни ведет к отмиранию ее религиозного компонента. «Расколдовывание» мироздания посредством прогрессирующей рационализации приводит к секуляризации и, возможно, к кризису культуры. Целерациональное действие постепенно автономизируется от собственных религиозных истоков, освобождается от религиозных смысловых оснований, порождая секуляризацию, декультурацию, тотальное распространение бюрократического контроля.

Макс Вебер в своем анализе развития капитализма применил идеографический метод Г. Риккерта - метод описания историко-культурных реалий в их неповторимом ценностном своеобразии. Уникальная ценностная детерминация Реформации породила капиталистический дух, вызвавший к жизни экспансию целерационального действия. Постепенно целерациональное действие «выпадает» из христианского религиозно-культурного контекста и провоцирует углубление секуляризации, деперсонализацию в бюрократических механизмах, тенденции декультурации.

На наш взгляд, веберовскую теорию происхождения и развития капитализма возможно «прочесть» через призму философии хозяйства С. Булгакова. Безусловно, философия хозяйства С. Булгакова формировалась под непосредственным влиянием В. Зомбарта, Р. Штаммлера и М. Вебера. Сближаясь с Р. Штаммлером, С. Булгаков обосновывал важность ценностного подхода к анализу экономической жизни, определяющую роль правовых и этических норм в развитии экономики. В работах Вернера Зомбарта С. Булгакову оказались близки идеи влияния религиозно-культурного фактора на пути социального развития. Идейная близость с М. Вебером обусловливается констатацией связи христианской этики и экономической жизни Европы. Однако С. Булгаков творчески использовал идеи западных ученых. Ему удалось осуществить синтез западных теорий с принципами метафизики всеединства, а также с патристическими концептуализациями. Булгаковская философия хозяйства дает православное постижение экономической деятельности, поскольку религия здесь выступает не просто как фактор, влияющий на экономическую жизнь, но как целостная перспектива мировидения, фундаментальная система координат для оценки реальности.

Особенно важно отметить, что С. Булгаков испытал серьезное воздействие концепции хозяйственной деятельности Григория Паламы. В сущности, булгаковскую философию хозяйства возможно рассматривать как творческое развитие паламистского богословско-философского синтеза. Григорий Палама истолковывал человеческое бытие как наиболее совершенное среди всех видов тварного бытия. Человеческое бытие обладает большим совершенством, чем бытие ангельское, что обусловлено наличием у человека телесности, воплощенностью человеческого существования. Способность к хозяйственной деятельности как способность к разумному творчеству является привилегией человеческой жизни и отражает в человеке Божественный образ. Следуя Григорию Паламе, посредством присутствия в человеке Бог становится управителем природы, поскольку человек призван к творческо-попечительской миссии по отношению к тварному миру. Задача человеческой персоны состоит в том, чтобы достичь единства с Богом и тем самым объединить Бога и мир, поскольку бытие человека несет в себе все уровни тварной Вселенной. Григорий Палама видел человеческое бытие как микрокосм и рассматривал природу в качестве продолжения человеческой телесности. Солунский митрополит усматривал в хозяйственном владении землей тесную связь с духовным самодержавием человека - подчинением чувственного начала человеческой природы разумным.

Важно отметить, что для Сергея Булгакова именно христианская трудовая этика сделала из Европы очаг первичной модернизации мира. Развитие промышленности, науки и техники, творческое преобразование человеком природы органически взаимосвязаны с христианской духовностью. Так, христианская (православная) религиозная психология вызвала к жизни русскую промышленность и определила образ русского капитализма. Характерное для всех христианских конфессий восприятие хозяйственной деятельности как экономического творчества, направленного на преобразование природы в союзе с Творцом и отражающего в хозяйственной власти над природой духовное самодержавие личности, превратило Европу в центр модернизационных процессов. При этом С. Булгаков справедливо указывает на близость протестантского внутримирского аскетизма и православного видения экономического творчества как религиозного подвижничества. Взгляд на хозяйственную деятельность как на подвиг духовного творчества, форму религиозного подвижничества, глубоко связанную с общественным служением, исполнением нравственного долга и религиозным аскетизмом, при распространении которого возникают наиболее благоприятные условия для развития производства и экономического прогресса, несомненно, характерен для всех христианских конфессий, является достоянием христианской трудовой этики, хотя и имеет в различных христианских конфессиях свои особенности. Для С. Булгакова дух капитализма является порождением христианского духа Европы.

Если развивать булгаковскую философию хозяйства, то надо указать на то, что образ Бога в человеке обнаруживает призвание стать творческим мостом между природой и Богом. Забвение трансцендентных источников творчества, игнорирование модели творческих отношений «Бог-человек-природа», забвение «божественного полюса» творчества, интерпретация творчества в плоскости биполярной модели «человек-природа», где творческий процесс идентифицируется с рациональным инструментальным действием, направленным на удовлетворение эгоистических намерений, приводит к формированию репрессивно-тиранического разума. Подобно ориентированный разум стремится к манипулированию действительностью в эгоистичeских целях и постепенно подчиняется языческой мифологии экономизма, становится рабом страстных инстинктов, порабощается витальным, деперсонифицируется, приводит личность к распаду. Из духовного самодержца, разумно управляющего своим телом и веществом всего мира, человек превращается в раба природы и собственных страстей. Макс Вебер говорил о христианском рациональном действии как источнике капитализма. Формирование целерационального действия вызвано к жизни христианской антропологией - теорией божественного отражения в человеке посредством таланта свободного рационального созидания. Однако Макс Вебер не демонстрировал мутацию рационального действия, основанного на христианской картине мира, в постхристианское рациональное действие, превращение классического капитализма в капитализм языческо-потребительский, где над реальным сектором экономики выстраивается виртуальный, связанный с возбуждением искусственных потребностей человека. Макс Вебер не показал возможность реорганизации классического капитализма и культуры протестантского индивидуализма в капитализм потребительского общества, современный турбокапитализм, имеющий в качестве духовного стержня массовую культуру нарциссизма, хотя и указал на опасные последствия автономизации целерационального действия от христианских истоков. И тут веберовский подход нуждается в восполнении булгаковским, демонстрирующим возможность ценностных трансформаций духовных оснований капитализма. Искушение духом экономизма может быть преодолено только на пути религиозного восприятия экономической жизни как сотворчества человечества с Богом. Необходимо развитие хозяйства, в котором учитывается реальность трансцендентного как полюса человеческого творчества, в котором человечество осознает свою миссию по установлению общности между Богом и природой. Потребительский же капитализм предстает как путь поиска автономии от Бога посредством языческо-мещанского восприятия мира.

Капитализм, модернизация, развитие научной рациональности, безусловно, могут быть рассмотрены как порождение христианского духа Европы. Отмеченные формы цивилизационного развития гармонично существуют при подчинении духовным основаниям христианства. При «выпадении» из христианского контекста, «отрыве» от христианской духовной оси, поглощении языческой религией консюмеризма цивилизационное развитие способно провоцировать глобальные конфликты, усиление экономического неравенства, экологические катастрофы. Черная магия консюмеризма должна быть осознана как одна из глобальных проблем человечества XXI столетия, как вызов для стран христианского наследия. Преодоление религиозной психологии консюмеризма, несущей отчуждение между людьми, дискриминацию экономически неадаптированных, нежелание видеть образ Божий в ближнем и деятельно соучаствовать в его судьбе, утверждающей взгляд на человека как на животное, замыкающей поиск смысла жизни горизонтом примитивных материальных потребностей, может быть увиденo как первоочередная задача европейского мира. Преодоление консюмеристского отношения к жизни возможно через возвращение к христианскому пониманию хозяйственной деятельности как духовного подвига экономического творчества, способствующего утверждению единства между людьми.

Подведем итоги, взгляд на хозяйственную деятельность как на подвиг духовного творчества, связанный с общественным служением, исполнением нравственного долга и религиозным аскетизмом, при распространении которого возникают наиболее благоприятные условия для развития производства и экономического прогресса, несомненно, является достоянием христианской духовности. Способность к хозяйственной деятельности как способность к разумному творчеству является привилегией человеческого существования и отражает в человеке Божественный образ. Единение человечества посредством совместной хозяйственной деятельности отображает творческое единение Лиц Троицы. Именно христианская экономическая этика сделала из Европы очаг первичной модернизации мира. Развитие промышленности, науки и техники, творческое преобразование человеком природы органически взаимосвязаны с христианским миропониманием. Характерное для христианства восприятие хозяйственной деятельности как подвига экономического творчества, направленного на преобразование природы в союзе с Творцом и отражающего в хозяйственной власти над природой духовное самодержавие личности, превратило Европу в центр модернизационных процессов. Когда экономическая деятельность перестает восприниматься как осуществление божественного призвания, хозяйство перестает быть средством для духовной жизни, тогда потребление превращается в религиозный идеал, хозяйственные потребности и процесс их удовлетворения заменяют религиозную жизнь. Происходят возвращение к языческой психологии раба природы и отказ от христианского понимания царственной миссии человека. Из духовного самодержца, разумно управляющего своим телом и веществом всего мира, человек превращается в раба природы и собственных страстей. Преодоление религиозной психологии консюмеризма, несущей отчуждение между людьми и дискриминацию экономически неадаптированных, a также нежелание видеть образ Божий в ближнем и деятельно соучаствовать в его судьбе, утверждающей взгляд на человека как на животное, замыкающей поиск смысла жизни горизонтом примитивных материальных потребностей, должно быть осознано как первоочередная задача духовной жизни европейского мира.

Заключение

Проделав путь «от марксизма к идеализму», Булгаков приступает к разработке собственного религиозно-философского учения. Это учение о Софии, Богочеловечестве и о связи мира с Богом. Особенностью этого учения является то, что в отличие от других религиозных философов Булгаков не отвергает земной мир и не стремиться преодолеть его, но напротив всеми силами пытается оправдать его во всей его материально-телесной полноте.

Первым шагом на пути этого учения стал большой труд «Философия хозяйства», написанный Булгаковым в 1912 г. В этой работе он дает философский анализ проблемы хозяйства, в котором предпринимает попытку осмысления его как деятельности человека и Софии по восстановлению связи между миром и Богом.

О задаче «Философии хозяйства» С. С. Хоружий в своей статье о Булгакове говорил так: «В центре книги – задача религиозного осмысления экономической сферы. Тут последовательно «вскрываются софийные корни» хозяйственной деятельности человека во всех её аспектах и категориях – труд, производство, потребление .»

Литература

1. Булгаков С.Н. Неотложная задача //Христианский социализм (С. Н. Булгаков). Новосибирск: Наука, 1991. – с. 25-60.

2. Булгаков С.Н. От автора.//С.Н. Булгаков. Два града. Исследования о природе общественных идеалов. – СПб.: Изд-во РГХИ, 1997 - с. 7-14.

3. Булгаков С.Н. Христианство и социальный вопрос// С.Н. Булгаков. Два града. Исследования о природе общественных идеалов. – СПб.: Изд-во РГХИ, 1997 - с. 126-140.

4. Булгаков С.Н. Христианство и социализм. //Христианский социализм (С. Н. Булгаков). Новосибирск: Наука, 1991. – с. 205-234.

5. С. Булгаков. Мое рукоположение // Тихие думы. – М.: Республика, 1996. – с. 344-351.

6. Булгаков С.Н. Философия хозяйства. – М.: Наука, 1990. – 412 с.

7. Булгаков С.Н. Свет невечерний: Созерцания и умозрения. –М.: Республика, 1994. – 415 с.