Мифы и легенды народов мира. т.2. Ранняя Италия и Рим

Ранняя Италия и Рим

204

рель, месяц Венеры. Уцелевшие в битвах могли предаваться ее дарам. Третий именовался маем, то ли по имени богини Майи, матери Гермеса-Меркурия, то ли от латинского слова major — «старший». Четвертому месяцу было дано имя италийской богини браков Юноны. Остальные месяцы именовались своим порядковым номером в году: квинтиль («пятый»), секстиль («шестой»), сентябрь («седьмой»), октябрь («восьмой»), ноябрь («девятый»), декабрь («десятый»).

Нума, сохраняя прежние десять месяцев вместе с их названиями (отсюда несоответствие некоторых названий современных месяцев их месту в календаре), ввел два новых месяца — январь и февраль, поставив их перед старыми. Таким образом, год стал насчитывать двенадцать месяцев и начинался не с марта, как ранее, а с января. Каждый лунный месяц календаря Нумы имел двадцать девять дней, двенадцать часов и четырнадцать минут. Расхождение между солнечным и лунным месяцем и, соответственно, солнечным и лунным годом уравнивалось введением раз в несколько лет дополнительного месяца.

Римский поэт Овидий, изложивший реформу календаря Нумы в стихах, писал:

Как же прославить тебя, о Янус, бог двуобразный!

ÂГреции нет божества, равного силой тебе.

Âсамом деле, греки не знали бога Януса, но соответствующий ему двуликий (четырехликий) бог всякого на- чала был у этрусков. У этрусков же Нума заимствовал этрусский двенадцатимесячный солнечный календарь. Первый месяц года он посвятил старинному италийскому богу Янусу, которого отождествил с этрусским двуликим божеством. Рассказывали, что первым к притибрским холмам прибыл на корабле бог Сатурн, давший древнейшему в этих местах городу имя Сатурний. За Сатурном неведомо откуда появился Янус, от которого пошло название холма Яникул (на правом берегу Тибра, против сооруженного еще в царскую эпоху деревянного свайного моста). Считалось, что Сатурн принес Италии изобилие золотого века, Янус — справедливость и мир. Поэтому воздвигнутый в Риме храм Януса имел ворота, запиравшиеся в дни мира. Полагали, что они прочно

Начала

205

удерживают мир. Когда же ворота храма раскрывались, мир словно бы выдувало сквозняком. В храмы и жилища людей вступала беспощадная война, которой покровительствовал Марс-Квирин.

Ромул считался любимцем Марса, Нума Помпилий — Януса. Чтя двуликого бога, Нума все годы своего царствования держал ворота храма Януса на запоре. Трудно себе представить, как ему удалось этого добиться. Но ни о каких войнах Нумы с соседями в древности не знали, словно, и они также позакрывали у себя ворота двуликого бога начал.

Будучи богом, древность почитания которого в Риме и Италии была азбучной истиной, Янус оставался и для римлян одним из самых загадочных богов. Введение культа Януса возводили ко временам Ромула, однако было известно, что впервые упоминание Януса появилось в песнях древнейшей жреческой коллегии салиев, введение которой приписывалось Нуме Помпилию. Местом почитания Януса в Риме был Палатин, где находилось 12 его алтарей (видимо, по числу месяцев года). Почитался Янус и на Форуме, где Нумой Помпилием была установлена арка Януса Гемина, через которую можно было пройти к Аргилету и на Квиринал. Именно эта арка закрывалась во время мира и открывалась при объявлении войны, именно через нее проходили войска, отправлявшиеся в поход. Поблизости была установлена статуя двуликого Януса. На другом форуме, впоследствии получившем имя императора Нервы, высилась бронзовая статуя Януса с четырьмя лицами, изображавшая пальцами число дней двенадцатимесячного года — 365. В Янусе в равной степени можно видеть бога света и солнца, открывающего небесные врата и выпускающего из мрака день, и бога всех входов, выходов, переходов, мостов, в том числе

Ранняя Италия и Рим

206

Янус считался отцом Фонса (бога источников), супругом Ютурны, в некоторых мифах он муж италийской морской богини Венилии (впрочем, она же считалась супругой и Нептуна и Фавна). В конце римской республики Янус — создатель человечества и как бы бог богов. На ободке этрусской гадательной печени из Пьяченцы Янус под этрусским именем Киленс — первый из небесных богов, а боги, соответствующие Юпитеру и Юноне, ему подчинены. При этом известно, что изображения двуликого и четырехликого Януса под именем Кулсанс появляются у этрусков раньше, чем у римлян.

Нума и понтифики

Будучи верен своей Эгерии, Нума Помпилий перенес ее почитание в Рим, в рощу ее сестер-камен за Капенскими воротами. Эгерии и ее шести сестрам-каменам, омывавшим низины между римскими холмами, он отдал

âнераздельное и вечное пользование пещеру на холме

âгуще деревьев. Там они, незримые смертным, держали совет о собственных и человеческих делах. Нума при всей своей любви к порядку терпеливо сносил весеннее буйство сестер. Злокозненные советы царей соседних этрусских городов, предлагавших ему заковать камен в камень и навсегда избавить римлян от болот и полчищ комаров, он отверг с порога.

Нума знал, что камены очень болезненно относятся к любому соприкосновению с железом, металлом, угодным воинственному Марсу. Поэтому он запретил строить мостки и переходы с использованием железных орудий и железных гвоздей. Сооружение переправ Нума поручил особым жрецам, изучившим капризы речек и ручьев и знавшим, как их умилостивить. Этих жрецов называли понтификами (мостоделателями), и они действительно сооружали переправы, не пользуясь враждебным всему живому металлом308.

Сохраняя за этими жрецами их освященное седой стариной имя, Нума Помпилий подчинил им всю римскую религию, в чем, возможно, проявилось его странное пристрастие ко всему, что было связано с водной стихией. Понтификам было передано совершение свя-

Начала

207

щеннодействия не только на мостах, но и повсюду. Они ведали календарем, выделяя в нем присутственные и неприсутственные дни, возвещая согражданам появление на небе серпа луны и начало нового месяца.

Поставленный во главе понтификов pontificus maximus («понтифик величайший»)309 стал не просто верховным жрецом, но занял положение, независимое от царя, сената и народа. Он мог единолично назначать на жрече- ские должности и накладывать на священнослужителей штраф за нерадивость и за иного рода прегрешения. Ему была передана власть над весталками, хранительницами священного очага римской общины. Он имел право сечь их за мелкие провинности и приговаривать вместе с другими понтификами к смерти за нарушение обета безбра- чия. Непосредственно понтифику величайшему были подчинены жрецы-фламины («возжигатели»), ведавшие жертвоприношениями трем богам — Юпитеру, Марсу и Квирину. Вскоре никто уже не связывал слово «понтифики» с сооружением мостов, так же как сентябрь никто не считал седьмым месяцем года.

Бог Термин

Нелегко управлять народом, не научившимся разли- чать свое от чужого, привыкшим к тем стародавним порядкам, когда общим было все. Часто приходили к Нуме Помпилию с жалобами на захват участков и кражу скота, когда же он призывал к себе похитителей, те все бесстыдно отрицали. В глазах у своих подданных благочестивый сабинянин улавливал волчий блеск, свидетельствовавший о прирожденной завистливости и жадности выкормышей волчицы. Он долго думал над тем, как его подавить, но, не найдя решения, отправился за советом к своей Эгерии.

Вернувшись, Нума собрал народ и объявил, что нимфа посоветовала ему отдать каждому совершеннолетнему римлянину безвозмездно участок земли, поделив ту землю, которая была завоевана Ромулом и передана для общего выпаса скота. Единственным условием для полу- чения участка было то, что его собственник вырывал на указанной ему границе яму, заполнял ее жертвенными

Ранняя Италия и Рим

208

плодами, а также медовыми сотами, укладывал туда же части жертвенных животных и все это поджигал. Затем в еще теплую золу он должен был уложить заранее подготовленный массивный камень, а за неимением его дубовую колоду, утрамбовать вокруг почву и обложить для прочности булыжниками.

Когда все получившие землю выполнили это предписание, Нума созвал их и обратился к ним с такой речью:

— Я вижу, что вы недоумеваете, зачем я вас просил выполнить труд, показавшийся вам бесполезным. Так вот, я хочу сказать, что вы совершили обряд почитания бога священной межи Термина310. Повелеваю каждый год 23 февраля311 умащать каждому своего Термина благовониями и увенчивать венками312. Я предвижу, что некоторым из вас может захотеться расширить свои владения, выкопать свой Термин и перенести на новое место. Знайте, что этот человек будет проклят и лишится всего, что имел.

Так Нума утвердил священное и неприкосновенное право собственности на землю — основу государственности, порядка и благосостояния. После этого было немало желающих вернуться к общей собственности. Иногда им удавалось уговорить людей уничтожить термины и сообща обрабатывать землю. Но из этого ничего хорошего не получалось. Во главе государства становились люди, потакавшие таким же лентяям, как они сами. Да и трудолюбивые люди, видя, что плодами их труда пользуются лежебоки и крикуны, начинали работать хуже. Беднело все общество. И приходилось возвращаться к порядкам Нумы.

Верность

Как-то в римском сенате в присутствии Нумы Помпилия зашел спор, какая из добродетелей главная. Один из сенаторов назвал Согласие, другой — Благочестие, третий — Честь, четвертый — Доблесть313. Когда все высказались, царь, поднявшись со своего трона, произнес такую речь:

— Выше всего я ставлю Верность, ибо она — основа Согласия в семье и обществе, истинная причина Благочестия (ведь благочестивым мы считаем того, кто верен бо-

Ранняя Италия и Рим

210

закрыты, чтобы никто не мог осквернить Верность, а в дни праздника жрецы Верности по тем же соображениям направлялись к месту жертвоприношения в крытой повозке, и их правые руки до кончиков пальцев были обернуты белым холстом. С такой же замотанной десницей изображалась Верность на статуе315.

Нума и Юпитер

Рим во времена Нумы был почти сплошь деревянным и очень страдал от молний и людской неосторожности. Почти каждый год происходили опустошительные пожары. От них римляне несли больше убытков, чем от воинственных соседей. И решил Нума обратиться к Эгерии, чтобы с ее помощью избавиться от беды-напасти. Выслушав супруга, камена молвила: «Молнии подчинены небесному Юпитеру, а я, богиня вод, не могу на него повлиять. В этом деле тебе могут оказаться полезными боги Фавн316 è Ïèê317. Попробуй их изловить на Авентине и выведать, как воздействовать на Юпитера».

Холм Авентин находился тогда за стенами Рима и не был еще заселен. Он изобиловал рощами. Одна из них, дубовая, считалась священной. Люди и звери избегали пить из ее ручья, опасаясь встречи с Фавном и Пиком, ходившими в рощу на водопой. Нума предусмотрительно заколол у ручья овцу, поставил кувшины с крепким старым вином и занял место в находившейся неподалеку пещере.

В самое жаркое время дня пришли Фавн и Пик к ру- чью напиться. Увидев вино, они жадно припали к нему. К воде же и не прикоснулись. Видя, что вино ударило богам в голову и их сморил сон, Нума и его сотоварищи быстро выскочили из пещеры и скрутили Фавна и Пика по рукам и ногам, после чего удалились318. Пробудившись, Фавн и Пик попытались вырваться. Но не тут-то было! Дождавшись, пока божественные пленники осознают, что без посторонней помощи не обойтись, Нума возвратился и обратился к ним с подобающей речью:

— Простите меня, почтенные, за вынужденное самоуправство. Знайте, что у меня нет против вас злого умысла. Я просто хочу узнать, как обезопасить мой город от молний!

Начала

211

—Многого ты, царь, захотел! — проворчал Фавн. — Мы владыки равнин. Наша власть не распространяется выше горных вершин, так же как твоя — за пределы Рима. Молниями владеет Юпитер. Тебе же его самому

ñнеба не свести!

—Мы тебе в этом поможем! — добавил Пик. — Только развяжи нас.

—Будет по-вашему, — сказал Нума. — Я дам вам волю. Но поклянитесь, что не обманете меня и не причините мне зла!

—Клянемся подземным миром! — воскликнули Фавн и Пик в один голос. — Только отойди, ибо мы не смеем открыть смертному нашей тайны.

Понадеявшись на эту страшную клятву, Нума развязал богов и удалился в пещеру, где ни живы, ни мертвы прятались его

спутники.

Не видел Нума, что делали Фавн и Пик, но только почувствовал, как задрожала зем-

ля под его ногами, а с потолка пещеры вместе с пылью посыпались камешки. Ослепленный и напуганный, он выскочил наружу и выкрикнул:

—О Юпитер! Дай нам средство от твоих молний. Ты получишь жертвы, какие только пожелаешь.

—Голову отсеки! — приказал Юпитер, явно имея

âвиду человеческую жертву, которую ему приносили испокон веков.

Но царь-хитрец, сделав вид, что не понимает, притворно засуетился;

—Сейчас! Сейчас вырву тебе с грядки головку лука.

—Человеческую! — угрожающе протянул Юпитер, досадуя на непонятливость смертного.

—Да! Да! Человеческую! — подхватил Нума. — Дерни за волосы...

Ранняя Италия и Рим

212

—Мне надо живое, — пояснил Юпитер. Нума указал на ручей:

—Вот возьми рыбешку.

—Я вижу, ты обучен вести беседу с богами! — проговорил Юпитер, улыбаясь. — Завтра на заре ты полу- чишь верный залог того, что просишь.

После этих слов прогремел гром, и вместе с ним поднялся Юпитер на небо.

Еще затемно по призыву царских глашатаев собрались квириты у царского дома, чтобы лицезреть чудо. Вынесли царский трон, вырезанный из клена. Нума уселся, обратив взор на восток. Показался багровый краешек солнца, и по толпе прошло волнение. Нума же не шелохнулся, только крепче вцепился в поручни. Солнце нехотя поднималось. Нума поднялся и покрыл голову белым холстом. Солнце взошло полным кругом, и тотчас же Юпитер трижды громыхнул из безоблачной выси. Разверзлось небо. Показалось нечто, медленно падающее на землю.

Запрокинув головы, квириты смотрели на предмет, напоминающий семечко акации, кружащееся на ветру.

Èвот дар Юпитера на траве. Толпа было рванулась к нему, но Нума ее остановил. По его знаку ему подвели жертвенную овцу. Заколов животное и совершив молитву, царь поднял упавший предмет над головой. Это был продолговатый щит с двумя вырезами по краям, образующими волнистую линию. В нем не было ни одного острого угла319.

—Квириты! — обратился царь к толпе. — Этот щит — защита нашего государства в этом месяце, при этой луне. Надо изготовить еще одиннадцать таких щитов на весь год. Кто из вас выполнит эту работу, будет награжден, как ни один из кузнецов.

Наступило долгое молчание. Нума опустил щит, уже не надеясь на то, что ему удастся осуществить свой замысел, как вдруг, расталкивая толпу, вперед вышел человек могучего телосложения и, тряхнув длинными светлыми волосами, сказал:

—Меня зовут Мамурий Ветурий. Я готов выполнить твой приказ.

Прошли нундины. И на заре к царскому дому пришел мастер и разложил на земле один за другим двенадцать сверкающих щитов.