Машина песен. Внутри фабрики хитов

Gee

Исторически подростки составляли готовую целевую аудиторию для фабрик хитов, но они же становились причиной ограниченного срока годности хитов. Тинейджеры вырастают, а следующее поколение стремится противопоставить себя предыдущему, в частности своим старшим братьям и сестрам. Это очевидным образом сказывается на музыкальных пристрастиях: ты ненавидишь любимую музыку своего старшего брата или сестры просто потому, что она ему или ей нравится. По этой причине успех фабрик хитов автоматически влечет за собой волну отторжения; даже студии Cheiron не удалось ее избежать. Эпоха рок-музыки значительно углубила этот разрыв между поколениями, поскольку позволила юным фанатам The Beatles и The Rolling Stones не только презирать пластинки с песнями из Брилл-Билдинг их старших братьев и сестер, но еще и чувствовать свое моральное превосходство — мол, им-то нравится «настоящая» музыка авторов-испол- нителей, а не «сфабрикованная» и спетая нанятыми артистами. Дилан предельно ясно всё разъяснил для ретроградов в речивступлении к песне 1962 года Bob Dylan’s Blues: «В отличие от большинства песен, которые пишут на Тин Пэн Элли… эту написали где-то в Соединенных Штатах».

Но что если бы разницы между авторской и «сфабрикованной» музыкой, разницы, основанной на стольких логических непоследовательностях и предрассудках, как таковой не существовало? Что если «сфабрикованные» песни мы воспринимали бы как авторские? Какой бы тогда была популярная музыка? Кажется,что американский поп движется в этом направлении, но корейская музыка его уже обогнала. У Кореи уже есть кей-поп.

Ли Су-ман, основатель компании SM Entertainment и главный архитектор системы идолов кей-попа, родился в Сеуле в 1952 году во время Корейской войны. В детстве мать играла ему классику на фортепиано. В то время главным жанром популярной музыки в Корее был «трот» (сокращение от «фокстрот»). Трот заимствовал элементы западной и японской популярной музыки — наследие японской оккупации 1910–1945 годов. К этим влияниям добавился характерный корейский стиль пения — «пхансори».

Но случилось так, что Ли увлекся американским фолком и корейской рок-музыкой, которая зародилась на американских военных базах и распространилась стараниями гитариста и певца

Син Юнг-хёна в шестидесятых. Задолго до появления кей-попа корейские музыканты уже мастерски научились сочетать западные веяния с их традиционными песенными и танцевальными жанрами.

Ли прославился как исполнитель фолка и в конце семидесятых собрал недолго прожившую хард-рок-группу Lee Soo-man and the 365 Days. Позже он стал известным диджеем и ведущим музыкальных и развлекательных телепрограмм. Однако в конце семидесятых правительство Кореи нанесло удар по музыкальной сцене: по обвинениям в хранении марихуаны в тюрьму попала плеяда известных музыкантов. После военного переворота в 1980 году к власти пришел президент Чон Ду-хван, и радио- и телевизионные передачи Ли закрыли.

Ли переехал в США с целью получить степень магистра по компьютерной инженерии в Университете штата Калифорния

вНортридже. Его привел в восторг недавно открытый канал MTV. Если и есть такой ролик из восьмидесятых, в котором собраны все элементы, позже возродившиеся в кей-попе, то это клип Бобби Брауна My Prerogative (1988). Сценические движения Брауна — вихляния бедрами, резкие повороты, которые копирует подтанцовка на заднем плане, — кей-поп впитал в свою самую суть. Тедди Райли, соавтор My Prerogative, позже вдохнул вторую жизнь

вкарьеру в SM Entertainment — компания сделала его своим постоянным продюсером. Райли открыл офис в Сеуле, нанял сотрудников и снова начал писать хиты.

В1985 году Ли получил степень и, как он рассказал Марку Расселу, автору книги Pop Goes Korea (Поп приходит в Корею), вернулся домой, полный решимости «воссоздать американскую индустрию развлечений в Корее». Рост благополучия, отмеченный Олимпиадой 1988 года в Сеуле, способствовал укреплению

встране ориентированной на рынок демократии и в целом ослабил ограничения в сфере массовой информации. Поток корейцев, возвращавшихся в Сеул из США, привез с собой ритмы рэпа и хипхопа с корейскими текстами. Произношение согласных в корейском языке, обилие «ка» и «та» придали их читке особенно хлесткое звучание. В 1992 году группа из трех участников Seo Taiji and Boys выступила на конкурсе талантов на корейском телевидении с рэп-песней — к ужасу судей, которые поставили их на последнее место, и к восторгу подростков перед экранами домашних телевизоров (одного из них звали Ян Хён-сок, в будущем он откроет еще одну важную в мире кей-попа компанию — YG Entertainment).

Историки корейской музыки сходятся во мнении, что то выступление послужило важным толчком к зарождению кей-попа.

Ли основал SM в 1989 году. Первого успеха он добился с корейским певцом и танцором Хён Джин-янгом, чей альбом вышел

в1990 году. Но стоило Хену приблизиться к статусу звезды, как его арестовали за хранение наркотиков. Рассел писал,что Ли «привела

вотчаяние» эта неудача и с тех пор он усвоил важность полного контроля над исполнителями: «Он не мог раз за разом раскручивать и развивать новых артистов, только чтоб после этого вокруг него всё рушилось и горело».

Отныне его звезды только создавались, а не рождались, проходя через сложную систему воспитания. Ли позаимствовал у Лу Перлмана идею набора разных типажей в одной музыкальной группе и собрал коллективы при помощи метода, который назвал «культурной технологией». В своем выступлении в Высшей школе бизнеса Стэнфордского университета в 2011 году он рассказывал: «Я придумал этот термин примерно четырнадцать лет назад, когда моя компания SM приняла решение продвигать своих артистов и культурную продукцию по всей Азии. Бóльшая часть девяностых прошла под эгидой информационных технологий, и я предсказывал, что за ней грядет эра культурных технологий, — продолжал он. — И SM Entertainment, и я видим культуру как разновидность технологии. Однако культурные технологии — куда более сложные и тонко устроенные, нежели информационные».

Ли узнал о Backstreet Boys, когда в 1996 году они приехали

вСеул и произвели фурор на грани с беспорядками. Одержимость фанатов впечатлила Ли, и в тот же год SM собрала свою первую поп-группу — бойз-бэнд из пяти участников под названием H.O.T. (сокращение от High-Five of Teenagers). Вслед за ней появилась и первая девичья группа компании SM, S.E.S. — по первым буквам имен участниц. Обе группы обрели особую популярность в Корее и вдохновили другие коллективы. Вскоре кей-поп начал вытеснять традиционные трот и рок за границы корейской коммерческой музыкальной сцены.

Всередине и конце девяностых, как раз когда подростковый поп захватил чарты США, «корейская волна» — целое цунами южнокорейской культуры — захлестнула ее азиатских соседей. Помимо кей-попа эта волна (или, по-корейски, «Халлю») несла

всебе корейские телесериалы (дорамы) и, в меньшем количестве, корейские фильмы. Корейские телепродюсеры заработали состояния во время азиатского экономического кризиса конца

девяностых, предложив более дешевый эфирный материал, чем сериалы из Японии или Гонконга, и более качественный, чем могли выпустить самостоятельно большинство других азиатских стран. Больше всего шума в Азии наделала романтическая дорама Зимняя соната (2002). В сериале юные корейские актеры предстают в окружении современного городского пейзажа, но сюжет несет в себе традиционные ценности семьи, дружбы и романтической любви.

Корейская волна стала классическим примером применения «мягкой силы»: ее культурный экспорт ничего не оставил от былой репутации неприметного индустриального государства

ипревратил Южную Корею в космополитическую страну благосостояния. Благодаря Зимней сонате японки среднего возраста теперь вздыхали по корейским мужчинам и жаловались на «травоядность» — то есть недостаток мужественности — у японцев. Корейское происхождение раньше считалось в Японии позорным клеймом, а теперь стало модным. Вслед за успехом дорамы в Корею начали стекаться туристы со всей Азии, чтобы побывать в местах съемок.

Ли продолжил распространение кей-попа и в других частях Азии, где этот стиль вытеснил с доминирующей позиции на рынке продукцию Японии и Гонконга. Чтобы завоевать широкую аудиторию в Европе, Backstreet Boys исполняли песни на французском

ииспанском, хоть и не говорили на этих языках; так, корейские идол-группы учились петь на японском и китайском, а также на английском. При этом в своем синтетическом звучании и стиле музыки и клипов они продолжали придерживаться тех принципов, благодаря которым прославились в Корее.

Ли с коллегами разработали пособие по культурным технологиям, в котором перечислили основные шаги, необходимые для раскрутки артистов кей-попа в различных странахАзии.В пособии, обязательном к изучению всеми сотрудниками SM Entertainment, описывалось, когда нужно приглашать иностранных композиторов, продюсеров и хореографов; каких последовательностей аккордов придерживаться в разных странах; каким цветом теней артисту пользоваться в разных азиатских регионах и какие жесты делать руками; какие ракурсы использовать в клипах (360-градус- ный охват всех участников в начале, затем крупный план каждого в отдельности).

Культурные технологии (КТ, как их для краткости называл Ли), по всей видимости, работали. В конце девяностых H.O.T.

занимали первые строчки хит-парадов в Китае и Тайване. И H.O.T., и S.E.S. распались в начале 2000-х, но на их место Ли привел еще более успешные группы.Соло-исполнительница БоА дебютировала

в2000 году и стала сенсацией в Японии. Бойз-бэнд Super Junior, основанный в 2005-м, добился еще большей популярности по всей Азии, чем H.O.T. А в 2007 году появилась группа Girls’ Generation из девяти участниц, которая воплотила в себе наивысшие достижения культурных технологий и стремилась покорить не только Азию, но и Запад.

Ли ушел с поста генерального директора SM в 2010 году, но продолжает прикладывать руку к отбору участников для идолгрупп — например, для бойз-бэнда EXO. Группа состоит из двенадцати юношей, шесть из них говорят на корейском и живут в Сеуле (EXO-K), и еще шесть — китайцы и говорят на мандаринском наречии (EXO-M).Эти две «подгруппы» выпускают песни одновременно

всвоих странах на своих языках и одновременно их раскручивают, достигая «идеальной локализации», по выражению Ли. «Будь то китайский артист или китайская компания — важно только то, что их создали наши культурные технологии, — говорил он. — Мы готовимся к захвату следующего крупнейшего рынка, а наша конечная цель — создавать самые яркие звезды в мире».

Мировой тур SM World Tour III стартовал теплым майским вечером на стадионе «Хонда-центр» в Анахайме, Калифорния. До концерта оставалось два часа, но бетонную площадь перед ареной уже заполонили тысячи фанатов кей-попа. В тот день выступали главные поп-группы Южной Кореи — SHINee, f(x), Super Junior, EXO, TVXQ! и Girls’ Generation. Все они — часть SM Entertainment, крупнейшего из так называемых агентств, где рождается бóльшая часть корейской поп-музыки, и главного спонсора тура.

Для американских фанатов кей-попа концерт в «Хондацентре» стал редким шансом увидеть своих кумиров во плоти. Перед стадионом группы фанатов исполняли «танцевальные каверы» — копировали движения участников идол-групп. Люди держали в руках светящиеся палочки и связки воздушных шариков — у каждой группы был свой цвет. Контингент оказался старше, чем я ожидал, и по атмосфере мероприятие скорее походило на фестиваль индустрии видеоигр, чем на поп-концерт. Примерно три четверти собравшихся составляли американцы азиатского происхождения, но были и белые фанаты всех возрастов икакое-то количество черных женщин.

Немного позади меня стоял Джон Тот, двадцатидевятилетний белый программист, который двенадцать часов ехал сюда из НьюМехико.Джон — фанат Girls’Generation.Когда он наткнулся на клип девушек на YouTube, он слушал альтернативный рок; его любимой группой была Weezer. «От меня решительно нельзя было ожидать, что я стану слушать азиатскую группу из девяти девчонок», — говорит он. Но вскоре Тот уже учил корейский язык, чтобы понимать тексты песен и смотреть корейские телешоу. Потом он начал готовить корейскую еду. Затем, наконец, полетел в Сеул и впервые вживую увидел девушек — Тиффани, Суён, Джессику, Тхэён, Санни, Хёён, Юри, Юну и Сохён. И это изменило его жизнь.

«Ты думаешь, что любишь их, а потом Тиффани показывает пальцем прямо на тебя и подмигивает, и весь остальной мир просто исчезает, — писал Тот на Soshified, фан-сайте Girls’ Generation. — Ты думаешь, что любишь их, а потом Суён смотрит тебе прямо в глаза и произносит по-английски: “Спасибо, что пришел”. Мне кажется, я сам не знаю, насколько сильно я их люблю».

Вочереди к стадиону «Хонда-центр» он говорит мне: «Они впитывают любовь своих фанатов и возвращают ее им… Когда видишь их на сцене, кажется, будто они тут исключительно ради тебя».

ВСеуле кей-поп повсюду. Поп-звезды постоянно окружают тебя на плакатах и дисплеях. Их картонные фигуры в полный рост встречают тебя на входе в супермаркеты. На улицах и в метро тебе кажется, будто ты везде видишь их лица. (Как-то раз в лобби отеля я шагнул к одной такой картонной фигуре, но это оказалась живая женщина; она нахмурилась и отошла в сторону.) В Каннамгу,фешенебельном торговом квартале на южном берегу реки Ханган, даже архитектура такая же глянцевая, как сами звезды.

Виндустрии кей-попа доминируют три агентства. Штабквартиры каждого из них находятся в Сеуле; самое большое — SM Entertainment, за ним следуют JYP Entertainment и YG Entertainment. Они держат своих артистов под таким жестким контролем, о каком западные хитмейкеры могут только мечтать. Агентство выступает в качестве менеджера, агента и промоутера, контролируя каждый аспект карьеры идола: продажу записей, концерты, публикации, появления в рекламе и на телевидении. Штаб-квартиры SM и JYP находятся в Каннамгу, и рядом с ними всегда можно увидеть стайки девушек, по большей части японок, которые надеются хоть краем глаза увидеть своих идолов (по городу те обычно передвигаются вусловиях повышенной секретности — в минивэнах с затемненными

стеклами). Оба офисных комплекса на удивление захудалые внутри, с тесными студиями и потрепанным декором. Агентство YG на другом берегу отличается куда более роскошной обстановкой, имеет дюжину ультрасовременных студий и штат из шестнадцати продюсеров, среди которых — Тедди Пак, который написал суперхит Fantastic Baby группы BIGBANG и большинство песен 2NE1; эти группы считаются главными коллективами агентства YG.

Со мной ненадолго встретился основатель JYP Пак Чин-ён, высокий сорокалетний мужчина атлетического сложения, получивший образование в США. Он вышел в тренировочном костюме из офисного спортзала, где занимался с подопечными агентства. У него толком не было времени говорить; он сразу же исчез в танцевальном зале, у дверей которого громоздилась детская обувь. Однако мне удалось побеседовать с пятью девушками из Wonder Girls, самого успешного гёрлз-бэнда агентства. В клипе на песню Nobody они щеголяют блестящими платьями и пышными прическами — корейский вариант The Supremes. Без костюмов и макияжа их почти не узнать. Они сидят за столом для совещаний; посередине — очень уставшая на вид солистка Сохи25. Мы много говорим о смене часовых поясов. Соне, по левую руку от Сохи, смотрит на часы: пять вечера. «Это худшее время дня!» — заявляет она.

Агентство набирает воспитанников от двенадцати до девятнадцати лет по всему свету — как посредством открытых прослушиваний, так и через сеть менеджеров по поиску артистов (Большой Папочка Перлман так далеко зайти не смог). В составе Girls’ Generation, самой громкой группы последних лет, есть две американки, Тиффани и Джессика — они родились и выросли

вКалифорнии. (Англо- и китайскоговорящие девушки корейского происхождения ценятся особенно высоко.) Тиффани родилась

вСан-Франциско и выросла в Лос-Анджелесе, а в пятнадцать лет ее отобрали по итогам прослушивания и привезли в Сеул, где она прошла курс обучения по системе воспитания идолов. Джессика появилась на свет в том же роддоме, что и Тиффани, и ее заметили в Сеуле, когда ей было двенадцать. «Я толком не проходила прослушивания, — рассказывает она. — Я просто приехала в Корею к родственникам отца, и когда ходила за покупками, меня и мою сестру заметили агенты». Ее сестре Кристал тогда было семь; теперь она участница группы f(x). В Сеуле Джессика и Тиффани

днем посещали международную школу, после ехали в офис SM, где занимались до десяти вечера, а потом делали домашнюю работу. Джессика проходила курс обучения семь лет.

Идолам рассказывают о работе с медиа и готовят к пристальному вниманию со стороны «нетизенов» — обитателей Сети в Корее, стране самой развитой онлайн-жизни. («Нетизены

ввосторге от эгьё-родинки Сохён» — гласит типичный заголовок на сайте Soompi, посвященному кей-попу.) Появление на публике подшофе, драки и непристойное поведение зачастую играют на пользу имиджу селебрити в Америке; в Корее же слух о секс-ви- део с участием звезды или положительный тест на марихуану могут разрушить ее карьеру.Прежде чем попасть в группу,девушки и юноши обучаются годами.Только один из десяти студентов доходит до своего дебюта.

Как правило, состав группы утверждают главы агентств на основе индивидуальных и коллективных качеств. «Члены коллектива не должны сливаться и быть слишком похожи между собой, — говорит Мелоди Ким, комьюнити-менеджер сайта Soompi, — но при этом им нужно дополнять друг друга, чтобы составлять гармоничное единое целое». Группы дебютируют на многочисленных и чуть ли не ежедневных развлекательных шоу на корейском телевидении. Я присутствовал на съемках одного из них, передачи M! Обратный отсчет на канале Mnet. Там уже известные группы исполняли свои новые песни, а зрители выбирали из них лучшие; мне вспомнились дни, когда на MTV еще в самом деле крутили музыку. Если идолы достигают успеха, от них ожидают по полноформатному альбому каждые восемнадцать месяцев и по мини-альбому из пяти песен каждый год. Состав чартов постоянно меняется, а поскольку молодость и новизна здесь

вцене, группы обычно живут недолго; пять лет — их средний «срок годности». (Некоторые кей-идолы продолжают карьеру в качестве актеров мюзиклов или дорам.) Регулярно появляются новички:

в2013-м дебютировали примерно шестьдесят коллективов — невиданное доселе число. Лишь немногих из них ожидает известность; большинство исчезнут после пары песен.

Внешность — главный товар кей-поп-артиста. Некоторые из идолов умеют играть на инструментах, но на сцене этого, как правило, не делают. На публике кей-поп-звезды должны блистать своей физической красотой. Их точеные, аккуратные лица, сужающиеся к подбородку, разительно отличаются от круглых лиц типичных корейцев. Некоторые, конечно, такими рождаются,