Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Уединенное. Смертное
.pdf
ИНТИМНЫЕ ДООСКОРБЛЕНИЯ
отчаяния. Литературная гениальность иполное забвение «литературных приличий» сочетаются этой
ценой— повторить подобное невозможно пожелать
никому.
Розанов не боялся никаких вопросов— не всилу
«бесстрашия», он сам об этом напишет в«Смертном», удивляясь, как критики умудряются находить
унего какой-то «демонизм», если кому иприсущий,
то разве подросткам, как этап взросления, роль, примеряемую на себя, учась жить. Его философское бесстрашие совершенно иной природы, рождаясь из
наивности, детского неведения отом, какие вопросы
можно, акакие нельзя задавать. Отвечая на вопросы
случайной анкеты в1909 г., перед отъездом на дачу,
забыв самый адрес спрашивающего ипересылая ее
через М.О. Гершензона, Розанов писал:
«[…] что бы яни делал, что бы ни говорил ини писал, прямо или вособенности
косвенно, яговорил идумал, собственно,
только оБоге: так что Он занял всего меня, без какого-либо остатка, вто же время как-то оставив мысль свободною
иэнергичною в отношении других тем.
Бог меня не теснил ине связывал: ясты-
дился Его (поступая или думая дурно), но
никогда не боялся, не пугался (ада никогда
не боялся). Я с величайшей любовью
приносил Ему все, всякую мысль (да
IX

АНДРЕЙ ТЕСЛЯ
только оНем идумал): как дитя, пошедшее в сад, приносит оттуда цветы, или
фрукты, или дрова „в дом свой“, отцу, матери, жене, детям: Бог был „дом“ мой
(исключительно меня одного,— хотя бы
вто же время идля других „Бог“, но это
меня не интересовало ив это яне вдумывался), „все“ мое, „родное мое“. Так как
вэтом чувстве, что „Он— мой“, яникогда не изменился (как грешен ни бывал),
то и обратно во мне утвердилась вера,
что „Бог меня никогда не оставит“. […]
С этим умалением своей личности
(иличности целого мира) связаны (как
я думаю и уверен) моя свобода и даже
(может показаться) бесстыдство влитературе. Я„тоже ничего не думаю“ ио писаниях своих, не ставлю их ни в какой
особый „плюс“, аглавное — что бы ни
случилось написать ичто бы ни заговорили онаписанном— сменя „как сгуся
вода“: просто я ничего не чувствую.
Якак бы заснул со своим „Богом“ исплю
1
непробудным счастливым сном»
.
Но это написано еще всчастливые годы— кото-
рые уже на самом исходе. В1911 г. разрыв спрежни-
1
Розанов В.В. Розанов осебе. Ответы на анкеты Ниже-
городской губернской ученой архивной комиссии //
В.В.Розанов: pro et contra. Кн. I. С. 39.
X

ИНТИМНЫЕ ДООСКОРБЛЕНИЯ
ми во многом близкими ему еще по религиозно-философским собраниям и«Новому Пути» Д.С. Мережковским, с З.Н. Гиппиус и Д.В. Философовым
станет публичным, втом же году П.Б. Струве обличит Розанова в одновременном сотрудничестве
в официозном «Новом Времени» (под собственным именем) иоппозиционном «Русском Слове»
1
(под псевдонимом «Варварин»
), в1912г. случится
скандальная история с вызовом на дуэль со стороны И.И. Колышко, клеврета кн. В.П. Мещерского,
в1913 г. он выступит ссерией статей по поводу дела
Бейлиса, которые будут восприниматься, иво многом справедливо, как поддержка «кровавого навета», ав следующем году выпустит небольшую брошюру «Обонятельное и осязательное отношение
евреев ккрови», вкоторой соберет ключевые тексты вподдержку наличия тайного ритуала. Вконце
1913-го— начале 1914 г. вПетербургском Религиозно-Философском обществе состоится «суд» над
Розановым, инициированный Мережковским иФилософовым— врезультате организаторам хоть ине
удастся добиться формального исключения Розанова из членов Общества, одним из основателей которого он был, но ему будет от лица председателя рекомендовано не посещать в дальнейшем заседаний
1
Сотрудничество будет прекращено со стороны редакции после ультиматума, предъявленного Мережковским
иФилософовым владельцу газеты, И.Д. Сытину.
XI

АНДРЕЙ ТЕСЛЯ
Общества1. Дочь Татьяна, вспоминая об этом времени, рассказывала:
«[…] с тех пор положение отца резко
изменилось, никто унас из прежних знакомых не стал бывать, кроме Евгения
Павловича Иванова, который продолжал
нас посещать. Отец в это время много
переписывался с Флоренским. Затем
у нас появились новые знакомые. Вэто
время отец выпустил еще несколько правых книг,— стал писать вжурнале „Вешние воды“, так как вгазете „Новое время“
отца неохотно печатали. А.С.Суворина
уже не было в живых, редактором был
его сын Борис. Из редакции „Нового
времени“ отец всегда возвращался очень
грустным иморально убитым. Он начал
заметно стареть, болеть, и мы очень за
него беспокоились»
2
.
Но главное горе— то, что дало Розанову-писателю
свободу, окоторой он ине подозревал ранее, свободу
отчаяния — случилось на исходе августа 1910 г.
1
Фатеев В.А. Жизнеописание Василия Розанова. —
Изд. 2-е, испр. идоп.— СПб.: Изд-во «Пушкинский Дом»,
2013. С. 857—858.
2
Розанова Т.В. Воспоминания об отце— Василии Ва-
сильевиче Розанове и всей семье // В.В. Розанов: pro et
contra. Кн. I. С. 71—72.
XII

ИНТИМНЫЕ ДООСКОРБЛЕНИЯ
«Друг» его «Уединенного», «Смертного», «Опавших листьев»— всего, что будет написано после этого — Варвара Дмитриевна Бутягина (1864—1923),
с которой он повенчался в1891 г., став двоеженцем,
поскольку так ине смог добиться развода от первой
жены, Аполлинарии Прокофьевны Сусловой (1840—
1918)— заболела безнадежно, неизлечимо. Вогромном исповедальном письме кФлоренскому от 20 сентября 1910 г., начинающемся скупо, сдержанно —
с обидой на молчание, затем кратко, по-деловому:
«Ужены— паралич, слава Богу— временный: эмболия (закупорка кровеносного сосуда) вмозгу, связанная вообще с болезнью сердца (4 года назад у нее)
и перерождением сосудов, происшедшая внезапно
ибеспричинно (по докторам): „Может— быть, аможет— иникогда не быть: унее— случилось“. Впросто-
речии именуется: „удар нервный“ (=мозговой), по словам медиков»
1
— Розанов дальше, все убыстряясь,
описывает исам удар, исвою любовь, исвою «тайну»:
«Пили кофе: поперхнулась. Я чтобы
„дать прокашляться“ вышел (она нередко
„поперхается“). Вбегает бонна: „В.В., вой-
1
Розанов В.В. Собрание сочинений [В 30 т. Т. 29]. Ли-
тературные изгнанники. Кн. 2. / Под общ. ред. А.Н. Николюкина. Сост. А.Н. Николюкин; коммент. А.Н. Николюкина, С.М. Половинкина, В.А. Фатеева. — М.: Республика;
СПб.: Росток, 2010. С. 249—250, письмо о. П.А. Флоренскому от 20.IX.1910 г.
XIII

АНДРЕЙ ТЕСЛЯ
дите встоловую — яне знаю, что такое
сВ.Д.“. Варя— сидит, молчит исмотрит
по сторонам. „Что с тобой, Варя? Варя,
что ты? Откашлянись“. Молчит. Спокойная, вялая.
В ужасе бегу к Шуре (старшая дочь,
от 1мужа): „Шура, с мамой что-то случилось“ (она накануне с5 детьми приехала из Полтавской губернии). Своплем
и выпученными глазами она вскакивает
с постели („потягивалась“ с дороги)
икидается встоловую. То же: „Мама, что
стобой“,— имолчание.
Мы уверены (абсолютно), что крошка стала вгорле иона задыхается, умирает.
Прошли как смерть 30 минут; кшвейцару — „за доктором“, к телефону, по
знакомым врачам: „Никто еще не вернулся сдачи“ или „уже уехали на практику“.
„Боже, помоги, Боже, что делать. Боже,
да Боже же: как Ты не поможешь“. Тащит
швейцар (умный) сулицы 2-х докторов,
и1, „запасного жиденка“ удалось „застать
дома“ (по телефону): все— жиды. „УВЕРЯЕМ вас, что проход вгорле унее свободен… Но унее что-то срукой“. Да: видя, что „задыхается“ мы схватили ее под
руки и тащим-волочим вдетскую (светлая ибольшая, лучшая комната). Не идет
XIV

ИНТИМНЫЕ ДООСКОРБЛЕНИЯ
сама. „Ну вот, как умирает“. Сняли юбки,
кофту, всорочке. Раскрыли окно-балкон.
Доктора: „У нее произошла без со-
мнения эмболия, закупорка кровеносного сосуда вмозгу“. Я был рад: „Значит,
сейчас не умрет“… Можно думать, бороться. Страдание, но не смерть.
И когда прошли дни…
Да: прошла великая смута о Боге.
Она все велела молиться. Да сам хотел.
Молюсь, исам не знаю кому? Как! Молиться так нужно: а„прежние мысли“—
куда же их деть, нельзя обратить в „нерожденные“. Шура (старшая дочь) говорит: „Папочка, какой же у Вас ужас
вдуше, если вы почти сатанинством называете все то, чему «вообще молятся»
ив то же время вот теперь имеете помолиться туда же“. — „Отрекитесь, папочка!“. „Перестаньте писать“…
— Да, Шурочка: но яничего не пони-
маю.
„Не понимаю“— ужасная смута вдуше, из которой не могу выбраться. Не
„не хочу“, ане могу.
Сам— кроток. Тих, „богобоязнен“.
А— 1-й бунтовщик.
Положение, ане душа.
В „душе“: только бы молиться. Ничего не знаю выше, как жить вбезвестно-
XV

АНДРЕЙ ТЕСЛЯ
сти и„только сБогом“. Ана деле— суета, ибури, ипечать, ивсе.
Но это — положение. Корабль без
парусов итруб, треплющийся где-то среди океана. „Как, что? Почему?“.— Темно. „Бог привел“…
Судьба. Бог поставил втакое сочетание, что „борьба уж вышла“. Бог что-то
хотел поправить через меня: указать людям „зло иневерное“: ивот бросил меня
„в это сочетание волн“.
А „там“ (в истории) „будет видно“.
Все ложное— изабудется, истинное—
принесет „нужный (Богу) плод“.
Вот взгляд мой на себя и„свое“.
Стал молиться с принуждением (Бо-
га): „Господи, если ятак хочу всем добра,
никому зла не желаю, не допускаю вмысли, не мог бы причинить: то сделай же Ты,
безгрешный, святой… Не можешь не сде-
лать… Должен сделать…“ „Сделай! Сделай!“ […]
Все молитвы— кБогу? Неужели это
сомнительно? Который-то Ангел (греческий? Товии? Св. Серафима?) — „отнесет мою молитву кБогу Единому Сущему“.
Без эт. „Един. Сущ.“ яне мог бы жить:
не живу ни одной минуты. Не представляю как бы жил. Удавился бы. Сошел
сума.
XVI

ИНТИМНЫЕ ДООСКОРБЛЕНИЯ
Он у меня „всегда за пазухой“: и—
„за звездами“. Везде— во мне. Над миром и„мной“.
Будет.
Без „беляночки“ (жена)— нет меня.
Ах, как хотел бы я сказать всему миру:
„Что вы думаете, гадаете, сомневаетесь
о«Розанове» (критика): «Розанова»—
нет. «Есть» кто-то за ним. Молчаливый.
Грациозный. Весь поэзия и смысл. Весь
дума ивдохновение. Вот «это» он только ловит, чует, прислушивается; вдумывается в«поучение», ему открывшееся—
итогда пишет“
Без нее— нет меня, как литератора;
нет— как ума икак силы. Ничего нет: но
когда она— за мною: явсесилен.
1
Не боюсь»
.
В дом вошла смерть— Розанов никогда не боялся
собственной смерти, но смерть «друга», его умирание, отчаянное бессилие— стали для него границей,
он утратил обычный страх. В это время он стал собирать отдельные свои записи, почти непроизвольно
находя новую форму. Как иу всего, унее было много
предшественников— весь журналистский путь Розанова можно назвать путем кэтой форме, вего многочисленных скобках, примечаниях и примечаниях
1
Там же. С. 241—243.
XVII

АНДРЕЙ ТЕСЛЯ
на примечания, распознать «листву» в предшествующем не трудно, как, например, «В своем углу», авторской рубрике, отведенной ему в«Новом Пути»
1
с1902г.
— но это лишь от того, что мы можем смотреть «из конца пути». Получившееся— удивляло
самого Розанова, он пытался «нормализовать» случившееся— так, вего бумагах сохранился набросок
предисловия к«Уединенному», где он объяснял происхождение записей иклассифицировал смысл подписей, определяя их как «рубрики»: «за нумизматикой», «на транспаранте» ит.д.
2
. Вопубликованном
тексте это предисловие сменилось знаменитым посыланием читателя «к черту», но, даже послав туда
своего читателя, Розанов тем не менее вконце книги поместил три постскриптума, долженствующие
представить некоторое объяснение «рубрик»:
«P.S. „За нумизматикой“: определение,
классификация иописание античных монет требует чрезвычайного внимания
глаза, рассматривания (в лупу) и— ра-
1
Как легко затем обнаружить его многочисленных литературных родственников— из прямых предшественников впервую очередь вспоминается близкий на протяжении ряда консервативный журналист «Рцы» (И.Ф. Романов), в1891 г. выпустивший «Листопад. Неповременное
издание» (М.: Типо-литография В. Рихтер).
2
Розанов В.В. [Сочинения. В2 тт.] Т. 2: Уединенное…
С. 655—656.
XVIII
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
