
Цыганков - Международные отношения
.pdfИменно с позиций социологического подхода можно увидеть пути решения неразрешимого в рамках «чисто» политологического рассмотрения центрального для проблемы мирового порядка вопроса — о соотношении между национально-государственным суверенитетом и всеобщей мировой ответственностью. «Священный» принцип суверенитета выглядит с этих позиций совершенно иначе, что позволяет заметить, что «безудержное исполнение национальных суверенитетов слишком часто сводится к насильственному шоку борющихся эгоизмов, означает неразумную эксплуатацию природы без заботы о будущих поколениях и экономическую систему, которая не способна реализовать «естественную справедливость» в отношениях между богачами «развитого мира» и миллионами голодающих в «третьем мире» (см.:
8, р. 26).
Недостаток ООН в том и состоит, что она остается организацией, в рамках которой осуществляется «дипломатия суверенитетов». В то же время именно существование ООН и ее специализированных учреждений свидетельствуют о попытках передачи государствами части своего суверенитета в «общий котел» для решения задач, отвечающих общим интересам. В дальнейшем объем этой части будет неизбежно возрастать (15). С этой точки зрения можно сказать, что переживаемый ныне исторический период — это период перехода к новому международному порядку, регулируемому институтами, законные права которых будут складываться из добровольно отчуждаемой и постоянно возрастающей доли суверенитетов всех участников международных отношений.
Социологический подход, интегрирующий политологический анализ, как уже отмечалось выше, дает возможность широкого и целостного представления проблемы международного порядка, которое позволяет представить его основы в виде определенной системы факторов, и важное место в которой принадлежит факторам социокультурного характера. Элементами такой системы выступают отношения господства, интереса и согласия международных акторов, а также наличие соответствующих механизмов, обеспечивающих функционирование международного порядка и регулирование возникающих в его рамках напряжений и кризисов (16). При этом роль первого элемента, который выражается в военно-силовых отношениях государств на мировой арене и построенной на них международной иерархии, сегодня существенно изменяется, отчасти снижается, хотя и не исчезает. В этом смысле нынешний этап международного порядка не перестает быть системой отношений между ограниченным количеством государств, занимающих в мире господствующие, с военно-стратегической точки зрения, позиции, и остальными странами. С дру-
284
гой стороны, возрастание роли новых технологий и связанного с ними уровня экономического развития повышают их роль в «рейтинге» того или иного государства и увеличивают его возможности влиять на международные дела в своих национальных интересах. Тем самым, наряду с относительно снижающейся, но в то же время сохраняющей значительное воздействие на состояние международных отношений иерархией, основанной на военно-силовых критериях, возникают и усиливают свое влияние иерархии, вытекающие из возрастающего экономического неравенства. Сосуществование обоих видов иерархий и связанных с ними мотиваций различных международных акторов — существенная черта нынешнего международного порядка.
Заметные изменения претерпевает и второй элемент международного порядка, связанный с интересами акторов. Во-первых, происходят преобразования в структуре национальных интересов государственных акторов международных отношений: на передний план выдвигаются интересы, связанные с обеспечением экономического процветания и материального благополучия. При этом экономический компонент национального интереса становится уже не только фактором, который призван служить увеличению государственной мощи, а приобретает и все более очевидное самостоятельное значение — как необходимый ответ государства на возросшие требования населения к уровню и качеству жизни, с одной стороны, и, — с другой стороны, — как ответ на новые внешние вызовы, связанные с авторитетом и престижем государства на мировой арене, его местом в международной иерархии, складывающейся сегодня на иных принципах. Во-вторых, укрепление роли негосударственных акторов сопровождается снижением контроля со стороны правительств над мировой экономической жизнью и распределением ресурсов, большая часть которого осуществляется транснациональными корпорациями. Интересы же последних зачастую не связаны с интересами государств или преобладают над ними. К соперничеству национальных интересов добавляется соперничество несовпадающих с ними полностью интересов транснациональных предприятий, банков, ассоциаций и других негосударственных акторов.
Так, в 1991 г. западные частные компании, руководствующиеся собственными интересами, снабжают Ирак военными материалами, вопреки объявленному ООН экономическому эмбарго; российские политические объединения, группирующиеся вокруг газеты
«День» организуют отправку добровольцев на войну в Югославию, невзирая на государственную политику РФ в данном вопросе; латиноамериканские наркомафии превращаются не только в силу, вступающую в конфликты (которые могут принимать экономические, политические и вооруженные формы) со «свои-
285
ми» государствами, но и способствуют интернационализации подобных конфликтов, в которых хорошо вооруженные армии «иар-кобаронов» сталкиваются либо между собой, либо с вооруженными силами других государств. При этом у рядового человека складывается впечатление, что государство либо вовсе не владеет ситуацией в сфере международных отношений и поэтому лишь пассивно следует ей, либо — в лучшем случае
— предпринимает усилия по смягчению ее неблагоприятных последствий. О «мировом беспорядке» пишут и профессиональные аналитики.
Что касается третьего элемента международного порядка — отношений согласия, то речь идет прежде всего о том, что любой порядок может иметь место лишь при условии добровольного присоединения акторов к лежащим в его основе нормам и принципам. В свою очередь, это возможно только при определенном совпадении их с теми общими ценностями, которые и вынуждают акторов действовать в определенных границах. По аналогии с внутриобщественными отношениями можно сказать, что соблюдение международными акторами определенных «правил игры» объясняется не только боязнью наказания, или непосредственными материальными интересами, но и консенсусом по поводу совместной социальной практики и признания легитимности этих правил.
Легитимность — факт культуры. Процесс легитимизации всегда связан с адаптацией «официальных» норм и правил действия к историческим традициям, верованиям, обычаям и образцам поведения, присущим той или иной социальной общности, и их влиянием на производство норм, определяющих границы дозволенного и недозволенного. С другой стороны, он связан с присоединением к основным положениям идеологии, претендующей на научность «системы представлений о мире, функционирующей как вера (политическая) и принуждение (символическое)» (17). Как подчеркивает французский политолог Ф. Бро, термин «символическое принуждение» достаточно корректно выражает способ распространения вырабатываемых идеологией политических верований. В основе процесса символического принуждения лежит тот факт, что социальные и политические идеалы, принятые как господствующие всем обществом, в действительности вырабатываются в особых секторах этого-общества его отдельными представителями. Находясь в привилегированном положении, они способны через систему контролируемых ими институтов социализации — таких, как школа, религиозные или политические организации, средства массовой информации и т.п. — навязать обществу систему своих представлений и идеалов. Эффективность этого процесса зависит от двух факторов. Вопервых, от того, насколько удачной будет попытка рационально представить час-
286
тные потребности и идеалы в качестве общих. И во-вторых, от того, насколько успешным окажется стремление исключить (дискредитировать и обесценить) противоположные требования и идеалы. В конечном итоге все зависит от соотношения интеллектуальных, а также культурных сил общества (см: там же, р. 160— 161).
Сэтой точки зрения, распространение в мире демократических ценностей и идеалов не должно создавать иллюзий относительно их общечеловеческого характера. В действительности, как уже отмечалось, речь идет о ценностях западной либерально-демократической идеологии. Присущее ей, как и всякой идеологии, стремление исключить иные системы взглядов на общество и мир, на правила и нормы международного взаимодействия, а также попытки представить идеалы рыночной экономики, парламентской демократии, индивидуальных свобод и прав человека в качестве рациональных потребностей, связанных с самой человеческой природой, сталкивается с серьезными проблемами. Запад выступает для остального человечества в качестве референтной группы прежде всего в том, что касается развитых технологий, более эффективно функционирующей экономики, высокого уровня и качества жизни своих обитателей. Именно в этом пункте потерпела поражение коммунистическая идеология и основанный на ней социализм, не сумевший обеспечить сравнимых с Западом условий материального существования людей. Однако человечество не сможет повторить путь Запада к материальному процветанию, ибо он связан с обострением и глобализацией экологических и иных проблем, исчерпаемостью источников энергии и природных ресурсов планеты. Уже сегодня 6 процентов населения планеты, живущих в развитых странах, потребляет 35 процентов ее основных продуктов, что делает маловероятным присоединение к этим странам всего остального человечества. Экономическое неравенство, дистанция, разделяющая уровень жизни в богатых и бедных странах, отнюдь не уменьшается. Но если на протяжении прежних веков оно воспринималось как нормальное явление, то сегодня все в большей мере ощущается как несправедливость, порождая протесты и конфликты.
Сдругой стороны, как мы уже видели, не уменьшается и куль-турно- цивилизационное многообразие мира. Поэтому каждое общество, осуществляющее модернизацию, сталкивается с дилеммой — как осуществить необходимые для повышения эффективности экономики и подъема уровня жизни населения технико-экономические преобразования
иодновременно сохранить собственную социокультурную идентичность? По мнению некоторых исследователей, указанная дилемма может вызвать к жизни новые идеологии, не совпадающие ни с коммунистической, ни с
287
либерально-демократической и связанные либо с модернистским авторитаризмом, либо с традиционализмом и ностальгическим постмодернизмом (см: 17, р. 99—100).
Наконец, что касается четвертого элемента международного порядка
— механизмов, обеспечивающих его функционирование, позволяющих урегулирование возникающих в его рамках напряжений и кризисов, то, помимо уже рассмотренных выше моральных и правовых регуляторов, следует отметить возрастание роли международных обменов и коммуникаций. Международные коммуникации представляют собой широкую сеть каналов общения акторов, которая постоянно развивается и приобретает все более сложный характер. Сегодня она представлена, вопервых, общениями по традиционным официальным, институциональным и неинституциональным каналам: дипломатические отношения, МПО, двусторонние и многосторонние встречи, визиты официальных лиц и т.п. Во-вторых, взаимодействием между официальными инстанциями и общественным мнением, которое оказывает возрастающее влияние на правящие режимы, дипломатические ведомства и т.п. Наконец, в-третьих, самостоятельной и непосредственной ролью средств массовой информации, как каналов международного общения, оказывающих усиливающееся воздействие на существующий мировой порядок. При этом каждый из указанных каналов, призванных способствовать сохранению стабильности и совершенствованию международного порядка, способен вызвать обратный эффект: спровоцировать его кризис, усиливая неудовлетворенность тех или иных влиятельных акторов международных отношений (см: 17, р. 89).
Как свидетельствует история, крушение одного типа международного порядка и замена его другим происходит в результате масштабных войн или революций. Своеобразие современного периода состоит в том, что крах международного порядка, сложившегося после 1945 г., произошел в условиях мирного времени. Вместе с тем мирный характер уходящего международного порядка, как мы видели, был достаточно относительным: во-первых, он не исключал многочисленных региональных вооруженных конфликтов и войн, а во-вторых, постоянной напряженности в отношениях между двумя противостоящими блоками, выступающей как состояние «холодной войны». Последствия ее окончания во многом сходны с последствиями прошлых мировых войн, знаменовавших переход к новому международному порядку: крупномасштабные геополитические сдвиги; временная дезориентация в результате потери главного противника как победителей, так и побежденных; перегруппировка сил, коалиций и союзов; вытеснение ряда прежних идеологических стереотипов; смена
политических режимов; возникновение новых государств и т.п.
288
Происходит конвульсивная трансформация всей системы сложившихся международных отношений, сопровождающаяся высвобождением политического экстремизма и агрессивного национализма, религиозной нетерпимости, ростом конфликтов на национально-этнической и конфессиональной основе, возрастанием миграционных потоков.
Дестабилизация международной системы свидетельствует о том, что человечество находится на переломном этапе своего развития. Объективные императивы выживания, безопасности и развития влекут за собой потребность в более надежном международном порядке, отвечающем новым тенденциям, связанным с «раздвоением» привычного государственно-центричного мира и сосуществованием его с миром нетрадиционных акторов. Время покажет, будет ли новый порядок регулироваться планетарным правительством, располагающим для этого соответствующими средствами наднационального характера — правительством, армией, действенными правовыми механизмами и т. п., — или его основой станут несколько взаимодействующих между собой интегрированных региональных центров, охватывающих в своей совокупности весь мир, или же это будет какой-то иной вариант управления миром. Но в любом случае создание и функционирование надежного мирового порядка может быть достигнуто лишь на основе создания условий для реализации интересов и сохранения ценностей не только государств и межправительственных организаций, но и самых разнообразных социальных общностей, конкретных людей. С другой стороны, это требует преодоления той степени аномии, которая присуща сегодня международному обществу.
Сегодняшний мир еще далек от такого состояния. Прежний международный порядок, построенный на силе и устрашении, хотя и подорван в глобальном масштабе, но в то же время его правила и нормы еще продолжают действовать (особенно на региональных уровнях), что не дает оснований для выводов о необратимости тех или иных тенденций. Упадок же послевоенного международного порядка открывает перед человечеством переходный период, полный опасностей и угроз для социальных и политических устоев общественной жизни.
ПРИМЕЧАНИЯ
1.См.: Курс международного права. Т. 1. — М., 1989, с. 10.
2.Franck Т. The Power of Legitimacy among Nations. — Oxford, 1990.
3.Ясперс К. Истоки истории и ее цель. — М., 1991. Вып.2, с. 89, 91, 94.
4.Hoffinann S. L'ordre international //Traite de science politique. Volume 1. - Paris, 1985, p. 675-680.
10—1733 |
289 |
5.См. об этом: Мурадян А.А. Буржуазные теории международной полигики. — М., 1988, с. 42—43.
6.Haas E. The Balance of Power: Prescription Concept or Propaganda// World Politics. 1953.
7.Мир и разоружение. — М., 1986.
8.Leyton С. Une seule Europe. — Paris, 1988, p. 77. 9 Шахназаров Г.Х.
Мировое сообщество управляемо // Известия, 15.01.1988.
10.Поздняков Э.А., Шадрина И.П. О гуманизации и демократизации международных отношений // Мировая экономика и международные отношения. 1989, № 4.
11.Foreign Affairs. 1990, № 4.
12.Бовин А.Е. История и политика //Известия, 01.01.1991.
13.См.: Бовин А.Е. Мировое сообщество и мировое правительство //
Известия, 01.02.1988.
14.Эркхарт Б., Чайлдерс Э. Мир нуждается в руководстве: завтрашний день ООН // Мировая экономика и международные отношения. 1990, № 10; 11.
15.Обминский Э.Е. Мировое хозяйство. Подходы к регулированию // Международная жизнь. 1990, № 4.
16.Senarckns P. de. La politique intemationale. — Paris, 1992, p. 107; Moreau Defarges Ph. Relations intemationales. 2. Questions mondiales. — Paris, 1992, p. 76.
17.Braud Ph. Manuel de sociologie politique. — Paris, 1992, p. 159.
10*
290
ПРИЛОЖЕНИЕ (ТЕСТЫ)

1.Теории международных отношений
I.Основные парадигмы в подходах к изучению МО (отметить верное):
а) Глобализм. Конфликтология. Политический реализм.
б) Политический реализм. Политический идеализм. Политический материализм.
в) Анархизм. Транснационализм. Модернизм. г) Нормативизм. Морализм. Либерализм.
II. К какой из парадигм относятся нижеприведенные положения:
а) МО — это универсальное сообщество людей, объединенных индивидуальными и транснациональными связями и взаимо-
действиями.______________________________
б) МО — это система господства сильных и богатых над слабыми и бедными, борьба вторых против первых. _______
в) МО — это взаимодействие суверенных государств, основанное на национальных интересах и использовании силы. __
г) МО — это политическая система, основанная на соотношении интересов государств, действующих сообща во имя сохранения общего порядка. _______________________
III. Вопросы «истина — ложь»
а) Политический реализм не признает моральных норм в МО. б) Согласно Моргентау, власть есть «способность человека контролировать сознание и поведение других людей».
в) Макиавелли доказывал, что правителям никогда не следует сдерживать своих обещаний, ибо это — признак слабости.
г) Политические реалисты склоняются в пользу расширения военной мощи.
IV. Назовите основные положения трансиационализма:
^>____________________________________
б)_
в)_
293

V. Назовите основные положения неомарксизма:
^_ б)_
в)_
VI. Назовите основные положения модернизма: |
|
2. Международные отношения как особый род |
|
|||
|
а)_ |
|
общественных отношений |
|
||
|
6L |
I. Вопросы «Истина—ложь» (указать верные и неверные положения): |
||||
|
|
|||||
|
|
1) |
Согласно Р. Арону, МО - это «предгражданское» или «естественное |
|||
|
|
состояние» общества (в гоббсовском понимании — |
|
|||
|
|
как «война всех против всех»). |
|
|
||
|
|
2) |
Дж. Розенау считает, что символическими субъектами MU |
|
||
|
|
выступают дипломат и солдат. |
|
|
||
|
|
3) |
МО детерминируют внутреннюю политику их участников. |
|
||
|
|
4) |
Г. Моргентау сравнивал МО со спортом. |
|
|
|
|
|
5) |
Уровни МО выделяют на основе классовых и цивилизаци- |
|
||
|
|
онных критериев. |
|
|
|
|
|
|
6) |
Внешняя политика государства является продолжением его |
|
||
|
|
внутренней политики. |
|
|
|
|
|
|
7) |
В соответствии с критерием локализации, МО определяются как |
|||
|
|
совокупность соглашений или потоков, пересекающих границы государств |
||||
|
|
(или имеющих возможность такого пересечения). |
|
|||
|
|
8) |
Л. Гумплович утверждал, что внутреннее развитие государства и его |
|||
|
|
история целиком определяются внешними силами и имеют служебную роль |
||||
|
|
по отношению к ним. |
|
|
|
|
|
|
9) |
Не существует какого-либо аспекта внутриобщественных отношений, |
|||
|
|
который не был бы так или иначе связан с МО. |
|
|
||
|
|
10) С точки зрения Дж. Розенау, результатом изменении в МО является |
||||
|
|
образование международного континуума, символически олицетворяемого |
||||
|
|
такими фигурами, как турист и террорист. |
|
|
||
|
|
II. Многовариантный выбор |
|
|
||
|
|
1) МО — это (верное подчеркнуть): |
|
|
||
|
|
|
а) Совокупность экономических, политических, идеологических, |
|||
|
|
|
правовых, дипломатических и др. связей и отношений между |
|||
|
|
|
государствами и их союзами, между основными классами, |
|||
|
|
|
социальными, |
экономическими, |
политическими |
силами, |
|
|
|
организациями и общественными движениями, действующими на |
международной арене, — т.е. между народами в самом широком смысле слова;
295
294
б) Особый род общественных отношений, выходящих за рамки внутриобщественных взаимодействий и территориальных границ; в) Отношения между государствами и межгосударственными организациями, между партиями, компаниями, частными лицами различных государств; г) Совокупность интеграционных связей, формирующих мировое сообщество.
2) Основные критерии МО базируются на (верное подчеркнуть): а) Специфике участников МО; б) Особой природе МО; в) Социализации МО;
г) Взаимодействии между государствами; д) «Естественном состоянии»; е) Плюрализме суверенитетов; ж) «Локализации»; з) Отсутствии центральной власти.
3) Три основных трактовки взаимовлияния МО и внутриобщественных отношений:
а) Приоритет МО над внутриобщественными; внешняя политика — продолжение внутренней; вторичный характер МО.
б) Взаимопроникновение внутриобщественных и МО; факторный подход; приоритет внутриобщественных отношений.
в) Приоритет МО над внутриобщественными; взаимозависимость; тьер-мондизм.
г) Приоритет МО над внутриобщественными; вторичный характер МО; взаимопроникновение МО и внутриобщественных отношений.
296