Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Философия преступления и наказания
.pdf
за оправдание», а Демокрит заметил: «Доступный подкупу не мо
жет быть справедливым». Ф. Бэкон уточнил эту мысль: «Судьям
подобает более учености, чем остроумия, более почтительно
сти, чем искусности в доказательствах, более осмотрительности,
чем самоуверенности. Но главной их добродетелью является
1
неподкупность»
.
Без категорий справедливости и гуманизма вообще невоз
можно обойтись там, где решение вопроса зависит от характери
стики личности виновного. Многообразие отличающих человека
признаков не позволяет изложить их в виде нормативно закреп
ленных четких критериев. Поэтому при использовании такого
рода норм особенно важное значение приобретают нравствен
ные категории справедливости и гуманизма, на которые следует
опираться при оценках характера и степени опасности личности.
Среди этих норм на первое место выдвигаются правила назначе
ния наказания.
Субъективизм при применении наказания в судействе неиз
бежен. В связи с этим мы сталкиваемся с проблемами внутренне
го убеждения судьи и судейским усмотрением, которые означают
такое состояние психики, сознания, пребывая в котором судья
считает назначаемое наказание самым справедливым, индивиду
альным, не вызывающим сомнений. Внутреннее убеждение как
состояние возникает не в результате сиюминутных впечатлений,
а складывается на основе анализа степени и характера обществен
ной опасности совершенного преступления, личности виновного,
обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание. Судебная
практика нашей страны показывает, что за одинаковые по харак
теру и степени опасности преступления суды нередко назначают
отличающиеся виды и сроки наказания, исходя из собственного
усмотрения. Что же такое судейское усмотрение?
А. Барак определяет судейское усмотрение как «полномочие,
которое закон дает судье, чтобы делать выбор из нескольких аль
тернатив, из которых каждая законна», при этом оно «не являет
ся ни эмоциональным, ни умственным состоянием. Это, скорее,
1
Бэкон Ф. Соч. Т. 2. М., 1978. С. 473.
171
Г л а в а II
юридическое условие, при котором судья волен делать выбор из
1
ряда вариантов»
. Вряд ли с этим можно согласиться, поскольку
юридическое условие для выбора того или иного конкретного на
казания определено законом. А это означает, что судья не может
выйти из рамок этих условий, в то время как в пределах юридиче
ских условий он не в состоянии принять справедливое решение.
Судейское усмотрение — это, скорее, комплекс нравствен
ных, практических, психологических, педагогических условий, на
основе которых судья принимает то или иное решение. Поэтому
правильность решения зависит от уровня развития этих качеств у
судьи. При этом само собой разумеется, что, наряду с профессио
нальными качествами, существенное значение имеет способность
судьи мыслить общечеловеческими категориями.
Исходя из этого, мы полагаем, что судейское усмотрение —
это внутренняя убежденность в принятии справедливого решения
при определении наказания преступнику. Понятно, что судейское
усмотрение не должно быть безграничным. Речь идет именно об
оптимальном варианте усмотрения. Как бы ни выступали неко
торые авторы против судейского усмотрения, надо признать, что
там, где есть право, всегда будет возможность выбора по усмотре
нию правоприменителя.
В этом смысле мы разделяем опасения В.П. Нажимова, когда
он предупреждает, что «участники процесса, особенно подсуди
мый и защитник, почти беззащитны от усмотрения судей в выбо
ре конкретной меры наказания. Судьи могут привнести в этот во
прос любые субъективные моменты, например такие, как сквер
ное настроение, интуитивная антипатия к подсудимому и т. п.»
2
Повидимому, это зависит от личных качеств судьи, а не от границ
судейского усмотрения. Мы не уверены в том, что чем меньше
сфера личного усмотрения судьи, тем больше гарантий законно
сти и правильности принятого решения. Поэтому вопрос состоит
.
1
Барак А. Судейское усмотрение. М., 1999. С. 13–14.
2
Нажимов В.П. Справедливость наказания — важнейшее условие его
эффективности // Вопросы организации суда и осуществление правосудия в
СССР. Калининград, 1973. Т. 2. С. 3.
172
не в том, следует или не следует отказаться от судейского усмотре
ния, а в том, каковы должны быть пределы такого усмотрения.
Безусловно, наряду с необходимыми предпосылками, эле
ментами формирования рационального внутреннего убеждения
служат умственная деятельность, выражающаяся в размышлении,
сопоставлении, взвешивании отдельных доказательств, всесто
ронняя критическая оценка модели возможного решения, после
этого — проверка правильности всех выводов и, наконец, уста
новление логических, причинноследственных связей между дан
1
ными, которые легли в основу решения
.
Предпосылка рационального внутреннего судейского убеж
дения состоит в том, что судья, подходя к сформированному
мысленно «проекту» вида и размера наказания как созданной в
сознании модели, осуществляет на этой основе самоконтроль.
Наиболее важный элемент самоконтроля — сомнение. Каждый
судья, избирая вид и размер наказания, опирается на свои нрав
ственные принципы. При этом необходимо отметить, что чрезвы
чайно важную роль в справедливом и целесообразном назначении
наказания играет система философских, правовых, общечелове
ческих взглядов судьи. Политические и идеологические принци
пы должны быть чужды судье.
Таким образом, закон оставляет известные границы для ус
мот рения применяющего его органа или должностного лица, с
тем, чтобы он смог принять правильное решение, основанное на
началах справедливости и гуманизма. Так, между Посланником
Аллаха — Мухаммедом и назначенным судьей в Йемен Маузом
произошел следующий диалог: «По чему ты будешь судить?» —
спросил Мухаммед. «По писанию Аллаха», — отвечал Мауз. «А если
не найдешь?» — поинтересовался Пророк. «По Сунне Посланника
Аллаха», — сказал Мауз. «А если и там не найдешь?» — спросил
Мухаммед. «То буду судить по своему мнению, не пожалев сил на
поиск верного решения», — отвечал Мауз. «Хвала Аллаху, наста
вившему тебя на угодный Ему путь!» — воскликнул Пророк.
1
Надь Л. Приговор в уголовном процессе. М., 1982. С. 92.
173
Г л а в а II
В юридической литературе лишь несколько авторов опе
рировали понятием «сущность наказания» как отличающимся от
понятия «содержание наказания». Остальные авторы либо при
давали этим понятиям одинаковый смысл, либо использовали
какоето одно из них. Приведем несколько мнений относительно
понятия сущности наказания.
Русские ученыекриминалисты дореволюционного периода
сущностью наказания считали причинение преступнику стра
1
даний
. Так, например, Н.Д. Сергиевский сущность наказания
видел в осуждении и порицании, которые выражаются «в форме
2
известного физического или морального вреда»
. А вот совет
ский ученый П.П. Осипов указывал на двусущностную приро
ду тех наказаний, в содержание которых включено воспитание
3
И.А. Тарханов сущность наказания определял как «выраженное в
правоограничениях государственное порицание преступного по
4
ведения и лица, совершившего преступления»
сущность наказания усматривается в каре
. Достаточно часто
5
.
На самом деле, раскрыть подлинную суть наказания, дать
ему четкое определение, разграничить с логически и историче
ски близким явлением кары, составляющим содержание нака
зания, — задача сложная. В подтверждение сказанного уместно
.
1
См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая.
С. 91–93; Спасович В.Д. Учебник уголовного права. Т. 1. Вып. 2. СПб., 1863.
С. 180; Познышев С.В. Основные вопросы учения о наказании. М., 1904.
С. 335.
2
Сергиевский Н.Д. Русское уголовное право. Часть Общая. Пособия к
лекциям. II изд., 1915. С. 84.
3
См.: Осипов П.П. Теоретические основы построения и применения
уголовноправовых санкций. Л., 1976. С. 68.
4
Тарханов И.А. Замена наказания по советскому уголовному праву.
Казань, 1982. С. 9.
5
См.: Учение о наказании в уголовном праве России. М., 2011. С. 58;
Наташев А.Е., Стручков Н.А. Основы теории исправительнотрудового пра
ва. С. 17.
174
привести слова Д.А. Керимова: «Разрыв сущности и содержания
права ничем не оправдан: не только содержание, но и сущность
права являются категориями объективными и выражены в зако
1
нодательстве субъективно отраженными»
.
В отличие от сущности содержание наказания представ
ляет собой нечто неустойчивое, колеблющееся, изменчивое.
Содержанию наказания присуще постоянное развитие, непо
средственно отражающее движение и изменение материальной,
духовной и социальнополитической жизни общества. Поэтому
отождествление сущности и содержания наказания недопустимо,
ибо сущность наказания — более глубокая, более общая катего
рия, нежели категория содержания. Первая как основа, суть на
казания — явление, а второе — ее выражение в многочисленных и
разнообразных проявлениях сущности наказания.
Сущность вскрывает внутреннюю природу наказания, а со
держание наказания конкретно выражает в уголовноправовой
санкции те или иные лишения и страдания данной сущности.
Поэтому содержание наказания исчерпывается карой, со всеми
ее свойствами, признаками и т. д. По содержанию наказания мож
но определить, какими средствами и методами государственная
воля осуществляет в реальности сущность наказания. А из этого
следует, что государственная власть не в состоянии повлиять на
сущность наказания, которая имеет объективный и неизменный
характер, в то время как в зависимости от уровня развития об
щества, в широком смысле, содержание наказания постоянно
меняется.
Кара является не целью наказания, а его содержанием. Она
объективно ему присуща и не находится в зависимости от законо
дателя, который может целесообразно употреблять это средство
или же злоупотреблять им в своих целях. Сложность познания ка
рательного содержания наказания связана не только с различным
подходом в науке к определению места кары в наказании, но и с
различными взглядами ученых на природу самой кары.
1
Керимов Д.А. Методология права... С. 167.
175
Г л а в а II
Так, Б.С. Утевский определял кару как принуждение1.
Б.С. Ни кифоров, критикуя такое понимание кары, полагал, что
2
кара предполагает страдание
. Таким образом, он видел в каре не
только принуждение вообще, но и принуждение к страданию,
причем соразмерному с совершенным преступлением.
Свое отношение к понятию кары определил и И.С. Ной:
«Кара — это принуждение с целью вызывать страдание. Лишь та
кое понимание кары позволяет, практически, отличить ее от иных
видов принуждения, входящих в наказание, но не являющихся
3
карой»
.
С.В. Полубинская считает, что кара является сущностью, неот
ъемлемым свойством наказания. Кара в этом смысле заключается
в лишении осужденных возможности совершать новые преступле
ния. В таком понимании кара есть необходимая предпосылка для
4
достижения наказанием целей предупреждения преступлений
.
И, наконец, по мнению В.К. Дуюнова, «кара — это всегда ре
акция в виде осуждения, порицания, укора виновного за совер
шенный им проступок, в какой бы сфере социальной жизни это
5
понятие ни употреблялось»
.
В целом ряде языков, как европейских, так и восточных, нет
особого слова, которое соответствовало бы понятию «кара», в от
личие от понятия «наказание». В русском языке слово «кара» все
таки имеет особый оттенок. Кара, по Далю, не только наказание
вообще, но и строгое наказание и казнь. Именно свойством кары
наказание отличается от других мер государственного принужде
ния. Поэтому как преступления обладают различной обществен
1
Утевский Б.С. Вопросы теории исправительнотрудового права и прак
тика ее применения // Материалы теоретической конференции по вопросам
советского исправительнотрудового права. М., 1957. С. 37.
2
Материалы теоретической конференции по вопросам советского ис
пра вительнотрудового права. С. 128.
3
Ной И.С. Сущность и функции уголовного наказания... С. 31.
4
Полубинская С.В. К вопросу о целях наказания. Проблемы усовершен
ствования уголовного закона. М., 1984. С. 100.
5
Дуюнов В.К. Наказание в уголовном праве России — принуждение или
кара? С. 65.
176
ной опасностью, так и наказания отличаются друг от друга по сте
пени кары количественно и качественно.
Конкретное выражение кары образует содержание наказания
того или иного вида. При анализе системы наказаний нельзя не
видеть, что в нее входят различные виды наказаний, которые при
одной и той же сущности отличаются друг от друга. Это свиде
тельствует о том, что содержание наказания, в отличие от сущно
сти, может относительно быстро меняться. Законодатель может
оказать влияние на содержание того или иного наказания путем
определения той или иной «дозы» кары в его составе. Например,
«доза» кары в лишении свободы количественно отличается от
«дозы» кары в штрафе. И это вполне естественно, поскольку для
достижения цели в одних случаях необходима наибольшая «доза»
кары, а в других — наименьшая.
Наказание в процессе реализации карательного содержания
причиняет осужденному определенные страдания. Именно это
свойство является необходимым признаком кары как элемента
содержания наказания. При этом следует подчеркнуть, что стра
дание — не цель наказания, а свойство кары, то есть неотъемле
мая суть, характеристика и качество кары. И то, что нравственные
страдания должны соединяться со страданиями физическими, —
это совершенно справедливо, потому что само совершение пре
ступления уже бесчестит преступника.
Как факт чувственной жизни уголовное наказание является
актом принуждения к страданию. Иначе понятие наказания ис
чезло бы из юридического лексикона как исторически устаревшее.
С.П. Мокринский писал: «Стоит отнять у наказания эту характер
ную черту — преднамеренное причинение страдания, или пред
ложить, что данное мероприятие не по исключению, но уже по
общему правилу не в силах вызвать требуемого эффекта, — и вся
кий почувствует, что мероприятие уже не соответствует понятию
наказания, что оно может быть названо мерой принудительного
воспитания, образования, врачебного пользования, презрения,
1
изолирования, но, отнюдь, не наказания»
.
1
Мокринский С.П. Наказание, его цели и предложения. Ч. I–III. М., 1902. С. 3.
177
Г л а в а II
В то же время страдание и унижение не должны доходить
до крайности и быть беспочвенными и бесцельными мучения
ми. Одновременно следует учитывать предупреждения Э. Ферри:
«Мы решительно противимся ниспровержению всех принципов
общественной справедливости, при котором тюрьмы становятся
более удобным и комфортабельным помещением, чем жилища
1
честных, но бедных людей»
.
Страдание относится к числу тех понятий, реальный жизнен
ный смысл которых, на наш взгляд, ясен даже обыденному со
знанию. Однако оно имеет противоречивое, сложное содержание.
В психологическом плане страдание — это особое переживание,
связанное с ощущением неудовольствия. В социальном аспекте
страдание представляет собой результат отчуждения, непризнан
ности другими. Согласно религиозным представлениям страда
ние — чисто религиозное учение, не выходящее за грань религии
и не входящее в повседневную жизнь, связанное исключительно с
отношениями между людьми и Богом, но никак не между людьми
друг с другом. Значит, страдание — это жертва чемуто высшему,
Божественному, Святому. Страдание можно также трактовать как
претерпевание. В юридическом плане страдание понимается как
результат совершенного зла, последствие преступления.
Страдание — совокупность крайне неприятных, тягостных
или мучительных ощущений живого существа, при котором оно
испытывает физический и эмоциональный дискомфорт, боль,
стресс, муки и т. д. Понятно, что причинами страданий могут быть
различные обстоятельства (любовь, болезнь и т. д.). Такого рода
страдания не носят принудительного характера со стороны госу
дарства, то есть это не принудительное страдание, а естественное
человеческое чувство.
Страдание как признак, свойство кары отличается именно
принудительным характером, ибо оно осуществляется помимо
воли самого человека, в особых условиях. Поэтому от такого стра
дания необходимо отличать нравственные муки, угрызения сове
сти, испытываемые преступником, даже если они были бы столь
1
Ферри Э. Указ. соч. С. 270–271.
178
велики, что для их прекращения он желал отдаться в руки право
судия, чтобы выстрадать свою вину. Именно благодаря страданию
лицо, совершившее зло, должно искупить свою вину, осознать
ошибочность своего поведения, понять привлекательность и пре
лесть жизни на свободе.
В то же время следует отметить, что страдание — угрожающее
здоровью человека состояние, приводящее к неврозам и психозам.
Наказание утрачивает свой смысл в случае полной утраты кары,
а последняя немыслима без лишений, страданий и ограничений.
Г.В. Мальцев прав, утверждая, что «чистое наказание без элемен
тов кары — мечта либеральных деятелей нашего времени — есть
иллюзия, способная превратить социальную реакцию на преступ
1
ление в ничтожный акт»
.
Поэтому если отнять у наказания кару, то есть страдание,
переживание и т. д., тогда это явление (наказание) не будет соот
ветствовать понятию уголовного наказания. В принципе, даже
если постараться это сделать, то это окажется бесполезным, ибо
кара — объективное свойство наказания, без которого оно суще
ствовать не может. Идея Божьего наказания фундаментально по
влияла на уголовноправовое представление о наказании. Согласно
религиозным догматам раскаяться чисто рассудочным путем не
возможно, бессмысленно, неэффективно. Вот почему истинное
по кая ние религия видит в страдании и боли, мучительном пережи
вании того преступления, греха, зла, которое содержит в себе на
казание в виде кары.
В литературе всегда возникал вопрос относительно воспита
тельных возможностей кары. Так, например, Леффлер считает,
что если лучшие из граждан сами по себе уже питают известное
отвращение к большинству деяний, отмеченных государством как
преступление, то это чувство есть продукт общественного воспи
тания и важнейшую роль в этом воспитании сыграло именно уго
2
ловное наказание
.
1
Мальцев Г.В. Указ. соч. С. 524.
2
Леффлер. Der Begriff der Vezantworlichkeit. Mitt. D.I.K.V.VI. S. 388.
179
Г л а в а II
Если в содержании кары, помимо страданий, лишений и
т. д., находятся также элементы воспитания, то тогда наказание,
помимо карательной сущности, обладает также и свойствами вос
питания, а значит, может не только причинять страдание, но и
воспитывать, перевоспитывать. Постановка государством цели
исправления в процессе исполнения наказания отнюдь не свиде
тельствует о том, что в содержании кары имеются элементы вос
питания. Цель исправления государством может быть поставлена
не перед наказанием, а перед органами, исполняющими наказа
ние, что не одно и то же.
Понятно, что в процессе исполнения наказания карательны
ми мерами невозможно положительное воздействие на личность
осужденного, ибо кара, то есть причинение лишений, введение
правоограничений, словом, — причинение ущерба личным инте
ресам осужденных, не может рассматриваться в качестве средства
воспитания.
Как нельзя принудить человека к патриотизму, уважению чу
жой собственности, проникновению чувством любви к ближнему,
так и посредством наказания невозможно переустроить или усо
вершенствовать внутренний мир человека, ибо наказание — при
нуждение, а не убеждение. Поэтому глубоко ошибаются те, кто
возлагает надежды на наказание в деле исправления и перевоспи
тания человека, в том числе преступника. Наказанию недоступны
проблемы улучшения внутренних качеств, свойств человека.
Кара не воспитывает, она подавляет, устрашает и, в лучшем
1
случае, вырабатывает конформность поведения
. Угроза карой не
может воспитывать, изменять сознание, укреплять нравственные
нормы. Кара, если ее рассматривать как средство воздействия на
личность осужденного, может способствовать достижению преду
предительной, но не воспитательной цели.
Таким образом, карательное и воспитательное воздействие —
относительно самостоятельные явления, имеющие различную
правовую природу. Меры воспитательного воздействия не вхо
1
Осипов П.П. Теоретические проблемы построения и применения
уголовноправовых санкций. С. 68.
180
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]