Человек. Общество. Право. Выпуск 7. Материалы международной научной конференции курсантов, слушателей и студентов

Выделяют три компонента аттитюдов, установок личности по отно­шению к праву и всему тому, что с ним связано:

Эмоциональный компонент предполагает эмоциональную оценку (от­ношение личности) к закону, праву, представителям правоохранительных органов и т. п. Когнитивный включает всю совокупность знаний челове­ка вобласти права. Поведенческий компонент установки подразделяется на два вида. Это аттитюд собственно к праву как таковому (кего нормам, требованиям, его представителям и институтам) и аттитюд ксобственно­му поведению личности в юридически значимых ситуациях.

Анализируя отношение к праву, мы получили интересные, на наш взгляд, данные. Так, описывая собственное поведение в первой ситуации, где респондент является лишь свидетелем нарушения, 8% опрошенных не стали бы оказывать помощь постороннему человеку; 33% опрошенных ответили, что помогли бы постороннему человеку, если бы никого друго­го не оказалось рядом. Бόльшей частью респондентов (58%) было указа­но, что пришли бы на помощь постороннему человеку, попавшему в беду. Анализ ответов по второй ситуации, где респонденту предлагалась оце­нить свое поведение в ситуации, где близкий родственник является нару­шителем права, показал следующее: четверть опрошенных (25%) поста­рались бы закрыть уголовное дело, половина респондентов (50%) сначала узнали бы, какое именно преступление совершил близкий родственник, ауже потом решали бы, как поступить. При этом мы можем говорить, что такую позицию можно рассматривать как готовность к нарушению пра­ва. Лишь 25% опрошенных ответили, что не стали бы помогать близкому родственнику. Описывая собственное поведение в третьей ситуации, где респондент является субъектом правонарушения, исследование показа­ло: 75% опрошенных заявили, что не стали бы признаваться в своем воз­можном отношении к пожару; 25% готовы в этом признаться.

Исходя из теории Л. Колберга, можно выделить следующие уров­ни морально-нравственного развития участников исследования по трем анализируемым ситуациям.

По первой ситуации, где участник занимает позицию случайного свиде­теля преступления, 42% ответов респондентов на вопрос «Почему поступи­те именно так?» можно причислить к предконвенциональному уровню. От­веты 58% респондентов отнести к постконвенциональному уровню. Данные респонденты объясняют свою позицию так: «жизнь человека дороже, поэто­му помогу», «преступление должно быть наказано», «жалко человека».

На втором уровне профилактики основным субъектом должен быть участковый уполномоченный полиции (далее — УУП). Основа­нием применения специальной профилактики является информация, свидетельствующая о намерении лица совершить преступление, ха­рактеризующееся как бытовое насилие. При поступлении такой ин­формации УУП проводит профилактическую беседу с членами этой семьи, а также с лицом, заподозренным в совершении противоправно­го деяния. При наличии достаточных сведений о том, что лицо продол­жает угрожать жертве бытового насилия либо в отношении нее приме­нять ненаказуемое насилие, УУП должен иметь возможность вынести защитное предписание. Защитным предписанием может воспрещать­ся (вопреки воле потерпевшего) разыскивать, преследовать, посещать, вести устные, телефонные переговоры и вступать в какие-либо кон­такты иными способами, включая несовершеннолетних и (или) недее­способных членов его семьи.

Чтобы реализовать указанную выше систему мер по защите жерт­вы от нарушителя, необходимо внести ряд изменений в Федеральный закон от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», где следует закрепить предлагаемые полномочия сотрудника полиции. Проект федерально­го закона № 421465-6 «Об основах системы профилактики правонару­шений в Российской Федерации» следует, на наш взгляд, дополнить конкретными мерами по защите жизни и здоровья жертвы правонару­шения, в КоАП РФ дополнить главу 19 новой нормой, устанавливаю­щей ответственность за неисполнение защитного предписания, а так­же внести изменения в ряд ведомственных документов, в частности, ввести новую категорию сведений о лицах, совершивших бытовое на­силие, в базы данных ит.д.

     ?

Большей части (2/3) совершившим тяжкие преступления назначает­ся наказание в виде лишения свободы условно; 15% получают реальное лишение свободы; 6% — штраф; 2% — обязательные работы; менее 2%— исправительные работы; менее 1% — ограничение свободы как основной вид наказания.

За преступления средней тяжести 36% несовершеннолетних на­значают обязательные работы; 22% — условное лишение свободы; 12% — лишение свободы реально; 11% — штраф; 4% — ограничение свободы; менее 3% — исправительные работы.

Следующий по распространенности вид наказания — обязатель­ные работы, их получают 17% от всех осужденных несовершеннолетних, штраф — 10%, весьма редко встречаются ограничение свободы (3%) и ис­правительные работы (1–2%).

Более мягкий вид наказания вместо лишения свободы назначается в0,5% от общего числа вынесенных приговоров (часто подросткам вменя­ется ч. 2 ст. 161 УК РФ, ст.ст. 228–234 УК РФ, чч. 2–4 ст. 166 УК РФ).

Нужно сказать, что столь редкое применение указанной меры обу­словлено и ограниченными рамками уголовного закона. Решение о по­мещении в СУВУЗТ принимается в порядке замены назначенного под­ростку лишения свободы другим видом наказания. Соответственно, по­местить в СУВУЗТ нельзя тех, кто впервые совершил преступление сред­ней тяжести в возрасте до 16 лет, которым не может быть назначено на­казание в виде лишения свободы. Но такие подростки не меньше нужда­ются в изменении окружающей их среды, в особых условиях воспитания, обучения, в специальном педагогическом подходе.