Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Ковальский№4 вторая часть.doc
Скачиваний:
6
Добавлен:
20.05.2015
Размер:
79.87 Кб
Скачать

7

6) Термидорианский переворот - реакция или четвертый этап революции?Термидорианский переворот и Конституция 1795 г. Пришедшая к власти в результате переворота группа умеренных депутатов Конвента, отражавших интересы республикански настроенных кругов французской буржуазии, получила название термидорианцев. Для этой группировки, как и для других депутатов Конвента, участвовавших в суде над королем и ставших тем самым “цареубийцами”, реставрация монархии была абсолютно неприемлема, но столь же нетерпимым для нее стал режим революционного террора.

Первое время термидорианцы были вынуждены сохранять систему государственных органов, созданную якобинцами. При этом сам механизм революционной диктатуры был постепенно разрушен, отменено чрезвычайное социально-экономическое законодательство якобинцев.

Комитет общественного спасения, где заседали теперь участники антиякобинского заговора, потерял значение правительственного органа. Были упразднены Парижская коммуна — оплот якобинцев, а также революционные комитеты, реорганизован Революционный трибунал.

Но и реформированная термидорианцами политическая система ассоциировалась с революционными традициями. Поэтому с особой остротой вновь стал вопрос о восстановлении конституционного строя.

Формально считалось, что в силе оставалась конституция 1793 г., принятая якобинским Конвентом и подтвержденная первичными собраниями выборщиков. Хотя якобинская Конституция так никогда и не применялась, первоначально сами термидорианцы ставили вопрос о поправках и добавлениях, необходимых для ее введения в действие. Однако вскоре, в частности под воздействием новых революционных волнений, правые термидорианцы усмотрели в якобинской конституции “организованную анархию” и приняли решение о подготовке нового конституционного документа. Они спешили с конституированием новой власти, тем более что вновь напомнила о себе политическая опасность со стороны открытых врагов республики — роялистов, фейянов и т. д. В августе 1795 г. Конвент принял новую конституцию Франции (известную как Конституция III года республики).

Следуя установившейся в период революции традиции, термидорианцы вынесли текст конституции на плебисцит, и она была поддержана подавляющим большинством первичных собраний выборщиков, так как народ рассчитывал с помощью новой Конституции спасти и укрепить республику, отвести угрозу реставрации, сохранить демократические завоевания революции.

Отмежевываясь от крайностей революции и политического безрассудства вождей якобинцев, авторы новой Конституции сохранили не только девиз революции: “свобода, равенство, братство”, но и ее важнейшие достижения — республиканизм, народный суверенитет, представительные органы и т. д.

Текст Конституции 1795 г. отличался напыщенностью и многословием (372 статьи), но при этом она была весьма умеренной по своему политическому содержанию.

Декларация прав и обязанностей человека и гражданина, которая была предпослана Конституции, уже не была проникнута революционным духом (отсутствовало право народа на восстание, на сопротивление угнетению и т.д.) и делала упор на закрепление экономических, моральных и правовых устоев общества. Так, например, в ней подчеркивалось, что собственность “лежит в основе мировой культуры, всего производства, всех средств труда и всего социального строя”.

Конституция отменяла всеобщее избирательное право и восстанавливала имущественный ценз. Следуя уже испытанной в 1791—1792 гг. политической модели, новая конституция в статье 22 заложила в основу республиканского строя принцип разделения властей. Однако новая организация государственной власти отличалась громоздкостью, доктринерством, чисто внешним подражанием образцам античной демократии.

В системе разделения властей законодательному корпусу отводилось ведущее место. Авторы конституции проявили политическую осторожность и отказались от создания “всемогущего” законодательного органа по типу Национального конвента. Впервые в истории французского конституционализма законодательный корпус был создан не на однопалатной, а на двухпалатной основе. Он состоял из Совета старейшин (250 членов, избираемых из лиц не моложе 40 лет) и Совета пятисот (из лиц не моложе 30 лет).

Право законодательной инициативы по конституции предоставлялось только Совету пятисот, но решение последнего становилось законом только после одобрения Совета старейшин. Отклоненный последним законопроект мог вноситься повторно только спустя год. Законодательная власть, таким образом, заведомо становилась источником политической конфронтации, а следовательно, и нежизнеспособной.

Политическая нестабильность и неустойчивость были присущи и исполнительной власти, которая также была изначально обречена на малую эффективность. Она вручалась Директории из 5 членов, избираемых путем тайного голосования законодательным корпусом.

Ежегодно Директория обновлялась путем переизбрания одного из ее членов. Председательствовали в ней поочередно все члены в течение трех месяцев. Для осуществления чисто управленческих функций Директория назначала министров, которые, однако, не составляли правительство.

Псевдодемократические государственные формы, введенные Конституцией 1795 г., не учитывали реального соотношения политических сил, не могли обеспечить экономической и правовой стабильности. Хотя по Конституции 1795 г. исполнительные и управленческие рычаги не должны были концентрироваться в одних руках, ведущую роль в Директории играл один из лидеров термидорианцев, беспринципный карьерист Баррас. Как и многие другие представители правящей верхушки, он откровенно стремился использовать государственную казну для личного обогащения.

Откровенная коррупция, поразившая и сами правительственные круги, ухудшила и без того тяжелое финансовое положение республики. Директория не в состоянии была решить те проблемы, которые стояли перед новым сформировавшимся за годы революции гражданским обществом. Сохранялась опасность монархической, феодальной реставрации и нового революционного взрыва масс, вызванного бедственным положением городских низов и возрождением популярности якобинских идей.

Непоследовательность, резкие повороты в политике Директории, то обрушивавшей удары против якобинцев, то начинавшей борьбу против дворян-эмигрантов и неприсягнувших священников, то облагавшей высоким подоходным налогом финансистов и спекулянтов, делали политическую обстановку в Франции непредсказуемой. Ненадежность правительства Директории, проводившей “политику качелей”, делала весь созданный в 1795 г. конституционный режим все более непопулярным и неустойчивым.

7) Внешняя и внутренняя политика Директории.

Укрепившие свою власть умеренные республиканцы и восстановившие свои позиции жирондисты разработали новую форму правления – Директорию. В ее основу легла так называемая конституция III года, которая официально утвердила Французскую республику, начавшую свое существование 28 октября 1795.

Директория опиралась на избирательное право, ограниченное имущественным цензом, и на непрямые выборы. Был утвержден принцип разделения властей между законодательной властью, представленной двумя собраниями (Советом пятисот и Советом старейшин), и исполнительной властью, возлагавшейся на Директорию из 5 человек (один из которых должен был ежегодно оставлять свой пост). Две трети новых законодателей избирались из членов Конвента. Неразрешимые противоречия, возникавшие в отношениях между законодательной и исполнительной властью, по-видимому, могли решаться только силой. Таким образом, с самого начала семена грядущих военных переворотов попали на благодатную почву. Новая система сохранялась в течение 4 лет. Ее прелюдией стал специально приуроченный к 5 октября мятеж роялистов, сметенный Бонапартом «залпом картечи». Нетрудно было предположить, что генерал покончит и с существующим режимом, прибегнув к таким же средствам силового давления, что и произошло в ходе «переворота 18 брюмера» (9 ноября 1799).

Четыре года Директории были временем правления коррупционного правительства внутри Франции и блестящих завоеваний за ее рубежами. Эти два фактора в их взаимодействии и определили судьбу страны. Необходимость продолжать войну теперь в меньшей степени диктовалась революционным идеализмом, а в большей – националистической агрессией. В договорах с Пруссией и Испанией, заключенных в 1795 в Базеле, Карно стремился удержать Францию практически в ее старых границах. Но агрессивная националистическая доктрина достижения «естественных границ» побуждала правительство претендовать на левый берег Рейна. Поскольку европейские государства не могли не реагировать на столь заметное расширение границ французской державы, война не прекращалась. Для Директории она становилась как экономической, так и политической константой, источником прибыли и средством утверждения престижа, необходимого для сохранения власти. Во внутренней политике Директория, представлявшая республиканское большинство среднего класса, в целях самосохранения должна была подавлять всякое сопротивление со стороны и левых, и правых, поскольку возвращение якобинства или роялизма угрожало ее власти.

Вследствие этого внутренняя политика Директории характеризовалась борьбой по этим двум направлениям. В 1796 был раскрыт «Заговор равных» – ультраякобинское и прокоммунистическое тайное общество во главе с Гракхом Бабефом. Его руководителей казнили. Суд над Бабефом и его соратниками создал новый республиканский миф, который спустя некоторое время приобрел большую притягательность среди приверженцев подпольных и тайных обществ в Европе. Заговорщики поддерживали идеи социальной и экономической революции – в противовес реакционной социальной политике Директории. В 1797 произошел переворот фрюктидора (4 сентября), когда на выборах одержали победу роялисты, и для аннулирования их результатов в 49 департаментах использовалась армия. Затем последовал переворот флореаля (11 мая 1798), в ходе которого в 37 департаментах произвольно отменялись результаты победы на выборах якобинцев. Вслед за ними состоялся переворот прериаля (18 июня 1799) – на выборах усилились обе крайние политические группы за счет центра, и в результате три члена Директории лишились власти.

Правление Директории было беспринципным и аморальным. Париж и другие крупные города заслужили репутацию рассадников распущенности и вульгарности. Впрочем, падение нравов не было всеобщим и повсеместным. Некоторые члены Директории, в первую очередь Карно, были деятельными и патриотически настроенными людьми. Но не они создавали репутацию Директории, а люди типа коррупционера и циника графа Барраса. В октябре 1795 он привлек молодого артиллерийского генерала Наполеона Бонапарта для подавления мятежа, а затем вознаградил его, отдав ему в жены свою бывшую любовницу Жозефину де Богарне. Однако Бонапарта куда более щедро поощрил Карно, поручив ему командование экспедицией в Италию, которая принесла ему полководческую славу.

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.