Пифагорейские Золотые стихи с комментарием Гиерокла

бы, с одной стороны, являемое и, с другой стороны, зрение соединились для осуществления явления. Если это так, то мы можем предположить, что все разом бы избавились от бедст­вий, если бы творец явил себя всем, раскрыл их сущность и «высшей природы начало». Но все разом не избавляются от бедствий. Следовательно, он является не всем, а только тем, кто сам стремится к спасению от бедствий и кто направил свой взор к созерцанию и восприятию того, что ему открыва­ется. Итак, в том, что это открыто не всем, виновен не он, а те, которые «слепы и глухи, хотя им доступен путь совершенст­ва», и о которых поэтому говорится, что они «приносят стра­данья сами себе». Виновны сделавшие выбор, бог же невино­вен в зле и, насколько это в его власти, излучает всегда и всем благо, но не являя себя всегда и всем, ибо у большей части людей глаза закрыты и смотрят вниз, занятые низменным, хотя блага протянуты им. Такое истолкование рассматриваемого отрывка согласно и с самой истиной, и со смыслом предшест­вующих стихов. Если бог обладает властью привлечь к истине людей даже против их воли, почему мы упрекаем их в том, что они «приносят страданья сами себе»? Почему советуем не вызывать распрю, а, уклоняясь, избегать ее? Или почему ве­лим терпеливо переносить случайности и стараться «найти утешенье»? Путь через учение к добродетели совершенно за­крыт для тех, кто не считает, что от нас тоже что-то зависит. Не стоило бы ни трудиться, ни заботиться о благе и любить благо, если бы спасать нас от пороков и исполнять доброде­телями было делом только бога, а мы со своей стороны ни­сколько бы этому не способствовали. Но таким образом при­чина порочности большинства людей была бы упреком богу. Поскольку бог невиновен в бедах, как об этом говорят и как