29Теория немецкого классицизма. М. Опиц.

Классицизм в Германии не сложился в столь значительное литературное направление, каким он был во Франции. Для этого в стране не было социальных предпосылок. Однако от гуманистического классицизма XV—XVI

веков немецкий классицизм XVII века заметно отличалсятем, что он уже не подготовлял умы современников кбюргерской революции. Настали новые времена. Немецкие

классицисты ищут поддержки при дворах феодальных монархов, начавших задавать тон в общественной и культурной жизни Германии, подобно тому как французские классицисты XVII века связывают свою судьбу с королевским двором. Только если французский абсолютизм

XVII века содействовал национально-политической

консолидации Франции и тем самым играл исторически

прогрессивную роль, то немецкий провинциальный абсолютизм

лишь .закреплял политическую распыленность

Германии и поэтому никак не мог выступать «в качестве

цивилизующего центра, в качестве основоположника национального

единства. Немецкие писатели искали поддержку у князей и монархов подобно тому, как французские классицисты связывали свою судьбу с королевским двором. Но французский абсолютизм способствовал национально-политической консолидации и играл исторически прогрессивную роль. Нельзя этого сказать о немецком провинциальном абсолютизме, который закреплял феодальную раздробленность и противился прогрессивным переменам... Естественно поэтому, что немецкий классицизм, в той мере, в какой он отражал интересы феодальных дворов, обречен был на достаточно жалкое существование. Крохоборчество, педантизм, надутая чопорность — вот его характерные черты. Не случайно только очень немногие немецкие классицисты могут быть отнесены к числу прогрессивных писателей. При этом знаменательно, что прогрессивными писателями они становятся именно тогда, когда поднимаются над жалкими региональными интересами феодальных дворов, когда ими движут широкие национальные гражданские интересы»3.

К числу крупных писателей и теоретиков немецкого классицизма XVII в. относится Мартин Опиц (Martin Opitz, 1597— 1639). Выходец из обеспеченной бюргерской семьи, он провел значительную часть своей жизни на службе у крупных сановников и князей, выступая как придворный поэт.

Обеспокоенный упадком немецкой литературы, Опиц пытался найти пути ее возрождения. В своем основном теоретическом сочинении «Книга о немецкой поэзии» (Buch von der deutschen Poeterey, 1624) он обстоятельно анализирует проблему дальнейшего развития отечественной литературы. Опиц опирался при этом на поэтику французского классицизма, на традиции античной и французской классицистической литературы.

В своих поисках Опиц исходил из мысли о высоком познавательном и воспитательном назначении поэзии, являющейся не пустой забавой, а школой мудрости и добродетели.

Много внимания Опиц уделял развитию и обогащению родного языка, что являлось необходимым условием создания национальной поэзии. По его мнению, язык еще не достиг уровня разработанного литературного языка, он был засорен диалектизмами и провинциализмами. Отдавая должное литературе на латинском языке, Опиц призывал поэтов писать на немецком, который по своей силе и выразительности не уступает иноземным языкам. Он выступал за ясность и чистоту языка, против засорения его иностранными словами, диалектизмами и провинциализмами.

Большое значение имела реформа стиха, произведенная Опнцем. Он насаждал принципы силлабо-тонического стихосложения, которые в дальнейшем возобладали в немецкой поэзии.

Как стороннику классицизма, строгих правил в литературе, Опицу не удалось избавиться от известной сословной ограниченности. Он противник того, чтобы в «высоких» жанрах — трагедии и эпопее — изображались простые люди. Трагедия, по его словам «... не терпит, чтобы вводились в нее люди низкого звания и что-либо обыденное: ибо трактует она о деяниях и воле монархов...».

Хотя замыслы Опица полностью не увенчались успехом, его деятельность имела плодотворное влияние на дальнейшее развитие поэзии.

Большой популярностью и влиянием Опиц пользовался как поэт. Он автор ряда дидактических и описательных поэм, правда, не свободных от искусственности и книжности. Самая известная и крупная его поэма — «Песни утешения средь бедствий войны» (Trostgedichte in Widerwiirtigkeit des Krieges, 1621 —1633)— явилась откликом на события Тридцатилетней войны, конца которой еще не было видно. В ней автор рассказывал о виденном и пережитом им самим, о бедствиях и кошмарах войны., Это была не книжная поэзия, и автор достиг в ней большой выразительности.

С большим сочувствием повествует он о горестях крестьянина, совершенно разоренного войной.

... Всего лишен теперь крестьянин разоренный,

Украли у него зерно, угнали стадо,

Растоптан урожай прекрасный винограда,

В саду с корнями вырваны стволы дерев.

Все поглотил, пожрал войны кровавый зев.

Серпы и плуги ныне сменены мечами.

Таков удел села. Какими же словами

Мне описать судьбу несчастных городов,

Что отданы во власть безжалостных врагов...

(Пер. А. Сиповича)

Однако гражданский пафос Опица носил достаточно расплывчатый и неопределенный характер. В конечном итоге все свои упования и надежды он возлагает на милосердие божие. Он призывает не столько к противодействию войне, сколько к смирению и надежде, к социальной пассивности.