Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Теория и история искусства. Выпуск 3-4
.pdf
подкреплялся положительно. Затем проводился контрольный эксперимент, в котором ребенку давалось другое изображение объекта, где левая часть была белой, а правая — светло-серой. Оказалось, что дети
предпочитали выбирать правую часть изображения. Гештальтпсихологи
подчеркивали, что, если бы дети реагировали на абсолютные значения
цветовых ощущений (как это полагали ассоциативные психологи), они
должны были бы выбирать либо белую, либо светло-серую часть в равной мере. Устойчивый же выбор детьми светло-серой части указывает
на то, что дети учитывали не абсолютный цвет, а цветовые соотношения, т.е. структуру ситуации.
С этих же позиций гештальтпсихологами объясняются оптические иллюзии у детей и взрослых, а также случаи, когда подобные феномены обнаруживаются у взрослых, но не выявляются
у детей. По мнению представителей гештальтпсихологии, если
стимульная фигура по своей структуре оказывается слишком
сложной, оптическая иллюзия может не наблюдаться, поскольку
она не создаст структуру в перцептивном поле ребенка; когда же
оптическая иллюзия строится на основе целостных простых образов, у детей она оказывается ярко выраженной.
В качестве примера можно привести иллюзию Дельбефа: дошкольникам предлагается изображение двух неравных колец, расположенных
рядом (рис. 4). Для большего кольца размер внутренней окружности
равен размеру внешней окружности меньшего кольца. Оказалось, что
в этом случае у детей возникает оптическая иллюзия: размер внутренней
окружности большего кольца кажется большим, чем размер внешнего
кольца меньшей окружности. Объяснение в данном случае основано на
том, что ребенок недооценивает размер меньшего кольца в гораздо
большей степени, чем взрослый. Такая недооценка основана на целостном переживании структуры этих колец: в одном случае — как кольца
большого, а в другом — как кольца маленького. При этом сами окружности в первом случае включены в переживание большого, а во втором — в переживание маленького.
Рис. 4. Иллюзия Дельбефа
11
В рамках гештальтпсихологии была поставлена проблема
определения того, что в большей степени влияет на восприятие
ситуации — цвет или форма.
Эксперименты строились по следующему принципу: ребенку показывали какую-либо фигуру, которая обладала цветом и формой, и
предлагали найти такую же из группы других фигур, которые совпадали
с исходной фигурой либо только по цвету, либо только по форме. Таким
образом, перед ребенком вставала задача выбора либо на основе цвета,
либо на основе формы. Д. Катц показал, что большинство дошкольников
отдают предпочтение цвету. Гештальтпсихологи объясняли, что в дошкольном возрасте определяющее значение цвета как структурирующего фактора гештальтпсихологии объясняется тем обстоятельством,
что цвет сам по себе, несомненно, является менее сложным и расчлененным качеством, чем форма. Но при этом цвет сохраняет свою яркую
выразительность и вызывает сильные эмоциональные переживания.
Поэтому переживание цвета эмоционально ближе ребенку, чем переживание формы, соответственно цвет может быть воспринят ребенком
с помощью более примитивных средств.
В работах одного из наиболее ярких представителей гештальтпсихологии, Р. Арнхейма, были описаны выделенные им
принципы визуальной организации произведений изобразительного искусства. Так, он считал, что центральное расположение
объекта в композиции картины свойственно многим художникам различных стилей и культур. Эта особенность изображений
объясняется тягой человека к восприятию стабильных форм.
Нестабильные же композиции вызывают у наблюдателя дискомфорт, ощущение несбалансированности. Ярким примером наме-
ренного нарушения принципа
центрации являются работы
К. Малевича (см., например,
рис. 5). Арнхейм был убежден,
что общая для различных
эпох и направлений изобразительного искусства композиционная схема построения
визуального образа в произведениях этого искусства
обусловлена особенностями
человеческой природы — организацией нервной системы
Рис. 5. К. Малевич. Черный круг
человека.
12
И хотя во времена Арнхейма не существовало нейропсихологических исследований, которые бы подтвердили его точку
зрения, он мог опираться на известные индивидуальные случаи
нарушения пространственной ориентации.
Так, известный немецкий художник А. Рэдершайдт пережил в возрасте 75 лет мозговой инсульт, последствием которого стала левосторонняя слабость и серьезные пространственные нарушения. Нарисованные
им портреты позволяют проследить, как постепенное восстановление
мозговых функций позволило перейти от резкого смещения автопортрета вправо и почти полного отрицания его левой части к появлению
левой части изображения, ее сближения с правой и их общей центрации относительно пространства холста. Изменения в изображениях,
созданных Рэдершайдтом, показывают, что нарушение баланса было
обусловлено расстройством ориентировки в пространстве (рис. 6).
Рис. 6. А. Рэдершайдт. Автопортреты
В 1970-х гг. Р. Шепард провел ряд исследований, направленных на изучение «умственного вращения». В эксперименте испытуемым необходимо было определить сходство или различие
13
изображенной под разными углами серии двух трехмерных объектов. Оказалось, что время ответа испытуемых было связано
с углом поворота трехмерного объекта: чем больше он был, тем
больше времени требовалось испытуемым на ответ. Эти данные,
по мнению Шепарда, говорят о том, что испытуемые в уме совершали вращение трехмерного объекта, а не сравнивали статичные изображения. Развитие теории Шепарда удивительным
образом совпадает со становлением в это же время таких художников, как Р. Смитсон, Р. Моррис и Э. Хелд. Все три художника
использовали в своих работах геометрические формы, схожие
с теми, что были представлены в исследованиях Шепарда.
Так, Л. Финкельштейн, характеризуя работы Э. Хелда, пишет:
«Роль языка — фиксировать и передавать, спасать от времени, поэтому понятое универсализировано. Зрение, хотя оно и находится
во власти речи, обладает особенностями и открывает то, что было
неизвестно до момента восприятия. Вот почему мы говорим при
открытии нового факта “Я вижу”, и, возможно, поэтому А. Эйнштейн описывал свои новые идеи как предстающие в виде чувственных или эстетических сущностей, а не в виде слов или фор-
5
. В своих работах Хелд использовал особые соотношения
мул»
форм для создания эффектов проекции вперед и назад. Это создавало противоречивый опыт, который не позволял придерживаться
какого-то определенного видения картин. Например, в работе
«Финикия V» он изобразил линии на поверхности, которые создавали ощущение трехмерного пространства холста (рис. 7).
Свой вклад в понимание процесса восприятия внесла научно-исследовательская школа Ж. Пиаже. Ее глава отверг постулат
гештальтпсихологов об изоморфизме (соответствии) оптического, феноменального и мозгового полей; с его точки зрения, перцептивные процессы представляют собой действия.
Он различал образ восприятия и умственный образ объекта.
Образ восприятия, по Пиаже, существует только при наличии
объекта непосредственно в поле восприятия. Умственный же образ появляется тогда, когда самого объекта перед субъектом нет.
Пиаже полагал, что восприятие представляет собой процесс
считывания поступающей от объекта зрительной информации.
Однако считывание происходит только в тот момент, когда глаз
фиксирует объект, т.е. когда он неподвижен относительно объекта. При этом та информация, которая попадает в поле лучшего
видения (в центральную область), преувеличивается, а та, кото-
5
Finkelstein L. Al Held: structure and theintuition of theme // Art in America.
1974. N 7. P. 83–85.
14
Рис. 7. Э. Хелд. Финикия V
рая остается на периферии, преуменьшается. Другими словами,
информация искажается, или, как отмечал Пиаже, действуют
эффекты поля восприятия. Задача, которая встает перед субъектом,
заключается в том, чтобы преодолеть искажения. Они преодолеваются благодаря перцептивной активности, т.е. за счет выработки схем рассматривания объекта, которые включают фиксации глаз на различных частях объекта и переходы от одних
фиксаций к другим. Фактически образ восприятия и представляет собой такую схему рассматривания. Согласно Пиаже, схемы
вырабатываются не сразу, а постепенно совершенствуются. Судить об этом можно на основе анализа движения глаз при рассматривании различных объектов.
Развитие перцептивной активности изучалось Пиаже с помощью кинорегистрации движений глаз. Исследования, проведенные под его руководством, показали, что существуют очевидные
различия между реакциями пятилетних, шестилетних и более
старших детей. У детей точки фиксации глаз менее информативны
и распределены на гораздо большем пространстве, чем у взрослых. Кроме того, движения детских глаз характеризуются большей «случайностью», в то время как движения глаз взрослых
подчинены определенным стратегиям рассматривания изображений. Таким образом, перцептивная активность, по Пиаже,
15
развивается с возрастом и начинает управляться интеллектом.
Пиаже показал, что, несмотря на наблюдаемые ребенком явления, образ восприятия зависит от развития мышления.
В одном из экспериментов детям демонстрировался стержень,
одна половина которого была окрашена в синий цвет, а другая — в красный. Задача ребенка состояла в том, чтобы предсказать (нарисовать)
промежуточные позиции стержня при падении. При этом дети не только имели возможность пронаблюдать его падение, но и имитировали
его, держа стержень в руках. Оказалось, что с заданием справилась лишь
половина семилеток, принявших участие в эксперименте, и две трети
восьмилеток. Этот эксперимент говорит о том, что в дошкольном возрасте умственный образ оказывается статичным, неспособным передать динамические изменения.
Несовершенство детского восприятия проявляется прежде
всего в иллюзиях. По мнению Пиаже, существуют две причины
иллюзий. Первая вызвана эффектами поля. Если предъявлять
объект (изображение) с помощью тахистоскопа так, чтобы при
этом глаза не успевали совершать движение, то восприятие объекта
будет определяться эффектами поля. В качестве примера можно
привести восприятие детьми описанной выше иллюзии Дельбефа. Как показал Пиаже, иллюзия сильнее выражена в возрасте
пяти лет, у взрослых она достигает не более половины или даже
трети исходной величины иллюзии ребенка. Эти результаты показывают, что развитие перцептивной активности приводит к
улучшению восприятия. Однако, хотя перцептивная активность
в целом и улучшает восприятие, снимает эффекты поля, в некоторых случаях могут возникать искажения, вызванные уже не
эффектами поля, а характером перцептивной активности.
В этом случае перцептивная активность выступает второй
причиной возникновения иллюзий. Например, в случае горизонтально-вертикальной иллюзии (рис. 8) вертикальные линии
кажутся длиннее, чем равные им горизонтальные, поскольку
чаще всего центрации группируются вокруг середин горизонтальных линий и
вершин вертикальных линий. Эта переоценка вертикалей увеличивается с возрастом.
Как известно, проекция объекта на
сетчатку глаза уменьшается с увеличением расстояния до объекта. Ожидается, что
Рис. 8. Горизонтальновертикальная иллюзия
объект должен казаться меньше. Однако
эти изменения компенсируются за счет
16
особого свойства зрительного восприятия, которое получило название «постоянство величины». Оно проявляется в возможности воспринимать размер видимого объекта как один и тот же
независимо от расстояния от ребенка до объекта.
Пиаже ссылается на исследования, проведенные под руководством
Э. Брунсвика
являлись объекты, различающиеся по величине и расстоянию друг от
друга. Два объекта разного размера предъявлялись на разном расстоянии. При этом расстояние до большего объекта было больше, чем до
меньшего. Оно подбиралось с таким расчетом, чтобы проекция большего объекта на сетчатку глаза была равна проекции меньшего объекта
с более близкого расстояния. Предполагалось, что если реакции ребенка на появление этих объектов в поле восприятия будут различаться, то
это будет свидетельствовать в пользу константности восприятия величины. Результаты показали, что лишь начиная с шести месяцев у детей
появляется константность величины.
Аналогично постоянство формы проявляется в сохранении формы
объекта независимо от ракурса, в котором он располагается по отношению к линии взора. Эти свойства появляются ко второй половине первого года жизни и усовершенствуются до десятилетнего–двенадцатилетнего возраста и даже позже.
6
. Детям в возрасте от десяти до пятидесяти недель предъ-
Вопросы константности восприятия и представление о его
структуре являются центральными в экологической теории
Дж. Гибсона. Окружение человека наполнено объектами; отражаемый ими свет, попадающий в глаза наблюдателя, структурирован. Поэтому изменения положения, наклона различных
поверхностей и граней приводят к нарушению яркости света.
Последовательность таких разрывов составляет оптический строй
и может переносить информацию о структуре объективного
окружающего мира. В этом строе содержатся постоянные аспекты, раскрывающие инвариантную структуру окружения, в частности структуру объекта. Хотя цвет и размер позволяют отличить
один объект от другого, познание объекта невозможно без отражения его структуры. Структура объекта понимается Гибсоном
как соотношение его поверхностей и граней.
Обнаружение структуры осуществляется, как правило, с помощью визуальных изменений, происходящих во время движения наблюдателя. Движение позволяет, с одной стороны, отделить объект от остального окружения, а с другой — распознать
его структуру за счет проективных изменений, происходящих
6
Brunswik E., Cruikshank R.M. Perceptual size-constancy in early infancy // Pscyh.
Bull. 1937. N 34.
17
во время движения (например, сфера практически не будет менять свою проекцию при движении, а куб будет изменяться
меньше, чем более сложная фигура).
Обратимся вновь к теории Пиаже, который утверждал, что
интерпретация восприятия связана не столько с ассоциацией образов, сколько с действием: «Эти сенсорные образы не обладают
собственным значением, если не координированы с сосанием,
хватанием или иным действием, которое может обозначить потребность в объекте. Более того, эти образы не обладают глубиной <…>. Поэтому они представляют собой лишь пятна, которые
появляются, двигаются и исчезают без учета объема или величины. Короче говоря, они не являются объектами, независимыми
образами или образами, которые наполнены внешним содержанием <…>. Позднее зрительные образы приобретают значение,
связанное со слушанием, хватанием, прикосновением <…>»
7
.
В отличие от такого понимания необходимой активности
для построения образа восприятия экологическая теория говорит, что взаимодействие с реальностью возможно без предварительного обогащения опытом. С точки зрения Э. Гибсон, в развитии человека нет какой-либо специальной стадии, когда
восприятие не направлено на окружение. Со временем развиваются лишь навыки дифференциации, извлечения информации.
Своеобразие взглядов Дж. Гибсона определяется его пониманием характера стимуляции, на основе которой возникает
перцептивный образ. Как уже отмечалось, он исходит из организации светового потока, отражающегося от окружающих человека
объектов. Так, например, восприятие удаленности, по Гибсону,
возникает на основе перспективных отношений. Это означает,
что чем дальше удален объект, тем он менее ярок и контрастен
в силу эффекта рассеивания света, детали объекта становятся нечеткими, изменяется фактура поверхности. Согласно Гибсону,
эти характеристики светового потока не могут быть восприняты
постепенно, а должны восприниматься сразу, структурно, т.е.
должны опираться на некоторые целостные механизмы. Согласно
традиционному взгляду, для точного восприятия размера объекта
субъекту необходимо учитывать зрительный угол и расстояние
до объекта. В этом случае величина объекта будет определяться
через тангенс угла «мысленного прямоугольного треугольника»,
построенного с помощью отрезка, характеризующего расстояние
до объекта (один катет), самого объекта (второй катет) и угла,
который расположен напротив катета, передающего величину
объекта.
7
Piaget J. The origins of intelligence in children. N.Y., 1952. P. 64–65.
18
Можно провести простой опыт, иллюстрирующий закономерность, получившую название «закон Эммерта». Для этого следует некоторое время (около минуты) посмотреть на расположенный на небольшом расстоянии от глаз черный квадрат на белом фоне. Если затем
посмотреть на дальнюю стену помещения, удерживая образ последействия (квадрат) с помощью непрерывного моргания, то можно констатировать, что размер этого квадрата резко увеличится в связи с тем, что
величина «образа» теперь будет отнесена к другому расстоянию (расстоянию до стены). Другими словами, мы будем наблюдать сохранение
тангенса угла и увеличение его катетов.
Однако Гибсон показал, что для определения величины объекта мы можем использовать не информацию о расстоянии до
него, а информацию о текстуре поверхности. Поскольку элементы поверхности обладают определенной однородностью, то их
проекция на сетчатку создает градиент (рис. 9). Вне зависимости
от положения объекта он будет закрывать одинаковое количество элементов поверхности. По мнению Гибсона, такие механизмы (восприятия удаленности, глубины, скорости) являются
врожденными.
Рис. 9. Градиент
Одним из классических исследований, демонстрирующих наличие
врожденного восприятия глубины, является эксперимент Э. Гибсон и
8
Р. Уока
чившая название «визуальный обрыв». Установка представляла собой
стол, посередине которого было пустое пространство, обрыв. Весь стол
покрывался прозрачным стеклом. При этом и часть стола, покрытая досками, и пол имели узор шахматной доски. В исследовании младенцев
в возрасте 6,5 месяца размещали на одном конце стола, а их матерей —
на другом. Экспериментатор давал матерям инструкцию позвать ребенка, чтобы он дополз до нее, преодолев «визуальный обрыв». Оказалось,
что большинство младенцев переползали первую часть стола, но оста-
, в котором использовалась исследовательская установка, полу-
8
Gibson E.J., Walk R.D. The “visual cliff” // Scientific American. 1960. N 202.
19
навливались на глубокой. Полученные результаты рассматривались как
подтверждение того, что восприятие удаленности врожденно.
В рамках культурно-исторической теории Л.С. Выготский
отвергал мнение о врожденных механизмах восприятия (которое
было высказано сначала гештальтпсихологами, а затем в экологической теории восприятия). С его точки зрения, восприятие,
как и любая другая высшая психическая функция, проходит путь
усвоения, интериоризации.
Перцептивные действия представляют собой активность,
направленную на решение определенных перцептивных задач.
При этом действие пользуется средствами, которые в процессе
взаимодействия с объектом уподобляются его свойствам. Перцептивные действия решают задачи поиска, обнаружения, различения, идентификации и отображения свойств предметов.
Так, например, А.В. Запорожец (ученик Выготского) повторил
впоследствии опыт с визуальным обрывом Э. Гибсон и Р. Уока. Он показал, что младенцы в возрасте от шести до девяти месяцев в ряде случаев
демонстрируют отсутствие страха перед глубиной. При этом малыши
рассматривали глубину под ними, трогали стекло руками, но, если мать
затем продолжала звать их к себе, они преодолевали обрыв. Как отмечает
автор, «по-видимому, основой поведения младших детей является не
подлинное восприятие глубины, возникающее в результате практического овладения пространством, а более примитивный процесс. Подтверждением этого предположения явились наши контрольные опыты,
где маленькие дети ставились перед лицом других “не глубинных” контрастов и должны были переползать, например, с одной стороны стола,
окрашенной в тусклый серый цвет, на другую его сторону, покрытую
яркой красной краской с металлическим блеском. Оказалось, что, подползая к рубежу между двумя различно окрашенными плоскостями, некоторые младенцы задерживались и вели себя подобно тому, как они
это делали на пороге “видимого обрыва”»
9
.
Важным постулатом культурно-исторической теории выступает необходимость активности субъекта. Активность, которая
реализуется во внешнем действии, является условием становления умственных (в том числе и перцептивных) действий. Подтверждением подобной связи выступило исследование Р. Хел-
10
, воспитывавшего в темноте котят.
да
9
Запорожец А.В., Венгер Л.А., Зинченко В.П., Рузская А.Г. Восприятие и дей-
ствие / Под ред. А.В. Запорожца. М., 1967. С. 180.
10
Held R., Hein A. Movement-produced stimulation in the development of
visually guided behavior // Journal of Comparative and Physiological Psychology. 1963.
N 56.
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]