Интенции политического дискурса. Теория и практика. Часть 1. Учебное пособие

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования

«Оренбургский государственный университет»

А.В. Люлина

ИНТЕНЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОГО

ДИСКУРСА:

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА

Часть 1 Учебное пособие

Рекомендовано ученым советом федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Оренбургский государственный университет» для обучающихся по образовательной программе высшего образования - программе подготовки научно-педагогических кадров в аспирантуре 45.06.01 Языкознание и литературоведение

Оренбург

2017

УДК 811.111'25(075.8) ББК 81.432.1я73

Л94

Рецензент – профессор, доктор филологических наук И.Ю. Моисеева

Люлина, А.В.

Л94 Интенции политического дискурса: теория и практика. Часть 1: учебное пособие / А.В. Люлина; Оренбургский гос. ун-т. – Оренбург: ОГУ, 2017. –

151с.

ISBN 978-5-7410-1782-1

Учебное пособие по дисциплине "Теория интенциональности речевого поведения" состоит из двух теоретических глав, знакомящих обучающихся с основными понятиями данной междисциплинарной теории на примере речевого поведения продуцентов политического дискурса Великобритании. Ключевые теоретические параграфы учебного пособия сопровождаются вопросами для контроля усвоенных знаний и практическими упражнениями, позволяющими более глубоко разобраться в интенциональных механизмах речи продуцентов.

Учебное пособие предназначено для студентов-аспирантов, обучающихся по программе высшего образования 45.06.01 Языкознание и литературоведение.

УДК 811.111'25(075.8) ББК 81.432.1я73

© Люлина А.В., 2017

© ОГУ, 2017

2

3

Введение

Политический дискурс как сфера реализации манипулятивного воздействия политиков, выступающих в роли продуцентов сообщений с доминирующей манипулятивной интенцией, в последнее время привлекает интерес все большего числа ученых-лингвистов. Сам же феномен манипулятивной интенции с недавнего времени является объектом междисциплинарных исследований, привлекающих все больше отраслей наук, – социологии, психологии, философии, этологии,

политологии, культурологии, педагогики, журналистики, менеджмента.

Предлагаемое учебное пособие создано на основе монографии А.В.

Антоновой (Люлиной) "Речевая манипуляция в предвыборном агитационном дискурсе Великобритании"1 (2011г.) и направлено на ознакомление студентов-

аспирантов, обучающихся по программам высшего образования по направлению подготовки 45.06.01 Языкознание и литературоведение, с основными понятиями и закономерностями теории интенциональности речевого поведения на примере политического дискурса.

Читателям настоящего пособия предлагается новый, современный подход в исследовании и понимании речевых механизмов дискурса с доминирующей манипулятивной направленностью (именно такие виды дискурсов, по нашему мнению, являются наиболее динамичными и интересными с точки зрения изучения интенциональности речевого поведения продуцентов). Данный подход определен нами как «системно-реципиентоцентрический», в связи с чем также впервые используются данные этологии человека (науки о биологических основах человеческого поведения), позволяющие по-иному и более глубоко, чем это делалось ранее, объяснить принцип действия некоторых речевых средств воздействия на коллективного реципиента, а также причину частотности их использования при достижении запланированных продуцентом перлокутивных эффектов.

1 Антонова, А.В. Речевая манипуляция в предвыборном агитационном дискурсе Великобритании. – М.: ООО ИПЦ «Маска», 2011. – 368с (23 п.л.)

4

Кроме того, в данном пособии предлагаются многоуровневые интенциональные модели речевых актов открытой и скрытой (манипулятивной)

коммуникации как единиц англоязычного дискурса, «обслуживающих» реализацию манипулятивных субинтенций продуцента, и прослеживается их взаимодействие в процессе речевого манипулирования. Наконец, в пособии описывается и анализируется сама система средств выражения доминирующих интенций в политическом дискурсе, функционирующая в рамках текстотипа предвыборной агитационной речи британских политиков.

5

Глава 1. Речевое манипулирование в политическом дискурсе

Политический дискурс представляет собой явление, имеющее особое социальное значение в жизни общества и не поддающееся однозначному определению.

На данном этапе развития науки политический дискурс как сложный и многогранный феномен является объектом междисциплинарного изучения,

представляя особый интерес для таких отраслей научного знания, как лингвистика,

политология, психология, социология и некоторых других наук.

Несмотря на то, что язык политики (и непосредственно речь политиков как результат актуализации средств данного языка) является объектом внимания исследователей еще со времен Древней Греции и Древнего Рима, когда предпринимались первые попытки описать и систематизировать основные риторические ходы для придания речи благозвучия и большей убедительности

[Филинский 2002: 4], в научной среде до сих пор не существует однозначного понимания данного феномена с точки зрения определения его границ, признаков,

функций, методов и подходов к изучению и даже его существования.

Все большее внимание исследователей политического дискурса в настоящее время привлекает такой феномен, как речевая манипуляция, осуществляемая политиками – продуцентами различного рода сообщений, функционирующих в пределах политического дискурса и его разновидностей и формирующих особые текстотипы политического дискурса.

Основным подходом при изучении данных текстотипов в настоящее время является тактико-стратегический подход, состоящий в выявлении и описании различных коммуникативных тактик и стратегий, используемых продуцентами в политическом дискурсе.

6

1.1 Предвыборный агитационный дискурс как разновидность

политического дискурса

В настоящее время в науке не существует однозначного понимания феномена

«дискурс». По мнению признанного исследователя в области теории дискурса Т. ван Дейка, понятие дискурса так же расплывчато, как понятия языка, общества,

идеологии [Дейк Т. А. ван 1998: http://lib.rin.ru/doc/i/16583p.html]. Эта

«расплывчатость» объясняется двумя причинами: историей формирования, когда в семантической памяти лексемы утверждаются признаки прежних подходов и употреблений, а также полной неопределенностью места дискурса в системе категорий и модусов существования языка [Дейк Т. А ван 1989: 46]. Так, в широком смысле дискурс понимается ученым как речевое или письменное коммуникативное событие, происходящее между говорящим и слушающим в процессе коммуникативного действия в определенном временном, пространственном и прочем контексте. В узком смысле, как текст или разговор, термин «дискурс» обозначает завершенный или продолжающийся продукт коммуникативного действия, его письменный или речевой результат, который интерпретируется реципиентами. Таким образом, в самом общем понимании дискурс представляет собой письменный или речевой вербальный продукт коммуникативного действия

[Дейк Т. А. ван 1998: http://lib.rin.ru/doc/i/16583p.html].

Французский исследователь феномена дискурса П. Серио выделяет восемь значений термина «дискурс»:

-эквивалент понятия «речь», т.е. любое конкретное высказывание;

-единица, по размерам превосходящая фразу;

-воздействие высказывания на его получателя с учетом ситуации;

-беседа как основной тип высказывания;

-речь с позиции говорящего в противоположность повествованию, которое не учитывает такой позиции;

-употребление единиц языка, их речевая актуализация;

7

-социально или идеологически ограниченный тип высказываний,

характерный для определенного вида социума;

- теоретический конструкт, предназначенный для исследований производства текста [Серио 1999: 26-27].

Е. С. Кубрякова считает, что «под дискурсом следует иметь в виду именно когнитивный процесс, связанный с реальным речепроизводством, созданием речевого произведения» [Кубрякова 1995: 164].

Существуют и другие мнения по поводу содержания данного понятия.

Как бы то ни было, анализ материла исследований, связанных с проблемами дискурса, показывает, что современные лингвисты все же исследуют дискурс как совокупность определенных текстотипов, что можно считать оправданным в том случае, если экземпляры текста, формирующие текстотип, представляют собой фиксированные речевые произведения продуцента.

В настоящее время в качестве объектов лингвистических исследований выступают многие виды дискурса - дипломатический, административный,

юридический, военный, педагогический, религиозный, спортивный, научный,

сценический, медицинский, деловой, рекламный, массово-информационный и некоторые другие виды. Особое место в ряду данных исследований занимают исследования политического дискурса, однако, мнения по поводу данного феномена в среде ученых также расходятся.

Так, например, Б.П. Паршин полагает, что языковые черты своеобразия политического дискурса немногочисленны и практически не поддаются идентификации, а обычные лексические и грамматические маркеры, по которым можно обозначить политический дискурс как своеобразное явление, не выходят за рамки соответствующих идиоэтнических языков, в связи с чем существование феномена политического дискурса подвергается сомнению. По мнению ученого, под политическим языком подразумеваются не совсем и не только языковые средства, а

предметом политической лингвистики является идиополитический дискурс, т.е. «своеобразие того, что, как, кому и о чем говорит тот или иной субъект политического действия» [Паршин 2001: 194].

8

Похожую мысль высказывает в своих работах Т. ван Дейк, указывая на то,

что, хотя и существуют возможные стилистические, тематические и интеракциональные маркеры, способствующие выявлению дистинктивных признаков политического дискурса, не представляется возможным создать какую-

либо типологию политического дискурса на основе только вербальных свойств, так как основополагающей категорией для выделения политического дискурса является не сам текст, а его контекст [van Dijk 1999].

По мнению В.З. Демьянкова, существует несколько отличий политического языка от обычного. При этом исследователем отмечаются такие отличия, как терминологичность политической лексики и специфичность употребления языковых знаков, не принадлежащих к политической сфере; специфическая структура дискурса, являющаяся результатом своеобразных речевых приёмов;

специфичность реализации политического дискурса в его оформлении – звуковом или письменном [Демьянков 2002: 32-43].

Последователи семиотического подхода трактуют политический дискурс как особую знаковую систему, в которой происходит модификация семантики и функций разных типов языковых единиц и стандартных речевых действий [Шейгал

2000: 3]. При этом политический дискурс также рассматривается как вид институционального дискурса, который отличается от личностно-ориентированных видов дискурса наличием особой системы профессионально-ориентированных знаков и представляет собой феномен, суть которого может быть выражена формулой «дискурс = подъязык + текст + контекст» [Шейгал 2000: 15].

Политический дискурс также рассматривается учеными как жанровая разновидность фатической речи, так как частные цели политического дискурса

(помимо собственно информационного содержания) подчинены начальному контактному импульсу, а информативная задача при этом высказывания становится второстепенной: для того, чтобы быть понятым массовым реципиентом адекватно замыслу, продуцент соответствующего сообщения должен апеллировать к коллективным знаниям и представлениям [Базылев 1997: 6-8].

9

А.Н. Баранов и Е.Г. Казакевич определяют политический дискурс как

совокупность всех речевых актов, используемых в политических дискуссиях, а

также правил публичной политики, освещенных традицией и проверенных опытом,

подчеркивая институциональный характер данного вида дискурса (в

институциональных видах дискурса общение происходит не между отдельными

людьми, а между представителями определенных социальных институтов) [Баранов,

исследователями как неотъемлемая часть политической коммуникации и разновидность политического дискурса, обладающая всеми его характерными особенностями [Ворожцова 2007; Гайкова 2003; Филинский 2002; Амиров 2002 и

др.]. При этом в работах исследователей наряду с признаками и свойствами,

объединяющими общий политический и частный предвыборный виды дискурса,

также выделяются и некоторые специфические черты, характерные именно для дискурса предвыборных кампаний. Так, Е.Ю. Пишкова указывает на следующие общие и частные характеристики предвыборного агитационного дискурса:

- полифункциональность, обусловленная наличием нескольких функций предвыборного дискурса (фатической, направленной на установление и поддержание контакта с аудиторией; воздействующей, нацеленной на оказание эмоционального давления на избирателей; инспиративной, связанной с воодушевлением массового реципиента на предстоящие великие дела; агитационно-

пропагандистской направленной на внедрение в сознание избирателей идеологии

партии, представителем которой является кандидат; информационной, нацеленной

на информирование электората о политических акциях, намерениях и позиции

аудитории к определенному выбору;

- особая коммуникативная ситуация (в случае нашего исследования это совокупность условий, в которых осуществляется предвыборная агитационная речь);

10