Луман Н. Решения в информационном обществе, статья

Когда возникает вопрос о том, что изменилось с тех пор, простого указания на рост сложности и количества доступной информации оказывается недостаточно, так как оно не объясняет механизма социальных изменений. То же самое касается и скорости старения информации, то временного аспекта сложности социальной системы. Здесь изменение заключается, вероятно, в том, что все больше и больше общественных структур создаются и изменяются посредством принятия решений. Сегодня это верно в отношении почти всех областей коммуникации: политических выборов, позитивного права, определения направления дальнейших исследований в науке, инвестиций капитала в стране или за рубежом, выбора профессионального образования – всего, что воспринимается как реальность, поскольку об этом сообщается в средствах массовой информации. Даже религия стала предметом предложения и принятия решения, а брак включает решение вопроса о том, когда и сколько детей желают иметь.

Взрыв необходимости решений, которые в свою очередь являются следствиями решений и влекут за собой дальнейшие решения, требует новых форм динамической, а не структурно и онтологически заданной стабильности мира. Он приводит к возникновению рисков или их общественному восприятию, следовательно, современное общество является не просто «информационным обществом», но и «обществом риска».²¹ Кроме того, повышение значения решений изменило смысл понятия участия. Участие сегодня означает влияние на процесс принятия решений, а не определение своего место внутри большого целого. Таким образом, понятие участия политизируется и переполняется ожиданиями, которые не могут быть осуществлены, что отчетливо наблюдается в последние десятилетия.

Далее, разрывается связь между огромным количеством информации и решениями, которые должны на нее ориентироваться, что, правда, затушевывается неточным употреблением термина информация. Накопленные данные, книги в библиотеках, документы в архивах, состояние компьютера, являются только виртуальной информацией, становящейся актуальной только тогда, когда ее запрашивают. Для запроса, однако, требуется отдельное решение.

Различение виртуальной и актуальной информации позволяет связать доступность информации в мировом масштабе и всегда локальный, контекстовый характер ее производства. Обязательно следует отметить, что информация становится информацией только при ее запросе. Таким образом, информационное общество в структурном и операционном отношении состоит из результатов запросов, которые нигде не присутствуют и теряют характер информации после осуществления коммуникации. Нам доступно большее количество знания, чем вообще возможно знать, но знание, чтобы стать знанием, должно быть прежде всего превращено в информацию. Это можно заметить лишь при различении понятий знания и информации.

Таким образом, круг наших рассуждений замкнулся, и мы возвращаемся к вопросу о том, в каком смысле современное общество следует считать информационным. Рациональные преимущества, обещаемые нам при продаже информационных систем, имеют лишь видимость отношения к этому вопросу. Их невозможно просчитать в рамках схемы «затраты – прибыль». С бульшим основанием можно утверждать, что с помощью понятия информации и тезиса о зависимости современного общества от нее указывает на трудности, связанные с нестабильностью оснований для принятия решений. Решения зависят от неожиданности, потому что сами являются неожиданностью.

Сегодня постоянно подчеркивается, что мы все знаем и можем все просчитать заранее, однако здесь на передний план выступает экспрессивное, а не коммуникативное содержание деятельности, как это уже было однажды при изобретении письменности.²² Компьютеры производят на нас впечатление как раз потому, что невозможно наблюдать процесс их работы. Информация как форма имеет и другую сторону: она воспроизводит знание в форме неожиданности. Все, что она определяет, могло бы быть определено и по-другому. Ее космология – это не космология бытия, а космология контингенции. В свою очередь это приводит к преобладанию временного измерения в коммуникации общества. Поэтому информация и решения вместе вызывают впечатление того, что современное общество является системой с самовоспроизводящейся неопределенностью. Тогда остается удовлетвориться тем, что можно принимать решения и знать о принятых решениях. Не следует полагать, что в ответ на это обращаются к «этическим» принципам. Эта отговорка ведет не в лучшие миры, а ставит вопрос о том, на основе какой информации и кем принимается решение об этих принципах.

Перевод A. Беляева и Н. Головина

ПРИМЕЧАНИЯ

1^*Товары, предметы широкого потребления – Прим. переводчиков.

Ср., напр.: Schenk M. Informationsgesellschaft im internationalen Kontext // Reimann H. (Hrsg.) Transkulturelle Kommunikation und Weltgesellschaft: Theorie und Pragmatik globaler Interaktion. Opladen, 1992. S. 249-262.

2Ср., напр.: Porat U. M. The Information Economy. Diss., Stanford, Cal. 1976, p. 2f.

3Walsh, J. P., Ungson R. G. Organizational Memory // The Academy of Management Review 16, 991, p. 57-91.

4См., напр.: Clark N., Juma, C. Long-Run Economics: An evolutionary approach to Economic Growth. London, 1987, p. 89 ff.; Machlup F. The Production and Distribution of Knowledge in United States. Princeton, 1962.

5См.: Bateson G. Oekologie des Geistes: Anthropologische, psychologische, biologische und epistemologische Perspektiven. Frankfurt a. M., 1981, S. 526f.

6См.: Meier A., Haury S. A Cognitive-evolutionary Theory of Economic Policy // Dopfer K., Raible K.-F. (Hrsg.) The Evolution of Economic Systems: Essays in Honour of Ota Sik. London, 1990, p. 81.

7Ср.: Vernant J. P. et all. Divination et rationalite. Paris, 1974.

8^*Cоздание смысла – Прим. переводчика.

См.: Weick K. E. Sensemaking in Organizations. Thousand Oaks, Cal., 1995.

*

9Ср.: Shanon, B. The Representational and the Presentational: An Essay on Cognitio and the Study of Mind. New York, 1993. О проблемах измерения времени см.: p. 180ff. В качестве предшественника здесь можно назвать Бергсона.

10Ср.: Feldmann M., March, J. G. Information in Organizations as Signal and Symbol // Administrative Science Quarterly 26, 1981, p. 171-186; March J. G., Sproull L. S. Technology, Management and Competitive Advantage // Goodman P. S., Sproull L. S. Technology and Organizations. San Francisco, 1990, p. 144-173; Feldman. M. S. Order Without Design: Information Processing and Policy Making. Stanford, Cal., 1989.

11Ср.: Voge J. The Information Economy and the Restructuring of Human Organisation // Prigogine I., Sanglier M. (Hrsg.) Laws of Nature and Human Conduck. Brьssel, 1987, p. 237-244.

12Ср.: Von Goldhammer E., Kaehr R. Policontexturality: Theory of Living System — Intelligent Control // Kotzmann E. (Hrsg.) Gotthard Gьnter — Technik, Logik, Technologie. Mьnchen, 1994. S. 208 f., где читаем: «...Информация создается входящим сигналом, причем сигнал не имеет внешне определенного смысла.» И далее: «Информация больше не играет репрезентантивной роли; вместе этого она возникает внутри автономной системы посредством переплетающихся процессов познания и воления.»

13Ср.: Gьnter G. Cognition and Volition // Beitrдge zur Grundlegung einer Operationsfдhigen Dialektik. Bd. 2. Hamburg, 1979. S. 212.

*Только после наступления события управляющий может дать его оценку в историческом плане. Психиатр находится практически в таком же положении. – Прим. переводчика.

14Ruesch J., Bateson G. Communication: The Social Matrix of Psychiatry. New York, 1968, p. 59. См. также: Weick K. E. Sensemaking in Organizations. Thousand Oaks, Cal., 1995, p. 185; автор заключает: «То, что решение является скорее актом интерпретации, нежели выбора, достойно сожаления.»

15Следующий набросок инспирирован (иначе не скажешь) математическим понятием «re-entry» (обратного вхождения – Прим. переводчика) различения в самом себе, развитым Г. Спенсером Брауном (См.: Spencer Brown G. Laws of Form. New York, 1979, p. 56.) «Обратное вхождение» приводит систему в остояние неразрешаемой неопределенности (unresolvable indeterminacy), то есть в такое состояние самопроизведенной неопределенности, в котором обычные способы оперирования становятся непригодными (у Спенсера Брауна это математика и алгебра). Тогда требуется использование так называемых имагинарных функций, а именно функция памяти (memory function) для осмысления прошлого и осцилляторной функции для проецирования на будущее.

16Ср.: Foerster H. Das Gedaechtnis: eine quantenphysikalische Untersuchung. Wien, 1948.

17Иначе говоря: «Выбор – это разработка области незнания.» (Shackle G. L .S. Imagination and the Nature of Choice. Edinburgh, 1979, p. IX.

18Даже когда приписывание основано невозможности для субъекта знать будущее и его действиях в качестве «носителя» решения.

19»Так как история делается людьми, она не может быть предсказуема.» – читаем у Дж. Шейкла (Shackle G. L .S. a. a. O., p. 134.)

20См. пример в: Larsen M. T. Introduction: Literacy and Social Complexity // Gledhill J., Bender B., Larsen M. T. (Hrsg.) State and Society: The Emergence and Development of Social Hierarchy and Political Centralization. London, 1988, p. 188.

21См.: Luhmann N. Modern Society Shocked by its Risks // Hongkong University, Department of Sociology: Occasional Paper, 1995.

22Ср.: Clanchy M. T. From Memory to Written Record: England 1066-1307. London, 1979.