Законодатели

ЗА К О Н О Д А Т Е Л И З А К О Н О Д А Т Е Л И

–Братья мои и я уже обсуждали готовящиеся события и решили не препятствовать бегству человека, которому судьба предназначила быть рычагом, чтобы подвинуть народы на следующую, высшую степень развития. Ты знаешь, что удар вызывает огонь, а борьба, которую вызовет этот человек, неизбежна и необходима для народов, коснеющих в бездействии.

–Мне очень жаль, дорогой сын мой, что твое чистое и лучезарное дитя возбудило нечистую страсть

вэтом человеке, но ты возвышенно смотришь на жизнь, а потому понимаешь все величие и предопределение ее испытания. Что же касается Нарайяны, своим упрямством и непредусмотрительностью привлекшего в нашу среду этого опасного человека, вооружив его на борьбу, которую сам же должен будет вести с ним, пусть он получит этот полезный урок осторожности. Уж мы позаботимся, чтобы он до известного времени не подозревал о неблагодарности своего любимца.

И действительно, поглощенный совсем другими мыслями, Нарайяна ничего не замечал и очень мало занимался Абрасаком. С лихорадочным жаром работал он над украшением и обстановкой своего нового дворца, представлявшего действительно чудо художественной красоты и утонченной роскоши. Ничто не было ему достаточно прекрасным для той, которую он хотел поселить в этом жилище, так как глубокая и горячая любовь завладела непостоянным сердцем Нарайяны.

Любимую девушку он знал чуть ли не со дня рождения: на его глазах вырос и развивался восхитительный

Ве р а К Р Ы Ж А Н О В С К А Я - Р О Ч Е С Т Е Р

В. К Р Ы Ж А Н О В С К А Я - Р О Ч Е С Т Е Р

цветок, именуемый Уржани, и он не заметил даже, когда и как дружба превратилась в любовь. А дружба их была давнишняя. Никто не умел так развлекать девочку, восхищать своеобразными подарками и забавлять рассказами, как дядя Нарайяна. Дахир и Эдита давно подметили произошедшую перемену в чувствах обоих друзей и не препятствовали их сближению. Эдита еще высказывала некоторые опасения, но муж успокоил ее. Дахир полюбил его, а с тех пор, как тот получил первый луч мага, в душе Нарайяны произошла большая перемена к лучшему. Он уже должен был обуздать свои земные слабости и возвышаться, а добрые качества его природы более определились.

Разговор о браках, предложенных магами, разъяснил Нарайяне сущность его чувств к Уржани; тем не менее, мысль жениться на ней вызвала в нем внутреннюю борьбу. Первый раз в жизни почувствовал он себя стариком по отношению к этому ребенку, а воспоминание о мятежном прошлом внушало опасение, что Дахир совершенно основательно отнесется, может быть, к нему с недоверием и не захочет иметь своим зятем. Все же и под лучом мага таилась еще весьма бурная натура прежнего человека, чтобы подчиниться каким бы то ни было, даже самым разумным доводам рассудка. И вот, совершенно неожиданно, произошло между ним и Уржани решительное объяснение.

Во время прогулки по божественному городу, когда он показывал ей свой дворец, и они болтали в саду, а Уржани восхищалась красотою виденного, Нарайяна сказал:

ЗА К О Н О Д А Т Е Л И З А К О Н О Д А Т Е Л И

–Да, это не дурно на время, а настоящий волшебный дворец, я построю в моей будущей столице. Ты же знаешь, в будущих государствах, где будут царить первые божественные династии, одно из царств предназначено мне. Я построю, конечно, столицу и, как обещал тебе когда-то, назову ее «Уржана». Дворец же, где я буду жить

сженою, будет просто чудом. У меня готов и план его. Уржани вдруг покраснела и опустила глаза, а потом

совершенно неожиданно для себя спросила:

–А кто будет твоей царицей, дядя Нарайяна?… Темные глаза Нарайяны заблестели, он нагнулся

ивзял ее руку.

–Хочешь быть царицей в городе твоего имени? – спросил он полушутя, полусерьезно, заглядывая в ее смущенные глазки. – Только я уж не пожелаю называться «дядя Нарайяна».

–Да, хочу, если отец и мать позволят быть твоей царицей. Но ты должен обещать не любить никакую другую женщину, потому что, говорят, ты был очень ветреный, – решительно ответила Уржани.

Нарайяна рассмеялся:

–По всему видно, что г-жа Ева переехала сюда с покойной Земли, и что во всех мирах женщины похожи одна на другую. Что же касается распущенной обо мне дурной славы, будто я был повесой, так это – старые

инеобоснованные сплетни. Я только любовался всеми видами женской красоты, потому что я художник по природе; но так как вместе с тем я никогда еще не любил и не восхищался чем-либо столь же прекрасным, как моя маленькая Уржани, то могу добросовестно по-

Ве р а К Р Ы Ж А Н О В С К А Я - Р О Ч Е С Т Е Р

В. К Р Ы Ж А Н О В С К А Я - Р О Ч Е С Т Е Р

клясться быть ей безусловно верным. Завтра утром отправлюсь просить твоей руки у твоих родителей.

На другой день утром Дахир и Эдита были на террасе, прилегавшей к их помещению. Пышная листва окружавших деревьев заслоняла ее от солнца, а душистые кустарники в больших кадках, в изобилии расставленных, повсюду образовали тенистые уголки, и в одном из них, около стола, сидела и работала Эдита.

На столе перед нею стояли две большие плоские хрустальные вазы; одна была с золотом, другая с серебром, но металлическая масса была мягка и гибка, как воск. Эдита брала то из одного, то из другого сосуда, и тонкие пальцы ее лепили корзинку для плодов, изумительную по художественной работе. Она усердно занималась изготовлением посуды для украшения и обихода в новом дворце божественного города, куда им предстояло скоро переселиться.

Но в тот день Эдита была рассеяна, и минутами ее ручки покоились в бездействии на коленях, а задумчивый взор застывал на расстилавшейся перед нею роскошной картине природы.

Прислонясь к перилам террасы, стоял Дахир

вдлинной белой тунике магов. В эту минуту прекрасное лицо его подернуто было также грустью, и задумчивый взор смотрел вдаль. Глубоко вздохнув, он провел рукою по лбу, словно отгоняя докучные мысли, а потом подошел к столу.

–Нарайяна придет сейчас просить у нас Уржани

вжены. Ты знаешь, вчера вечером между ними произошел решительный разговор, – заметил он.

ЗА К О Н О Д А Т Е Л И З А К О Н О Д А Т Е Л И

–Да, она любит его, и это понятно, поскольку он человек обаятельный и искусный в покорении женских сердец, – ответила Эдита.

–Да, в этом он мастер. Но я пришел к убеждению, что он питает глубокую любовь к нашей Уржани, и, конечно, это чувство – самое прочное из всех, какие когда-либо бывали в его сердце. Он очень изменился

клучшему во время последнего посвящения, – сказал Дахир и лицо его озарилось легкой усмешкой.

–А между тем он привез с собой этого ужасного Абрасака, из-за которого счастье Уржани будет очень кратко, да и окажется ли бедняжка на высоте в предстоящем ей жестоком испытании? Ты знаешь, Дахир, как опасны даже для чистой и уравновешенной души окружающая обстановка, общество лукавых существ с низменными инстинктами и влияние разнузданных страстей. А ведь она будет жить именно в таком аду, – заметила Эдита, подняв на мужа глаза, полные слез. – По-видимому, душа ее предчувствует грозу,- грустно продолжала она, – потому что Уржани много раз жаловалась на дурные предчувствия и на ощущение, будто на нее опускаются тяжелые, как свинец, черные флюиды.

–Правда, тяжелая борьба ожидает Уржани; но ведь она – дочь магов и не изменит своему назначению. Неудивительна и незначительна заслуга быть добрым, чистым и великодушным там, где нет ничего, что бы соблазняло и шло наперекор привычкам, где ничто не возбуждает дурные задатки, таящиеся в неизведанной бездне души человеческой. Только в борьбе познаются силы, а готовящиеся события начертаны

Ве р а К Р Ы Ж А Н О В С К А Я - Р О Ч Е С Т Е Р

В. К Р Ы Ж А Н О В С К А Я - Р О Ч Е С Т Е Р

в книге судеб. Подвижники во все времена уходили от мира, ища в лесах или пустынях тишину и уединение, что помогает сосредоточению. Уржани должна сохранить лучезарную чистоту своей души посреди бурь, и я твердо надеюсь, что она вернется к нам победительницей, – уверенно ответил Дахир, крепко пожимая руку жены. – Но вот едет Нарайяна.

На озере показалась небольшая лодка с одним гребцом, и в ней стоял Нарайяна в облачении рыцарей Грааля. Солнечные лучи играли на металлическом шлеме и серебряной тунике, а его высокий и стройный стан мужественно выделялся на фоне воды.

–Какой красавец! Он действительно создан женщинам на погибель, – проговорила, смеясь, Эдита.

Нарайяна легко выскочил из лодки на ступени пристани и быстро пошел к ним. Дойдя до Дахира с Эдитой, он остановился и сказал с улыбкой не то натянутой, не то лукавой:

–Находясь перед родителями, не принадлежащими к числу обыкновенных смертных, не требуется как будто высказывать мою просьбу. Вам она известна уже,

ия знаю, что отказа мне не будет; тем не менее, мне хочется услышать из ваших уст, что я – не совсем-таки нежеланный зять.

Дахир крепко пожал протянутую ему руку и сказал приветливо:

–Добро пожаловать, Нарайяна. Мы ничего не имеем против избранника сердца Уржани, твердо уверенные, что ты будешь верно любить нашу дочь, и что с тобой она будет счастлива.

ЗА К О Н О Д А Т Е Л И З А К О Н О Д А Т Е Л И

–И что прежний Нарайяна-ветреник превратился

встепенного Нарайяну, – дополнила Эдита слова мужа.

–Ты угадала, дорогая теща, и добродетели мои изумят мир. Но где же покорительница моего сердца, ради которой я даже готов остепениться? – весело отвечал Нарайяна, целуя руку хозяйки.

–Ты найдешь ее подле птичьей беседки, а пока вы будете болтать, я приготовлю здесь угощенье и приглашу наших друзей выпить за здоровье жениха и невесты. Мой план, надеюсь, тебе нравится? – лукаво спросила Эдита.

–Еще бы! Благодарю за добрую мысль. Это будет как будто мы все еще на нашей бедной умершей Земле. Ах! И надо же было ей погибнуть, именно когда я собираюсь жениться. Это ужасно! Что бы ни было, а она все близка моему сердцу, – со вздохом ответил Нарайяна. – А пока, до свиданья. Я иду к моей красавице невесте.

Сложив на стул шлем и меч, он сошел с террасы и быстро исчез в одной из тенистых аллей сада.

Вышел он на лужайку, посреди которой в большом водоеме бил фонтан, а сбоку пряталась в чаще зелени беседка, затянутая ползучими растениями. На скамье у беседки сидела Уржани; рядом с ней стояла корзина, а в руках она держала чашку с зернами, которые бросала горстями. Вокруг нее, на коленях, плечах и земле порхали и клевали корм стаи всевозможных яркоперых птиц. Она гладила рукой красивую бирюзово-го- лубую птицу с серебристым хохолком, сидевшую на краю чашки. Уржани была обаятельна в широкой бе-

Ве р а К Р Ы Ж А Н О В С К А Я - Р О Ч Е С Т Е Р

В. К Р Ы Ж А Н О В С К А Я - Р О Ч Е С Т Е Р

лой тунике, стянутой серебряным поясом. Увидав Нарайяну, она покраснела, поставила чашку на скамью

ивстала.

–Надо ли заставлять тебя догадываться о причине моего прихода? – сказал Нарайяна с чарующим взглядом и улыбкой, завоевывавшими сердца женщин.

Уржани подняла на него чистые и глубокие глаза.

–Была ли бы я истинной дочерью Дахира, если бы не слышала голос твоего сердца, несмотря на то, что уста молчат? Да и ты знаешь, чувствуешь и видишь давно, что я полюбила «блудного сына» магов. Я люблю тебя и не краснею от моего признания. Я готова делить твою жизнь, труды, успехи и неудачи и идти за тобой к свету совершенному, когда выполнен будет начертанный нашими учителями план, – просто сказала она.

–Я постараюсь быть всегда достойным твоей любви, – серьезно ответил тронутый ее словом Нарайяна, привлекая ее в объятия.

В этот миг послышалась гармоничная вибрация; это были могучие и нежные аккорды, потрясавшие всякий нерв.

–Это музыка сфер выражает согласие верховных магов на наш союз и их благословение, – обрадовался Нарайяна, – а вот и подарок Эбрамара, – прибавил он, указывая рукой на большую белую птицу с золотистым хохлом, которая быстро спускалась, держа в клюве венок из белых фосфоресцировавших цветов, и возложила его на голову Уржани.

Жених с невестой знали, что это одна из магических птиц, которыми пользовались великие посвященные,

ЗА К О Н О Д А Т Е Л И З А К О Н О Д А Т Е Л И

апотому оба погладили и поцеловали шелковую головку крылатого посла. Издав радостный крик, птица взмахнула крыльями и улетела.

Пока беседовали жених с невестой, Эдита позвала нескольких молодых учеников Дахира, набранных из среды землян, чтобы помочь ей в приготовлениях к пиру, а также созвать друзей.

Приготовления уже шли к концу, когда начали прибывать гости. Эбрамар пришел после других, а одновременно с ним в противоположную дверь вошли Нарайяна и Уржани.

Счастливым, веселым взглядом окинул Нарайяна круг друзей. Собралась вся его духовная семья: Эбрамар и Нара, Супрамати и Ольга с детьми, Дахир и Эдита, Удеа, Нивара и некоторые другие. Эбрамар первый обнял и благословил жениха с невестой; но когда Нарайяна подошел к Наре и встретил насмешливый, лукавый взгляд бывшей жены, он расцеловал ее в обе щеки и шепнул на ухо:

–Я постараюсь быть для нее более честным мужем.

–Будем надеяться. Мы все так много потрудились для твоего совершенствования, что ты должен оправдать наши старания, – добродушно ответила Нара.

Когда перешли в столовую, Эбрамар заметил:

–Прежде чем сесть за стол, друзья, нам следует пропеть благодарственную молитву неизреченному Существу, осыпавшему нас столь неоцененными благами.

Все сначала безмолвно и благоговейно сосредоточились, а потом раздалось пение, которого не слыхало,

Ве р а К Р Ы Ж А Н О В С К А Я - Р О Ч Е С Т Е Р

В. К Р Ы Ж А Н О В С К А Я - Р О Ч Е С Т Е Р

конечно, ухо ни одного простого смертного, так оно было чудесно по совершенству исполнения, и в каждом звуке его слышались вера, любовь и благодарение.

По окончанию молитвы начался обед, оживленный веселой беседой. Один Нарайяна был задумчив; когда же Нивара выразил восхищение разнообразием и богатством произведений планеты и прибавил, что среди этого обилия можно забыть, что находишься в другом мире, Нарайяна неожиданно сказал:

– Ты прав, Нивара, наша новая отчизна осыпает нас столькими благами, что было бы неблагодарно с нашей стороны не полюбить ее и не чувствовать себя счастливыми здесь. Тем не менее, выпьем в память погибшей Земли, где мы совершили самый тяжелый в нашей жизни переход. Наша бедная мать-кормилица не виновата в том, что неблагодарное человечество разграбило ее, использовало, разорило, высосало ее жизненные соки и обрушило на нее хаотические силы, которые повлекли за собой ее преждевременную кончину. Я полагаю, что в сердце каждого из нас она сохранит всегда свое место, так как с нею бесспорно связаны воспоминания о наших несовершенствах,

осчастливых и недобрых минутах, о пережитых бедах,

олюбви и ненависти, о победах и неудачах – словом,

овсей той борьбе, которую претерпевает неуравновешенная душа. – Он взял чашу и встал:

–За тебя, Земля, бывшая нашей колыбелью, вознесем, друзья, молитву и прольем слезу.

По его примеру все встали, и на глазах многих действительно показались слезы. Слова Нарайяны пробу-