Расследование преступлений, совершенных с использованием криптовалюты. Учебное пособие для СПО-1

планировать и проводить расследование преступлений экономической направленности с использованием криптовалют, осуществлять проверку сообщений о преступлениях экономической направленности, работать в составе следственно-оперативной группы на месте происшествия, применять методику расследования наиболее распространенных преступлений экономической направленности с использованием криптовалют;

планировать и проводить расследование преступлений экономической направленности, применять методику расследования наиболее распространенных преступлений экономической направленности;

3) владеть:

русским языком как основным средством коммуникации с участниками уголовного судопроизводства, обществом и его отдельными представителями при производ-

с использованием криптовалют, расследовании и выявлении данных преступлений;

методами анализа исходных следственных ситуаций

ипланирования деятельности следователя, тактическими приемами производства следственных действий по уголовным делам о преступлениях экономической направленности с использованием криптовалют;

тактическими приемами производства следственных действий по уголовным делам о преступлениях экономической направленности с использованием криптовалют.

11

ГЛАВА 1. УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШАЕМЫХ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ КРИПТОВАЛЮТ

Квалификация преступлений, совершаемых с использованием криптовалют, в целом основывается на общих руководящих началах (принципах) и правилах уголовноправовой оценки деяния. В рамках этого пособия нет цели рассмотреть каждое из указанных правил в отдельности, комплексно подвергнув их анализу, осветив доктринальные позиции и возможные или существующие проблемы правоприменения. Позволим себе остановиться только на тех вопросах, которые в современных условиях «привыкания» отечественного правоприменителя к новой преступности имеют первостепенное прикладное значение.

Несмотря на правовой вакуум9, следует согласиться с мнением А. Н. Ляскало о том, что «…расширение сферы обращения и повышенный криминальный интерес к использованию криптовалюты все чаще вынуждают право-

9 В нашей стране оборот криптовалюты до настоящего времени не урегулирован. В Государственной Думе РФ находятся на рассмотрении сразу несколько законопроектов, направленных на решение данной проблемы. Статус криптовалюты оговаривается в предостережении Центробанка России от 27 января 2014 г. «Об использовании при совершении сделок «виртуальных валют», в частности, «Биткойн», в письмах ФНС от 3 октября 2016 г. № ОА-18-17/1027 и 13 октября 2017 г. № 03-04-05/66994, информационном письме Федеральной службы по финансовому мониторингу от 6 января 2014 г. «Об использовании криптовалют», в котором она определяется как денежный суррогат.

12

применителя признавать ее предметом или средством преступления»10.

Изучение доктринальных источников и материалов отечественной судебно-следственной практики позволяет выделить следующие основные группы преступлений, сопряженных с использованием в той или иной форме цифровых финансовых активов (криптовалют):

преступления, в которых криптовалюта выступает средством их совершения;

преступления, в которых криптовалюта выступает предметом посягательства;

преступления, совершаемые в целях генерации (майнинга) криптовалюты.

Первую группу преступлений, ежедневно получающих все большее распространение, составляют деяния, связанные с оборотом предметов, ограниченных или запрещенных в гражданском обороте, в которых криптовалюта выступает платежным инструментом. К таковым прежде всего относятся преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, оружия, а также порнографических материалов.

Так, по одному из дел суд указал, что подсудимый примерно в январе 2019 г. посредством сети «Интернет» заплатил 25 000 руб., переведя указанные денежные средства в не отслеживаемую криптовалюту «биткоин», перечислил указанные платежные средства на интернет-сайт

«Рутор», осуществив заказ оружия. Затем, действуя

10 Ляскало А. Н. Криптовалюта как предмет и средство преступления // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке : материалы XVI Междунар. науч.-практ. конф. М., 2019. С. 89.

13

умышленно и незаконно, приобрел путем подбора «тай- ника-закладки» в неустановленном месте возле станции метро «Нагатинская» в городе Москве пистолет, который был переделан самодельным способом из сигнального пистолета «МР-371». Также, имея на то преступный умысел, в неустановленное время, но не позднее 7 марта 2019 г., в неустановленном месте в городе Москве приобрел боеприпасы: 66 патронов калибра 9 мм. Не имея лицензии на приобретение оружия, его основных частей и боеприпасов, действуя в нарушение Федерального закона от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии» и зная, что установлена уголовная ответственность за незаконный оборот оружия, его основных частей и боеприпасов, он противоправно завладел пистолетом и патронами путем размещения их в своей квартире11.

Следует сделать вывод, что в судебно-следственной практике, как правило, не возникает трудностей при квалификации таких преступлений. Само по себе использование криптовалюты для приобретения соответствующих предметов не оказывает значимого влияния на оценку содеянного по ст. 222, 228, 228.1 УК РФ, а относится в большей мере к криминологической и криминалистической характеристике содеянного.

Равным образом специалисты сходятся во мнении, что использование цифровых финансовых активов не создает каких-либо значимых проблем при юридической

11 Приговор Перовского районного суда г. Москвы от 17 июня 2019 г. по делу № 01-0603/2019.

14

оценке финансирования преступной деятельности по ст. 2051, 208, 2823, 359 УК РФ12.

Использование криптовалюты является распространенным средством совершения легализации денежных средств, приобретенных преступным путем. Квалификация транзакций с цифровыми финансовыми активами по ст. 174 и 174.1 УК РФ основывается на правовой позиции, сформулированной в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2015 г. № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем», исходя из положений ст. 1 Конвенции Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности и о финансировании терроризма от 16 мая 2005 г. и с учетом Рекомендации 15 ФАТФ предметом преступлений, предусмотренных ст. 174 и 174.1 УК РФ, могут выступать и денежные средства, преобразованные из виртуальных активов (криптовалюты), приобретенных в результате совершения преступления.

Так, Ш. был осужден за совершение преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4

12 См., напр.: Кунев Д. А. Современные угрозы использования криптовалют в преступных целях // Финансовая безопасность. 2018.

№20. С. 60–63; Сидоренко Э. Л. Криминальное использование криптовалюты: международные оценки // Международное уголовное правосудие и международная юстиция. 2016. № 6. С. 8–10; Он же: Криминологические риски оборота криптовалюты и проблемы ее правовой идентификации // Библиотека криминалиста. Научный журнал. 2016.

№3. С. 148–154 и др.

15

ст. 228.1, п. «а» ч. 3 ст. 174.1, ч. 2 ст. 228 УК РФ. Согласно приговору суда, Ш. и неустановленные лица разработали план легализации денежных средств, полученных в результате совершения преступлений — незаконного сбыта наркотических средств неопределенному кругу лиц. В силу данного плана Ш., получив денежные средства от неопределенного круга лиц в качестве платы за приобретаемые наркотические средства на различные номера виртуальных счетов/кошельков системы электронных платежей «Киви», должен был на обменном сервисе «ЛокалБиткойнс», расположенном на сайте «ЛокалБиткойнс.нет» сети «Интернет», в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами систематически ежедневно совершать сделки купли-продажи виртуальной валюты «биткойн», не являющейся официально признанным платежным средством и расчетной денежной единицей на территории Российской Федерации, с неопределенным кругом лиц. После совершения сделки купли-продажи виртуальной валюты «биткойн» Ш. должен был, используя известную ему учетную запись на обменном сервисе «ЛокалБиткойнс», расположенном на сайте «ЛокалБиткойнс.нет» сети «Интернет», переводить приобретенную виртуальную валюту «биткойн» на «биткойн-кошелек» неустановленным лицам.

В свою очередь, неустановленные лица должны были переводить полученную от Ш. виртуальную валюту «биткойн» на «биткойн-кошелек», связанный с иной известной неустановленным лицам и Ш. учетной записью на обменном сервисе «ЛокалБиткойнс», расположенном на сайте «ЛокалБиткойнс.нет» сети «Интернет»,

16

доступ к ресурсам которой имелся бы у Ш. Получив от неустановленных лиц — «организаторов» на указанный «биткойн-кошелек» виртуальную валюту «биткойн», Ш. должен был вновь совершать сделки по ее продаже на указанном обменном сервисе с неопределенным кругом лиц, получая от тех в качестве оплаты за продаваемую виртуальную валюту «биткойн» российские рубли, являющиеся денежной единицей Российской Федерации, перечисляемые покупателями виртуальной валюты «биткойн» на различные номера виртуальных счетов/кошельков системы электронных платежей «Киви», указанные Ш. Впоследствии, снимая денежные средства с различных номеров виртуальных счетов/ кошельков системы электронных платежей «Киви» и придавая правомерный вид владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами, Ш. распоряжался ими по своему усмотрению13.

Как нетрудно заметить, транзакции (как правило, не имеющие экономического смысла) с криптовалютой совершались с одной единственной целью — скрыть реальных выгодоприобретателей того или иного вида преступной деятельности, разорвать прямой финансовый след между ними. Здесь следует упомянуть о таком известном свойстве отдельных криптовалют (Monero, BlackCoin и др.), как их полная анонимность при осуществлении расчетов, когда установить информацию об отправителе/получателе цифровых финансовых активов фактически невозможно.

13 Приговор Волжского городского суда от 6 марта 2018 г. по делу № 1-277/2018.

17

Следует, однако, указать, что такие транзакции с криптовалютой сами по себе не «отмывают» их происхождение. В итоге, виновный добивается лишь того, чтобы установить связь между капиталом, цифровыми финансовыми активами и конкретной преступной деятельностью правоохранительным органам было крайне сложно. Финансовый след попросту теряется в цепочке сделок с цифровыми финансовыми активами, совершаемыми множеством участников на разных торговых площадках. Такое расширительное понимание легализации (признание таковой любых сделок с денежными средствами либо имуществом, добытыми преступным путем, в целях сокрытия их истинного происхождения) в целом основано на рекомендациях ФАТФ и, пожалуй, является целесообразным в современных условиях14.

В первой группе преступлений следует также выделить посягательства на денежные средства граждан, которые хотя и совершаются без непосредственного использования виртуальной валюты, но под предлогом совершения каких-либо операций с нею (обмена, инвестирования и т.д.). В целом указанные деяния образуют признаки общеуголовного мошенничества (ст. 159 УК РФ). Здесь следует отметить, что при подобных обстоятельствах преступники используют низкую осведомленность граждан, делают упор на сверхдоходность криптовалютного рынка,

14 См.: Ализаде В. А., Волеводз А. Г. Неприменение ст. 174.1 УК РФ по делам о наркопреступлениях, совершенных с использованием криптовалюты, как следствие непонимания сущности легализации (отмывания) нового вида преступных активов // Наркоконтроль. 2018. № 1 (50). С. 5–13.

18

его свободу от государственного регулирования и налогообложения.

Так, О., руководствуясь корыстными побуждениями, провела встречу с жителями города Бийска — партнерами компании «OneCoin». На данной встрече О. с целью введения присутствующих граждан в заблуждение и создания видимости правомерности своих действий, сообщила заведомо ложные сведения о том, что она желает открыть общий «пул» (личный кабинет) на сайте www.onelife.eu компании «OneCoin» на сумму

3 100 000 руб. для последующего приобретения криптовалюты по выгодной цене. В ходе данной встречи О. сообщила присутствующим о том, что для реализации данного бизнес-плана необходимо передать ей по 31 000 руб. (по одной сотой стоимости всего пула) для приобретения криптовалюты «OneCoin». При этом О. пояснила, что принесенные с собой на встречу денежные средства необходимо передать ей лично. После чего введенные в

заблуждение потерпевшие, не догадываясь о преступных намерениях О., не предполагая обмана с ее стороны и поверив в достоверность слов последней, согласились на данное предложение. В продолжение преступных действий О. путем обмана и злоупотребления доверием граждан похитила у них 124 000 руб.15

Как мошенничество по ст. 159 УК РФ следует квалифицировать случаи хищения денежных средств граж-

15 Постановление Бийского городского суда Алтайского края от 24 января 2018 г. по делу № 1-88/2018 в отношении О., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ (дело прекращено по основаниям, предусмотренным ст. 76 УК РФ).

19

дан под предлогом привлечения финансирования через

ICO (Initial Coin Offering — форма привлечения инве-

стиций граждан в виде выпуска и продажи инвесторам новых криптовалют/токенов), когда субъекты реально не намеревались осуществлять подобную деятельность. В октябре 2017 г. в газете «Ведомости» была опубликована статья о возбуждении в США уголовного преследования в отношении Максима Заславского, который предлагал инвесторам несуществующие токены и криптовалюту, обещая при этом солидные дивиденды от вложений16.

В теории уголовного права нет однозначного ответа на вопрос, следует ли квалифицировать как незаконное предпринимательство по ст. 171 УК РФ деятельность субъектов, которые занимаются обменными операциями с криптовалютой и извлекли при этом доход в крупном размере. Одним из главных аргументов против такой юридической оценки является неопределенный статус криптовалюты, который не позволяет говорить о том, что подобного рода деятельность могла быть зарегистрирована в принципе.

Ю. В. Трунцевский и А. Н. Сухаренко отстаивают позицию, согласно которой деятельность по обмену фиатных денег на криптовалюты на территории России соответствует всем признакам незаконного предпринимательства17. Подобный подход нашел свое отражение

16В США возбудили первое в истории дело о мошенничестве при ICO. URL: https://www.vedomosti.ru/technology/articles/2017/10/ 03/736241-ssha-delo-ico (дата обращения: 04.06.2020).

17Трунцевский Ю. В., Сухаренко А. Н. Противодействие использованию криптовалюты в незаконных целях: состояние и перспективы // Международное публичное и частное право. 2019. № 1. С. 45.

20