Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Курс лекций по философии. AлтГПА. Часть 1

.pdf
Скачиваний:
212
Добавлен:
18.03.2015
Размер:
1.21 Mб
Скачать

тии» (1790-92). По мнению С.А. Левицкого, – это первая русская философская работа, стоящая вполне на уровне тогдашней философской культуры, не потерявшая интереса и по сей день. «В лице Радищева русская мысль еще не научилась летать, но уже распустила крылья».

Предмет философии, по Радищеву, – мир в целом, его «поднебесное выражение», (земная природа – окружающие человека материальные и духовные формы). Задача философского изыскания Радищева – выработать представления о «вещественности» (материальности), «мысленности» (сознания), проблемы смертности и бессмертия человека, познания им внешнего мира. Человек, его сущность, место и роль в мире – центральная проблема миропонимания Радищева. Развивая идею единства мира, он считал, что человек един не только со всеми другими людьми, но и с неорганическим и органическим миром, с космосом, с которым он связан единством состава (материя), характером законов и даже «влитого разума» (дух). Одним из основных законов Радищев считал закон совершенствования и самосовершенствования ее форм – от неодушевленных, до «живых существ» и человека. Во многих своих положениях Радищев опирался на материалистические выводы М.В. Ломоносова и его учение о сохранении наличного бытия: раз бытие неуничтожимо, то не может исчезнуть и человек. С телом все ясно – после смерти «все члены распадаются, каждое начало отходит ко своей стихии». Значит и душа (как начало) вечна, поскольку именно в ней человек обретает свою сущность. Раз бытие вечно и нерушимо, следовательно, душа человеческая должна обладать вечностью. Из трактата «О человеке…» становится ясно, что он признавал реальность материи, но отрицал ее первичность по отношению к духу. Он реалист, дуалист, но не материалист. К сожалению, Радищеву не удалось ответить на вопрос о формах души или перевести проблему души в русло решения проблемы сознания. Все это он передает как эстафету мыслителям века XIX.

Заметной фигурой в философии конца XVIII века был Григорий Саввич Сковорода (1722-1794). Воспитанник Киево-Могилянской академии, из которой и был призван служить певчим в императорскую придворную капеллу в Петербурге. Но через два года тяга к знаниям потребовала увольнения. Неудачная попытка преподавать в переяславской семинарии привела его к должности домашнего учителя в селе Каврай (Малороссиия), где полностью раскрылся его поэтический дар. Будущие философские прозрения уже можно увидеть в его поэтических откровениях. Г.С. Сковорода много лет учительствовал, десять лет преподавал поэзию в Харьковском коллегиуме (1759-1769). С 1769

191

года скитается по Малороссии. Скитания не были чем-то тягостным. Он подолгу жил у своих учеников и почитателей. В это же время были созданы и изданы его основные философские работы: «Кольцо», «Алфавит или Букварь мира», «Наркисс», «Симфония, или нареченная книга Асхань, о познании самого себя». Умер Г.С. Сковорода в старости, малоизвестный обществу. Над могилой стоит памятник с эпитафией: «Мир ловил меня, но не поймал». Сковорода был мыслителем, всецело подчинявший свои философские помыслы религиозной жажде слияния с Богом. Не противореча богословию, он вышел за его границы. Философия Сковороды построена на дуализме видимого, земного мира и невидимого, божественного. Корень зла усматривал в самообожествлении воли: «Всяк, обоживший волю свою, враг есть Божий и не может войти в Царство Божие». Для Сковороды познать себя – значит познать Бога, увидеть Бога в самом себе. В этом он следует за Блаженным Августином, за немецкими мистиками Якобом Бёме, Мейстером Экхартом. «Познать себя и уразуметь Бога – один труд» – считал мыслитель. Его можно назвать поучительным эпизодом в истории русской мысли, но не основоположником какой-то традиции. Заслуга Сковороды в том, что он сумел выйти за рамки богословского антропологизма, создав начала русской религиозно-философской антропологии.

Вопросы для самопроверки

1.Назовите особенные черты, характерные для русской философии в целом. Почему русская философия выделяется среди мировой мысли?

2.Что в истории русской мысли можно считать собственно философией, а что пред-философией?

3.Что можно считать источниками возникновения и развития русской философской мысли в эпоху средневековья?

4.Какие особенности русского православия определили специфику русской философии?

5.Произведения каких средневековых русских мыслителей содержали философские выводы и построения? Что философского было в них?

6.Что принес XVIII век в русскую философию? Какое мировоззрение формируется в это время в России под воздействием философии европейского просвещения?

7.Что можно сказать о М.В. Ломоносове как философе?

8.С какими идеями вошел в историю русской мысли А.Н. Радищев?

192

9.В чем заключается особенность философского мировидения Г.С. Сковороды?

193

Лекция 8 РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ

Часть II

Русская философия XIX-XX веков

1. Славянофилы и западники. Начало самобытной русской философии. XIX век стал для русской философии знаменательным рубежом, когда от ученических штудий и робких попыток собственного философствования русские мыслители достигли не только совершенства форм выражения мысли, но и во весь голос заявили о себе, своем мировидении, своих философских системах. На то были свои причины. Во-первых, объективным условием выступила назревшая потребность формирования национального самосознания после отечественной войны 1812 года. Во-вторых, взлет в русском обществе интереса к немецкой идеалистической философии. Даже у Пушкина в романе «Евгений Онегин», Ленский – «поклонник Канта». Но первым вдохновителем русской мысли был Шеллинг, наиболее романтический философ, духовно импонировавший русским мыслителям.

Пожалуй, что отсчет истории русской религиозной философии, как самобытного направления мировой философской мысли, следует вести с 1823 года, когда в Москве возникает кружок, названный его членами «Обществом любомудров». Кружок просуществовал всего до 1825г., но в истории отечественной философии эти два года его существования стали определенной вехой. В нем взрастала философская юность России. Формирование интересов «любомудров» происходило под воздействием лекций профессора московского университета Ми-

хаила Григорьевича Павлова (1793-1840). Председателем кружка был двадцатилетний Владимир Одоевский, среди его членов были столь же молодые Дмитрий Веневитинов, секретарь общества (18 лет), Иван Киреевский (17 лет), Александр Кошелев (17 лет) и другие. Владимир Федорович Одоевский позднее писал: «Моя юность протекла в ту эпоху, когда метафизика была такой же общей атмосферой, как ныне политические науки. Мы верили в возможность такой теории, посредством которой можно было бы строить все явления природы». Заседания общества проходили тайно, поскольку главным вопросом для обсуждений было будущее России, философское осмысление национального бытия. Главной задачей, стоявшей перед ними, любомудры видели в построении мировоззренческой основы всей русской культу-

194

ры. Поскольку философским кумиром в России того времени был Шеллинг, любомудры, отталкиваясь от его идей, пытались создать философию умственной деятельности России, путь к ее совершенству

ицельности. Однако романтики-любомудры не создали стройной философской системы, философия у них переплеталась с эстетикой, анализом художественного творчества, их мысли разбросаны в многочисленных стихотворениях, художественной прозе, статьях. Но они впервые в русской философии подняли вопрос о цельности знания, и без существования «Общества любомудров» не мог бы состояться следующий этап развития русской мысли. Ведь именно любомудру, князю

Владимиру Федоровичу Одоевскому (1803-1869) принадлежит одно из лучших философско-художественных произведений I пол. XIX века, роман «Русские ночи» (1844), в котором автор ставит и решает ряд философских проблем. Это проблемы соотношения природы и человека, природы и науки, проблемы врожденных идей, адекватного выражения и понимания мысли. Он мечтает о создании такой науки, которая примиряла бы инстинкт (интуицию) и разум. Одоевский с шелленгианских позиций рассматривает большинство философских понятий. Он считает, что в человеке слиты воедино три стихии – верующая, познающая и эстетическая. В их целостном соединении есть смысл культуры, а их дальнейшее развитие придает смысл историческому процессу. В уста одного из героев романа В.Ф. Одоевский вкладывает слова, которые воспринимаются как призыв и как девиз: «Девятнадцатый век будет принадлежать России». Одоевский был услышан не только в России. Йенский университет присвоил ему почетное звание магистра философии.

Отстаивая свои общественные и философские взгляды, Одоевский нередко вступал в полемику как с российскими западниками, так

исо славянофилами. В письме лидеру славянофилов Алексею Степановичу Хомякову (1845) он так характеризовал собственную позицию: «Странная моя судьба, для вас я западный прогрессист, для Петербурга – отъявленный старовер-мистик; это меня радует, ибо служит признаком, что я именно на том узком пути, который один ведет к истине». Действительно, В.Ф. Одоевский, писатель-романтик и своеобразный мыслитель, не может быть безоговорочно отнесен ни к одному из двух важнейших направлений русской мысли первой половины XIX века – славянофильству или западничеству. В то же время он никогда не стоял в стороне от этого спора и, следуя своим самостоятельным путем, был также его непосредственным участником. Полемика славянофилов и западников – это не только идейное противоборство. Этот

195

спор-диалог многое определил в характере русской мысли и национальной культурной традиции. Из метафизического тумана стали показываться более ясные очертания мысли: о смысле русского бытия.

Славянофильство – направление русской общественной мысли, противостоящее западничеству. Его приверженцы отстаивали необходимость самобытного развития России, ее религиозном, культурном и национальном своеобразии. Россия призвана обновить Европу своими экономическими, нравственными, религиозными началами.

Западничество – идейное течение в русской мысли, традиционно противопоставляемое славянофильству. Их позиция выражала идею единства человечества и закономерностей его исторического развития. Западники полагали, что Россия неизбежно должна идти теми же историческими путями, что и ушедшие вперед европейские народы.

Одни считали, что Россия просто отстала от ведущих европейских стран и что ей нужно учиться у Запада. Другие думали, что Петровские реформы стерли культурное лицо России и надлежит воскресить древнерусские начала быта и культуры. Оба лагеря были преисполнены любовью к России, желали ей блага, но культурная и философская ориентация была противоположна.

Славянофильство и западничество в истории культуры России следует рассматривать как единый феномен, имеющий общие истоки и корни. Следует подчеркнуть, что этот феномен характерен только для России. Общим для тех и других было осознание факта своеобразия русской истории и культуры, «ее неадекватности истории западноевропейской». Прошлое и настоящее они воспринимали одинаково, но «что же касалось будущего, то здесь их пути расходились». В 30-40-х гг. XIX века славянофилы и западники сходились, в каком либо из модных московских салонов и составляли как бы одно общество. Как вспоминал А.И. Герцен: «Наше сердце билось одно, но головы, как у двуликого Януса, смотрели в разные стороны».

Но сам факт идейного противостояния славянофилов и западни-

ков стал возможным по «вине» Петра Яковлевича Чаадаева (17941856). Военный офицер, которому пророчили блестящую карьеру, и едва не ставший адъютантом Александра I, в 1821 г. выходит в отставку. В 1823-1826 гг. отправляется за границу, где знакомится со многими выдающимися учеными и философами, в том числе и с Шеллингом, в переписке с которым состоял многие годы. По возвращении домой, П.Я. Чаадаев в течение несколько лет работает над какой то рукописью. И вскоре московское общество узнало, ради чего П.Я. Чаадаев жил несколько лет затворником.

196

Всентябре 1836 г. в 15-ом номере журнале «Телескоп» было опубликовано первое «Философическое письмо» П.Я. Чаадаева, напрочь отрицавшее культурно-историческое значение России, называя само бытие ее «недоразумением» и «пробелом в плане мироздания». «...Разумеется, в странах Европы не все исполнено ума, добродетели, религии, – совсем нет, – писал Чаадаев. – Но все там таинственно подчинено силе, безраздельно царившей в ряде веков». Содержащаяся

вписьме резкая критика российского прошлого и настоящего вызвала

вобществе шоковый эффект. Суровой была реакция властей: журнал закрыли, автора объявили сумасшедшим.

Вполемике, начавшейся вокруг письма, славянофилы и западники разделились на враждебные лагеря.

Славянофилы, среди которых выделялись своим значительным философским потенциалом Иван Васильевич Киреевский (1806-1856), Константин Сергеевич Аксаков (1817-1860), Юрий Федорович Самарин (1819-1876) и особенно Алексей Степанович Хомяков (18041860), стремились опровергнуть немецкий тип философствования и выработать на основе исконно отечественных идейных традиций особую русскую философию. Историософское понимание славянофилами «особого» духовного характера России, а также объяснявшего этим самостоятельного развития страны, определялось главной особенностью их мировоззрения – религиозностью. Специфика трактовки христианской философии в учении ранних славянофилов, позволившая им говорить об «особом» духовном строе, и философский анализ истории явились основой для создания самобытной и оригинальной славянофильской философии.

Можно отметить три черты, характеризующие славянофильство как философскую концепцию:

1.Славянофильство – это учение о целостности духа. Органическое единство не только пронизывает церковь, общество, человека, но и является непременным условием познания, воспитания, практической деятельности людей. Славянофильство отрицало возможность постижения истины через отдельные познавательные способности человека, будь то чувства, разум или вера. Подлинное знание доступно не отдельному человеку, а лишь такой совокупности людей, которая объединена единой любовью, т.е. соборному сознанию.

2.В славянофильстве противопоставляются внутренняя свобода внешней необходимости. Славянофильство стремилось вывести человека из-под господства внешних сил, навязанных

197

извне принципов поведения. Человек должен руководствоваться своей совестью, а не рационалистическим определением выгоды.

3.Религиозность. Славянофилы полагали, что вера определяет движение истории, быта, морали, мышления. Поэтому идея истинной веры и истинной церкви лежала в основе всех философских построений славянофилов.

Вера, в понимании славянофилов, становится категорией, играющей существенную роль в антропологических, гносеологических, культурологических и, конечно, богословских воззрениях. Историософское обоснование веры и ее взаимосвязи с конкретноисторическим бытием народа, изложенное А.С. Хомяковым в «Записках о всемирной истории», с введением категорий «свобода» и «необходимость», позволило автору сделать вывод о противоборстве двух начал - «вещественности» и «духовности». Обратясь к эмпирическим данным, как Хомяков, так и Киреевский, склоняются к мысли, что именно на Руси возобладало духовное начало, нашедшее почву в восточном типе христианства – русском православии, которое у славянофилов оказывается неразрывно спаянным с национальноэстетическим. Западное христианство – мир вещественности, мир ratio, в котором личная религиозность мыслителей не связана с принципом построения философской системы.

Наиболее адекватно выразить идею внутреннего единства восточного христианства, по мнению А.С. Хомякова, может только понятие «соборный». «Соборность», по определению Хомякова, «это множество, объединенное силой любви в свободное и органическое единство. Только в соборном единении, – заостряет внимание Хомяков, – личность обретает подлинную духовную самостоятельность, ее неотьемлимым признаком является свобода личности, ее добровольное

исвободное вхождение в церковь».

Впонятии «соборность» воплощается идея Шеллинга о выделении божественного или единого начала в «наличном бытии всех существ». И чем ближе вещь, явление к «единству», тем оно совершеннее, в то время как обособление от всеполноты подавляет «стремление вернуться к единству», а, следовательно, и к обретению идеала.

Идеи соборности, веры, «цельного духа» еще не развитые, но уже намеченные, пронизывают работы Хомякова и Киреевского, как главных идеологов славянофильства независимо от того, касаются ли они вопросов гносеологии, антропологии, историософии, социологии или эстетики. Наконец, развитие самобытной русской философии не могло

198

произойти вне общерусского религиозного сознания, вне традиций православия.

Благодаря пониманию роли «исконных русских начал», «русского духа», славянофилам удалось, взяв положительное из философского дискурса Запада, сочетать «любомудрие Отцов Церкви» с философскими идеями немецкого идеализма и очертить круг проблем, определивший развитие русской религиозной философии XIX–XX веков.

Обычно принято считать, что главным пунктом расхождения между двумя «партиями» – их противоположность в оценке петровских преобразований. Но этот пункт – внешнее проявление. Главное – отношение к западноевропейской образованности, науке, просвещению. Западники отвергали возможность существования «народной науки» (так славянофилы называли особенное, национальное в науке и науку, основанную на национальных корнях, с учетом национальной особенности). Со спора о «народности в науке» акцент противоречия смещался в область принципиальных мировоззренческих проблем. Западники были ориентированы на философию Гегеля, и в отличие от славянофилов, отдававших предпочтение христианской философии, ратовали за секуляризацию знания, рационализм в философии. Но и в мировоззренческом плане западничество не представляло собой единого лагеря. Демократическое крыло – Александр Иванович Герцен

(1812-1870), Виссарион Григорьевич Белинский (1811-1848), Николай Платонович Огарев (1813-1877) ориентировались на революционный демократизм и мечтали построить на развалинах самодержавия об-

щинный социализм, а Василий Петрович Боткин (1811-1869), Константин Дмитриевич Кавелин (1818-1885) и Тимофей Николаевич Грановский (1813-1855), который считал социализм «болезнью века», ориентировались на буржуазный либерализм.

Идейный конфликт между западниками и славянофилами осложнялся наличием двух мировоззренческих и философских систем: идеализма и материализма.

2. Материалистические тенденции русской философии XIX

века. Расцвет русского материализма середины XIX века был обусловлен небывало быстрым развитием европейской и отечественной опытной науки, естествознания.

Значимой фигурой русской материалистической мысли середины XIX века был А.И. Герцен. Его литературное и философскопублицистическое творчество являют ярчайший пример метаний русской общественной мысли в эпоху пробуждающегося национального самосознания. Будучи дворянином по происхождению (А.И. Герцен –

199

незаконнорожденный сын богатого помещика И.А. Яковлева), он всю свою жизнь посвятил теоретическому обоснованию революционных путей развития и обновления России. В споре западников и славянофилов Герцен, безусловно, стоит на позициях западничества. Но при этом создает теорию «русского социализма», в которой, отталкиваясь от принципов европейского демократизма, развивает концепцию крестьянской общины с мирским самоуправлением и совместным землевладением, что не противоречит славянофильской идее соборности.

В 1833 году А.И. Герцен закончил физико-математическое отделение Московского университета, но спустя год, за участие в университетском кружке вольнодумцев, выслан из Москвы. После возвращения вновь высылается за нелестный отзыв о полиции. С 1842 по 1847 гг. жил в Москве, активно сотрудничал с журналом «Отечественные записки». Активно участвуя в идейно-философской борьбе, выступал с критикой славянофильства. В эти годы Герцен пишет свои первые философские работы. «Дилетантизм в науке» (1842-1843) является последовательным изложением мысли о соединении философии и естествознания, а знания – с массами. Обратясь к истории науки Герцен показал, что массы всегда были заняты добыванием материальных средств к существованию, наука же стала достоянием избранных. Возникло противостояние ученых и народных масс, которое необходимо преодолеть, соединив науку и народ, «дух» и «материю». В «Письмах об изучении природы» (1845-1846) им далее развивается мысль, о соединении философии и естественных наук, и подчеркивается невозможность создания естественнонаучной картины мира без овладения философской диалектикой, в то время как невозможно развивать философское знание без опоры на естествознание. Высоко ценя диалектику Гегеля, Герцен пытается указать на ошибочность позиции уче- ных-эмпириков, отвергавших идею развития и не принимавших диалектическую форму познания. Как и большинство русских мыслителей, А.И. Герцен не обходит вниманием Человека. Человек – не только физическое тело, подчиняющееся общим законам природы. Человек живет в обществе, в котором действуют свои законы, и является существом нравственным и изучать его должна социология, которая должна вырвать человека из «анатомического театра, чтобы возвратить его истории». Герцен не только материалист, отталкивающийся от идеи первичности, объективности мира, но и диалектик, пытавшийся с позиции материализма обосновать тождество бытия и сознания. Но не во всех областях знания диалектика полностью удовлетворяла Герцена.

200

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.