Современные проблемы уголовной политики противодействия коррупции в России. Научно-практическое пособие

–приводит к несправедливому распределению доходов, обогащая субъектов коррупционных отношений за счет остальных членов общества;

–способствует повышению цен на товары и услуги за счет так называемых коррупционных «накладных расходов», в результате чего страдает потребитель;

–является средством, способствующим обеспечению благоприятных условий для формирования и развития организованной преступности и теневой экономики. Это приводит к снижению налоговых поступлений в государственный бюджет, оттоку капитала за рубеж и затрудняет возможность государства эффективно выполнять свои экономические, политические и социальные функции.

В социальной сфере отрицательные последствия существования коррупции сводятся к следующему:

–коррупция предполагает существенное различие между объявленными и реальными ценностями и формирует у членов общества «двойной стандарт» морали и поведения. Это приводит к тому, что мерой всего в обществе становятся деньги, значимость человека определяется размером личного состояния независимо от способов его получения, происходит девальвация и слом цивилизованных социальных регуляторов поведения людей: норм морали, права, религии, общественного мнения и др.;

–коррупция способствует несправедливому перераспределению жизненных благ в пользу узких олигархических групп, что имеет своим следствием резкое возрастание имущественного неравенства среди населения, обнищание значительной части общества и возрастание социальной напряженности

встране;

–коррупция дискредитирует право как основной инструмент регулирования жизни государства и общества. В общественном сознании формируется представление о беззащитности граждан и перед лицом власти, и перед преступностью.

В политической сфере негативные последствия коррупции проявляются в следующем:

–коррупция способствует смещению целей политики от общенациональных к обеспечению властвования олигархических кланов и группировок;

–коррумпированные субъекты, прячущие свой капитал за рубежом, превращаются в «пятую колонну» и способствуют предательству интересов национальной безопасности страны;

–коррупция подрывает престиж страны на международной арене, способствует ее политической и экономической изоляции;

–коррупция снижает доверие общества к власти, вызывает разочарование

вценностях демократии и может способствовать переходу к другой, более жесткой форме государственного устройства – диктатуре.

В системе с другими негативными явлениями коррупция подрывает авторитет государства и дает толчок к развитию социальной дезорганизации,

31

включая низкую солидарность с законами, занижение ценности правопорядка, негативное отношение к личному участию в его укреплении. По словам Президента России Д. А. Медведева, «коррупция разлагает деловую среду, снижает дееспособность государства, отражается на его имидже и самое главное подрывает доверие граждан к власти»1.

Положительные инициативы государства в сфере экономики, соприкасаясь с криминальной действительностью, искажаются, превращаясь нередко в орудие получения незаконной прибыли. В связи с этим Д. А. Медведев поставил Правительству России задачу искоренения условий коррупции, создания стандарта антикоррупционного поведения2.

Вэтой связи актуально активизировать борьбу с коррупцией.

Вновейшей истории России было три попытки, инициированные федеральными органами государственной власти, активизировать борьбу с коррупцией с помощью специальных законов в данной сфере.

Первая – в период 1994–1997 гг. Сложившаяся в стране криминогенная ситуация диктовала необходимость принятия жестких антикоррупционных

мер: в 1993 г. было выявлено более 52 тыс. преступлений, в той или иной мере связанных с коррупционными проявлениями3. Из числа выявленных

организованных преступных формирований имели коррупционные связи: в 1993 г. – 801, в 1994 г. – 1037, в 1995 г. – 8574. В течение этого периода Госу-

дарственной Думой и Советом Федерации дважды принимались специальные нормативные правовые акты – федеральные законы «О борьбе с коррупцией» –

иони дважды отклонялись Президентом России5.

Основными причинами неудачи законодательного обеспечения борьбы с коррупцией этого периода, на наш взгляд, явились вопросы как правового характера, так и находящиеся вне правового поля. К примеру, в 1993 г. бывшим помощником Президента России А. Лифшицем было высказано суждение о том, что усиление борьбы с коррупцией способно «привести к потере равновесия в экономике», а потому он «против резких движений в вопросах борьбы с коррупцией»6.

Вторая – в период 2000–2002 гг. В мае 2000 г. проект федерального закона «О борьбе с коррупцией» рассматривался в первом чтении в Государственной Думе, но не набрал большинства голосов. В сентябре 2002 г. в первом чтении был принят проект федерального закона «О противодействии коррупции», однако дальнейшего движения он не получил. А принятие в этот период нового

1 Кузьмин В. На «счет» три. Дмитрий Медведев объявил наступление на коррупцию по всем фронтам // Российская газета. 2008. 20 мая.

2См.: Российская газета. 2008. 22 мая.

3См.: Бюллетень Государственной Думы. 1994. № 32. С. 8–12.

4См.: Криминология / под общ. ред. А. И. Долговой. М., 2008. С. 715.

5См.: Письма Президента Российской Федерации от 22 декабря 1995 г. № Пр-1850 и от 19 декабря 1997 г. № Пр-2415 // СПС «Консультант Плюс».

6Цит. по: Вечерняя Москва. 1993. 29 июля.

32

УПК РФ, и, в частности, гл. 52 «Особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц» обусловило резкое снижение в 2002–2003 гг. выявленных лиц, совершивших коррупционные преступления.

Причину неудачи этого периода в целом верно определил председатель Комитета Государственной Думы по конституционному законодательству и государственному стандарту В. Н. Плигин при обсуждении 7 ноября 2008 г. пакета антикоррупционных законов: коррупция «…действительно стала образом жизни в "серой" зоне, которая вынужденно стала зоной выживания экономики, общества, граждан, а в определенной степени и государственных институтов»1.

Третий этап – современный, когда Президентом России Д. А. Медведевым было инициировано внесение пакета проектов антикоррупционных законов в Государственную Думу, тем самым была четко выражена политическая воля поставить законодательный барьер на пути коррупции.

К числу коррупционных преступлений, соответственно, относятся получение взятки, хищение путем присвоения или растраты, злоупотребления должностными полномочиями и т. д.

В пособии «Системы общегосударственной этики поведения», подготовленном общественной организацией Транспаренси Интернейшнл («Международная гласность»), «коррупция» определяется как «такой образ действия государственных служащих (будь то политики или чиновники), когда они вопреки нормам закона и морали обогащаются сами и способствуют обогащению своих приближенных путем злоупотребления власти, которой они наделены»2. При этом отмечаются следующие виды деятельности, подпадающие под определение коррупции:

–министры «продают» услуги, входящие в круг их служебных обязанностей;

–чиновники берут проценты за предоставление правительственных контрактов;

–чиновникам оказывается чрезмерное «гостеприимство» и другие подобные знаки внимания со стороны бизнесменов (например, стипендии детям для обучения в иностранных университетах);

–чиновники забирают государственные контракты себе (через подставные фирмы или так называемых «партнеров» либо открыто, выступая в роли консультантов);

–чиновники сами себя отправляют в загранкомандировки;

–политические партии используют свою власть (настоящую или будущую) для того, чтобы взимать поборы с частного бизнеса в обмен на предоставление государственных контрактов;

1Бюллетень Государственной Думы. 2008. № 53 (1026). С. 16.

2Системы общегосударственной этики поведения: пособие Транспаренси Интернейшнл / под ред. Д. Поупа. М., 1999. С. 20.

33

–служащие налоговых и таможенных органов вымогают взятки с предпринимателей или импортеров, угрожая в противном случае повысить размер налога или пошлины;

–сотрудники правоохранительных органов вымогают деньги, угрожая наложением штрафа за нарушение правил дорожного движения;

–служащие, предоставляющие различного рода услуги от имени органов власти (например, выдающие водительские права, паспорта, распределяющие торговые места на рынке), требуют оплату за ускоренное их предоставление или за отсутствие проволочек;

–начальники берут «мзду» со своих подчиненных, требуя от них специальных или ежемесячных подношений в установленных размерах для последующей передачи наверх.

Правовой основой подхода к определению коррупционной преступности служит Конвенция ООН от 31 октября 2003 г. против коррупции1 в той ее части, в которой говорится не только о кодексах поведения публичных должностных лиц (ст. 8), но и о публичных закупках и управлении публичными финансами (ст. 9), публичной отчетности (ст. 10), не только о подкупе национальных должностных лиц (ст. 15) и иностранных должностных лиц и должностных лиц публичных международных организаций (ст. 16), но и о хищении, неправомерном присвоении или ином нецелевом использовании имущества публичным должностным лицом (ст. 17), злоупотреблении влиянием в корыстных целях (ст. 18), злоупотреблении служебным положением (ст. 19), незаконном обогащении (ст. 20).

Однако в указанной Конвенции не дается определение коррупции, а применительно к хищению, злоупотреблениям говорится об их криминализации

вгл. III «Криминализация и правоохранительная деятельность». Причем в названии главы не конкретизируется, что речь идет о криминализации кор-

рупции, коррупционных деяний. При этом в Преамбуле Конвенции делаются ссылки на многие другие конвенции2, в том числе на Конвенцию об уголов-

1См.: Собрание законодательства Российской Федерации (далее – СЗ РФ). 2006. № 26. Ст. 2780.

2В ней говорится: «…принимая к сведению с признательностью многосторонние документы по предупреждению коррупции и борьбе с ней, включая, в частности, Межамериканскую конвенцию о борьбе с коррупцией, принятую Организацией американских государств 29 марта 1996 года, Конвенцию о борьбе с коррупцией, затрагивающей должностных лиц Европейских сообществ или должностных лиц государств-членов Европейского Союза, принятую Советом Европейского Союза 26 мая 1997 года, Конвенцию о борьбе с подкупом иностранных должностных лиц в международных коммерческих сделках, принятую Организацией экономического сотрудничества и развития 21 ноября 1997 года, Конвенцию об уголовной ответственности за коррупцию, принятую Комитетом министров Совета Европы 27 января 1999 года, Конвенцию о гражданскоправовой ответственности за коррупцию, принятую Комитетом министров Совета Европы 4 ноября 1999 года, и Конвенцию Африканского союза о предупреждении коррупции и борьбе с ней, принятую главами государств и правительств Африканского союза 12 июля 2003 года, приветствуя вступление в силу 29 сентября 2003 года Конвенции Организации Объединенных Наций против транснациональной организованной преступности…».

34

ной ответственности за коррупцию от 27 января 1999 г., Конвенцию ООН против транснациональной организованной преступности от 29 сентября 2003 г.

Статья 2 «Определение коррупции» Конвенции о гражданско-правовой ответственности за коррупцию, принятой Советом Европы 4 ноября 1999 г., предусматривает следующее: «Для целей настоящей Конвенции "коррупция" означает просьбу, предложение, дачу или принятие, прямо или косвенно, взятки или любого другого ненадлежащего преимущества или обещания такового, которые искажают нормальное выполнение любой обязанности или поведение, требуемое от получателя взятки, ненадлежащего преимущества или обещания такового».

Именно подкуп-продажность – тот признак, который отличает коррупцию, коррупционные преступления от многих должностных преступлений и хищений путем присвоения, растраты. Только коррупция характеризуется практически двусторонней сделкой – корруптера и коррупционера (коррумпируемого субъекта). Корруптер подкупает коррупционера, а тот за соответствующую «мзду» совершает угодные корруптеру действия. Хищения, злоупотребления должностными полномочиями, их превышение не имеют такого обязательного признака и могут совершаться субъектами в одиночку1.

Результаты исследований приводят к выводу о следующих механизмах коррупции в России: а) обоюдовыгодная двусторонняя сделка (50 % случаев); б) вымогательство взятки, дополнительного вознаграждения (25–27 %); в) инициативный, активный подкуп, в том числе связанный с шантажом, иным психическим и другим воздействием на подкупаемых лиц (23–25 % случаев)2.

Коррупция – противоправный вариант регуляции социальных отношений разного уровня организации. Прежде всего, это деформация института государства.

При деформации социальных регуляторов в обществе они активно замещаются таким противоправным вариантом регуляции социальных отношений разного уровня организации, как коррупция, которая, в свою очередь, мешает действию правовых и моральных регуляторов.

Следует подчеркнуть, что в сложившейся ситуации государство не выполняет свою важнейшую функцию – регулирование распределения национального богатства и контроль за мерой труда и мерой потребления. На угрожающий разрыв между богатством и бедностью обратила внимание Русская Православная Церковь на одном из своих последних соборов3, однако она, к сожалению, не была услышана. На этой угрозе акцентируется внимание и в Концепции национальной безопасности России4.

1См.: Долгова А. И. Коррупция и организованная преступность // Вестник Академии Генеральной прокуратуры РФ. 2007. № 11. С. 23.

2Там же. С. 24.

3См.: Буравлев Ю. М. Указ. соч. С. 102.

4См.: Концепция национальной безопасности Российской Федерации: утверждена указом Президента Российской Федерации от 17 декабря 1997 г. № 1300 (в ред. указа Президента Российской Федерации от 10 января 2000 г. № 24) // СЗ РФ. 2000. № 2. Ст. 170.

35

Председатель комиссии Государственной Думы РФ по противодействию коррупции (предыдущего созыва) в одном из интервью заметил, что на сегодняшний день нет единой универсальной методики вычисления индекса коррупции, но есть общий подход, есть набор рекомендаций экспертов. Среди признаков коррупционности названы неконкретность норм законодательства, обилие положений отсылочного характера, предоставление чиновникам дискреционных полномочий1.

Для России характерна высокая латентность коррупционных преступлений. В большинстве случаев совершения таких преступлений нет потерпевших в физическом смысле слова, заинтересованных в сообщении об этом преступлении и его раскрытии. Как правило, все участники коррупционной сделки получают от нее выгоду, к тому же все они (например, при дачеполучении взятки) в соответствии с законом подлежат уголовной ответственности. Преступления совершаются скрыто, нередко в специфических и конфиденциальных видах государственной деятельности. Коррупция имеет высочайшую приспособительную способность, непрерывно мимикрирует, видоизменяется и совершенствуется2.

О высокой латентности коррупционных преступлений говорилось и на совещании при Президенте России 18 мая 2009 г. по вопросам реализации Национального плана противодействия коррупции. В частности, было отмечено, что, по данным Генеральной прокуратуры РФ, коррупционная преступность носит ярко выраженный латентный характер. Количество зарегистрированных преступлений коррупционной направленности в 2008 г. исчисляется десятками тысяч, а по данным НИИ Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации, фактическое их количество составило около 2 млн3. Таким образом, выявляется и подвергается уголовному преследованию всего 5 % лиц, причастных к коррупционным преступлениям!

Принимая во внимание сказанное, оценка состояния коррупции с учетом максимальной латентности данного явления (выявляются доли процента от фактически имевших место случаев ее проявления) невозможна без обращения к социологическим показателям.

По данным ВЦИОМ, озабоченность коррумпированностью органов власти в 2007 г. высказывали 23 % россиян, по частоте упоминаний проблема коррупции была на четвертом месте после неспособности справиться с ростом цен, обеспечить социальную защиту и работу; каждый второй россиянин (53 % опрошенных) давал взятки.

В целях декриминализации экономики необходимо на правительственном уровне принять программу, предусматривающую совершенствование анти-

1См.: Буравлев Ю. М. Указ. соч. С. 99.

2См.: Лунеев В. В. Коррупция учтенная и фактическая // Государство и право. 1996. № 8. С. 79.

3См.: О реализации мероприятий Национального плана противодействия коррупции. URL: Официальный сайт Президента РФ: http://www.kremlin.ru/

36

монопольного законодательства путем определения заинтересованности и связанности формально независимых организаций, устранения возможности использования административного ресурса, а также комплекс целевых практических мер в рамках действующего законодательства по противодействию монополистическим финансово-промышленным группировкам.

Так, по данным Центробанка России общий объем фиктивных операций в России – 1,5–2 трлн руб. в год, потери бюджета – в 500–800 млрд руб. в год, а переводы за рубеж – 3–4 млрд долларов в месяц1. Полученные при этом обналиченные средства идут на «серые» зарплаты, взятки, неправомерное возмещение НДС. При проведении незаконных финансовых и банковских операций совершаются преступления, ответственность за которые предусмотре-

на ст. 159, 160, 172, 173, 174, 174.1, 198, 199, 199.1 УК РФ, однако в своем большинстве такие преступления остаются латентными.

О том, что организованная преступность тесно связана с коррупцией, говорят следующие данные (полученные в ходе анкетирования 172 сотрудников УБЭП и УНП УВД по Омской области): около половины (45 %) опрошенных считают, что доходы от криминальной деятельности лидеры преступной среды и крупные коррупционеры тратят на проникновение в политическую сферу жизни общества, 20 % считают, что это вообще встречается часто у разных функционеров организованной преступности.

Интерсными являются данные, полученные в ходе опроса экспертов (с охватом всех федеральных округов России), проведенного НИИ Академии Генеральной прокуратуры РФ по антикоррупционной проблематике в 2008 г. Экспертам было предложено оценить взяткоемкость 13 сфер (видов деятельности, организаций) и выбрать из них наиболее пораженные коррупцией.

Как и ожидалось, наибольшее число по данному критерию (89,2 %) получило «обеспечение безопасности дорожного движения (ГИБДД)», 72,3 % выборов экспертов пришлось на операции с земельными участками. Этот результат весьма красноречив и отражает происходящие на макроэкономическом уровне негативные процессы в сфере перераспределения собственности: в настоящее время с землей происходит то, что в 1990-е гг. имело место в сфере приватизации отраслей хозяйства, производственных объектов.

Далее экспертные оценки в порядке убывания числа выборов распределились следующим образом: медицина и здравоохранение, образование, судебные и правоохранительные органы. Довольно значительное число респондентов указали: лицензирование и регистрация предпринимательской дея-тельности; поставка товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд; таможенное дело; назначение на должности в органах государственной власти и органах местного самоуправления;

1 См.: Ведомости. 2007. 20 февр. Под фиктивными операциями понимаются операции, в которых заявленная (указываемая в платежном поручении) цель не соответствует действительности.

37

регистрация граждан по месту пребывания; надзор за соблюдением специальных правил (охота, рыболовство и др.); призыв на военную службу и другие вопросы деятельности военных комиссариатов.

§ 2. Криминологическая характеристика личности коррупционера

В целях получения представления о личности коррумпируемого субъекта (взяткополучателя) нами в 2008 г. было проведено изучение уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 290 УК РФ, рассмотренных судами Свердловской, Челябинской, Курганской, Липецкой, Кемеровской областей. Изучено 92 уголовных дела с постановленными по ним обвинительными приговорами (в период с 2000 по 2008 гг.).

Изучение уголовных дел показало, что чаще всего получившим незаконное вознаграждение является лицо мужского пола, средний возраст которого составляет 30–32 года. Однако среди осужденных за совершение преступления, предусмотренного ст. 290 УК РФ, встречаются лица женского пола. Причем доля женщин среди данной категории преступников почти в два раза выше, чем доля женщин среди других категорий преступников. Средний возраст женщин, осужденных за получение взятки, составляет 39 лет.

Взяткополучатель, в отличие от других категорий преступников, как правило, имеет высшее образование и высокий уровень знаний. Так, анализ приговоров показал, что 39 % осужденных должностных лиц, получивших незаконное вознаграждение, имели высшее профессиональное образование; 20 % – высшее юридическое образование; 25 % – общее среднее образование; 22 % – среднее специальное; 10 % – среднее техническое. Все чаще отмечаются и случаи совершения должностных преступлений лицами с ученой степенью или ученым званием.

Представляет интерес то обстоятельство, что, как отмечают некоторые исследователи, лица, получившие незаконное вознаграждение, гораздо лучше знают действующее законодательство, в том числе и конкретные нормы, предусматривающие ответственность за преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления.

На момент совершения должностного преступления в каждом втором случае (53,8 %) обвиняемые выполняли функцию представителя власти. В каждом третьем случае (30,8 %) – организационно-распорядительные функции; в 6,7 % изученных дел лицо при совершении должностного преступления исполняло административно-хозяйственные функции.

Специалисты отмечают, что для коррумпируемых субъектов (взяткополучателей) часто характерен синдром круговой поруки, протекционизм, психология потребительства, которые чаще всего превалируют над моральными ценностями. Для этой категории преступников характерна большая, чем у других преступников, приспособляемость к различным социальным ситуаци-

38

ям и их изменениям; они тонко чувствуют изменяющуюся конъюнктуру и сложноподчиненную систему отношений в органах и учреждениях государственной власти и местного самоуправления; достаточно общительны и, как правило, не испытывают трудностей в установлении необходимых психологических контактов.

Вместе с тем отмечается, что для крупных должностных преступников характерны незаурядные организаторские способности и некоторые другие позитивные черты характера (деловитость, компетентность, исполнительность, энергия), способствовавшие их продвижению по служебной лестнице.

Так, 55 % осужденных имели положительные характеристики по месту учебы, работы и жительства – указывалось на их дисциплинированность, ответственность, исполнительность, вежливость и тактичность с гражданами, коммуникабельность. 34 % осужденных характеризовались неоднозначно: наряду с хорошими показателями трудовой деятельности, поощрениями имелись случаи опоздания на работу без уважительных причин, выговоры, одновременно с вежливостью и тактичностью были случаи чрезмерной вспыльчивости и резкости. 11 % осужденных характеризовались крайне отрицательно как посредственные работники с низкими результатами работы, имеющие нарушения трудовой дисциплины, болезненно реагирующие на замечания и не пользующиеся авторитетом среди коллег, часто меняющие место работы.

Интересно, что к моменту вынесения обвинительного приговора суда за совершенное общественно опасное деяние 45 % осужденных признали свою вину полностью и раскаялись, иногда даже способствовали раскрытию преступления и добровольно возместили ущерб; 55 % осужденных свою вину не признали, отрицая сам факт получения взятки либо объясняя, что брали «в долг», «это не взятка, а подарок, благодарность от чистого сердца» либо «взятку мне подкинули в карман без моего ведома» и т. п.

Если подробнее остановиться на сфере служебной деятельности виновных, то проведенный анализ показал, что большинство осужденных являлись сотрудниками органов МВД России, среди которых можно выделить начальника отдела внутренних дел, заместителя начальника отдела – начальника МОБ, заместителя начальника отдела – начальника криминальной милиции, заместителя начальника отдела по кадровой и воспитательной работе, начальника отделения уголовного розыска, начальника отделения вневедомственной охраны, сотрудников ГИБДД, работников ППС, сотрудников уголовного розыска (оперуполномоченных), оперуполномоченных по борьбе с экономическими преступлениями, сотрудников органов предварительного следствия (следователей), сотрудников медвытрезвителя, сотрудников ПВС, участковых уполномоченных милиции, сотрудников отделений по борьбе с правонарушениями в сфере потребительского рынка.

Отмечено несколько случаев привлечения к уголовной ответственности работников органов государственного и муниципального управления, работников различных государственных и муниципальных организаций, препода-

39

вателей вузов. 97,8 % осужденных взяткополучателей совершили преступление впервые, у 2,2 % – это вторая судимость, причем первая была также за корыстное преступление – подделку и сбыт поддельных документов.

Сказанное свидетельствует о серьезных деформациях нравственного и правового сознания взяткополучателя. Он, игнорируя требования уголовного закона, рассматривает получение взятки не как преступление, а как «норму жизни». Взяточничество в его понимании – образ действий, нисколько не осуждаемый обществом.

Анализ позволил сделать вывод о том, что признанный виновным за получение взятки, в отличие от преступников, совершающих общеуголовные преступления, не злоупотребляет спиртными напитками, не принимает наркотики, в быту ничем не выделяется, не склонен к нарушению общественного порядка. Такие лица почти всегда имеют определенное место жительства.

К моменту совершения преступления и вынесения приговора 81 % взяткополучателей состояли в браке; 15 % – в браке не состояли; 4 % – находились в фактических брачных отношениях. 45 % имели на иждивении по одному ребенку; 19 % – двоих детей; 13 % – троих и более детей. В ряде случаев, на момент вынесения приговора, многие из них проживали в съемных квартирах, в общежитиях либо в одной квартире с семьями родственников.

Обобщая представленные сведения об основных характеристиках личности коррумпируемого субъекта (взяткополучателя), можно сформулировать вывод о том, что таковым является чаще всего лицо мужского пола, средний возраст которого составляет тридцать лет, обладающий высшим образованием, состоящий в браке, имеющий на содержании одного ребенка. По роду деятельности являющийся государственным служащим и (или) должностным лицом, выполняющим функции представителя власти. На работе характеризуется положительно, имеет постоянное место жительства. Ранее не судим, при получении взятки руководствовался корыстными мотивами, совершил преступление в одиночку, свою вину не признал и был приговорен судом к лишению свободы условно.

На фоне суждений о большой опасности коррупции, необходимости ужесточения мер противодействия ей обращает на себя внимание неэффективность практики использования имеющихся правовых средств противодействия коррупционной преступности. В 2007 г. за получение взятки осуждены 1,7 тыс. лиц (1,6 тыс. – по основной и дополнительной квалификации), за дачу взятки – 3,3 тыс. лиц (3,2 тыс. – по основной и дополнительной квалификации), что составляет незначительную долю от числа людей, реально вовлеченных в коррупционные отношения.

Взяточничество относится к тщательно скрываемым преступлениям, совершаемым в условиях неочевидности, в связи с чем особое значение приобретает оперативно-розыскное обеспечение борьбы с ним.

По редким делам о взяточничестве, доходящим до суда, наблюдается определенный либерализм судебной практики. Широкое распространение

40