Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Преступление, совершенное при превышении пределов необходимой обороны (ч. 1 ст. 108, ч. 1 ст. 114 УК РФ)
.pdf
171
Так, совершенно справедливо замечание Л. А. Андреевой о
295
296
295
296
невозможности уголовной ответственности за покушение на
превышение пределов необходимой обороны: “если реальный
вред не причинен, то сам факт совершения оборонительных
действий, выходящих за пределы допустимости отражения
нападения, не представляет той общественной опасности, которая обязательна для признания деяния преступлением”
.
О соучастии в преступлении, совершенном
при превышении пределов необходимой обороны
Иногда в судебно-следственной практике возникают вопросы, касающиеся соучастия в преступлении, совершенном при
превышении пределов необходимой обороны. В доктрине уголовного права данной проблеме не уделяется особого внимания.
Лишь некоторые исследователи в своих работах специально
рассматривают соучастие при превышении пределов необходимой обороны.
Возможно ли вообще соучастие в преступлении, совершенном при превышении пределов необходимой бороны? Если возможно, то в какой форме?
В. Ф. Кириченко, анализируя один случай из судебной практики, делает вывод, что соучастие в превышении пределов необходимой обороны возможно. Поскольку этот случай представляет определенный интерес, приведем его.
На обвиняемых Белоусовых и Федосеева совершили нападение Юдов, вооруженный ножом, и Себукаев, вооруженный обрезом винтовки; после того
как обвиняемые обезоружили нападавших, Белоусовы, видя, что в дальнейшем
никакой опасности им не угрожает, начали подстрекать Федосеева на убийство
Юдова и Себукаева. Их подстрекательство выразилось в том, что они, будучи
вооружены топорами и вилами, кричали Федосееву: “Бей Юдова и Себукаева…”
.
По данному делу суд первой инстанции вынес приговор, признав Федосеева виновным в убийстве при превышении пределов
необходимой обороны, Белоусовых — в подстрекательстве к
этому преступлению.
Уголовно-кассационная коллегия Верховного суда РСФСР,
переквалифицировав действия Федосеева на простое умышлен-
Андреева Л. А., Питерцев С. К. Необходимая оборона. Уголовно-пра-
вовые и процессуально-тактические вопросы. СПб., 1995. С. 17.
Кириченко В. Ф. Указ. соч. С. 80.
172
ное убийство, в определении указала, что “логически непра-
297
298
299
300
297
298
299
300
вильным представляется обвинение в подстрекательстве к превышению пределов необходимой обороны, ибо к совершению
этого рода действий нельзя подстрекать, и в случаях наличия
совершения преступления по ст. 139 УК группой лиц все они
должны прямо отвечать по этой статье без применения ст. 17
УК”
.
По мнению В. Ф. Кириченко, в определении коллегии содержится неточность. Поэтому он отмечает, что подстрекать к превышению пределов необходимой обороны нельзя, но вполне
возможно подстрекательство лица, находящегося в состоянии
необходимой обороны, к совершению действий, которые должны рассматриваться как превышение пределов необходимой
обороны. Отсюда он делает вывод о том, что подстрекательство
к совершению преступления, явившегося результатом превышения необходимой обороны, вполне возможно, то же самое, по
его мнению, можно сказать и в отношении пособничества
.
К выводу о возможности подстрекательства и пособничества
в преступлении, совершенном при превышении пределов необходимой обороны, приходит Н. Н. Паше-Озерский. По его мнению, подстрекательство к превышению пределов необходимой
обороны возможно лишь в случае, когда посягательство, против
которого осуществляется защита, уже совершается. Подстрекательство при этом заключается, отмечает Н. Н. Паше-Озерский,
в склонении защищающегося предпринять действия, выходящие
за пределы правомерной обороны
.
Н. Н. Паше-Озерский также отмечает, что сознанием пособника должно непременно охватываться, как и при подстрекательстве к превышению пределов необходимой обороны, что
лицо, которому оказывается такое содействие, находится в состоянии необходимой обороны. Пособник и подстрекатель
должны желать или сознательно допускать наступление общественно опасного последствия в результате превышения лицом,
осуществляющим необходимую оборону, ее пределов
.
По нашему мнению, соучастие в превышении пределов необходимой обороны путем подстрекательства или пособничества возможно. Однако следует сделать одну оговорку. Оно
Цит. по: Кириченко В. Ф. Указ. соч. С. 80.
Там же. С. 81.
Паше-Озерский Н. Н. Указ. соч. С. 115.
Там же. С. 116.
173
возможно лишь в случае наступления общественно опасных
последствий, предусмотренных ч. 1 ст. 108 или ч. 1 ст. 114 УК
РФ, поскольку ответственность за данные преступления наступает только лишь при наличии последствий, указанных в законе.
При отсутствии данных последствий отпадают основания для
квалификации содеянного как соучастие в преступлении при
превышении пределов необходимой обороны. Иначе говоря,
покушение на соучастие в превышении пределов необходимой
обороны невозможно. Тем более невозможно соучастие в приготовлении к этому преступлению.
Обороняться от общественно опасного посягательства могут
один или несколько человек. Соответственно при превышении
пределов необходимой обороны несколько человек одновременно могут быть субъектами данного превышения, т. е. соис-
полнительство при превышении пределов необходимой обороны
не исключается.
4. Отличие превышения пределов
необходимой обороны от смежных деяний
Преступление, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, следует отличать от смежных деяний. Прежде всего от убийств, совершенных при отягчающих обстоятельствах, а также от убийств, совершенных в состоянии аффекта.
Грань между рассматриваемыми преступлениями достаточно
тонкая, а ошибки чреваты чрезвычайно тяжкими последствиями
в виде осуждения невиновных, как правило, к длительным срокам лишения свободы, поэтому требуется особое внимание при
разграничении данных составов преступлений.
4.1. Отличие превышения пределов необходимой
обороны от убийства при отягчающих обстоятельствах
В постановлении Пленума Верховного суда СССР “О применении судами законодательства, обеспечивающего право на
необходимую оборону от общественно опасных посягательств”
от 16 августа 1984 г. № 14 отмечается, что убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, подлежит
квалификации по ст. 105 УК РСФСР (ст. 108 УК РФ) и в тех
случаях, когда оно совершено при обстоятельствах, предусмотренных в пп. “д”, “ж”, “з”, “и”, “л” ст. 102 УК РСФСР (пп. “е”,
“г”, “а”, “н” ч. 2 ст. 105 УК РФ).
174
Следовательно, если при превышении пределов необходимой
обороны обороняющийся:
1) причинил смерть двум и более лицам — п. “а” ч. 2 ст. 105
УК РФ;
2) убил женщину, заведомо для виновного находящуюся в
состоянии беременности, — п. “г” ч. 2 ст. 105 УК РФ;
3) совершил убийство общеопасным способом — п. “е” ч. 2
ст. 105 УК РФ;
4) ранее совершил убийство — п. “н” ч. 2 ст. 105 УК РФ,
то он, несмотря на наличие отягчающих обстоятельств, в соответствии с действующим Постановлением Пленума Верховного суда все равно подлежит ответственности лишь за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.
Возможны ситуации, когда деяние, первоначально квалифицируемое как убийство при названных отягчающих обстоятельствах, на самом деле оказывается совершенным в состоянии
необходимой обороны, даже без превышения ее пределов. В
подобных случаях акцент делается на имеющихся последствиях,
а поведение потерпевших не подвергается тщательному анализу
и оценке, что и приводит к грубейшим ошибкам в квалификации
и осуждению невиновных.
Характерно дело Соколова В.
Органы предварительного расследования действия Соколова квалифицировали как умышленное убийство двух и более лиц по п. “з” ст. 102 УК
РСФСР (п. “а” ч. 2 ст. 105 УК РФ), а также как незаконное изготовление и
ношение огнестрельного оружия по ст. 218 УК РСФСР (ст. 222 УК РФ).
Сахалинский областной суд Соколова В. по п. “з” ст. 102 УК РСФСР
оправдал.
Государственный обвинитель в кассационном протесте поставил вопрос об
отмене приговора в части оправдания Соколова В. по п. “з” ст. 102 УК РСФСР.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ приговор
оставила без изменения.
Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об
отмене оправдательного приговора и направлении дела в этой части на новое
судебное рассмотрение.
Президиум Верховного суда РФ оставил протест без удовлетворения, указав, что Соколов В. в момент производства выстрелов находился в состоянии
необходимой обороны и не превысил ее пределы.
Обстоятельства дела таковы.
Соколов В. по просьбе своего младшего сына пошел с ним к бабушке и,
опасаясь неспокойной обстановки на улице и постоянных угроз со стороны
пьяных подростков, взял с собой обрез, заряженный двумя патронами. На
улице они встретили пьяного Игумнова, который стал выражать недовольство
175
тем, что они смотрели на него, проходя мимо. В это время к Игумнову подо-
301
301
шли еще несколько человек и стали угрожать Соколову В. и его сыну физической расправой, а затем и убийством. Зная агрессивность этих ребят, Соколов
В. стал отступать от них, вытащил из-под одежды обрез и предупредил о возможности стрельбы, если они будут к нему подходить. Однако на его предупреждение группа подростков, среди которых был и Шередин, не отреагировала и приблизилась к нему вплотную. В этой ситуации он, защищая себя и
сына, выстрелил в них неприцельно, после чего стал уходить в сторону своего
дома. Его стала настигать другая группа ребят, которая преградила ему дорогу,
высказывая при этом угрозу убийством. Он предупредил их о применении
оружия, однако они продолжали приближаться, и он в целях самозащиты
вновь произвел неприцельный выстрел в их направлении, ребята разбежались,
а он ушел домой, где и был задержан работниками милиции.
Как он позже узнал, произведенными им выстрелами были ранены Шередин и Агеев, которые от полученных ран скончались
.
Представляется, что Сахалинский областной суд и Судебная
коллегия Верховного суда РФ обоснованно пришли к выводу о
том, что Соколов В. в момент причинения огнестрельных ранений потерпевшим Агееву и Шередину находился в состоянии
необходимой обороны, и правильно вынесли оправдательный
приговор за отсутствием в его действиях состава преступления.
При разграничении убийства, предусмотренного ст. 105 УК
РФ, и убийства, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, необходимо уделять повышенное внимание тому, что предшествовало
наступлению последствий, выяснять, не являлось ли неправомерное поведение потерпевшего поводом для ответных действий, не находилось ли лицо, причинившее потерпевшему
смерть, в состоянии необходимой обороны. Ибо ответственность за преступление, предусмотренное ст. 105 УК РФ, возможна только в том случае, если причинивший потерпевшему
смерть не находился в состоянии необходимой обороны.
Кемеровским областным судом были осуждены к длительным срокам лишения свободы Афанасьев и Емельянов за убийство Острикова с особой жестокостью.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РСФСР оставила
приговор без изменения.
Преступление было совершено при следующих обстоятельствах.
Емельянов и Афанасьев пригласили знакомых девушек Л. и Ш. на квартиру Афанасьева. Окончив работу, девушки около 23 часов направились к дому
Афанасьевых, где их ожидали Афанасьев и Емельянов. В пути их встретил
пьяный Остриков, с которым девушки не были знакомы. В циничной форме,
нецензурно выражаясь, он предложил им вступить с ним в половую связь.
Бюллетень Верховного суда РФ. 1996. № 11.
176
Остриков свалил Л. с ног и потащил к картофельному полю. Ш., убедившись в
302
303
302
303
тщетности попыток помочь подруге, позвала на помощь Афанасьева и Емельянова. Афанасьев, вооружившись тяпкой, вместе с Емельяновым поспешил на
помощь девушке. Емельянов ударил Острикова ногой, а Афанасьев — тяпкой.
Остриков прекратил избиение Л., и она убежала с места происшествия. Емельянов, решив, что Остриков намеревается напасть на Афанасьева, кулаком сбил
его с ног и вместе с Афанасьевым стал его избивать, пока Остриков не умер.
По заключению судебно-медицинского эксперта, смерть Острикова наступила
от травматического шока, вызванного множественными телесными повреждениями.
Заместитель Прокурора РСФСР принес протест в Президиум Верховного
суда РСФСР об изменении приговора и определения по следующим основаниям.
Виновность Афанасьева и Емельянова в умышленном убийстве Острикова
доказана, однако действия их квалифицированы неправильно.
Афанасьев и Емельянов действовали в состоянии необходимой обороны,
поскольку такое состояние возникает и при защите прав другого лица от преступного посягательства. Как видно из материалов дела, Остриков был физически значительно сильнее Афанасьева и Емельянова. Однако, избивая Острикова и после того, как он был сбит с ног, Афанасьев и Емельянов действовали
неправомерно, превысив пределы необходимой обороны. Поэтому совершенное ими преступление следует квалифицировать по ст. 105 УК РСФСР (ч. 1
ст. 108 УК РФ).
Президиум Верховного суда РСФСР удовлетворил протест
.
По нашему мнению, если в процессе избиения Остриков оказывал или пытался оказывать сопротивление Афанасьеву и Емельянову, то имеются основания для признания содеянного как
совершенного при превышении пределов необходимой обороны. В противном случае, если Афанасьев и Емельянов продолжали избиение и после того, как сопротивление потерпевшим
было прекращено, они должны отвечать за убийство на общих
основаниях. При условии, что факт прекращения сопротивления
со стороны посягавшего ими осознавался.
В постановлении Пленума Верховного суда РФ “О судебной
практике по делам об убийстве” от 27 января 1999 г. № 1
названо еще одно отягчающее обстоятельство, наличие признаков которого не препятствует квалификации содеянного по ч. 1
ст. 108 УК РФ, если смерть потерпевшему была причинена при
отражении посягательства с его стороны. Это совершение убийства с признаками особой жестокостью (п. “ д” ч. 2 ст. 105 УК
РФ). Например, убийство посягающего в присутствии его близ-
Практика прокурорского надзора … С. 58–59.
Бюллетень Верховного суда РФ. 1999. № 3.
177
ких не превращает содеянное в состоянии необходимой обороны или при ее превышении в квалифицированное убийство.
Таким образом, наличие обстоятельств, предусмотренных в
пп. “а”, “г”, “д”, “е”, “ж”, “н” ч. 2 ст. 105 УК РФ, при отражении
общественно опасного посягательства не исключает квалификацию причинения смерти потерпевшему как преступления, совершенного при превышении пределов необходимой обороны
или даже как совершенного в состоянии необходимой обороны
без превышения ее пределов.
Наличие иных отягчающих обстоятельств, не названных в
постановлениях Пленума Верховного суда, подразумевает отсутствие состояния необходимой обороны.
Так, не будет состояния необходимой обороны, если по делу
выясняется, что убийство совершено из хулиганских, корыстных или других низменных побуждений, или при обстоятельствах, исключающих состояние необходимой обороны, в частности при разбойном нападении, или когда оно было сопряжено
с другим преступлением, например с изнасилованием.
4.2. Отличие превышения пределов необходимой
обороны от преступления, совершенного
в состоянии аффекта
При конкуренции рассматриваемых составов необходимо исходить из того, что в случае наличия в деянии виновного одновременно признаков состава преступления, совершенного в состоянии аффекта и при превышении пределов необходимой
обороны, применению подлежит статья о превышении пределов
необходимой обороны.
Данный вывод следует из рекомендаций Пленума Верховного суда СССР, содержащихся в постановлении “О применении
судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств” от
16 августа 1984 г. № 14. В п. 11 названного Постановления разъяснено, что если обороняющийся превысил пределы необходимой обороны в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, действия виновного надлежит квалифицировать по ст.ст. 105 или 111 УК РСФСР (ст.ст. 108 или 114 УК
РФ).
178
Представляется, что это правильная рекомендация, поскольку преступление, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, является менее общественно опасным, чем
преступление, совершенное в состоянии аффекта, за него и
должна наступать ответственность при наличии всех признаков
состава преступления.
Характерным в этом смысле является дело Корбукова И. С.,
которое рассматривалось судами всех инстанций, вплоть до
Президиума Верховного суда РСФСР, неправильно.
Днем Будылин во время ссоры на лестничной площадке с Корбуковым на
почве личных неприязненных отношений ударил последнего кулаком по лицу.
В ответ Корбуков оказавшимся у него в руках кухонным ножом нанес Будылину удар в грудь, причинив тяжкие телесные повреждения.
Фрунзенский районный суд Ленинграда осудил Корбукова по ст. 110 УК
РСФСР (ст. 113 УК РФ), указав в приговоре, что между Корбуковым и Будылиным произошла обоюдная ссора, в ходе которой Корбуков в состоянии
внезапно возникшего сильного душевного волнения совершил преступление.
Судебной коллегией по уголовным делам Ленинградского городского суда,
Президиумом Ленинградского городского суда, Судебной коллегией по уголовным делам Верховного суда РСФСР, Президиумом Верховного суда
РСФСР оставлены без удовлетворения протесты заместителя Прокурора
РСФСР, в которых ставился вопрос о прекращении дела за отсутствием в
действиях Корбукова состава преступления.
Председатель Верховного суда РСФСР, считая, что судебные инстанции
необоснованно отклонили протесты, внес протест в Пленум Верховного суда
СССР. Пленум Верховного суда СССР, рассмотрев материалы дела, протест
удовлетворил по следующим основаниям.
Пленум Верховного суда посчитал, что судебные инстанции при оценке
совершенных Корбуковым действий исходили из неправильного представления о характере происшедшего события и мотивах поведения осужденного.
Вывод о том, что Корбуков совершил преступление в состоянии внезапно
возникшего сильного душевного волнения, сделан необоснованно, без учета
всех имеющихся в деле доказательств. До происшествия Будылин уже избивал
Корбукова и неоднократно угрожал расправой за то, что тот пожаловался на
него в отделение милиции. В день происшествия Корбуков вышел на лестничную площадку, чтобы вынести мусор. В этот момент Будылин, выйдя вслед за
осужденным из квартиры, со словами “Я тебе сейчас дам!” неожиданно нанес
ему удар кулаком в лицо. Корбуков, понимая, что Будылин физически гораздо
сильнее его, в порядке самообороны нанес ему кухонным ножом удар в грудь.
Пленум Верховного суда СССР сделал вывод, что Корбуков нанес удар
Будылину в состоянии обороны, с целью защитить себя от противоправного
посягательства. Не было в действиях Корбукова и признаков превышения
пределов необходимой обороны. Из дела видно, что Корбуков внезапно подвергся нападению со стороны физически более сильного Будылина. При таких
обстоятельствах мгновенное защитное действие осужденного в виде удара
ножом, случайно оказавшимся у него в руках, не может рассматриваться как
превышение пределов необходимой обороны.
179
В связи с этим Пленум Верховного суда СССР приговор Фрунзенского рай-
304
304
онного народного суда Ленинграда, определение Судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского городского суда, постановление Президиума этого
суда, определение Судебной коллегии по уголовным делам и постановление
Президиума Верховного суда РСФСР в отношении Корбукова И. С. отменил и
дело прекратил за отсутствием в его действиях состава преступления
.
При разграничении указанных составов следует исходить из
того, что преступление в состоянии аффекта совершается при
отсутствии состояния необходимой обороны.
Так, Никифоровским районным судом Тамбовской области Сивохин был
осужден по ст. 110 УК РСФСР (ст. 114 УК РФ).
Сивохин был признан виновным в умышленном причинении тяжких телесных повреждений в состоянии внезапно возникшего сильного душевного
волнения, вызванного неправомерными действиями Каширского.
Обстоятельства дела следующие.
66-летний житель села Екатеринино Тамбовской области Сивохин 3 мая
1995 г., увидев братьев Каширских, Василия и Владимира, с лошадью, решил
попросить Василия вспахать ему огород, на что тот согласился за вознаграждение. Когда Сивохин пришел с бутылкой водки в дом Каширских, Владимир
в состоянии алкогольного опьянения беспричинно, из хулиганских побуждений, стал к нему придираться, оскорблять нецензурно, а затем избил руками и
ногами. Повалив Сивохина на пол, он сел на него, коленом ударил по лицу,
ручкой кухонного ножа — по голове, вырвал клок волос, приставлял нож к
горлу и угрожал расправой.
Затем Владимир, приставив нож к спине Сивохина, повел его к выходу из
дома. Последний, опасаясь за свою жизнь, выбил из его рук нож и нанес им
Владимиру два ранения, после чего убежал и о случившемся заявил в милицию.
В результате происшедшего Сивохину причинены множественные раны
головы, лица и тела — телесные повреждения, которые относятся к категории
легких с кратковременным расстройством здоровья; Каширскому Владимиру — тяжкие телесные повреждения, опасные для жизни в момент причинения.
Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об
отмене судебных решений в отношении Сивохина и прекращении в отношении него дела за отсутствием состава преступления.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ 19 ноября
1997 г. протест удовлетворила, указав следующее.
Сивохин защищал свою жизнь и здоровье от нападения Каширского, сопряженного с насилием и с непосредственной угрозой применения насилия,
находился и действовал в состоянии необходимой обороны и ее пределов не
превысил. А поэтому действия Сивохина следует признать правомерными,
Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного
суда СССР … С. 86–90.
180
дело в отношении него прекратить за отсутствием в его деянии состава пре-
305
Разграничительный
признак
Ст. 107 УК РФ
Ст. 108 УК РФ
Основание для дей-
ствий
Аморальное или про-
тивоправное поведение
потерпевшего
Деяние, предусмот-
ренное статьей Особенной части УК РФ
Время совершения
ответных действий
После аморального
или противоправного
поведения потерпевшего
В момент посяга-
тельства или при наличии реальной угрозы посягательства
Состояние аффекта
Имеется всегда
Может быть или не
быть
Вина
Прямой или косвен-
ный умысел.
Покушение возмож-
но
Прямой или кос-
венный умысел.
Покушение невоз-
можно
Мотив
Иной, чаще всего
месть
Защита интересов
личности, общества
или государства
305
ступления
.
В данном случае неправильная квалификация содеянного
произошла вследствие неустановления состояния необходимой
обороны. Суд посчитал, что посягательство со стороны Каширского закончилось, а на самом деле оно еще продолжалось и в
тот момент, когда Каширский выводил Сивохина из дома, и
тогда, когда Сивохин наносил ножом удары Каширскому.
Ошибка в установлении состояния необходимой обороны чуть
было не привела к осуждению невиновного лица.
Разграничить рассматриваемые составы преступлений можно
по нескольким признакам (см. табл. 2).
Т а б л и ц а 2
4.3. Отличие превышения пределов необходимой
обороны от преступления, совершенного при
превышении мер, необходимых для задержания
лица, совершившего преступление
До принятия УК РФ 1996 г. правила задержания лица, совершившего деяние, предусмотренное статьей Особенной части
УК РСФСР, практически нигде не предусматривались. Лишь в
постановлении Пленума Верховного суда СССР “О применении
судами законодательства, обеспечивающего право на необходи-
Бюллетень Верховного суда РФ. 1998. № 6.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]