Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Скачиваний:
36
Добавлен:
22.03.2015
Размер:
651.3 Кб
Скачать

41

У 9 остальных подростков отмечалась неустойчивость, незрелость самооценки, чаще с тенденцией к занижению, коррелирующая с низким уровнем притязаний.

По результатам методики ТАТ и опросника отмечалось стремление к легкому, непосредственному достижению цели, уклонению от трудностей; отсутствие

собственной линии поведения либо принятие роли подчиненного в асоциальной группе.

Методика ТАТ выявила и выраженность сексуальных интересов, проявившуюся в

формировании элементов полового поведения и определенных поступках, в которых половое влечение, однако, не всегда осознавалось.

Интеллектуальный уровень (способность к обобщению, память) у трех подростков представлял среднюю норму, у остальных — невысокую норму. В половине случаев имелась пониженная работоспособность со слабостью

концентрации внимания, его неустойчивостью, повышенной истощаемостью.

Исследование уровня знаний обнаружило педагогическую запущенность, чаще с

уровня третьего-четвертого классов.

В доподростковом возрасте отмечались двигательная расторможенность и слабая выраженность возрастных интеллектуальных интересов. Следует отметить, что в третьем-четвертом классе у многих из них наблюдалось повышение интереса к определенным школьным предметам, тяга к вне школьным кружкам, однако наступление пубертатного периода, появление выраженной аффективной

возбудимости приводило к декомпенсации состояния. Типично, что родители и

учителя обычно препятствовали этим внешкольным занятиям, видя в них угрозу и

без того низкой успеваемости, и таким образом закрывали ребенку возможные

пути компенсации.

Появление отклонений поведения совпало с периодом ускоренного и бурно

протекающего полового метаморфоза. В соматическом состоянии обращали внимание признаки акцелерации с бурным ростом, быстрым формированием вторичных половых признаков, ранним закрытием костных зон роста на

рентгенограмме. У большинства подростков отмечалась выраженная интенсификация темпа полового созревания: признаки полового метаморфоза появлялись в обычные сроки, но дальнейшее его протекание отличалось резко

ускоренным темпом, завершаясь в 1,5—2 года (у девочек — к 14—14,5 годам, у

мальчиков - к 15,5—16,5 годам). Бурный рост, быстрое нарастание мышечной

силы также, по-видимому, имели значение для формирования установок на

силовые приемы.

42

Приведенные данные подтверждают высказанное ранее предположение о значимости для возникновения явлений аффективной возбудимости интенсивности

протекания полового метаморфоза.

Вневрологическом статусе у всех обследованных отмечались признаки нерезко

выраженной вегетативной дистонии, а у подростков с чертами аффективной возбудимости органического характера – разрозненные знаки резидуальной церебральной недостаточности.

Ко второй группе мы отнесли 13 подростков, у которых уровень аффективной возбудимости и расстройств поведения в целом был расценен как патологический. В

4 наблюдениях речь шла о декомпенсации резидуальной церебральной недостаточности на фоне неблагоприятных условий воспитания, в 5 — об органической психопатии — возбудимого, эпилептоидного и истероидного круга; в 4

о патохарактерологическом формировании личности по возбудимому типу у под-

ростков из семей с тяжелым социальным неблагополучием — хронический

алкоголизм родителей, конфликты в семье, жестокость и агрессия по отношению к подростку.

Вповедении подростков второй группы аффективная возбудимость носила значительно более выраженный и труднокорригируемый характер. Для мальчиков была характерна склонность к аффективным разрядам с агрессией большой силы, нередко доходящей до приступов ярости. Обращение к подростку с требованием,

замечанием немедленно вызывало импульсивную реакцию с агрессией, во время

которой он терял контроль над собой, мог вступить в драку с более сильным

человеком, даже взрослым и т. д. Аффективные вспышки сопровождались

выраженной вегетативно-сосудистой реакцией (резким покраснением кожи, гипергидрозом), нередко заканчивались головной болью, иногда повышением

температуры. Проявления аффективной возбудимости часто сочетались с элементами расторможенности влечений в виде жестокости, повышенной сексуальности, тяги к алкоголю. Наблюдались и немотивированные колебания

настроения, приближающиеся к органическим дисфориям со злобностью, угрюмостью, придирчивостью. В эти периоды подростки становились особенно чувствительными к различным психогенным факторам, легко вовлекались в конфликты.

Впроявлениях аффективной возбудимости наблюдался определенный половой

диморфоз. У девочек значительное место занимали истериформные явления:

демонстративность аффективных вспышек, стремление привлечь к себе внимание

чрезмерной выразительностью и бурностью эмоциональных реакций, гротескностью

43

поведения со склонностью к конфликтам, инсценировкам, оговорам; лживость, повышенная самовнушаемость.

В структуре аффективной возбудимости компонент истериформных расстройств имел двоякий оттенок. У одних — более отчетливо проявлялись органические черты

(инертность аффекта, его астеническое завершение, сопровождение головной болью, тошнотой, иногда рвотой), у других аффективные разряды были более тесно спаяны с характерологическими психопатическими особенностями — умением

учитывать и использовать ситуацию, выбирать адекватный способ нажима на окружающих, позволявшего добиться удовлетворения своих желаний и требований,

большей частью — свободного образа жизни с времяпрепровождением в компании более старших подростков. Значительную роль у девочек играли немотивированные колебания настроения, зачастую связанные с

менструальным циклом. В предменструальные периоды возникали и

субдепрессивные состояния.

Аффективная возбудимость сочеталась с проявлениями «пубертатной астении». Подростки жаловались на головную боль, выраженную усталость, особенно на занятиях, чувство сонливости в первой половине дня, головокружение при езде в транспорте, перемене положения тела, плохую переносимость жары, духоты. Наряду с этим сохранялась тяга к физическому труду, повышение общего тонуса после физической нагрузки и трудовой деятельности.

Явления церебральной неполноценности наблюдались у 8 подростков этой

группы и до периода полового созревания. В дошкольном возрасте они

проявлялись в аффективной возбудимости, двигательной расторможенности,

упрямстве, плаче; в школьном — в церебрастенических расстройствах, в трудностях адаптации к дисциплине и коллективу, затруднениях в обучении, недостаточности

учебных интересов. Все это приводило к ранней педагогической запущенности.

С наступлением ускоренного полового созревания аффективная возбудимость выдвигалась на первый план и становилась основной причиной школьной

дезадаптации. Постепенно складывалась конфликтная ситуация в школе. Ее результат — многочисленные переводы из одной школы в другую — усугублял микросоциально-педагогическую запущенность.

По данным специального психологического опросника, у подростков этой

группы, как и у подростков первой группы, ведущей деятельностью было

общение. Однако их активность проявлялась лишь в асоциальных формах

поведения, поисках обходных путей в достижении цели, использовании в своих

44

интересах легко внушаемых сверстников и более младших учеников. Эти подростки учиться не хотели, но большинство из них и не могли и, как правило, не

знали, к какому другому виду реальной деятельности им приступить. Наблюдалась дисгармония между устойчиво завышенной самооценкой и низким

уровнем притязаний и реальных достижений. В асоциальной группе эти подростки чаще играли роль лидеров. Сексуальные интересы у них были выражены в более грубой форме (данные ТАТ) и нередко реализовались в

виде ранних половых связей.

Исследование с помощью методики Векслера у 12 из 13 подростков обнаружило

уровень интеллектуального развития (память, внимание, обобщение) в границах ниже возрастной нормы. Для всех подростков второй группы характерно резкое снижение работоспособности: плохая врабатываемость, неустойчивость и

слабая концентрация внимания, нередко — выраженная психическая

истощаемость.

Ускорение темпа полового созревания у большинства подростков этой группы носило дисгармонический характер, приближающийся к патологическому: наблюдались ожирение и гипертрихоз, нерегулярность менструаций, тяжелое физическое и психическое самочувствие в предменструальном периоде.

У 4 подростков отмечались диспластические стигмы: асимметрия лицевого скелета и грудной клетки, искривление позвоночника, наличие синдактилии.

В неврологическом статусе у 5 подростков имелись выраженные симптомы

резидуального органического поражения ЦНС, характер которых

свидетельствовал о заинтересованности верхних стволовых отделов мозга

(нарушен конвергенции при хорошей остроте зрения, вертикальный и горизонтально нистагм, слабость глазодвигательных нервов). Эти симптомы

сочетались с пирамидной недостаточностью (разница сухожильных рефлексов с одновременной недостаточностью лицевого нерва по центральному типу) и двигательным беспокойством хореиформного характера, в сенсибилизированной

позе Ромберга. Вегетативно-сосудистая дистония выражалась в резких колебаниях артериального давления, выходящих за границы возрастной нормы; стойкой вазомоторной реакции, доходящей до степени ангиотрофоневроза; склонности к

вестибулопатии и аллергическим реакциям. Почти у половины подростков

вегетативно-сосудистая дистония носила парасимпатический характер

(склонность к артериальной гипотонии, брадикардии, вестибулопатни, аллергии

и пароксизмально наступающим обморочным состояниям). У отдельных

45

подростков вегетативно-сосудистая дистония имела либо симпатический характер (склонность к артериальной гипертензии), либо смешанный характер с

выраженным колебанием артериального давления и лабильностью пульса. При проведении функциональных проб (глазо-сердечный рефлекс, орто- и

клиностатические пробы) выявились снижение реактивности вегетативной нервной системы у 7 подростков и неадекватно избыточное обеспечение вегетативной деятельности у 6 подростков, что клинически проявлялось в

плохой адаптации к условиям внешней среды (непереносимость жары, духоты, головокружения, возникающие при езде в транспорте и при изменении

положения тела, аллергические реакции).

Электроэнцефалографические исследования 22 подростков обеих групп в

65%

случаев

выявили

недостаточность верхнестволовых отделов моз-

га; в

двух

наблюдениях — очаговое поражение с локализацией в

области диэнцефальных

структур и наличием эпилептической активности.

Таким образом, данные неврологического и ЭЭГ-исследований указывали на преимущественную заинтересованность верхнестволовых, гипоталамических и диэнцефальных структур мозга, входящих в лимбико-

ретикулярный

комплекс, который, как известно связан с механизмами

эмоциональных

и вегетативных реакций.

Все изложенные данные свидетельствуют о связи явлений аффективной

возбудимости с рядом биологических и социальных факторов. К первым

следует отнести явления резидуальной органической недостаточности нервной

системы, обусловливающей как особенности эмоционально-волевой сферы,

так и невысокий уровень интеллектуального развития (в значительной части случаев). Сюда же относятся и явления ускоренного полового созревания. При

этом, если в отношении подростков первой группы можно говорить лишь о физиологической акцелерации (в большинстве случаев на фоне легкой органической резидуальной неполноценности нервной системы), то у под-

ростков второй группы эта акцелерация в связи с большей недостаточностью нервной системы носит уже явно патологический характер, проявившийся в декомпенсации подкорковых структур и эндокринно-вегетативных

расстройствах.

Сопоставление данных соматического, неврологического и психического

статуса подростков обеих групп с данными их анамнеза позволяет считать, что

если в первой — «непатологической» группе декомпенсация поведения

46

связана с дисгармонически протекающей возрастной фазой развития, «болезнью роста», то во второй группе имеет место патологическая возрастная

динамика выраженной структурной недостаточности нервной системы. Бесспорная роль принадлежит и социальному фактору в виде неблагопри-

ятных условий воспитания, не стимулирующих интеллектуальное развитие ребенка и способствующих реализации аффективной возбудимости. С неблагополучием воспитания тесно связан и такой фактор, как педагогическая

запущенность, степень которой, однако, обусловливается тяжестью органической неполноценности нервной системы, реализующейся как в

особенностях интеллектуальной сферы, так в деятельности и поведении в целом.

Приведенные данные указывают на выраженную асинхронию развития

большинства подростков с явлениями аффективной возбудимости, которая

проявляется как в диссоциации между соматическим и психическим

состоянием, так и внутри психического статуса подростка.

Как известно, физиологическая гетерохрония, обусловленная сложной церебрально-эндокринной перестройкой, имеется и в нормальном подростковом возрасте. В случаях же акцентуации либо патологии этой перестройки под влиянием недостаточности нервной системы различного генеза возникает значительная диссоциация между уровнями физической,

психической и социальной зрелости подростка. Бурное физическое и половое

созревание требует большой моторной активности и разрядки, способствует

аффективной возбудимости. Благодаря интенсивному созреванию

инстинктивной сферы оно в значительной мере перестраивает иерархию потребностей и влечений, рождает стремление к более взрослому,

самостоятельному образу жизни. В то же время подросток с органической неполноценностью нервной системы либо микросоциально и педагогически запущенный отличается той или иной степенью психической незрелости. При

наличии установок на более взрослый образ жизни он часто не имеет реальных планов и представлений о ней. Недостаточность интеллектуальных интересов еще более усугубляет отрицательное отношение к школе, ко-

торая для него ассоциируется с неприемлемым «детским» образом жизни.

Э. Кречмер указывал (1930), что при асинхронии полового созревания имеется

задержка на негативной фазе подросткового периода — «фазе протеста». В

отчете о рабочей конференции ВОЗ, посвященной проблеме психического

47

здоровья юношей и подростков, (Женева, 1971), отмечался разрыв между уровнем физического развития подростков и степенью их социальной зрелости.

В современном индустриальном обществе период обучения в школе простирается далеко за пубертатный возраст. У подростка, оказывающегося

чрезмерно долго под опекой, возникают реакции протеста.

Подобная диссоциация в значительной мере утрируется при описанной выше патологической асинхронии подросткового возраста. В материалах той же

конференции ВОЗ указывалось, что для понимания характера и причин дезадаптации подростков с различными нервно-психическими нарушениями

необходимо знать не только клинические признаки определенных вариантов психических расстройств, но и те функционально-динамические последствия, которые изменяют направления активности данного индивида и создают пере-

ориентацию его социальной деятельности.

По нашим данным, к таким функционально-динамическим последствиям

неполноценности нервной системы, обусловленной либо биологически, либо психогенно (при рано возникших неблагоприятных условиях воспитания) относятся невысокий интеллектуальный уровень развития, явления микросоциальной и педагогической запущенности, выраженная дисгармония периода полового созревания, обусловливающие аффективную возбудимость и неадекватную переориентацию интересов и жизненных установок.

Средовой и биологический генез данного варианта пубертатной асинхронии

развития предполагает целесообразность как социальных, так и медицинских

мероприятий. Подростки второй группы с явлениями «органической» акцелерации

и тяжелой аффективной возбудимостью нуждаются в наблюдении психоневролога и поддерживающей терапии нейролептическими препаратами, дегидратирующими

средствами. Для подростков с невысоким уровнем интеллекта и выраженной педагогической запущенностью очевидно нецелесообразно длительное пребывание в школе и, возможно, показано раннее направление в различные ПТУ. Обучение

практической профессии, раннее привитие трудовых навыков должны явиться для них более адекватным видом реализации их стремления к самостоятельности. Полученные данные дают определенную возможность прогноза декомпенсации

поведения в подростковом возрасте по типу аффективной возбудимости. Среди

критериев прогноза наиболее значимыми являются резидуальная органическая

неполноценность с невысоким уровнем интеллекта, явлениями психомоторной

возбудимости; интенсификация темпа полового метаморфоза в сочетании с

48

неблагоприятными условиями воспитания и признаками педагогической запущенности. Ранняя диагностика угрожаемости пубертатного криза по типу

аффективной неустойчивости может способствовать разработке медицинских и социальных профилактических мероприятий в допубертатном периоде. Именно

поэтому знание психических особенностей таких детей важно не только для врачей, но и для педагогов, которые по существу первыми отмечают ранние нарушения их поведения.

49

Клинико-психологический анализ нарушений поведения у

подростков (сообщение четвертое)*

СИНДРОМ РАСТОРМОЖЕННОСТИ ВЛЕЧЕНИЙ

Данные, представленные в настоящей статье, являются результатом клиникопсихологического изучения основных типов подростковых кризов.

Впредыдущие годы (1980—1982) была описана структура нарушении поведения по типу психической неустойчивости и повышенной эффективной возбудимости,

разграничены их патологические и непатологические варианты, выявлена связь с особенностями протекания периода полового созревания, неврологическими и нейрофизиологическими показателями, а также с особенностями отрицательных средовых

влияний.

Было показано, что при психической неустойчивости трудности поведения

определяются главным образом наличием признаков эмоционально-волевой незрелости. При повышенной аффективной возбудимости ведущим является гипертрофия свойственной подростковому возрасту взрывчатости, склонность к агрессии у мальчиков, истериоформным проявлениям у девочек.

Внастоящей работе рассматривается третья, наиболее тяжелая по своим

клиническим проявлениям группа подростков, в нарушениях поведения у которых

доминировало расторможение влечений.

Расторможение инстинктов и влечений, как известно, наиболее выраженное в

переходные возрастные периоды, особенно подростковый, даже у здоровых детей

нередко в определенной мере влияет на поведение.

Л. С. Выготский [1, с. 196], давая структурный анализ подросткового возраста,

подчеркивал, что «развитие интересов находится в теснейшей и прямой зависимости от процессов биологического созревания», что «ритм органического созревания определяет ритм в развитии интересов» и, далее, что «интерес появляется на основе

развития влечений, а вместе с появлением интереса изменяется и весь характер отношения к среде».

Эти закономерности отчетливо выступают в структуре так называемых

подростковых кризов, характеризующихся либо заострением отдельных черт

характера, свойственных подростку и ранее, либо появлением специфической

дисгармонии

50

___________________________________________________________________________

__

*Дефектология, 1984, № 4

К. С. Лебединская, М. М. Райская, Г. В. Грибанова

Институт дефектологии АПН СССР

характера и поведения.

Проявления ряда влечений, относящихся к психосексуальным, в современной

подростковой психиатрии [8, 9] также рассматриваются в рамках возрастной нормы и не расцениваются как патология. Например, начало сексуальной жизни до

юридического совершеннолетия (т. е. до 18 лет), при наступлении достаточной физической зрелости (регулярные месячные, остановка роста), считается нежелательным с социальной точки зрения, но не патологическим явлением. А.М.

Свядощ [12, с. 99] отмечает, что «умеренная мастурбация (онанизм) в юношеском

возрасте обычно имеет характер саморегуляции половой функции». Причиной

онанизма могут быть индивидуальные конституциональные различия, определяющие возраст и силу пробуждения полового влечения: подростки, рано созревающие физически, раньше начинают половую жизнь.

В то же время неправильное отношение взрослых к этим вопросам нередко вызывает у подростков тяжелые невротические реакции. И. С. Кон [5, с. 137] справедливо утверждает, что, задача состоит не в том, чтобы «уберечь... от

сексуальности, — это и невозможно, и не нужно, а в том, чтобы научить управлять

этой важной стороной общественной и личной жизни». Поэтому осведомленность

относительно современных представлений о психосексуальном развитии детей и под-

ростков чрезвычайно важна для родителей, воспитателей, педагогов, школьных врачей.

Таким образом, определенная дисгармония в созревании сферы влечений

свойственна и здоровому подростку. На фоне же различных акцентуаций характера, психопатических черт личности, остаточных явлений органического

поражения ЦНС, интенсификации и ранних сроков начала полового метаморфоза, а также ряда отрицательных социальных влияний расторможенность влечений нередко приобретает патологический характер и определяет поведение подростка.

Авторы, изучавшие патологические расстройства влечений в детском возрасте

(Г.Е. Сухарева, 1937, 1974; М. С. Певзнер, 1941; К. С. Лебединская, 1958, 1959;

Г. П. Пантелеева, 1971; В. В. Ковалев, 1979 и др.), значительную часть из них