Саратовское историческое краеведение 50 – 60-х годов XIX века (Н.И. Костомаров и Д.Л. Мордовцев). Монография

одна, крайне экзальтированная девушка, недурная собой, представлявшая чисто великорусский тип, - полная, румяная, круглолицая, - понравилась мне»59. Однако Костомаров надеялся на брак С А.Л. Крагельской. Когда он получил от Н.Д. Ступиной письмо с признаниями в любви, то «ответил ей холодным письмом, в котором упрекал ее, что она, зная мои отношения к другой, говорит о любви и хочет побудить меня сделаться подлецом и перестал бывать у них в доме»60. Когда А.Л. Крагельская вышла замуж,

Н.И. Костомаров возобновил контакты с Н.Д. Ступиной, сказал ей, что хочет

свататься. Однако девушка попросила его прервать отношения.

Н.И. Костомаров первоначально полагал, что причина в его статусе ссыльного, но потом узнал, что в доме Ступиных бывает на правах жениха некий С., человек весьма состоятельный, и уже сам прекратил отношения. Попытки Н.Д. Ступиной их возобновить уже успеха не имели. По словам Н.Г. Чернышевского, у Костомарова произошел неприятный публичный конфликт с родственниками Н.Д. Ступиной. «Ее положение, - замечает Н.Г. Чернышевский, - в кругу знакомых было невыносимо. Она уехала из Саратова, как только могла скоро»61. Сам Н.Г. Чернышевский так

характеризовал рассказ Н.И. Костомарова в первом варианте

«Автобиографии» о взаимоотношениях с Н.Д. Ступиной: «Для меня достоверно лишь то, что у него была дружба с Натальею [Дмитриевною], что были какие-то попытки превратить дружбу в любовь, и из этих попыток произошел разрыв»62.

В Саратове Н.И. Костомаров служил переводчиком при губернском правлении, редактировал «Саратовские губернские ведомости». Когда в

должность секретаря, обрабатывающего поступающие материалы и ведущего

59Костомаров Н.И. Автобиография /Н.И. Костомаров. // Русская мысль. 1885. № VI. С. 23.

60Там же. С. 23.

61Чернышевский Н.Г. Полн. Собр. Соч. в 15 томах. /Н.Г. Чернышевский. М., 1939.Т. I.

С. 765.

62 Там же. С. 769.

31

документацию, то Н.И. Костомаров занимал пост секретаря губернского статистического комитета. В конце 50-х годов он занимает должность делопроизводителя в губернском комитете по улучшению быта крестьян.

В Саратове молодой профессор оказался в центре общественного внимания. «Наличная интеллигенция города, заинтересованная судьбой молодого профессора, - судьбой, не лишенною романтической подкладки и политической тайны, - усердно искала знакомства с ним»,- свидетельствовал позднее писатель и историк Д.Л. Мордовцев63. «Мало-помалу случай сводил меня на знакомство с жителями города,- рассказывал сам Н.И. Костомаров, -

всреде которых нашел я несколько образованных семей, где были люди с университетским образованием»64.

Он обнаружил группу ссыльных поляков. «Эти были люди развитые, и

мне было приятно в их обществе, хотя их польский патриотизм не раз наталкивался на мои русские симпатии и подавал повод к горячим, хотя и приятельским, спорам. Один из этих поляков, Мелантович, стал моим задушевным приятелем, потому что в нем одном польский патриотизм уступал место идее славянской взаимности и не доходил до той враждебности ко всему русскому, какою вообще отличались поляки»65. По словам Е.А. Белова, Мелантович, студент Виленского университета, много интересовался общественно-политическими проблемами, охотно участвовал

вих обсуждении66. О близости Мелантовича и Н.И. Костомарова говорил в отзыве на «Автобиографию» Костомарова Н.Г. Чернышевский: «Они – он

(Н.И. Костомаров – В.З.) и Мелантович – в это время почти каждый день сходились или съезжались в этом ресторане сыграть перед обедом несколько партий на бильярде. И он, и тем более Мелантович, человек с привычками

63Мордовцев Д.Л. Профессор Ратмиров /Д.Л. Мордовцев. //Книжки недели. 1889. № 1. С.

64Костомаров Н.И. Автобиография. С. 490.

65Там же.

66Белов Е.А. Воспоминания /Е.А. Белов. // Н.Г. Чернышевский в воспоминаниях современников. Саратов, 1958. Т. I. С.166.

32

богатого светского общества, обедали гораздо позднее, чем мы»67. Говоря о прохладных отношениях Мелантовича с ним, Н.Г. Чернышевский вновь подчеркивает, что Мелантович «был человек богатого светского общества» и

стоял в стороне от демократической интеллигенции68. Однако идеи польских патриотов, мечтавших о восстановлении Речи Посполитой в границах 1772

года, были Н.И. Костомарову чужды.

Саратовский сторожил И. Палимпсестов вспоминал, что благодаря писательнице М.С. Жуковой, Костомарову покровительствовал губернатор М.Л. Кожевников69. М.Л. Кожевников управлял Саратовской губернией в

1846 – 1854 годы. Современники свидетельствовали, что это был «человек умный, острый, горячий, вспыльчивый, вместе с тем справедливый и ненавидевший взяточников, но, будучи не женат, он любит кутить и часто даже в обществе сильно напивается»70. Н.Г. Чернышевский впоследствии скажет, что и в период губернаторства Кожевникова «делалось то же самое,

что и до него. Должности продавались с формального торга. Суда и управы не было; грабительство было повсеместное: оно владычествовало в канцелярии губернатора, в губернском правлении, по всем ведомствам и инстанциям»71.

М.С. Жукова также познакомила Н.И. Костомарова с Н.Г. Чернышевским. «Судьба, - будет позднее вспоминать Н.И.

Костомаров, - поставила меня с ним в самые близкие, дружественные отношения, несмотря на то, что в своих убеждениях я с ним не только не сходился, но был в постоянных противоречиях и спорах… Чернышевский был человек чрезвычайно даровитый, обладавший в высшей степени способностью производить обаяние и привлекать к себе простотой, видимым добродушием, скромностью, разнообразными познаниями и чрезвычайным

67 Чернышевский Н.Г. Полн. Собр. Соч. в 15 томах./Н.Г. Чернышевский. М., 1939. Т. I. С.

710.

68Там же. С. 773.

69Палимпсестов И. Из воспоминаний о Н.И. Костомарове.. С. 695.

70Демченко А.А. Н.Г. Чернышевский. Научная биография. С. 256.

71Чернышевский Н.Г. Полн. Собр. Соч. в 15 томах. Т. V. С. 705.

33

остроумием»72. Сам Н.Г. Чернышевский так делился первыми впечатлениями от встреч с Костомаровым в письме к И.И. Срезневскому: «Я нашел в нем человека, к которому не мог не привязаться». Н.Г. Чернышевский сразу же обратил внимание на тяжелое моральное состояние Костомарова: «Видя свою карьеру расстроенною, видя себя оторванным от своих любимых занятий, лишившись на время, по крайней мере, цели в жизни, Николай Иванович скучает, тоскует; он пробует заниматься; но невозможность видеть свои труды напечатанными отнимает охоту трудиться»73.

Через Чернышевского Н.И. Костомаров сблизился компанией местных интеллигентов, собиравшихся в доме учителя Е.А. Белова. Е.А. Белов /

1826 – 1895/ - выпускник Казанского университета. В июне 1852 года он был переведен в Саратовскую гимназию учителем географии из Пензы, где преподавал в дворянском институте. В Саратове Е.А. Белов очень быстро объединил тех, кто, по справедливому выражению А.А. Демченко, «составляли круг людей высокообразованных, честных, искренне работавших для просвещения и желавших социальных улучшений»74.

П. Юдин со ссылкой на архивариуса Саратовского окружного суда В.А. Никольского говорит, что в кружок, возникший в доме Е.А. Белова,

входили преподаватели гимназии Н.Г. Чернышевский, Е.А. Белов, писатель Д.Л. Мордовцев, врач С.Ф. Стефани, приехавший в Саратов позднее Е.А. Варенцов75. Близкое отношение с беловским кружком поддерживал преподаватель гимназии М.А. Лакомте76. Очень быстро ведущее место этой кампании друзей займет Н.И. Костомаров.

72Костомаров Н.И. Автобиография. С.573.

73Чернышевский Н.Г. Полн. Собр. Соч. в 15 томах./Н.Г. Чернышевский. М., 1948. Т. XIV. С. 220 – 221.

74Демченко А.А. Н.Г. Чернышевский. . С.252.

75Юдин П. НГ. Чернышевский в Саратове /П. Юдин. // Исторический вестник. 1905. №

12..С. 883.

76Юдин П. Н.И. Костомаров в ссылке. /П. Юдин.// Исторический вестник. 1905. № 4. С.

34

Приятели собирались по вторникам у Беловых. Исследователи отмечали, что «кружок не имел ни программы, ни устава»77. П. Юдин, много беседовавший об общественной жизни Саратова с местными старожилами,

так определял содержание этих собраний: «Все интересное в области литературы, искусств, философии, педагогики, прочих наук, а также жгучие современные вопросы всесторонне освещались и детализировались. Каждая

свежая книжка «Отечественных записок» разбиралась по косточкам».

Кружок описан Д.Л. Мордовцевым в романе «Профессор Ратмиров», в

котором, говорят многие исследователи жизни и творчества

Н.Г. Чернышевского, саратовская действительность изображена с

дискуссиях по поводу славянофилов. В романе излагается общественно-

политическая программа Костомарова: «Уничтожение крепостного права, по почину ли правительства, по почину ли дворянства – это все равно; такое же уничтожение всяких привилегий, уничтожение смертной казни и телесных наказаний; потом обязательно обучение народа; - религиозная терпимость и свобода мнений»79.

До отъезда Н.Г. Чернышевского из Саратова на собраниях

единомышленников жаркие дискуссии Н.И. Костомаров вел с Чернышевским. В литературе, посвященной изучению жизни и творчеству Н.Г. Чернышевского и Н.И. Костомарова на протяжении длительного времени вопрос об их взаимоотношениях или замалчивался, или трактовался

77Аксененко Е.М. Эпизод из деятельности « Саратовского кружка»/Е.М. Аксенеко.// Русская литература. 1989. № 1. С. 174.

78Муренина Г.П. Работой вы победите мир/Г.П. Муренина. // Саратовские друзья Чернышевского. Саратов, 1985. С. 77.; Стеклов Ю. Н.Г. Чернышевский в изображении наших беллетристов /Ю.М. Стеклов. // Еще о Н.Г. Чернышевском. М., Л., 1930. С. 146 –

79Мордовцев Д.Л. Профессор Ратмиров./Д.Л. Мордовцев. //Книжки недели. 1889. № 2. С.

35

слишком упрощенно. Исследователи отказывали Н.И. Костомарову в

«дружбе с Чернышевским»80.

А.Л. Шапиро очень безапелляционно утверждал, что «свое знакомство с Костомаровым Чернышевский рассматривал лишь как знакомство с человеком, с которым можно было говорить об ученых и тому подобных не личных, а общих вопросах»81. А.Ф. Мартынов ставит под сомнение искренность Н.Г. Чернышевского в известных высказываниях о Костомарове-историке, сделанных в 1889 году в предисловии к русскому

переводу «Всеобщей истории» Г. Вебера. «Костомаров, - писал

Н.Г. Чернышевский, - был человек такой обширной учености, такого ума и так любил истину, что труды его имеют очень высокое научное достоинство.

Его понятия о деятелях, о событиях русской истории почти всегда или совпадают с истиной, или близки к ней»82. Исследователь мало убедительно заявляет, что Н.Г. Чернышевский «не поскупился на похвалы идеологу украинского буржуазного национализма, лишь бы обойти цензуру и либерально-монархических издателей… Пользуясь именем либерального историка Костомарова, Чернышевский разъяснил русскому народу,

молодежи, готовящейся к революционной борьбе с самодержавием,

истинные понятия о деятелях и событиях русской истории…»83.

Более объективно, на наш взгляд, в проблеме разобрался Л.В. Домановский. Он полагал, что Н.Г. Чернышевский и Н.И. Костомаров имели «общий взгляд на направления современной литературной критики, на

80Скафтымов А.П. Жизнь и деятельность Н.Г. Чернышевского./А.П. Скафтымов. Саратов, 1939; Покусаев Е.И. Н.Г. Чернышевский. /Е.И. Покусаев. М., 1960. С. 35; Шаблиовский Е.С. Чернышевский и Украина/Е.С. Шаблиовский. Киев, 1978. С. 181.

81Шапиро А. Вопросы русской истории в произведениях Чернышевского/А. Шапиро. // Н.Г. Чернышевский. Саратов, 1930, С. 145.

82Чернышевский Н.Г. Полн. собр. соч в 15 томах. Т. X С.928.

83Мартынов А.Ф. Коренные изменения Н.Г. Чернышевского «Русской истории» Н. Костомарова /А.Ф. Мартынов. // Ученые записки Липецкого пединститута. 1956. Вып.1. С.

36

задачи науки, оба стояли за тесную связь ее с жизнью»84. «Особенно, -

продолжает Л.В. Домановский, - привлекал Чернышевского провозглашенный Костомаровым новый принцип подхода к истории, как к истории народа, массы, прежде всего, а не деятельности отдельных выдающихся личностей и учреждений»85.

А.А. Демченко справедливо, на наш взгляд, подчеркивает, что кружок Е.А. Белова объединял различных по мировоззрению, политическим взглядам людей, но «в глухом провинциальном Саратове пятидесятых годов они составляли круг людей высокообразованных, честных, искренно работавших для просвещения и желавших социальных улучшений »86.

Безусловно, что Н.Г. Чернышевский и Н.И. Костомаров были самыми интеллектуально развитыми членами саратовского кружка. Поэтому их споры по самым различным общественно-политическим проблемам постоянно становились центром всеобщего внимания. Однако следует учитывать, что Н.И. Костомаров был уже профессором и автором целого ряда научных и литературных произведений, а Н.Г. Чернышевский лишь только начинал свой жизненный путь. Поэтому мы не должны забывать об огромном интеллектуальном влиянии, которое оказывал Н.И. Костомаров на саратовских интеллигентов, в том числе и на Н.Г. Чернышевского. В спорах с Костомаровым оттачивались навыки полемического искусства Чернышевского, формировались основы его мировоззрения, его представления о сущности и содержании исторического процесса,

представления о перспективах дальнейшего развития страны. Под непосредственным влиянием Н.И. Костомарова, занимавшегося изучением вопросов местного народного хозяйства, у Н.Г. Чернышевского возникает интерес к экономическим проблемам, об их значении в рассмотрении общественно-политических проблем. Существующая на протяжении многих

84 Домановский Л.В. К саратовским взаимоотношениям Н.Г. Чернышевского и Н.И. Костомарова /Л.В. Домановский. // Н.Г. Чернышевский, статьи, исследования и материалы. Саратов, 1962. Вып. 3. С. 218.

85Там же. С. 219.

86Демченко А.А. Н.Г. Чернышевский. Научная биография. Ч.I. С. 252.

37

десятилетий традиция видеть в Н.Г. Чернышевского только бескомпромиссного революционера-демократа, идеолога крестьянской революции, врага либерализма, социалиста и материалиста нуждается в настоящее время в серьезной корректировке. Поскольку существенно обедняет спектр идейных и духовных исканий Н.Г. Чернышевского,

превращая его в некий монолит, чье мировоззрение не менялось чуть ли со студенческих лет. Именно общение с такими интеллектуалами, как Н.И. Костомаров и давало Н.Г. Чернышевскому возможность четко формулировать свои взгляды.

Н.И. Костомаров вспоминал, что предметом их споров было отношение к христианству: «К христианству Чернышевский относился с уважением, но не иначе, как только к историческому явлению, которого сила совершенно испарилась от времени»87. Возражения Н.И. Костомарова, что

«истины, проповедуемые Христом, не осуществились еще и доныне» Чернышевский парировал: «Сначала оно (т.е. христианство – В.З.) заключало в себе великую двигательную силу для обновления человечества, но потом попалось в руки жрецов под названиями пап, митрополитов и монахов,

которые завернули его в папильотки идолопоклоннического символизма, а

земные цари и властители употребили его как орудие для порабощения людей и для оправдания всяких насилий»88. Н.Г. Чернышевский в беседах с Костомаровым отрицал бессмертие души и веру в загробную жизнь.

Ожесточенные дискуссии велись по поводу идеи славянской федерации, которую Н.Г. Чернышевский считал вредной для всех славян. По словам Е.А. Белова, Н.Г. Чернышевский «считал с общеевропейской точки зрения, что славянский вопрос будто бы мешал прогрессу». «Не раз продолжает Е.А. Белов, - случалось при нем (т.е. при Чернышевском – В.З.)

или у Костомарова, или у Мелантовича много толковать о мечтаниях Бакунина касательно тройственной федерации в будущей Европе, именно

87Костомаров Н.И. Автобиография с. 574.

88Там же. С.574.

38

романской, германской и славянской, но и к этим мечтаниям он относился более чем с сомнением»89.

Н.И. Костомаров, и Е.А. Белов единодушно свидетельствуют, что очень много говорилось о социалистической доктрине Шарля Фурье.

Е.А. Белов слышал об учении Фурье еще в студенческие годы в Казани,

очень заинтересовался им, но не мог сравнительно долго найти литературу,

подробно излагавшую его содержание. Именно Н.Г. Чернышевский, по словам Е.А. Белова, познакомил нескольких саратовцев «с грандиозной идей гармонии страстей, с анализом последних, с гуманными идеями о воспитании», также со слабыми, с точки зрения Чернышевского сторонами доктрины «излишней сентиментальностью, которая своим преобладанием могла разрушить какую угодно гармонию, делая из человека тряпку, если бы могла осуществиться»90. Н.И. Костомаров говорит, что Н.Г. Чернышевский в эти годы увлекался идеями Прудона. Взгляды Прудона, по словам Костомарова, Н.Г. Чернышевский «развивал до крайних пределов, хотя сознавался, что идеал нового общественного строя на коммунистических началах еще не созрел в умах, а достичь его можно только кровавыми разрушительными переворотами»91.

Предметом жарких споров были и события Французской революции конца XVIII столетия. «Н.И. Костомаров - вспоминает Е.А. Белов, -

приписывал террор гибели жирондистов. Н.Г. Чернышевский и я доказывали,

что террор в бессознательной самоуверенности подготовили сами жирондисты. Разумеется, речь шла о ближайших подготовительных событиях, в жару споров ни от одного пункта не отходили»92. Слухи об этих дискуссиях расползались по городу. И после того, как Н.Г. Чернышевский однажды подробно рассказал о Французской революции, заговорили, что они с Костомаровым готовятся к революции. Это послужило причиной

89Белов Е.А. Воспоминания . С. 167.

90Там же. С.168.

91Костомаров Н.И. Автобиография. С. 575.

92Белов Е.А. Воспоминания. С. 169 – 170.

39

неприятного объяснения Н.Г. Чернышевского с директором гимназии А.А. Мейером.

Н.И. Костомаров весьма скептически относился ко многим радикальным высказываниям Н.Г. Чернышевского. Отрицание религии, по мнению Н.И. Костомарова, вело к «отрицанию святости всяких властей,

всего того, что имело поползновения стеснять свободу человеческой жизни».

Историк не мог принять утверждение Чернышевского, что «никакое из правительств, существовавших в различных формах, не может назваться хорошим, все носят в себе зародыши зла, и нам нужен радикальный переворот»93. Эти расхождения и побудили Н.Г. Чернышевского сказать невесте О.С. Васильевой, когда последняя спросила, возможно ли участие Костомарова в революционном возмущении: «Он слишком благороден,

поэтичен; его испугает грязь, резня»94.

Н.И. Костомаров поддерживал с Чернышевским очень близкие отношения. «Чернышевский, - вспоминал Н.И. Костомаров, - в своей частной жизни, в своих приемах казался в высшей степени мягким, добродушным,

чистосердечным, любвеобильным. И в самом деле, он истинно желал человечеству добра и если в своих теориях заблуждался, то поступал искренно. Эта-то искренность и привязывала меня к нему»95.

Н.Г. Чернышевского привлекали широта общественных и научных интересов Костомарова, фундаментальность его научных знаний. « Это, - говорит А.Н. Пыпин, - были люди одинакового научного уровня, что в провинции нелегко было встретить»96. Журналист и краевед Ф.В. Духовников,

приступивший в начале 90-х годов XIX века к сбору биографических материалов у саратовских старожилов о Н.Г. Чернышевском, замечает в этой связи следующее: «Как дорожил Николай Гаврилович знакомством с

93Костомаров Н.И. Автобиография. С. 574 – 575.

94Чернышевский Н.Г. Полн. собр. Соч. в 15 томах. / Н.Г. Чернышевский. М., 1939. Т. I. С.

95Костомаров Н.И. Автобиография. С. 575.

96Пыпин А.Н. Мои заметки./А.Н. Пыпин.// Н.Г. Чернышевский в воспоминаниях современников. Т. I. С.118.

40