Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Отличительные черты цифровой экономики возможности и угрозы, цифровая трансформация, метрологическое обеспечение и стандартизация
.pdf
и системы мотиваций. В последнюю очередь выделялись средства на
информационную безопасность (порядка 1 %) и нормативное регулирование
цифровой среды (менее 0,1 %). Надо отметить, что, если для разработки
федеральных законов действительно не требуется закладывать отдельные
средства, то в случае стандартов этого финансирования явно недостаточно для
качественной работы технических комитетов и разработки достаточного
количества необходимых документов, гармонизированных с российским
законодательством и учитывающих реалии нашей страны. На информационную
безопасность, учитывая обозначенные риски цифровизации, также заложили
недостаточные средства.
Корректировка данных планов началась почти сразу. Так, уже в 2018 году
был утвержден паспорт национальной программы «Цифровая экономика»
сроком до декабря 2024 года [27], предполагающей затраты около 3,5 трлн
рублей, из которых 2 трлн руб. за 2018–2024 гг. должен потратить федеральный
бюджет [28]. 11 февраля 2019 года стало известно, что Правительство
опубликовало материалы Совета при Президенте России по стратегическому
развитию и национальным проектам, посвященные 12 национальным проектам,
где финансирование программы «Цифровая экономика» было сокращено более,
чем в 2 раза – до 1,6 трлн руб. В результате, отчет Счетной палаты РФ за 2019
год показал, что 50% запланированных результатов «Цифровой экономики» не
были достигнуты. Среди причин такого низкого показателя в Счётной палате
назвали новую редакцию нацпрограммы, которая была утверждена через
полгода с момента ее реализации в 2019 году, многочисленные изменения
в программу, а также перераспределения расходов между результатами
федеральных проектов. Кроме того, влияние оказало такие несвоевременное
принятие нормативных правовых актов (повлекшие позднее заключение
соглашений), длительность процедур по размещению закупок и, как
следствие, позднее заключение заказчиками госконтрактов. [28] В 2020 году
пандемия коронавируса снова внесла коррективы, и финансирование
21
национальной программы «Цифровая экономика» в соответствии с поручением
премьер-министрам Мишустина было сокращено еще на 11 %, но через полгода
снова увеличено до 2 трлн руб по решению Минцифры России. Следующее
значительное сокращение сразу на 30 % ожидало нацпрограмму в сентябре
2022 года, при этом особенно сильно сократили бюджет на федеральный проект
«Искусственный интеллект», а вот на федеральный проект «Развитие кадрового
потенциала ИТ-отрасли» в 2023 году бюджет увеличили.
В 2024 году на поддержку «Цифровой экономики России» выделено 25,5
млрд рублей. Средства пойдут на обеспечение организационно-технической,
экспертной, аналитической и информационной поддержки и сопровождении
реализации на программы «Цифровая экономика», о чем стало известно
в середине мая 2024 года из федерального проекта «Цифровое государственное
управление» (ЦГУ) национальной программы «Цифровая экономика». Речь
в документе идет о выделении средств на период с 2021 года по 2030-й. В
течение этого времени поддержка «Цифровой экономики» должна
осуществляться по следующим направлениям [28]:
– организационно-методическое сопровождение разработки
и реализации национальной программы;
– мониторинг выполнения федеральных проектов, информационно-
аналитическое сопровождение деятельности президиума правительственной
комиссии по цифровому развитию;
– информационно-коммуникационная поддержка и продвижение
реализации национальной программы в СМИ;
– обеспечение координации реализации мероприятий в рамках
цифровой трансформации на всех уровнях власти;
– разработка и актуализация системы показателей Национального
индекса развития цифровой экономики России.
22
5.2 Отчеты McKinsey о цифровизации России и мировых
перспективах направления
11 декабря 2023 года в отчете Forrester Wave™ «Услуги цифровой
трансформации» за 4 квартал 2023 года транснациональная консалтинговая
компания McKinsey, специализирующаяся на решении задач, связанных со
стратегическим управлением, была названа лидером, что является наивысшей
из возможных оценок. Forrester проанализировал 15 фирм, оценив их по 21
критерию в трех категориях. Согласно отчету Forrester, «старейшая из трех
крупных консалтинговых компаний, занимающихся стратегическим
консалтингом, McKinsey сформулировала свое превосходное видение
трансформации в соответствии с новой концепцией. Признавая необходимость
многоаспектных изменений, фирма проводит преобразования в области
стратегии, талантов, операционной модели, технологий и данных» [29].
У компании регулярно выходят отчеты с анализом процессов
цифровизации экономики в разных странах, в том числе, в 2017 г. был
опубликован отчет «Цифровая Россия: новая реальность». Итак, на основании
данных 2017 года аналитики были уверены, что в ближайшие 20 лет почти
половина рабочих операций в мире были бы автоматизированы. Это должно
было привести к значительному высвобождению персонала, сокращению
количества рабочих мест, требующих средней квалификации, и увеличению
разницы в уровнях оплаты труда. По подсчётам McKinsey & Company к 2025
году объём цифровой экономики России мог бы вырасти до 9,6 трлн рублей
(по сравнению с 3,2 трлн рублей в 2015 году). Этому должны были помочь
цифровые преобразования традиционных отраслей и развитие самостоятельной
высокотехнологичной индустрии [30].
Консалтинговая компания в отчете отметила, что Россия в 2017 году уже
«жила в цифровой эре». По количеству пользователей интернета страна
занимала первое место в Европе и шестое в мире. С 2015 по 2017 гг. в России
удвоилось количество смартфонов – они были у 60 % населения, что было
больше показателей Бразилии, Индии и многих государств Восточной Европы.
23
Количество пользователей порталов госуслуг достигло 40 млн человек. Тем не
менее, компания не включила Россию в группу лидеров развития цифровой
экономики из-за уровня цифровизации, доле цифровой экономики в ВВП,
задержек в освоении технологий. В отчете отмечено, что государству
необходимо вовлечь население в цифровую экономику, обеспечив граждан
доступной инфраструктурой ИКТ, развивая цифровую грамотность населения
и проведя дальнейшую цифровизацию госуслуг [30]. Также было отмечено
отставание России в сегменте цифровой медицины и цифровизации топливно-
энергетического комплекса. Преодолеть разрыв эксперты предлагали путем
концентрации ресурсов (создания партнерств) и выработки общих стандартов,
а также с помощью роботизации производства и внедрения станков с числовым
программным управлением (ЧПУ) [31].
В июле 2023 года консалтинговая компания McKinsey Digital
опубликовала исследование, посвященное основным трендам развития
технологического сектора в мире [32]. Оптимизм в отношении отрасли
существенно снизился, при этом основными сдерживающими проблемными
факторами были названы нехватка квалифицированных кадров
и капиталовложений, а также недостаток документов по стандартизации вкупе
со сложностями по регулированию отдельных направлений, что приводит
к дополнительным рискам в обеспечении конфиденциальности данных
и кибербезопасности.
Интересно, что основные положения рассмотренных отчетов нашли свое
отражение в реализации национального проекта «Цифровая экономика»
с 2018 по 2024 гг. Большое внимание проекта было уделено цифровизации
госуслуг, развитию телемедицины в целом цифровизации, придавалось
большое значение. Однако к настоящему времени многое было
скорректировано. Сумели ли иностранные эксперты так точно предсказать
перспективы цифровой экономики, в том числе для России или Россия в сфере
цифровизации настолько ориентируется на иностранных экспертов? Отвечает
24
ли мировой тренд интересам страны? Вопрос остается открытым. Особенно
учитывая то, что в отчете за 2017 г. «Цифровая Россия: новая реальность»
одним из решений для увеличения ВВП страны и выхода в цифровые лидеры
называлась активная цифровизация энергетического сектора, однако
последующие события показали, что такое решение может быть связано
с критическими рисками для национальной безопасности, поскольку сопряжено
с повышенным риском вредоносного вмешательства извне вплоть до остановки
и поломки оборудования и риска техногенных катастроф или энергетических
коллапсов.
Отдельно надо отметить, что до сих пор не существует единого
понимания такого явления, как «Цифровая экономика» и его полезности, зато
существует множество определений. В указе Президента РФ от 9 мая 2017 г.
№ 203 «О Стратегии развития информационного общества в Российской
Федерации на 2017 – 2030 годы» также содержится официальное
государственное определение данному феномену [33]:
«Цифровая экономика – хозяйственная деятельность, в которой
ключевым фактором производства являются данные в цифровом виде,
обработка больших объемов и использование результатов анализа которых по
сравнению с традиционными формами хозяйствования позволяют существенно
повысить эффективность различных видов производства, технологий,
оборудования, хранения, продажи, доставки товаров и услуг».
Однако, по мнению ряда экспертов, это определение затруднительно
в использовании и не является исчерпывающим [8]. Отсутствие единой
терминологии при повышенном интересе к теме цифровой экономики со
стороны правительств разных стран говорит о том, что эта область находится
в самом начале пути своего становления и определения, стандарты работы еще
только разрабатываются. В рамках данного пособия под цифровой экономикой
подразумевается экономика в условиях гибридного мира.
25
На ХII Международной конференции «НЕФТЕГАЗСТАНДАРТ – 2017:
техническое регулирование, стандартизация, метрологическое обеспечение
в нефтегазовой отрасли» глава Комитета РСПП А.Н. Лоцманов назвал
цифровую экономику одним из перспективных направлений работы Комитета и
обратил внимание на то, что в апреле 2017 года на конференции в Ганновере
(Германия) с участием президента СЕНЕЛЕК Бернарда Тиса и директора
службы стандартизации и технического регулирования корпорации «Сименс»
Маркуса Райгля было принято решение о взаимодействии при разработке
стандартов в области цифровой экономики [34].
Именно стандартизация и регулирование, вкупе с недостатком
квалифицированных кадров, названы основным фактором, сдерживающим
в настоящее время развитие цифровых технологий, в последних отчетах
транснациональной консалтинговой компании McKinsey – мирового лидера
в области услуг по цифровой трансформации в 2023 году [32, 35].
6. ЦИФРОВАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
Основным трендом в развитии цифровой экономики является глобальная
автоматизация и цифровизация и, как следствие, ориентация на
автоматизированное производство со снижением роли человека в принятии
решений, благодаря оснащению датчиками автоматизированного центра
управления. Не во всех отраслях возможен переход к автоматизированному
производству, по крайней мере, в ближайшее время. Так, например, задача
полностью автоматизировать тяжелую промышленность представляется трудно
достижимой в современных реалиях. Тем не менее, автоматизированные
станки, оснащенные датчиками/сенсорами и комплексами по хранению
и анализу данных, могут быть широко востребованы даже в таких отраслях.
Кроме того, уже сейчас появляются автоматизированные средства измерений,
совмещающие в себе метод измерения и алгоритмы по обработке результатов
26
измерений и пересчету их в требуемый потребителю параметр. И здесь
обязательно потребуется метрологическое обеспечение, поскольку именно от
датчиков, большинство из которых являются средствами измерений, поступает
первичная информация для анализа (рис. 5), которая должна быть актуальной
и достоверной, в противном случае повышается риск техногенных катастроф
и неэффективного расходования ресурсов. Эти риски становятся все более
серьезными, поскольку все большее количество управленческих сигналов на
производстве формируется без участия человека и уровень, на котором
в управлении производством начинает принимать участие человек, становится
все более высоким.
Рис. 5. Автоматизированное производство как часть цифровой экономики
Хорошим примером схемы управления производством может служить
модель «умного» производства с использованием технологии интернета вещей,
представленная на рисунке 6.
27
Рис. 6. Уровни управления «умным» производством с использованием
Интернета вещей
28
Также в качестве примера можно привести автоматизацию выращивания
винограда в Крыму, проведенную в рамках программы «Цифровая долина
Крыма». Один из крымских виноградарей разработал высокоэффективную
комплексную технологию выращивания винограда с использованием
автоматизированного мониторинга состояния почвы, воздуха, воды, контроля
системы полива, удобрений и т. д. В разработку технологии были
инвестированы значительные средства и время, которые не могут окупиться
в рамках собственного хозяйства. Данная технология была размещена на
сельскохозяйственной цифровой платформе. Любой желающий может внедрить
в собственном хозяйстве данную технологию, воспользовавшись
соответствующим облачным сервисом. Применение технологии значительно
улучшает качество винограда и повышает урожайность. С каждого, кто
выражает желание пользоваться технологией, платформа взимает небольшую
плату, которая распределяется между самой платформой и владельцем
технологии. Винодельческий комбинат «Массандра» выразил готовность
покупать продукцию частных виноградарей, которые пользуются технологией,
размещенной на платформе, поскольку использование данной технологии
гарантирует качество продукции, во-первых, а во-вторых, платформа позволяет
постфактум проконтролировать отсутствие нарушений в процессе производства
[8].
Из этого примера следует, что при неверной работе датчиков, от которых
поступает первичная информация о состояния почвы, воздуха, количестве
необходимых удобрений и т. д., возникают риски снижения качества урожая
и даже его потери. Кроме того, при распространении технологии необходимо,
чтобы все датчики работали единообразно.
29
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В заключение можно отметить, в настоящие время очевидно, что
развитие цифровой экономики не ведет к быстрой замене моделей
производства, при этом потребность в квалифицированных кадрах, в том числе
специалистах-метрологах, остается и даже нарастает. При сохранении
общности экономических принципов происходят изменения в бизнес-моделях
и терминологии, что создает ложное ощущение принципиально новой области
науки и необходимости кардинальных изменений в подготовке кадров для этой
области. Однако стоит отметить, что важно ознакомить специалистов
с терминологией цифровой экономики и с особенностями метрологического
обеспечения в области промышленного интернета вещей (метрологическое
обеспечение датчиков/сенсоров/измерительных систем).
Подходы Индустрии 4.0 должны способствовать повышению
производительности, что необходимо в свете постоянно возрастающего
количества средств измерений (датчиков, сенсоров и т. д.) из-за повышения
уровня автоматизации процессов производства. Потребности
в развитии нормативно-правовой базы обеспечения единства измерений
в России в условиях развития цифровых технологий и подготовке кадров
в области стандартизации будут расти.
Ответа уже сегодня требует вопрос, что относится к средствам
измерений. Если СИ автоматизировано, то многие производители не
регистрируют его как средство измерений (например, такая ситуация
сложилась с биохимическими анализаторами). С точки зрения метрологии, если
устройство не может функционировать без измерительного блока, это средство
измерений. Однако можно понять и производителей, поскольку после
проведения автоматизации СИ требуются принципиально другие подходы для
определения правильности измерения всего комплекса. И здесь
метрологические службы часто не успевают за развитием приборостроения
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]