Русская культура. Учебное пособие

ленностью и робостью, невозмутимое спокойствие граничило с тягостным унынием, отсутствие ясной мысли, вытекающее из предрасположенности к духовному сну, порождало отвлеченную мечтательность, оправдывающую лень. Все эти свойства русской духовности имели в истории отечественной культуры далеко идущие последствия. Вместе с тем в русском менталитете прочно закрепилась способность к стихийному бунтарству, куражу, ухарству и другим проявлениям активности.

Культ природы был настолько важен для становления и развития менталитета русского народа, что это своеобразно отразилось в его самоназвании. Ученые уже в XX веке обратили внимание на то, что представители различных стран называются по-русски именами существительными (француз, немец, финн, турок, китаец и т. д.), и только русские именуют себя именем прилагательным, воплощая таким образом свою принадлежность сущему, причастность к предмету высшему и самоценному. Высший предмет, сущее – Русь, Русская земля.

Особенности восточнославянской мифологии и религии

Атмосфера зависимости от природно-климатической неустойчивости, агрессивности кочевых народов, неуверенности в завтрашнем дне (урожай или недород, война или мир, бунт или покорность, охота или неволя и т. д.) – всё это рождало народные представления о постоянной изменчивости человека и его зависимости от господствующих над ним и неподвластных ему сил (судьба, доля, счастье), о реальности и определенности прошлого (традиции, предания) по сравнению с непредсказуемым будущим. Так было, например, в древнем Междуречье, в древних цивилизациях майя и ацтеков, нечто подобное складывалась и в Древней Руси. Существовал целый ряд мифологических персонажей, «заведовавших» человеческой судьбой – индивидуальной или коллективной: Лихо, Горе-злосчастье, Суд и Суденицы, Правда и Кривда, Доля и Недоля, Белобог и Чернобог. Эти парные персонажи олицетворяли борьбу альтернативных тенденций в жизни человека – полярных сил добра и зла. Абсолютизируя роль случайности в своей жизни, восточные славяне в то же время тяготились ею, предпочитая

11

оседлость – кочевничеству, стабильность – непредсказуемости, мирное сосуществование – завоеваниям. В этом отношении преимущества западной цивилизации, пример политического устройства европейских государств, централизованно упорядоченная и приподнятая над повседневностью религиозная жизнь казались верховным представителям древнерусского общества более совершенными, наиболее удаленными в своем развитии от языческого хаоса и стихийной природности, нежели общественные формы, рожденные ближневосточной цивилизацией (религии евреев или арабов), и тем более – собственное язычество, не разорвавшее своих органических связей с традициями и духовными ориентирами кочевничества, составлявшего постоянный фактор цивилизационного «возмущения» в повседнедневной жизни и обозримой исторической перспективе народов Евразии.

Восточнославянская мифология очень архаична и во многом восходит к праиндоевропейским корням. Так, культу Перуна-громо- вержца, богини плодородия Макоши, подземного змея Волоса, покровительствовавшего урожаю, охоте, скотоводству, бога ветров Стрибога и других богов есть аналоги в мифологиях почти всех индоевропейских народов. Однако существует большая разница между Перуном и, например, древнегреческим Зевсом, хотя оба они громовержцы: функции Перуна гораздо проще и примитивнее, нежели у властителя Олимпа. Кроме того, восточнославянские боги, в отличие от античных богов, зачастую имеют зооморфный вид и тождественны проявлениям стихий. Если Перуна и Макошь все представляли в человеческом облике (воин в шлеме и пряха), то Волоса видели не только змеем, но и медведем, волком, а чаще всего оборотнем, меняющим свой облик. Семаргл и Хорс представлялись грифоном и конем, Див – божество восточного происхождения, виделся как мистическая птица, и т. д. Все эти представления свидетельствуют о том, что славянская мифология была ближе к древневосточной мифологии (иранской, хеттской, египетской и др.), нежели к античной, и во всех отношениях менее развитой и отрефлексированной, чем германо-скандинавская, кельтская или, например, индийская. Языческая мифология восточных славян была еще крайне несистематизированной, неустойчивой; функции богов многократно дублировались. Например, культ солнца так или иначе ассоциировался и с Хорсом (небесным Конем), и с Даждьбогом (тепло,

12

источник поддержания жизни), и со Сварогом (небесный свет и огонь), и с Ярилой (любовная страсть, плодородие), и с Купалой (божеством летнего солнцестояния), и с Колядой (божеством зимнего поворота солнца на весну). Едва ли не более важную роль, чем высшая мифология, в жизни древних славян играла низшая мифология, окружавшая человека всюду: дома, в лесу, у реки, в поле, на болоте и т. д. Это домовые, лешии, водяные, полевые, кикиморы, русалки, навьи и берегини, мары и моры, лихорадки. Всех этих персонажей характеризует амбивалентность по отношению к человеку: если их рассердить, обидеть – они мстительны и враждебны, если же их задобрить, принести им жертвы – они становятся добродушными, отзывчивыми, помогают человеку, по крайней мере, не вредят ему.

Сложная, многоуровневая система восточнославянской мифологии была приспособлена к условиям жизни людей. Обращение к высшим силам было эпизодическим, приуроченным к природному календарю, ритуалам, поэтому высшие силы были отчуждены от потребностей и интересов основной массы народа и в последующее время постепенно вытеснялись христианскими представлениями и образами. Низшая мифология восточных славян была древнерусской культурой повседневности и в этом качестве сохранилась с небольшими корректировками вплоть до настоящего времени. Именно эта особенность восточнославянской мифологии оказалась живучей и практически неустранимой из древнерусской и позднейшей великорусской культуры – не только после принятия христианства, но и после секуляризации культуры и общества, начавшейся в XVII веке и особенно масштабно развернувшейся после Петровских реформ.

Попытка обновления восточнославянского язычества

Восточные славяне и их племенные вожди всегда тяготели к всеобщей, а не к личностной религии, каковыми в той или иной степени являются все современные мировые религии, апеллирующие, помимо массы верующих, к каждой конкретной личности верующего, требующие от него личной ответственности и обещающие ему личное спасение. В 980 году князь Владимир предпринял попытку обновления

13

восточнославянской религии, не выходившего за пределы традиционного славянского язычества, с целью упорядочить мифологический хаос, царивший в сознании различных восточнославянских племен. Был учрежден пантеон высших славянских богов во главе с Перуном, богом грозы и войны (он считался покровителем князя-военачальника и его дружины). Кроме Перуна в пантеон Владимира вошли Хорс – бог солнца-светила, небесный Конь; Даждьбог – бог белого света и податель небесных благ, тепла; Стрибог – бог ветра и воздушных стихий, распространитель доли; Семаргл – небесный посланец, связующий небо и землю, и единственный женский персонаж – Макошь – богиня плодородия, мать судьбы и урожая, покровительница домашнего очага. Таким образом, в пантеоне Владимира была учтена диалектика взаимосвязи неба и земли, столь важная для мифологических представлений древних восточных славян о человеке и природе, о мироздании в целом. Видно, что создатели усовершенствованного языческого культа стремились уйти от конкретики: дома, хозяйства, различных атрибутов жизненного уклада, семейной и личной жизни, индивидуальных интересов и потребностей. Боги пантеона символизировали высшие силы, которые олицетворяли покровительство прежде всего месту – целому территориальному единству, Русской земле и воплощали господство общих интересов над частными. Все эти ментальные черты религиозного мировоззрения закрепились в русской культуре. Однако пантеон Владимира не получил всенародной поддержки. Созданный искусственно на основании фрагментарных мифологических представлений, он выражал интересы высших сословий – воинственную идеологию князя и его дружины, местные политические и этнические интересы, прагматические расчеты, но не охватывал саму систему славянской мифологии. В пантеон богов не вошли Сварог – верховный бог праславян, Святовит – бог священного света, Род – покровитель продолжения жизни, Лада и Леля – покровительницы семьи и деторождения, Волос – покровитель домашнего скота, торговли и богатства, Переплут – покровитель земледельцев и путешественников. Вне Владимирова пантеона оказались мелкие языческие существа, наполнявшие повседневную жизнь и быт восточных славян: Кощей, Баба-яга, Змей Горыныч и другие мифические образы, которые позднее естественно вошли в русский фольк-

14

лор, утратив при этом прямую связь с первобытной мифологией как мировоззрением.

В целом попытка обновления восточнославянской религии, предпринятая князем Владимиром, отталкивалась от традиционного язычества как среды, в которой только и могли формироваться и укореняться какие бы то ни было цивилизационные начала и универсальные принципы. Создание строго ограниченного пантеона богов способствовало подготовке общественного сознания к постепенному переходу от языческого политеизма к монотеизму мировых религий. Весь пантеон был организован вокруг центральной фигуры верховного божества – Перуна. Данный опыт имел свои культурно-исторические и цивилизационные последствия.

Художественная культура восточных славян

Художественная культура русского народа развивалась в диалоге с Востоком и Западом как самобытное творчество духовно одаренного этноса, остро воспринимающего красоту природного мира и человеческих отношений. Русская художественная культура – это явление широкое и глубокое. Широкое потому, что охватывает многие виды творчества: изобразительное и прикладное искусство, зодчество, музыку, театр. Глубокое – потому что уходит корнями в седую древность и развивается в наши дни. В отличие от европейских государств и Византии, Русь вступила на путь феодализма, минуя рабовладельческий строй, что обусловило глубокую связь художественной культуры с народными представлениями, менталитетом. Большую роль в формировании истории и культуры Древней Руси сыграли города (Киев, Новгород, Владимир, Псков, Ростов и т. д.), которые образовывались как центры натурального хозяйства, ремесла и торговли и как военнооборонительные пункты. Одна из особенностей древнерусской городской культуры – ее глубокая связь с крестьянским творчеством.

Архитектура восточных славян I тыс. н.э. стала известна по археологическим раскопкам и скудным литературным источникам. Так, храмы и жилища сооружались из дерева, кровли их были остроконечными. В качестве скульптур выступали идолы, обработанные в технике плоской резьбы. Довольно развитый пласт древнерусского искус-

15

ства того времени – прикладное творчество, украшения из бронзы и серебра (фибулы, височные кольца, бусы, гребешки с фигурками животных). Во всех изображениях того времени подчеркивается стремление сблизиться с животными, а не противопоставить себя им, как это было в античном изобразительном искусстве.

Характерно, что и в русском фольклоре, так же как и в мифологии, преобладали парные персонажи (Фома и Ярема, Иван да Марья и т. д.). Принятие православной веры на Руси вовсе не способствовало распространению древнерусского фольклора и мифологии, однако записи устного народного творчества все-таки были опубликованы, хотя и очень поздно – лишь в XVII–XIX веках. Песни, былины, сказки, загадки, пословицы, поговорки, плачи и заклинания возникли задолго до появления письменности. Их передавали из поколения в поколение изустно. Таким образом, множество легенд и историй о прошлом составили так называемую устную летопись – об основании Киева, о мести княгини Ольги древлянам, о смерти князя Олега от укуса змеи, о призвании варягов на Русь и других событиях, имевших место или вымышленных. Некоторые из них легли в основание многих письменных литературных произведений. С возникновением письменной литературы фольклор не иссяк и не исчез из русской культуры. Наоборот, он оказал на нее сильное воздействие, проникая в той или иной форме в летописание, а затем и в светскую литературу, и продолжил существовать параллельно, обогащаясь новой тематикой, новыми идеями и новыми формами.

Главные темы фольклора – конечно, календарные обряды. Известны праздники проводов зимы, прихода лета, начала полевых работ и сбора урожая. Все они сопровождались множеством песен, заклинаний, заговоров, окликаний. Кроме календарных обрядов существовали и обряды бытового характера (похоронные, свадебные, песни для пиров и тризн).

Своеобразие древнерусской культуры заключалось в том, что ни язычество, ни христианство как встречные процессы не реализовались до конца и не завершились в органическом социокультурном синтезе двух мировоззренческих систем, а в отношениях между ними установился драматический параллелизм – двоеверие. Причем двоеверие, существующее не в формальном смысле, а в душах, умах, менталитете

16

народа, сохранялось на Руси в течение многих веков (сохраняется и теперь), а не составляло только переходный этап между языческим и христианским периодами в истории русской культуры. Еще в начале XX века исследователи – фольклористы и этнографы – обнаружили полноценные языческие культы и обряды в крестьянской среде, никак не «переведенные» на язык христианства и просуществовавшие в практически неизменном виде почти тысячелетие. Более чем тысячелетняя история русской культуры убедительно свидетельствует: сущность национального менталитета русской культуры заключается именно в двусоставности ее ядра, являющего собой единство противоположностей или, может быть, раздвоение единого. На русской почве двоеверие выкристаллизовалось в постоянный и долговременный фактор цивилизации, а не только закрепилось как устойчивый культурноисторический феномен. Оттого и проблема «перевода» с одного культурного языка на другой в Древней Руси часто не стояла: различные смысловые пласты культуры и поведенческие механизмы сосуществовали и дополняли друг друга как компоненты зарождающейся амбивалентной цивилизации.

Вопросы для самоконтроля

1.Каковы особенности образования восточнославянской общно-

сти?

2.Что такое менталитет и как это понятие соотносится с обыденной культурой, мифологией и искусством?

3.Какие природные и геополитические факторы влияют на формирование менталитета, в частности восточнославянского?

4.С какими сферами жизни и деятельности особенно органично была связана восточнославянская мифология?

5.Чем объясняется исключительная устойчивость и долговечность древнерусского фольклора?

17

имифологических существ. К тому же глава пантеона Перун, покровитель князя и княжеской дружины, был обречен на слабое признание в народе. К примеру, «скотий бог» Велес (Волос), покровитель скота и торговли, искусно владеющий колдовскими чарами, имел куда большую популярность. Но он, будучи владыкой подземного мира, не вошел в ряд верховных богов, олицетворявших «светлые» небесные силы (за исключением Макоши, ассоциирующейся с культом земли). При этом его капище сохранялось (в низине за Киевом на Оболони) наряду с «новенькими» идолами верховных богов (также вынесенными за городскую черту, но возвышавшимися на холме), что создавало некоторую двусмысленность.

Христианизация Руси началась задолго до ее официального крещения в 988 году. Некоторые дружинники и знатные люди, даже отдельные древнеславянские князья (к примеру, варяги Аскольд и Дир) еще в IX веке под воздействием византийских традиций стали обращаться в христианскую веру. Бабка Владимира, знаменитая великая княгиня Ольга, сурово отомстившая древлянам за убийство своего супруга Игоря, крестилась в Константинополе, а после смерти была прославлена в чине равноапостольной святой. Воспитание христианки Ольги сказалось на характере юного Владимира, посеяло в нем добрые семена, которые со временем дали всходы.

Получив княжеский удел в Новгороде от своего отца Святослава, Владимир сохранял верность традициям предков и вел себя как типичный языческий правитель: жестоко расправлялся с врагами, чтил богов

ивоздавал им щедрые жертвы, содержал целый гарем наложниц. Однако в какой-то момент князь всерьез задумался о перемене религиозной веры. К тому предрасполагала как внутренняя, так и внешняя политическая обстановка: все важнейшие соседи Руси уже исповедовали монотеизм разного толка. На юге Византийская империя, чарующая древних русов своим блеском и великолепием, была оплотом восточного христианства. Волжские булгары приняли ислам, оказавшись в сфере влияния Хорезмийского шаха. На западе славянские Болгария, Чехия, Польша и другие восточноевропейские государства одно за другим принимали христианство. Оставаясь языческой, Русь обрекала себя на изоляцию. Но не один политический расчет двигал князем. Возможно, ему не давали покоя горестные раздумья личного характе-

19

ра. От природы незлобивый Владимир в годы своего восхождения к великокняжеской власти волею обстоятельств был вынужден совершить такие поступки, которые легли на сердце тяжким бременем неискупленного греха. Киевский престол ему достался ценой кровавого братоубийства, к чему привела логика междоусобной войны с братом Ярополком. Кроме того, ни один из его браков не был заключен по обоюдному желанию. Его любимая жена полоцкая княжна Рогнеда была покорена силой. В свое время каждый из братьев-соперников – и Владимир, и Ярополк – хотел заручиться поддержкой богатого Полоцкого князя, чья дочь Рогнеда оказалась на выданье. Княжна благосклонно приняла предложение Ярополка, но отвергла сватовство Владимира из-за его низкого происхождения*. По наущению своего советника и дяди Добрыни Владимир захватил Полоцк, убил братьев и родителей Рогнеды, а ее саму сделал своей наложницей. Впрочем, позднее между ними возникла обоюдная любовь, а после рождения детей Владимир признал Рогнеду своей законной женой, как и в случае с двумя другими его женами, к чему языческая мораль его вовсе не обязывала.

О сомнениях Владимира в языческой вере стало известно не только его ближайшему окружению, весть об этом разнеслась по чужеземным странам. «Повесть временных лет» рассказывает о беседах Владимира с представителями других вер, пытавшихся воспользоваться духовными поисками князя для обращения в свою религию, и о посольствах, отправленных в другие страны для «испытания» чужой веры. Князь выслушал послов мусульман из Волжской Булгарии, христиан- «латинян» из немецких земель, Грека-«философа» из Византии – преподобного Максима Грека, и даже иудеев из покоренной Святославом Хазарии. Больше всего князю понравились речи Грека-«философа». Убеждали Владимира и послы, вернувшиеся из Византии, оставшиеся в восторге от величественной обрядности византийской церкви. Владимир помнил, что его бабка, могущественная великая княгиня Ольга, избрала восточно-христианскую веру, а он почитал ее как «мудрейшую из всех людей». Но князь все же колебался. Внешнеполитический фактор подвел черту в процессе выбора веры. В 987 году в Киев при-

* Владимир – внебрачный сын Святослава от рабыни-ключницы Малуши.

20